ПАЁМИ ДОНИШГОЊИ МИЛЛИИ ТОЉИКИСТОН ВЕСТНИК ТАДЖИКСКОГО

Доступен только на StudyGur

Тема:
Скачиваний: 183
Страниц: 0
Опубликован:
ЧИТАЙТЕ ПОЛНЫЙ ТЕКСТ ДОКУМЕНТА

ПРЕДПРОСМОТР

ISSN 2074-1847
ДОНИШГОЊИ МИЛЛИИ ТОЉИКИСТОН
ТАДЖИКСКИЙ НАЦИОНАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ
ПАЁМИ ДОНИШГОЊИ МИЛЛИИ
ТОЉИКИСТОН
(маљаллаи илмї)
ВЕСТНИК ТАДЖИКСКОГО
НАЦИОНАЛЬНОГО УНИВЕРСИТЕТА
(научный журнал)
6(54)
БАХШИ ИЛМЊОИ ГУМАНИТАРЇ
СЕРИЯ ГУМАНИТАРНЫХ НАУК
ДУШАНБЕ: «СИНО»
2009
1
ДОНИШГОЊИ МИЛЛИИ ТОЉИКИСТОН
ТАДЖИКСКИЙ НАЦИОНАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ
МАЉАЛЛАИ ИЛМЇ СОЛИ 1990 ТАЪСИС ЁФТААСТ.
НАУЧНЫЙ ЖУРНАЛ ОСНОВАН В 1990 ГОДУ.
Њайати тањририя:
Редакционная коллегия:
Саидов Н.С.,
сармуњаррир
Исоматов М.М., љонишини сармуњаррир
Каримов М.Б., љонишини сармуњаррир
Исматов С.М., љонишини сармуњаррир
Аъзоёни њайати тањририя:
Члены редколлегии:
Ќосимова М.Н., Бобоев Т.Б., Юсупов З.Н., Сафаров Љ.Х., Устоев М.Б., Уроќов
Д.У., Мањмадов А.Н., Холиќов К.Н., Кабиров Ш.
Маљалла бо забони тољикї, русї ва англисї нашр мешавад.
Журнал печатается на таджикском, русском и английском языках.
© Донишгоњи миллии Тољикистон, 2009
Паёми Донишгоњи Миллии Тољикистон
Вестник Таджикского национального университета
2
ТАЪРИХ
АКАДЕМИК Б.А. ЛИТВИНСКИЙ- ПАТРИАРХ ТАДЖИКСКОЙ
АРХЕОЛОГИИ
Э. Тожиев
Таджикский национальный университет
Когда была создана Академия Наук Республики Таджикистан, в 1951 г. Б.А. Литвинский и Е.А.
Давидович - молодой дуэт ученых был приглашен из Ташкента в Таджикистан, где археология в то время
находилась в зачаточном состоянии. Академик Б.А.Литвинский организовал и целых 20 лет руководил
Сектором археологии ИИАЭ им. А. Дониша АН РТ. C полным правом мы можем назвать его создателем
археологии Таджикистана,[1] поскольку все предыдущие исследования на территории нашей республики
проводились Ленинградскими (Санкт-Петербургскими) учеными, начавшими свою плодотворную
деятельность сразу после окончания Второй Мировой войны, в 1946 г. Но эти работы велись лишь в двух
городах– в г.Пенджикенте и Кобадиане и в небольшой степени на Памире, так что перед молодым ученым
лежала целая страна, ждущая своего исследователя. О некоторых памятниках, таких, как знаменитый в
дальнейшем Хульбук, было известно, но большинства регионов республики еще не касалась «лопата
археолога». Перед молодым ученым лежала, почти не изученная с этой точки зрения страна, и эму страстно
хотелось работать, чтобы поскорее сбросить покровы таинственности с самых древних, покрытых вековой
пылью, археологических памятников.
После организации Сектора археологии ИИАЭ им. А. Дониша АН РТ программа археологического
изучения Таджикистана была расширена. Основными из них были следующие:
1. Разработка исторической географии. Историко – археологические обзоры. Археологическая карта.
2. Изучение памятников эпохи первобытнообщинного строя.
3. Изучение памятников эпохи рабовладельческого строя (оседлого населения).
4. Изучение культуры кочевников.
5. Изучение культуры Таджикистана эпохи VI-VIII вв., особенно городской культуры согдийцев VIVIII вв. (работы в Пенджикенте).
6. Изучение средневекового города и ремесел.
7. Развитие нумизматики.
8. Исследование архитектурных памятников.
9. Археология и проблема этногенеза таджикского народа.[2]
В сентября 1951 г., когда ныне знаменитый археолог (Б.А. Литвинский) выехал в свою первую на
территории Таджикистана экспедицию, его сопровождали всего два участника работ: жена, уже известный
среднеазиатский археолог и нумизмат, кандидат исторических наук Е.А. Давидович (сейчас Заслуженный
деятель науки Таджикистана) и студент второго курса исторического факультета Таджикского университета
В.А. Ранов. А перед началом перестройки, приведшей таджикскую археологию почти к полному
уничтожению, отдел археологии состоял из 23 сотрудников, из которых два имели степень доктора
исторических наук и четверо – кандидата исторических наук. Каждый полевой сезон за ворота ИИАЭ им. А.
Дониша АН РТ выезжало 12-13 археологических отрядов, охватывавших своими исследованиями всю
территорию Таджикистана.
В неопубликованной рукописи, посвященной своему творческому пути, академик Б.А. Литвинский
вспоминает о начальных годах своей археологической деятельности в Таджикистане следующим образом:
«Денег для исследований выделялось очень мало, старые разбитые рейсовые автобусы, которые водили
лихие, часто презирающие всякие правила дорожного движения шоферы, ломались буквально на каждом
десятке километров, автомобильные дороги во многие районы только прокладывались, и в лучшем случае
ездить приходилось по щебенке, а в худшем – машина с трудом разворачивалась на рискованном витке узких
перевалов. Ведомые своими начальниками, близкие к ним по возрасту, сотрудники археологических отрядов
не думали ни об отдыхе, ни о минимальном комфорте».[3]
Действительно, с полным правом это время можно назвать «героическим периодом» таджикской
археологии.
Здесь уместно привести выдержку из упоминавшейся выше рукописи самого Б.А. Литвинского:
«Именно в 50-е годы сложилось мое представление об археологе – полевике. Это, казалось мне, должен быть
человек, страстно влюбленный в свою профессию, преданный ей без остатка. Никакие природные трудности
3
не должны его смущать; он, собственно, не должен их замечать. Работе он должен отдавать все время, за
исключением только сна; днем на раскопе (разведке), вечером и в так называемые выходные дни – отработка
материала, дневники. Археолог должен быть высочайшим профессионалом; соблюдение методики работ
должно быть его жизненным кредо; он должен сам знать и уметь абсолютно все, что может понадобиться в
поле (снимать планы, делать разнообразные чертежи, рисовать, знать на память все категории
археологических предметов с датировками; в полном объеме владеть приемами описания сооружений, слоев
и предметов; знать архитектуру всех эпох; разбираться в геоморфологической ситуации; быть знакомым с
антропологией и краниометрией и т.д.). Кроме того, мы с Е.А.Давидович полагали, что при раскопках
требуется исключительная тщательность и четкость, а с другой стороны – творческий, аналитический
подход».[4]
Приходили и первые открытия, заполнявшие еще пустые страницы древней истории таджиков:
Хульбук, Кухна –Калъа, курумы и курганы в Северном Таджикистане и на Памире, с каждым годом
накапливались все новые и новые материалы. Выезда на полевые работы ждали как большого праздника.
В таком ритме трудились вместе с Б.А. Литвинским и его первые ученики – Э.Г. Гулямова, Т.И.
Зеймаль, В.А. Ранов, а затем появилась и вторая генерация таджикских археологов, прошедших
замечательную школу прекрасного педагога и внимательного старшего товарища, - А.А. Абдуллоев, А.Д.
Бабаев, Х. Мухитдинов, Л.Т. Пьянкова, В.С. Соловьев и другие. Трое из них – А.Д. Бабаев, В.А. Ранов и В.С.
Соловьев - ныне доктора исторических наук, а много работавший с Б.А.Литвинским в экспедициях Ю.Я.
Якубов– член-корреспондент АН РТ, доктор исторических наук, профессор. Но не только непосредственные
ученики Б.А. Литвинского пользуются его энциклопедическими знаниями и находятся под его большим
влиянием. Это влияние, часто имеющее для человека, входящего в науку определяющее значение,
испытывают и многие другие лица, так или иначе контактирующие с ученым.[5]
Итоги археологической работы по основным направлениям научного исследования впервые подробно
изучены в работе академика Б.А. Литвинского «Археологическое изучение Таджикистана советской
наукой».[6] В данной работе автор ограничивался сжатой характеристикой, а иногда лишь перечнем
проведенных исследований и их важнейших результатов по нижеуказанным направлениям: «Общие
археологические территории республики» и «Основные направления научно–исследовательской работы».[7]
В своем изложении автор стремился показать постепенное становление советской археологии
Таджикистана и пути ее дальнейшего развития. Решающую роль в росте таджикской археологии и
превращении ее в подлинную науку сыграло усвоение и применение в научных исследованиях достижений
науки и техники. Обозревая сложный и длительный ход археологического изучения Таджикистана, автор
отмечает, что это – часть истории науки, в свою очередь неразрывно связанной со всем культурным
строительством в республике. Автор, подводя итог изложенному, утверждает, что археология Таджикистана
не всегда двигалась по фарватеру основного русла советской археологии. И именно в этих случаях работы
бывали наименее успешными. Лишь теснейшая связь с археологическими учреждениями других
среднеазиатских республик и центра, постоянный учет и достижения на фоне общих задач советской
исторической науки могут дать правильную перспективу как в определении направлений, так и в
восстановлении методики работы. С другой стороны, первостепенное значение имеет четкое выявление
основных задач археологии, исходя из проблематики истории Таджикистана.[8]
Полевые работы сотрудников сектора археологии, руководимого Б.А.Литвинским, а затем его
учеником В.А. Рановым, а ныне Ю. Якубовым, проводились и проводятся с большим энтузиазмом и на
высоком уровне ответственности.
В области археологии в годы Советского Союза мы наблюдаем тесное творческое содружество
ученых Таджикистана с учеными других советских республик, особенно с учеными Ленинграда (СанктПетербурга). Академик А.А. Семенов, анализируя совместную работу таджикских археологов с
ленинградскими учеными отмечает, что «важной проблемой истории Таджикистана является изучение
первобытнообщинного строя. Здесь в тесном контакте работают профессор А.П. Окладников и заведующий
сектором археологии нашего института Б.А. Литвинский. Раскопки поселений бронзового века на территории
Ленинабадской области дали богатейший материал для характеристики хозяйства земледельцев и скотоводов,
живших здесь более трех тысяч лет тому назад. Исследование этих памятников завершится совместной
монографией Б.А. Литвинского и А.П. Окладникова.»[9] Но как мы знаем, монография об исследовании
памятников Кайраккума была написана в соавторстве с Б.А. Литвинским, А.П. Окладниковым и В.А.
Рановым. А.П. Окладников и В.А. Ранов исследовали каменный век Кайраккума, а Б.А. Литвинский
исследовал памятники бронзового века.
В 50-х годах XX века академик Б.А. Литвинский занимался раскопками и исследованием памятников
территории Северного Таджикистана. Раскопки археологических памятников в основном были произведены
в Аштском и Исфаринском районах, а также на территории Кайраккумского водохранилища. Надо отметить
что, работа в Кайраккуме создала прекрасную возможность для изучения истории арийских, т.е. индоиранских
4
племен эпохи бронзы и непосредственно в Таджикистане. Подобная тематика волновала ученого всегда, и
этот интерес нашел отражение в его исследованиях Вахшской культуры эпохи бронзового века в низовьях рек
Вахш и Кызылсу в 1961 – 1967 гг., которые он проводил вместе со своими учениками Л.Т. Пьянковой и Х.Ю.
Мухитдиновым. Нужно сказать, что именно исследования Б.А.Литвинского легли в основу концепции
раздела, посвященного арийской проблеме в книге академика Б.Г. Гафурова – «Таджики».[10]
До сих пор ученые дают высокую оценку исследованиям академика Б.А. Литвинского в изучении
этнической истории и прежде всего – проблеме этногенеза индоиранцев. Например, Е.Е. Кузьмина, выступая с
докладом «К вопросу о современном состоянии проблемы происхождения индоиранцев» на Международной
научной конференции, посвященной 80-летию доктора исторических наук, профессора Е.А. Давидовича и
академика Б.А. Литвинского, отметила, что среди многочисленных и разнообразнейших интересов Б.А.
Литвинского, видное место занимают сложнейшие проблемы этнической истории, прежде всего иранских
народов, заселявших в древности территорию Средней Азии, и их современных потомков–таджиков и
многочисленных памирских народов, а также вопросы связей с древним населением Ирана и Индии и шире
проблема этногенеза индоиранцев. Его концепция была четко сформулирована в докладе «Проблемы
этнической истории Средней Азии во II тысячелетии до н.э.», представленном на Международном
симпозиуме «Этнические проблемы истории Средней Азии в древности», проходившем в 1977г. в г.
Душанбе. Несмотря на многочисленные дискуссии, не прекращающиеся в течении четверти века, позиция
Б.А. Литвинского остается до сегодняшнего дня наиболее обоснованной.[11]
Конец 50-х г. XX в. застает Б.А. Литвинского на Восточном Памире.[12] Отряд Б.А. Литвинского,
работая в тяжелых климатических условиях Восточного Памира, на большой высоте, доходящей до 4 и более
тысяч метров над уровнем моря, вскрыл и изучил свыше 260 сакских могил, причем некоторые их них
находились на высоте 4200 м над уровнем моря. Но итоги раскопок полностью окупили все трудности. В
результате этих работ материальная и духовная культура сакских племен Памира (YIII – III вв.до н.э.),
являющихся одним из важных компонентов генезиса таджикского народа, предстала во всем своем
многообразии и богатстве. Академик Б.А.Литвинский написал одну из самых значительных своих книг,
посвященную истории памирских саков, кочевых племен индоиранского происхождения, населявших север
Средней Азии во второй половине I тысячелетия до н.э. Он убедительно показал, что памятники памирских
саков – это следы переселений сакских племен из Средней Азии в Индию, где они и образовали знаменитое
«ведическое» общество и идеологию, во многом лежащую в основе современной индуистской религии. Книга
получила исключительно хорошую оценку прежде всего в зарубежной прессе и до сих пор является лучшей в
мировой науке книгой, посвященной памирским сакам и проблемам, с ним связанным.[13]
В 1974 г. по инициативе Б.А.Литвинского, исходя из необходимости решения новых организационных
задач , которые ставит перед археологами возросший объем археологических исследований, Президиум
Академии наук Таджикской ССР организовал еще одну – Южно-Таджикскую археологическую экспедицию
(ЮТАЭ). Территориально экспедиция осуществляла археологические раскопки и разведку в Центральном и
Южном Таджикистане, а также на Памире. Руководство экспедицией было поручено известному археологу,
заведующему сектором истории культуры народов Средней Азии Института востоковедения АН СССР,
доктору исторических наук Б.А. Литвинскому.[14]
Эта экспедиция для Б.А.Литвинского стала любимым детищем, которому он отдал много душевных и
физических сил. Сейчас на территории, недавно охваченной военными конфликтами, многострадального
Таджикистана ЮТАЭ продолжает археологические исследования. Через всю эту череду лет длиной в целую
человеческую жизнь таджикская археология прошла под руководством Б.А. Литвинского, который более
двух десятилетий не только лично возглавлял полевые работы, но и помогал другим археологам–начальникам
отрядов правильно оценить добытый материал и подготовить его к публикации.
Наибольшая известность пришла к академику Б.А.Литвинскому в связи с раскопками Аджина–Тепа,
замечательного памятника раннего средневековья, большого двугорбого холма, расположенного примерно в
десяти километрах к востоку от города Курган-Тюбе. Они продолжались практически без перерыва 15 лет
(1960-1975 гг.), и буддийский монастырь был раскопан до последней комнаты. Нужно сказать, что это
уникальный случай в археологии азиатских стран, обычно раскопкам подвергается лишь храмовая половина,
да и то, как правило, не полностью, тогда как кельи монахов и другие постройки монастырской половины
остаются нераскопанными. Теперь после раскопок Б.А. Литвинского и его аспирантки Т.И. Зеймаль (ныне
заместитель заведующего Отделом Востока Государственного Эрмитажа РФ), можно полностью
реконструировать архитектуру этого монастыря, в котором, повторяя классические каноны религиозной
структуры буддизма, в строительных приемах хорошо прослеживается местная традиция. Среди
скульптурных остатков интересны морды чудовищ, весьма выразительные изображения змей, животных,
растительных побегов, цветов, листьев.[15]
Особенное место в раскопках Аджина-Тепа занимала реставрация найденных в процессе работы
религиозных реликвий, фрагментов настенной живописи и многих остатков скульптуры. Она производилась
5
как бригадой реставраторов Эрмитажа, так и группой местных реставраторов, для которых работа на АджинаТепа, вместе с академиком Б.А. Литвинским, была прекрасной школой. И именно их самоотверженная работа
помогла сохранить удивительные шедевры искусства раннего средневековья. Лучшие находки из АджинаТепа демонстрировались на международных выставках в Санкт–Петербурге, Германии, Швейцарии, Японии.
Можно добавить, что именно в Таджикистане была найдена самая большая в мире глиняная скульптура
Будды «в нирване», которая с постаментом 12-14 м. в длину. Эта находка, несомненно, из важнейших звеньев
открытого в 1959 году археологического комплекса Аджина–Тепе.[16] Вот как описывают авторы
монографии об Аджина-Тепа, часть церемонии посещения храма верующими: «Слышались звуки музыки и
пения, ими сопровождалась церемония pradaksina. И на совершающих обход взирали со сводчатого потолка
слабо видные, но тем не менее внушавшие благоговейное уважение изображения сидящих рядами, один над
другим, сотен Будд. Они сопровождали процессию все время, царили над ней, исчезая во мраке бесконечности
в верхней части свода. Наконец процессия достигла помещения, где лежал «Будда в нирване». Между стеной
и постаментом оставалось узкое пространство, здесь проходили по одному. Свет светильника ярко освещал
небольшие части гигантской скульптуры. Нетрудно представить, что она производила глубокое впечатление
на верующих».[17]
Раскопки на Аджина–Тепе привлекли внимание и зарубежных археологов. Через советское посольство
на Цейлоне поступил запрос с просьбой дать информацию о работе археологов. Институт ИИАЭ им. А.
Дониша кратко сообщил о результатах работ в Аджина–Тепе. Это сообщение было доведено до сведения
широкой общественности Цейлона и Индии.[18] Можно смело сказать, что, как и знаменитый буддийский
монастырь Кара–Тепе около Термеза, памятник, раскопанный Б.А.Литвинским, лег в основу наших
представлений о распространении и характере буддизма в Средней Азии.
Академик Б.А.Литвинский относит находки из Аджина–Тепе к числу шедевров Древнего Востока. А
статуя Будды, несомненно, самая крупная в Советском Союзе. Это уже видно по стопе.[19]
Чуть позднее в 1974–1980 гг. Б.А. Литвинским был изучен небольшой, но очень интересный
буддийский храм в городище Калъаи–Кафирнихан недалеко от г.Душанбе. Этот храм прославился
фрагментом настенной живописи, на которой, как и на фресках Аджина–Тепа, изображена процессия
донаторов, несущих цветы.[20] Имеются здесь и скульптурные произведения. Под общим руководством
академика Б.А. Литвинского его ученица Т.И. Зеймаль раскопала остатки буддийского монастыря Уштур–
Мулло в низовьях Кафирнихана.
Не менее важной была работа академика Б.А.Литвинского с могильниками кочевников в Ворухе, и
очень большое и интересное предприятие–раскопки знаменитых «муг-хона», или курумов, своеобразных
курганов кочевников, имеющих вид кучи камней, среди которых иногда попадаются и целые, не
обрушившиеся курганы, которые имели вид каменных округлых домиков с оригинально построенным
куполом. Курганы–это древние могилы, оставленные некогда жившими здесь людьми. По повериям того
времени, умершему в его загробной жизни по крайней мере на «первое время» нужны были вещи,
сопровождающие его при жизни на земле. Поэтому вместе с покойником в могилу ставили горшки с пищей,
мазями и притираниями, его оружие и другие вещи.[21] В 1952 году в одном из курганов около Воруха
археологи обнаружили интересный косметический прибор, состоявший из куска графита, специальной
палочки для подведения бровей и плитки, на которой растиралась краска и графит. Этнографы утверждали,
что точно такой же каменной палочкой для подведения бровей, пользуются в наше время припамирские
женщины-таджички.[22] Надо сказать, что работа в курумах была не из приятных и требовала определенного
мужества–в отдельных курумах камни угрожающе нависали над головами раскопщиков, а времени на то,
чтобы их убирать, не хватало. Возраст этих сооружений определяется началом I тысячелетия н.э. –Y-YII вв.,
причем основное количество памятников этого типа относится к более позднему времени.[23] Докторская
диссертация Б.А.Литвинского, посвященная памятникам кочевников Ферганы и Памира, насчитывала 2206
страниц.[24] В итоге из диссертации получилось четыре тома «Могильников Западной Ферганы»,
содержащих огромное количество сведений, затрагивающих разные стороны жизни ферганских кочевников:
распространение курганов и курумов, особенности погребального ритуала, подробное описание вещей,
найденных в них, религиозные обычаи, связанные с данными погребениями, и многое другое. Первый том
«Курганы и курумы Западной Ферганы» (Раскопки. Погребальный обряд в свете этнографии) состоит из 2-х
глав. В первой главе даны сведения о могилах- курганах Исфаринского района, а во второй главе– о курумах
Аштского района, под названием «Курумы». Надо отметить, что автор в курсе всех написанных трудов
зарубежных и советских исследователей. Он анализирует все предложения ученых и в конце высказывает
свою точку зрения на разные проблемы, касающиеся эволюции, датировки и создателей курумов и курганов.
В начале каждой главы автор дает подробные сведения об истории изучения вышеназванных погребальных
памятников, начиная с конца XIX в. до 50-х годов XX века.
В остальных трех томах даны сведения об отдельных находках из курумов и курганов Аштского и
Исфаринского районов. Например, во втором томе «Керамика из могильников Западной Ферганы» (Первое
6
тысячелетие нашей эры) анализируются находки, говорится о кружках, чашах, сосудах, кувшинах, флягах и
других керамических предметах, найденных в курганах и курумах.
О нарядах и украшениях: бусы, кольца, браслеты, серьги даны сведения в третьем томе «Украшения из
могильников Западной Ферганы». В основном эти украшения и наряды были обнаружены в курганах, где
были захоронены женщины.
Четвертый том-«Орудия труда и утварь из могильников Западной Ферганы» (Археологические и
этнографические материалы по истории культуры и религии Средней Азии)–состоит из 9-ти глав. В этих
главах автор дает подробные сведения о находках из курганов и курумов. Это ножи, топоры,
землекопательные орудия, зернотерки и жернова, орудия прядения, деревянная утварь, косметические наборы,
зеркала и т.п. Особо надо сказать о седьмой главе данного тома, которая называется «Зеркало». В этой главе
автор анализирует взгляды на то, что зеркала имеют колдовскую силу и в древних и в настоящих верованиях
народов Средней Азии.[25]
К раскопкам могильников Б.А.Литвинский обратится еще несколько раз, организовав большие работы
на античном могильнике оседлого населения– Туп–хона в Гиссаре и могильниках разного временного
диапазона в Бешкентской долине. Как вспоминает сам академик Б.А.Литвинский, «после работ в Исфаре я
увлекся изучением курганов, а Е.А.Давидович все больше погружалась в исследование нумизматики и
экономической истории.»[26]
Археологические раскопки и смелые суждения М.М. Дьяконова в 1951-1952 гг. о цивилизации
Древней Бактрии, в особенности его предположения о местонахождении Амударьинского клада в развалинах
Тахти Сангина и уверенность в большом будущем этих раскопок, привлекли внимание выдающихся ученых
мира. На места развалин Калъаи Мира, Кайкубодшаха, Тахти Кубода и Тахти Сангина прибыли такие светила
археологической науки, как Б.А. Литвинский, Е.В. Зеймаль, Б.Я. Ставиский, Л.И. Альбаум. Своими
изысканиями они открыли новую страницу в науке бактриоведения.[27]
Спустя сто лет после нахождения Амударьинского клада ученым удалось ответить на некоторые,
касающиеся его, неясные вопросы. Археологические раскопки Тахти Сангина, которые в 1976 году начались
под руководством академика Б.А. Литвинского, были затем продолжены профессором И.Р. Пичикяном.[28]
Через несколько лет работы увенчались блестящим результатом.[29]
Эти городища находятся на правом берегу р. Амударьи в 4–х километрах ниже слияния рек Пяндж и
Вахш. Раскопки этого уникального памятника продолжались позднее, вплоть до 1991г. в настоящее время
вновь возобновились И именно этим двум исследователям принадлежит честь изучения памятника, стоящего
в одном ряду с такими выдающимися открытиями, как Ай-Ханум и Сурх-Кутал в Афганистане, ранний
Афрасияб и Нисса в Средней Азии, а для более позднего времени городище Древнего Пенджикента и
Аджина-Тепа. Храм Окса был храмом огня, причем прекрасно сохранившимся, но в обводных коридорах в
специальных ямах–ботросах хранились разнообразные вещи, которые верующие того далекого времени
посвящали храму. Особенно интересными оказались раскопки центрального храма городища, посвященного
божеству р. Амударьи–Оксу, которые принесли уникальные находки предметов искусства, религии и оружия
Ахеменидского (YI-IY до н.э.), Селевкидского (конец IY- сер. III в. до н.э.) и Греко-Бактрийского (сер. III- 30-е
гг.II в.до н.э.) времени. Именно здесь и было найдено все основное богатство, прославившее этот памятник во
всем мире. Это и многообразная скульптура, и резьба по слоновой кости, и вооружение, которое представлено
в таком разнообразии, что с Тахти–Сангином не может сравниться ни один другой памятник Греко–
Бактрийского времени. Раскопки Тахти–Сангина представляют собой крупнейшее событие в
эллинистической археологии Востока. Теперь уже никто не сомневается, что знаменитый амударьинский клад
золотых и серебряных вещей, найденный в Кобадиане в 1877 г. происходит из Тахти–Сангина.
Раскопки показали, что Тахти Сангин в совокупности с Тахти Кубодом представлял собой мощную
оборонную систему в виде неприступных крепостей, расположенных на перепутье главной дороги между
Индией, Китаем, Ираном и Византией. Их целью была охрана водораздела на Амударье и наземных путей.
Развалины Тахти Сангина свидетельствуют, что предки таджиков достигли больших высот в искусстве
строительства крепостей и оборонных сооружений, что они удачно сочетали достижения зодчества и
военного дела.[30]
Раскопки на Тахти–Сангине заставили во многом по–новому взглянуть на эллинистическо–бакрийские
контакты в конце первого тысячелетия до нашей эры. Много нового было внесено и в представления
Б.А.Литвинского о религии не только Греко–Бактрии, но и ранней стадии Кушанского периода.[31]
Многолетний поисковый опыт работы ученого увеличился изданием оригинальных фундаментальных
исследований о древности Средней Азии. В итоге к 2000г. академик Б.А.Литвинский в соавторстве с
И.Р.Пичикяном написали и издали монографию, посвященную Храму Окса в Южном Таджикистане.[32]
Монография содержит изложение и анализ результатов пятнадцатилетних (1976–1991 гг.) раскопок
эллинистического храма Окса в Бактрии, в юго–западной части Республики Таджикистан. Детально описаны
процесс раскопок, стратиграфии, хронология. Храм был воздвигнут в конце IY – начале III в. до н.э. и был
7
посвящен божеству реки Окс (современная река Амударья и ее притоки). В книге содержится анализ
архитектуры храма, его сравнение с аналогичными восточными храмами, выявлен генезис архитектурно–
планировочного устройства этих храмов. Книга завершается материалами по религиозной жизни в храме,
шире – в Бактрии.
Академик Б.А.Литвинский уже после смерти И.Р.Пичикян написал второй том этого труда, который
содержит полную публикацию вооружения, найденного в эллинистическом храме Окса. Это огромный труд,
плод многолетних исследований истории среднеазиатского вооружения.[33] В настоящее время академик
Б.А.Литвинский завершает работу над третьим томом «Храма Окса». [34]
В среднеазиатской археологии нет другого специалиста, имеющего такие познания в археологии,
этнографии, филологии Средней Азии, в том числе Республики Таджикистан, как академик Б.А.Литвинский.
Недаром не только у нас, но и за рубежом его называют «ходячей энциклопедией» - он знает буквально все.
Академик Б.А.Литвинский перестал ездить на полевые работы в конце 80-х годов ХХ в. в связи с
возрастом и ухудшением здоровья. Но несмотря на солидный возраст, он продолжает пропагандировать
историю и культуру таджикского народа в России и других странах мира.
КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: археологическое изучение Таджикистана, среднеазиатская археология, разработка исторической географии.
1.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
8.
9.
10.
11.
12.
13.
14.
15.
16.
17.
18.
19.
20.
21.
22.
23.
24.
25.
26.
27.
28.
29.
30.
31.
32.
Л ИТЕР АТУРА
Масов Р.М., Ранов В.А. Жизнь, отданная археологии// Древние цвилизации Евразии: История и культура. (Тезисы, доклады
Международной научной конференции, посвященной 75-летию академика Б.А.Литвинского).-М., 1998. с.50.
Каримов О.К. Историческая наука Таджикистана (до 80-х годов XX века).-Худжанд: Ношир, 2002. – с.365.
Масов Р.М., Ранов В.А. Жизнь, отданная археологии. – с.51.
Холджураев Х., Каримов О. Выдающийся археолог и знаток Средней Азии.-Худжанд, Нури маърифат, 2003.с.71-72.
Искандаров Б.И., Ранов В.А. Вклад Б.А.Литвинского в изучение древнего прошлого Средней Азии// Прошлое Средней Азии.Душанбе, 1987.с.23-24.
Литвинский Б.А. Археологическое изучение Таджикистана советской наукой.-Сталинабад, 1954.–81 с.
Там же. – с.32-74.
Каримов О.К. Историческая наука Таджикистана. – с.365 -366.
Семенов А.А. Творческое содружество// Коммунист Таджикистана, 1956, 30 марта.
Гафуров Б.Г. Таджики. Древнейшая, древняя и средневековая история.-М.,1972.-с.27-43.
Кузьмина Е.Е. К вопросу о современном состоянии проблемы происхождения индоиранцев// Центральная Азия. Источники,
история, культура. Материалы Международной научной конференции, посвященной 80-летию доктора исторических наук
Е.А.Давидович и академика Б.А.Литвинского. – М: Вост.лит., 2005. – с. 383-384.
На Памир выехали археологи// Коммунист Таджикистана, 1958, 30 июля.
Литвинский Б.А. Древние кочевники «Крыши мира». – М., 1972. 269 с.
Ранов В. Археологи выезжают в экспедиции// Комсомолец Таджикистана, 1974, 19 апр.
Денисова В. Сокровища Аджина – Тепе// Коммунист Таджикистана, 1964, 30 мая.
Кочетов А. Бог, которого нашли в земле// Комсомольская правда, 1966, 24 сентября.
Литвинский Б.А., Зеймаль Т.И. Аджина-Тепа.Архитектура.Живопись.Скульптура.– Москва, 1971. - с.135.
Денисов В. Сокровища Аджина–Тепе// Коммунист Таджикистана, 1964, 30 мая.
Латифи О. Спящая статуя// Комсомольская правда, 1967, 30 ноября.
Кафир–Калъа – загадки и открытия// Коммунист Таджикистана, 1968, 16 июля.
Ранов В. В археологической экспедиции// Коммунист Таджикистана, 1958, 11 июля.
Литвинский Б.А. Прошлое Исфаринского района// Ленинабадская правда, 1954, 4 июля.
Литвинский Б.А. Курганы и курумы Западной Ферганы. – М., ГРВЛ, 1972.с.211-213; Курумы// Археологи рассказывают. –
Сталинабад, 1959.с. 225-237.
Литвинский Б.А. История и культура восточной части Средней Азии от поздней бронзы до раннего средневековья (в свете раскопок
памиро-ферганских могильников). Дис. на соиск. учен. степ. д-ра ист. наук. – Душанбе, 1970, 2206 с.
Литвинский Б.А. Орудия труда и утварь из могильников Западной Ферганы.-М., ГРВЛ., 1978. с.105-126.
Холджураев Х., Каримов О. Выдающийся археолог и знаток Средней Азии. – с.69.
Рахмонов Э.Ш.Таджики в зеркале истории. Книга первая. От Арийцев до Саманидов. – Лондон, 2001. – с.146.
Рахмонов Э.Ш.Таджики в зеркале истории. – с.146-147.
Мережникова Н., Немировский А. Взгляд сквозь 20 веков//Вечерний Душанбе, 1980, 9 декабря.
Рахмонов Э.Ш.Таджики в зеркале истории. –с.146 – 147.
Литвинский Б.А.,Пичикян И.Р.Археологические открытия на юге Таджикистана.//Вестник АН СССР.-М.,1980, №7. с.124-133.
Литвинский Б.А., Пичикян И.Р. Эллинистический храм Окса в Бактрии (Южный Таджикистан). Т.1. Раскопки. Архитектура.
Религиозная жизнь. – М., 2000. 503 с.
8
33. Литвинский Б.А. Храм Окса в Бактрии (Южный Таджикистан). Т.2. Древневосточное вооружение в древневосточном и греческом
контексте. – М., 2001. 525 с.
34. Мкртычев Т.К.Вместо введения//Центральная Азия.Источники, история, культура.- с.5.
АКАДЕМИК Б.А. ЛИТВИНСКИЙ – ПАТРИАРХИ БОСТОНШИНОСИИ ТОЉИК
Дар маќола сањми академик Б.А.Литвинский дар кашфу њафр ва тањќиќи ёдгорињои бостоншиносии Љумњурии
Тољикистон тањлил шудааст. Ў соли 1951 ба ш. Душанбе омада, шўъбаи бостоншиносии Пажўњишгоњи таъриху бостоншиносї ва
мардумшиносии ба номи А.Донишро таъсис ва тўли ду дањсола (1951-1971) онро сарварї менамояд. Баъзе ёдгорињое, ки аз љониби
бостоншиносон, бо сарварии академик Б.А.Литвинский кашфу њафр шуда буданд, шўњрати љањонї пайдо карданд. Фаъолияти илмии
академик Б.А.Литвинскийро олимони дохилї ва хориљї баланд арзёбї намудаанд.
ACADEMIC B. A. LITVINSKY – UOUNDER OF TAJIK ARCHEOLOGY
The main subject of present article is about contribution of B.A. Litvinsky in creation and progress of archeology science in Tajikistan. B.A.
Litvinsky arrived to Dushanbe in 1951 and organized the department of archeology and ethnography in Academy of sciences by name A. Donish. He
was a leader of this department over 20 years. Some of archeological excavations was made by him like: excavations of barrow (tumulus), in north of
Tajikistan, «Takhti sangin», «Ajina teppa» and other was made him popular and famous in the world.
НАХУСТРЎЗНОМАИ ТОЉИКЇ
Ќањњори Расулиён (Расулов)
Донишгоњи миллии Тољикистон
Нахустин рўзномае, ки дар Осиёи Миёна ба забони форсии тољикї интишор ёфтааст, «Бухорои
шариф» буда, аз 11-уми марти соли 1912 то 2-юми январи соли 1913 дар њаљми чањор сањифа њамагї 153
шумора чоп шудааст. Мутаассифона, то ба имрўз на њамаи шуморањои ин рўзнома боќї мондааст. Дўхтаи
нопуррааш дар китобхонаи ба номи Навоии шањри Тошканд ва як дўхтаи аз нисф ками шуморањои он, ки бо
саъйи устодони Донишгоњи технологияи саноати сабук ва хўроквории шањри Бухоро Зевар Ќосимова ва
Бањодур Эргашев пайдо гаштааст, дар музейи вилояти Бухоро мањфузанд.
«Бухорои шариф» дар чопхонаи Бухорои нав (Когон) ибтидо њафтае 6 маротиба ва баъди чањор моњ
њафтае 3 бор ба дасти хонандагони хеш мерасид. Рўзнома бо ташаббуси равшанфикрони машњури тољик
Мирзо Муњиддин Мансуров (падари Абдулќодир Муњиддинов) ва Мирзо Сирољи Њаким (доктор Собир)
таъсис ёфта буд, ки дар ин бора устод Айнї чунин менависад: «Онњо аввал мудири матбааи Когон Левии
яњудиро дида, ба вай аз нашри газета ваъдаи манфиати зиёде нишон дода, ўро ба майдон андохтанд. Левї ба
умеди фоида ба майдон баромада, дар ин бора ба Элчихона (намояндагии Русия дар Бухоро – Ќ.Р.) мурољиат
кард. Мирзо Муњиддин њам, ки бо корњои тиљоратиаш ба Элчихона рафтуой дошт, тарафи рухсат додан ба
газетаро гирифт ва барои бо идорањои рус шиносонидани мардуми Бухоро, барои ривољи пахтакорї лозим
будани газетаро фањмонда, барои итминони хотири элчихона Њайдархоља Мирбадаловро, ки дар он љо
хизмати тарљумониро ба љо меовард, ба мудирии газета тавсия кард. Элчихона ба шарти дар дасти худаш
будани њаќќи цензорї аз њукумати Бухоро барои нашри газета ба номи Левї ва Њайдархоља имтиёз ва иљозат
гирифта дод» [1. с. 106].
Левї ва Њайдархоља аз Насрулло – ќўшбегї ба мазмуни «Њар кас ба газета муштарї шавад, аз тарафи мо
њељ мамониат нест» як мактуби кушода гирифтанд. Ин хат ба воситаи одамони махсус ба вилоятњои атроф
фиристода шуда, як миќдор муштарї љамъ шуд. Ќозї ва њокимњое њам, ки аз газета метарсиданд, «ин газета
аз они љаноби олї будааст» гуфта, ба он муштарї шуданд» [1. с. 107].
Барои муњарририи «Бухорои шариф» аз шањри Боку яке аз донишмандони забону адаби форсї, адиби
маъруф Мирзо Љалол Юсуфзода (1862-17.8.1931) ба Бухоро даъват карда шуд, ки ў бо худ як миќдор њарф ва
чанд мураттибро низ оварда буд.
Вазифаи дабирии масъули рўзнома бар дўши яке аз равшанфикрони эронї Мирзо Ѓаффор вогузор
шуда буд. Маќсаду мароми рўзномаро дар шумораи дуввуми он Мирзо Љалол Юсуфзода баён намуда, аз
љумла навишта буд, ки: «Мо бояд муносиби њоли оммаи мардум сухан гўем, салоњи амри умумиро дар назар
дошта бошем. Лињозо, рўзномаи мо аввалан њарчи мумкин бошад, ба забони форсии сода навишта мешавад.
Сониян, маќолањое, ки (ѓайр аз ахбори олам) мехоњем дарљ намоем, иборат аз муќаддимаи инсоният хоњад
буд. Яъне тадриси мардум ба талаби илм ва ислоњ намудани вазъи таълим». [3]
Рўзнома, ки дар атрофи худ бењтарин равшанфикрони тољикро аз ќабили Мирзо Сирољи Њаким,
Мирзо Муњиддин Мансуров, Мирзо Ѓаффор, Абдурауфи Фитрат, Мирњайдар Мирбадалов, Муњаммад
Исмоили Мозандаронї, Мирзо Исмоил, Садриддин Айнї, Абдулќодир Муњиддинов гирд оварда буд, дар
сањифањои хеш маводи гуногунмавзўю мухталифжанри љолибро љой дода, аз рўзњои аввал диќќати
хонандагонро ба худ љалб намуд. Ва пеш аз њама навиштањои сардабири он, ки рўзноманигори ботаљриба
9
буд, њељ касро бетараф гузошта наметавонист. Ба ќавли устод Айнї «Мирзо Љалол дар њар шумора
маќолањои муассири фасењу болиѓе навишта, дардњои умуми моро кушода, ба мо давоњо нишон медод.
Мирзо Љалол соњибќалами забардаст, аз усул ва фурўи улуми исломї ба хубї хабардор буд. Бинобар ин,
маќолањояш ба њар кас таъсир мебахшид. Мардуми зотан мустаиди Бухоро ин бандњои ба забони худашон
навишташудаи адабї ва содаро бо муњаббат мехонданд». [1. с. 107]
Тавре зикр шуд, як ќисми маводи рўзномаро ахбори гуногун ташкил медод, ки тавассути он
хонандагон аз муњимтарин рўйдодњои аморати Бухорою Туркистон, мамолики њамсояи Эрону Афѓонистон
ва ѓайра огоњї пайдо мекарданд.
Бояд тазаккур дод, ки «Бухорои шариф» дар он айём ягона минбари маорифпарварони тољик буд. Ин
аст, ки оиди ислоњоти мактабу маориф, зарурияти омўзишу пажўњиши улуми замона, пайравї аз макотиби
Руссияю Аврупо, тарѓиби таълими усули љадид як силсила маќолот ба табъ расидааст. Аз љумла, дар маќолае,
ки шумораи 47-уми рўзнома аз таърихи 6 июни соли 1912 пешкаши хонандагон кардааст, зарурияти тараќќї
додани саноату тиљоратро дар аморати Бухоро хотирнишон карда, таъкид намудааст, ки танњо дар мавриди
соњиби илму дониш гардидани мардум риштањои мухталифи умури кишвар нумўъ меёбад: «Дар корњои
тиљорат ва саноат ањамияти илми дунё аз ваќти љанг зиёдтар аст. Агар мамлакат саноат, тиљорат надошта
бошад, њатман тараќќї нахоњад кард ва оќибат мањв ва нобуд хоњад шуд… Калиди ин њама балоњо мактаб,
мактаб ва боз мактаб аст».[8]
«Бухорои шариф» вазъи аморати Бухороро бо дигар кишварњо муќоиса намуда, ба хулосае меояд, ки
кулли кишварњои мутараќќї танњо дар натиљаи аз бар намудани дастовардњои илму фарњанг ба чунин
пешравињо соњиб гаштаанд. Мо бояд аз онњо ибрат гирифта, њамеша дар талаби илм бошем. Он кишварњое,
ки имрўз мутараќќию мутамаддинанд, дар ваќташ «чун диданд, ки њамаи умури маишат ва зиндагонї бо илму
фикру равия дуруст мешавад, аз барои њар коре мадрасаи махсус бино гузошта, авлод ва атфоли худро ба
тањсили улум ва касби фунун водоштанд. Њама саноеву ихтироот ва осон намудани умури муошираро ба
илм пеш бурданд».[7]
Хидмати «Бухорои шариф» дар кори тоза нигоњ доштани забони форсии тољикї низ кам нест. Оиди
ин масъала низ чанд маќолае ба табъ расида, дар чанд шумораи дигари рўзнома дар мавриди сарфу нањв
дастурамале нашр шудааст.
Бахши адабии маводи рўзнома низ љолиби таваљљўњ мебошад. Худи Мирзо Љалол Юсуфзода чун
шоири маорифпарвар дар сањифањои он 31 шеъри худро дарљ намудааст, ки аз љониби Мирзо Сирољи
Њаким, Садриддин Айнї, Абдурауфи Фитрат, Исмоили Мозандаронї ва дигарон истиќболи гарм шудаанд.
Ашъори Юсуфзода адибони тољикро илњом бахшида, дар љавоби он шеърњо сурудаанд. Чунончи дар
шумораи 6-уми рўзнома «Мутоиба» ном шеъри Юсуфзода чоп шуда, ки хотимааш чунин аст:
Хоке, ки бипарварида моро,
Обе, ки аз ўст зиндагонї,
Додаст ба бод аз љањолат,
Сўзонда ба оташи нињонї.
Гањ бар гулу лола шеър бофад,
Бар сарв шуда ќасидахонї.
Бечора ватан, чї шуд, чаман ку?
Баргард аќиб, бубин, ватан ку? [3]
Дар посух ба ин шеър бо номи «Љавоби мутоиба» Мирзо Сирољи Њаким шеъре иншо намуда, ки дар
шумораи 52-юми рўзнома аз таърихи 11 майи соли 1912 чоп шуда ва оѓози он чунин аст:
Ободии ин ватан ба мо фарз,
Бошад, ки адо кунем ин ќарз.
Кошонаи худ кунем обод,
Рўњи падарони хештан шод…[3]
Дар радифи ашъори адибони тољик рўзнома чанде аз намунањои адибони русу аврупоиро ба табъ
расонидааст. Љолиб он аст, ки дар 41 шумора, аз шумораи 60 то 101 дувоздањ асари хурду бузурги нависандаи
бузурги рус Л.Н. Толстой зери унвони умумии «Асари гроф Толстуй» чоп шудаанд. Мутарљим зери њикояњо
имзои «Р.И.» гузоштааст.
«Данко» ва «Кампири Изергил»-и А.М. Горький, «Вафоти валиањд»-и А.Давид, «Њикояњои чинї»-и
адиби Фаронса Анри д’Ринье низ аз ќабили асарњои тарљумашудаанд, ки дар сањифањои «Бухорои шариф»
ба табъ расидаанд.
10
Дар ин давра ўзбакзабон будани баъзе аз дењоти атрофи Бухоро ва вилоятњои онро ба назар гирифта
чун замимаи «Бухорои шариф» аз 14 июли соли 1912 зери тањрири Ѓиёс-махдуми Њасанї нашри рўзномаи
«Тўрон» ба забони туркї ба роњ андохта шуд, ки њафтае ду маротиба чоп мешуд.
Баъди 5-6 моњи фаъолият аз сабаби харљи зиёд ва афзоиш наёфтани сафи муштариён вазъи иќтисодии
рўзнома хароб гардид. Раиси кулли корхонањои пахтаи Бухоро ва мудири матбааи Когон Левї, ки ба умеди
мафод нашри рўзномаро ба зимма гирифта буд, арз кард, ки нашри онро мавќуф мегузорад. Аммо як гурўњ
равшанфикрони Бухоро бо сарварии Мирзо Муњиддин Мансуров барои идомаи нашри он кўшиши зиёде ба
харљ дода, ширкате таъсис намуда, аз моњи сентябри соли 1912 харљи молиявии «Бухорои шариф»-ро ба
ўњдаи хеш гирифтанд. Дар ин кори хайр њиссаи Мирзо Муњиддин Мансуров, писарони ў Мирзо Изом ва
Мирзо Абдулќодир, Мирзо Сирољи Њаким, Мирзо Абдулвоњиди Мунзим, Садриддин Айнї, писарони
Абдулњакими Судур – Муњиддин-махдум ва Абдулносир-махдум, Мирзо Изатулло, Фазлиддин-махдум,
Мирзо Назруллои Ѓафурзода, Аминљон-махдуми Зиёї, Мирхон Порсо, Порсохољаи Њасанхоља, Њољї
Абдулсаттори Абдуќањњор, Њољї Њамроњ, Мирзо Мустафоќули Бўрибой, Назруллобои Яъќуббой ва
дигарон сањми болиѓе гузоштаанд. Аз љумла Назруллобои Яъќуббой 150 нафар толибилмони мадориси
Бухороро аз њисоби худ ба рўзнома обуна кунонд.
«Бухорои шариф» ва «Тўрон» дар бедорию худогоњии мардуми аморати Бухоро хидмати бузург
кардаанд. «Ин ду газета,- навиштааст устод Айнї,- дар умри дањмоњаи худ зиёда аз умед таъсир бахшидаанд.
Азбаски нашри газетањо ба давраи љангњои Италия ва Балќон рост омад, онњо ањолии аз њама чиз бехабари
Бухороро аз таърих, љуѓрофия, аз сиёсатњо, аз ањволи умумии Аврупо, аз афтода истодани олами ислом ба
ќањри њалокат огоњониданд. Ба маѓзи љавонон фикри хондан, ќалам ва адабиётро љойгир карданд. Ба хотири
падарон хаёлњои тарбия ва хонондани бачагонро оварданд. Аз ин таъсирњо мадраса њам хушк намонд.
Шогирдони мадраса ислоњи љадвалњои дарсро талаб мекарданд. Дар шуморањои охири «Бухорои шариф»
бо имзоњои мухталиф аризањои хонандагони мадраса дар бораи ислоњи тарзи таълим чоп шуда буд. Њатто
баъзе мударрисњо талаб ва раѓбати умумии талабагонро дида, аз ўњдааш набароянд њам, ба таври худ ба
ислоњи таълим сар карданд».[1. с. 110]
Тавре ки арз шуд, яке аз маќсадњои аслии рўзнома тарѓиби илму дониш буд. Дар зери таъсири
маќолањои он чанд тан аз љавонони бедори Бухоро аз ќабили Мукаммал-махдум, Мулло Абдулќосим, Ѓиёсмахдум ва дигарон мактабњо кушода, ба таълиму тарбия пардохтанд.
«Бухорои шариф», ки фикри оммаро бедор карда, мардумро ба сўи фарњангу маориф даъват менамуду
камбудию нуќсонњои њукуматдоронро фош мекард, акнун њам ба њукуматдорони Бухоро ва њам ба
Элчихонаи рус хуш намеомад. Ин буд, ки 12 январи соли 1913 ба идораи рўзнома аз Элчихонаи Русия бо
имзои Петров номае расид бо чунин мазмун: «Бо хоњиши љаноби олї, амири Бухоро аз њамин рўз эътиборан
газетањои «Бухорои шариф» ва «Тўрон» аз нашр боздошта шавад».[1. с. 109]
Њамин тавр, «Бухорои шариф» баъди нашри 153 шумора ва «Тўрон» пас аз чопи 49 шумора иљборан
баста шуданд. Ба ибораи устод Айнї «Ин ду нињол, ки акнун ба мева додан даромада буданд, бо табари зулму
истибдод аз боѓчаи халќ решакан шуданд».[1. с. 109]
Муњаррири «Бухорои шариф» Мирзо Љалол Юсуфзода бо њамроњии чанд тан аз дўстонаш Бухороро
тарк кард.
Садриддин Айнї таассуроташро аз ќатъи нашри ин рўзномањо, ки барои љавонони бедори Бухоро хеле
аламовар буд, чунин ба ќалам додааст:
Эй тарљумаи њоли дил, эй сафњаи «Тўрон»,
Ту мањв шудї, монд ба дил доѓи фаровон.
Дар илму адаб рањбари Тўрон шуда будї,
Имрўз ба ифнои ту Тўрон шуда вайрон.
Дирўз ба даврон зи ту ахбор њамегуфт,
Акнун зи ту љуз хотирае нест ба даврон.
Не, не, зи ту сад дарду алам монд ба гетї,
Не, не, зи ту сад мењнату ѓам монд ба кайњон.
Кўр аст ба сар, гар кунад аз њусни ту иѓмоз,
Гунг аст забон, гар кунад аз њаќќи ту китмон.
Эй маъракаи воссаи тавсани афкор,
Эй мањкамаи одилаи даъвии азњон!
Азњон њама чун сари ман гашт мушавваш,
Афкор њама чун дили ман монд парешон.
Рафтї, зи кї пурсем кунун солењу фосид,
Рафтї, зи кї љўем кунун аз њаќу бутлон?
Боз о, ки мушавваш нашаванд ин њама мардум,
11
Боз о, ки парешон нашаванд ин њама инсон! [1. с. 109]
Ба бовари мо «Бухорои шариф» дар умри кўтоњи хеш тавассути чопи маводи арзишманди сиёсї,
иљтимої ва фарњангии он рўзгор тавонист дар амри бедории миллии сиёсию фарњангї ва таќвияти рўњияи
худшиносию истиќлолхоњї ва рушди њуввияти миллию исломии мардуми Бухоро, ба вижа љавонони ин
марзу бум хидмати арзандае дошта бошад.
КАЛИДВОЖАЊО: нахсутрўзномаи тољикї «Бухорои Шариф», маводи рўзнома, чопи маводи сиёси, иљтимої, фарњангї.
1.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
АДАБИЁТ
Айнї. С. Таърихи инќилоби Бухоро. – Душанбе, 1987.
Боќиев Њ. Тавлиди «Бухорои шариф»эњёи миллат. // Зиндагї, 2007, 7 март.
Бухорои шариф, 1912, 12 март.
Гулмуродзода П. Равзанаи нур. // Рўдакї, 2008, №17. –с, 9, 10, 11, 12.
Салимзода О. Нахустин рўзномаи тољикї ва истиќлоли миллї. // Рўдакї, 2008, №16. –с. 65-88.
Сухан. 1990, декабр.
Њаќиќати Ўзбекистон. 1989, 20 октябр.
ПЕРВАЯ ТАДЖИКСКАЯ ГАЗЕТА
В данной статье рассматривается история издания первой газеты на таджикском языке под названием «Бухорои шариф»,
содержания опубликованных в ней материалов, а также журналистской деятельности ее редактора Мирзо Джалола Юсуфзода.
THE FIRST TAJIK NEWSPAPER
This article is about the activity of the newspaper “Bukhoroi sharif” the main ideas of articles which were published in its pages, also about the
journalistic activity of the editor of first tajik newspaper Mirzo Jalol Usufzoda.
УСТАНОВЛЕНИЕ И РАЗВИТИЕ ТАДЖИКСКО-КИТАЙСКИХ
ОТНОШЕНИЙ В ГОДЫ СУВЕРЕНИТЕТА (1991 - 2008)
Ш. Шарипов
Таджикский национальный университет
В течение этих лет, по инициативе высших руководителей двух стран, китайско-таджикские
отношения дружбы и добрососедства непрерывно углубляются, взаимовыгодное сотрудничество во многих
областях успешно развивается.
Таджикско-китайская дружба уходит своими корнями в далекое прошлое. Около двух тысяч лет тому
назад представитель китайской Ханской династии Чжан Цянь отправился в качестве посла в западные земли,
что явилось началом дружественных связей китайского народа с народами Центральной Азии, в том числе с
таджикским народом. Более тысячи лет тому назад древний «Шелковый путь», уже стал мостом дружбы
между китайским и таджикским народами. После провозглашения Таджикистаном Независимости, Китай, в
полной мере уважая выбор народа Таджикистана, стал одной из тех стран, которые первыми установили с
Республикой Таджикистан дипломатические отношения и обменялись послами. Суверенная Республика
Таджикистан, ратуя за справедливость, решительно поддерживает позицию КНР по Тайваньскому вопросу.
Взаимное уважение суверенности и территориальной целостности, равенство и взаимная выгода явились
основой для дружественных отношений между нашими странами.
В Таджикистане и в Китае бытует поговорка: «Близкий сосед лучше дальнего родственника». Это
является самым подходящим определением развития китайско-таджикских отношений. На протяжении
последних лет обе страны, поддерживая друг друга, стремятся к совместному развитию. После принятия
Независимости Таджикистан пережил гражданскую войну. Правительство и народ Китая все время
поддерживают усилия, которые прилагали и прилагают правительство и народ Таджикистана для
осуществления национального согласия и экономического восстановления. Даже в самый трудный период
таджикской гражданской войны посольство КНР в PТ продолжало свою работу, представляя Таджикистану
свою посильную экономическую помощь. Китайцы считают, что помощь и поддержка должны быть
взаимными. Китай всегда ценит поддержку и помощь со стороны Таджикистана. Успешное осуществление
мирного процесса в Таджикистане создает благоприятные условия для дела реформ и открытости Китая.
Таджикско-китайская дружба, выдержав испытание временем, становится все прочнее.
12
В течение прошедших лет, на основе принципов взаимного уважения и взаимодоверия, равенства и
взаимовыгодного многостороннего сотрудничества, Таджикско-китайские дружественные и добрососедские
отношения ровно развиваются. Руководители двух стран поддерживают постоянную связь: контакты между
народами с каждым днем активизируются. Президент Таджикистана Э. Рахмон трижды официально посетил
Китай и три раза был в Китае для участия в Саммите глав государств «Шанхайской пятерки» (ШОС).
Председатель КНР Цзян Цзэминь в июле 2000 года совершил государственный визит в РТ и присутствовал на
Саммите глав государств «Шанхайской пятерки» в Душанбе. Высшие руководители обеих стран установили
тесную личную связь, что играет важную роль в деле продвижения двусторонних отношений. В январе 2002
года член Госсовета КНР Исмаил Аймади, вслед за своим первым визитом в 1994 году, в качестве главы
правительственной делегации Китая приехал в Таджикистан с визитом и принял участие в мероприятиях,
посвященных десятилетию установления дипломатических отношений между КНР и РТ. Председатель
Маджлиси намояндагон Маджлиси Оли Таджикистана С. Хайруллоев и другие официальные лица
правительства РТ также посетили КНР. Наряду с этим, народная дипломатия играет все большую роль в
двусторонних отношениях, что является важной составной частью контактов и связей наших двух стран.
Город Урумчи Синьцзян Уйгурского автономного района Китая и город Душанбе стали «городами побратимами».
Торгово-экономическое сотрудничество между двумя странами непрерывно развивается. Китай,
оказывая активную поддержку Таджикистану для восстановления его национальной экономики, до 2002 года
предоставил безвозмездную помощь на общую сумму в размере 92,55 млн. Китайских юаней, эти средства
были направлены на строительство Кулябского черепичного завода, развития телекоммуникаций
Таджикистана и вложения в развитие других отраслей. В настоящее время по улицам города Душанбе и
других городов Таджикистана ездят более 60 автобусов, подаренных Китаем. Эти автобусы, автобусы
таджикско-китайской дружбы, уже стали одним из символов отношения дружбы и добрососедства между
таджикским и китайским народами. Кроме того, правительство КНР предоставило РТ льготные кредиты на
сумму в несколько десятков млн. китайских юаней для реконструкции Душанбинской табачной фабрики,
строительства прядильной фабрики «Ришта» и других объектов. Китайские предприниматели создали в
Таджикистане совместные предприятия. Специалисты из Синьцзяна Китая, производящие эксперименты
капельного орошения на хлопковых полях Согдийской области, достигли отрадных результатов, их опыты
будут широкомасштабно распространяться в Таджикистане. 9-го апреля 2001 года в городе Душанбе
Совместный китайско-таджикский правительственный комитет по торгово-экономическому сотрудничеству
провел свое первое совещание. На нем стороны рассмотрели перспективы развития двустороннего торговоэкономического сотрудничества и определили преимущественные направления развития, в соответствии с
которыми стороны активно до сегодняшнего дня работают.
Открытие контрольно-пропускного пункта ускорило строительство трассы через перевал Кульма,
который соединил ГБАО РТ и КНР. Данная автотрасса рассматривается как ступень по обеспечению
нормального функционирования автодорожного сообщения по Каракорумскому шоссе, которое обеспечит
выход республики Таджикистан к государствам Пакистану и Индии, а также откроет путь в страны ЮгоВосточной Азии. И именно благодаря Китаю обеспечивалась финансовая поддержка строительства данной
трассы.
Таджикистану необходимо перенять богатый опыт КНР в экономической сфере, опыт планируемой
экономики перенести на рельсы рыночных отношений. Также нам есть чему поучиться у Китая в социальном
плане. Со времени осуществления демографической политики и социальных реформ предполагаемая
продолжительность жизни населения выросла. Непрерывно расширяется обмен и сотрудничество Китая с
различными странами мира, в том числе и с Таджикистаном, в области народонаселения и экономического
развития.
Таджикистан заинтересован в том, чтобы диверсифицировать свои международные связи, избегая
ориентации исключительно в одном направлении. Не порывая традиционных связей с Россией, РТ намерена
сотрудничать на равных, в международных и региональных структурах, таких, например, как «ШOC».
Таджикистан заинтересован также и в дальнейшем развитии двухсторонних отношений со своим великим
соседом - КНР. Возможно, что КНР - это сверхдержава третьего тысячелетия, и сотрудничество с ней должно
занимать приоритетное положение во внешней политике РТ. Такое сотрудничество полезно, как показывает
опыт истории таких сверхдержав как США, а в недавнем прошлом и СССР, которые как локомотивы двигали
своих партнеров по пути экономического развития.
Но такое сотрудничество должно сочетаться с приоритетом национальных интересов, национальной
безопасности и выгоды, чтобы очередной раз не попасть под влияние более мощного в военном и
экономическом плане партнера, не идти в хвосте мировой политики, а действительно во всех смыслах стать
суверенным, независимым, сильным и процветающим демократическим государством, полноправным
субъектом международных отношений XXI века.
13
Внешняя политика РТ свидетельствует о том, что китайский вектор, наряду с российским,
американским, иранским, индийским и западноевропейским, стал одним из ключевых направлений молодой
таджикской дипломатии. Приоритетность двусторонних отношений с Китаем обусловливается не только
непосредственной географической близостью двух государств, но и самой прагматической позицией КНР по
вопросам региональной и мировой политики. Сегодня Таджикистан, как и другие страны СНГ, переживает
сложные экономические времена, и опыт китайских реформ, получивший признание во всем мире, был бы
чрезвычайно полезен.
В свою очередь, внешняя политика КНР в отношении государств Центральной Азии, в том числе и
Таджикистана, преследует стратегические цели: укрепление своих позиций в приоритетных отраслях
экономики стран региона; ликвидацию угроз, исходящих от деятельности организации «восточный
Туркестан» на территории стран региона. Последний аспект особенно обострился после начала проведения
американской антитеррористической кампании, а также решения Ташкента и Бишкека о размещении войск
коалиции на своей территории, что полностью изменило позицию КНР в отношении своих
центральноазиатских соседей.
Современный уровень и динамика таджикско-китайских отношений отличаются отсутствием
принципиальных противоречий по различным проблемам, представляющим обоюдный интерес.
Существующая нормативно-правовая база позволяет вывести двустороннее сотрудничество на более высокий
уровень, используя потенциал двух стран, для чего необходимо:

дальнейшее укрепление дипломатических отношений;

перевод
в
практическую
плоскость
деятельности
таджикско-китайской
межправительственной комиссии с целью эффективности реализации совместных проектов;
- более тесное торгово-экономическое воздействие в рамках ШОС.
Говоря о значимости ШОС как для КНР, так и для Таджикистана,
следует отметить тот факт, что на Шанхайском саммите в июне 2006 года было подписано Соглашение
между Таджикистаном и Китаем о строительстве ЛЭП - 500 и ЛЭП - 100 стоимостью 340 млн. долларов. Это
явилось ключевым моментом для инкорпорированности Таджикистана в региональную и мировую
экономику, а электрификация является насущной необходимостью для республики.
Энергетическая тема стала одной из главных на встрече глав правительств ШОС, состоявшейся в
столице РТ. «Российские кампании обратили внимание на Таджикистан только в последние годы - отметил в
своем выступлении директор департамента Минэкономразвития РФ Виктор Спасский. Во-первых, у россиян
появились деньги, во-вторых, таджикская экономика начала расти. Наша активизация в Таджикистане, - это
прагматический подход. Больше всего российские кампании интересует гидроэнергетический потенциал
Таджикистана и запасы полиметаллов. Это растущий рынок: не придем мы - придут китайцы, которые уже
дали Правительству РТ три кредита на 600 млн. долл.» .
Действительно, КНР как дружественная страна уделяет внимание проблеме гидроэнергетики
Таджикистана. Со стороны представителей двух
стран были подписаны договоры в этой области. Спустя некоторое время, благодаря финансированию
китайской стороны, объект ЛЭП «Лолазор-Хатлон», на 2 года раньше намеченного срока завершил свою
работу и позволил нормализовать энергоснабжение Кулябской группы районов и части ГБАО. Это стало
также одним из основных факторов укрепления дружественных отношений между двумя народами.
Завершение реконструкции автодороги Душанбе-Худжанд-Чанак, построения тоннелей? «Шар-Шар»,
Шахристан, которые явились другими объектами китайской стороны и реализация их в реальности,
развивают не только социальную и экономическую жизнь народа Таджикистана, также откроет путь для
стран Центральной Азии для реализации своих товаров на рынках этих государств. Продолжает
функционировать Великий караванный «Шелковый Путь».
Сотрудничество в области научно-технического просвещения и культуры с каждым днем
активизируется. В соответствии с подписанным обеими странами Соглашением о сотрудничестве в области
образования, ежегодно 12 таджикских студентов направляются на учебу в Китай; трое китайских студентов
уже окончили свою учебу в Таджикистане. В Российско-Таджикском славянском университете и
Таджикском государственным институте языков было открыто отделение китайского языка. Посольство КНР
в РТ, поддерживая тесную связь с этими вузами, передало им в дар учебники, словари и другие книги на
китайском языке, а также лингафонно-учебную систему и оборудование спутникового приема, что
предоставило им возможность для лучшего знакомства с Китаем. Министерство образования КНР также
отправило преподавателя в РТ для обучения студентов китайскому языку.
Постоянное позитивное развитие китайско-таджикских отношений дружбы и добрососедства имеет
прочную базу. Во-первых, оно является объективным требованием экономического развития двух стран. В
настоящее время Китай проводит политику реформ и открытости, осуществляет стратегию «освоения
западной части». Экономика Таджикистана тоже начинает восстанавливаться. Добрососедство, дружба и
14
взаимовыгодное сотрудничество между Китаем и Таджикистаном отвечают коренным интересам народов
двух стран и содействуют осуществлению совместного развития экономики. Во-вторых, оно является основой
для защиты стабильности как Китая, так и Таджикистана. Терроризм, сепаратизм и экстремизм не только
угрожают стабильности центральноазиатских стран, в том числе Таджикистана, но и бросают вызов
безопасности Китая. Сотрудничество между двумя странами способствует пресечению проникновения
вышеназванных «трех сил» на территорию Китая и Таджикистана и полному устранению этих угроз. Втретьих, между народами Китая и Таджикистана существуют прочные отношения взаимного доверия и
сходные культурные традиции. Глубоко укоренившиеся в народах дружественные чувства стали узами,
связывающими и сохраняющими добрососедские отношения между Китаем и Таджикистаном.
В дальнейшем для укрепления дружественных отношений еще предстоит разрешить некоторые
вопросы в углублении двусторонних отношений. Например, потенциальные возможности торговоэкономического сотрудничества выявились еще не в полной мере, двусторонний товарооборот невелик и т.д.
Думается, что с умножением контактов между предприятиями двух стран, торгово-экономическое
сотрудничество непременно поднимется на более высокую ступень своего развития.
КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: развитие таджикско-китайских отношений, взаимовыгодное сотрудничество, дружественные отношения.
1.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
8.
9.
Л ИТЕР АТУРА
Назаров Т., Сатторзода А. Дипламатияи муосири тољик.-Душанбе 2006 с. 122-126.
Раҳмонов Э.Ш. Истиқлолияти Тољикистон ва эҳёи миллат.-Душанбе 2002 с. 30-33.
Раҳмонов Э.Ш. Истиқлолият неъмати бебаҳост.-Душанбе 2001 с. 26-28.
Раҳмонов Э.Ш. Тољикистон: Чаҳор соли истиқлолият ва худшиносї.-Душанбе 1995 с. 33-38.
Шоҳроҳи Ваҳдат//маљаллаи илми-маърифатии фонди миллии “шоҳроҳи абрешим-шоҳроҳи ваҳдат” №12 (24).12. 2000.
Шарифов А., Фаттоев С., Раҳмонов Э.Ш. Наљотбахши миллат. Душанбе: Деваштич 2006, с.33-36.
Шарифов А. Фаттоев С. Раҳмонов Э.Ш. Поягузори сулҳ ва ваҳдати миллї Душанбе: Деваштич 2006, с.55-57.
Шарифов А. Сирољов З. Раҳмонов Э.Ш. Соли фарҳанги оламгир-Душанбе.-Деваштич 2000, с. 80-85.
Тољикистон ва љаҳони имрўз// Паёми маркази Тадқиқоти стратегии назди Президенти Тољикистон// Душанбе-2006 №(12) с. 25.
БАРҚАРОРШАВЇ ВА РУШДИ МУНОСИБАТҲОИ ТОЉИКИСТОН БО ХИТОЙ ДАР
ДАВРОНИ ИСТИҚЛОЛИЯТ (1991-2008)
Мақолаи мазкур пиромуни ҳамкориҳои мутақобилан судманди Љумҳурии Тољикистон ва Љумҳурии халқии Хитой дар
масоили мухталифи ҳаёти иқтисодї ва фарҳангї миёни ду кишвар баҳс мекунад.
THE DEVELOPMENT OF RELATIONSHIP BETWEEN TAJIKISTAN AND CHINA (1998-2008)
The title of the article reflects bilateral relations of China and Tajikistan within the framework of diplomatic relationship.
ИБТИДОИ ФАЪОЛИЯТИ ИЛМЇ-ЭЉОДИИ АКАДЕМИК В.В. БАРТОЛД
С. Шарофуддинов
Донишгоњи миллии Тољикистон
Қайд кардан љоиз аст, ки пас аз ба даст овардани Истиқлолияти Љумҳурии Тољикистон мавзўи «ҳаёт
ва фаъолият»-и олимон ва муҳаққиқоне, ки доир ба таърихи халқи тољик асарҳои пурмазмун ва бебаҳо
навиштаанд, аҳамияти бештар пайдо кард. Зеро он олимон ва муҳаққиқон, аз қабили Ғафуров Б.Ғ., С.Айнї,
Шишов А., Масов Р., Н. Амиршоҳї, Н.Неъматов ва дигарон дар тадқиқ ва омўзиши таърихи мо cаҳми арзанда
гузоштаанд.
Аз љумла, яке аз он муҳаққиқон ва шарқшиноси бараљастаи рус академик В.В. Бартолд (1869-1930)
мебошад. Маҳз бо кўшишу заҳмати беандозаи вай, нигоҳ ба таърих ва фарҳанги мардуми мо, дар Русия ва
Аврупо ба куллї дигар шуд. Академик Бартолд таърихи моро ба мубодилоти илми љаҳонї ворид кард.
Мавзўи «Њаёт ва фаъолияти академик В.В. Бартолд» ҳељ гоҳ аз назари муҳаққиқон дур намонда буд.
Ҳанўз пеш аз даврони шўравї осори вай зери тадқиқот қарор гирифта буд. Дар соли 1913 аз тарафи
муҳаққиқон: В.Радлов, К. Зелеман, С. Олденбург ёддошт доир ба фаъолияти илмї ва корҳои илмии профессор
Бартолд В.В. иншо гардида буд. Дар даврони шўравї бошад, тадқиқи осори академик Бартолд В.В. аз тарафи
Арапов Д.Ю., А.Ю.Якубовский, Бергел Ю., Бернштам А.Н., В. Яроцкий (Яротский), Марр Н., И.И. Умняков,
Кононов А.Н., Крачковский И.Ю., Лунин Б.В., Массон В., Пославский Ю., Петрушевский И., Ромодин В.А.,
Смирнов Н.А., Туманович Н.Н., Халидов А. ва инчунин таърихчиёни тољик Акрамов Н.М., Пирумшоев Х. ва
дигарон идома дода шуд. (1,- с.79-93.)
15
Пас аз пош хўрдани Иттиҳоди Шўравї, Љумҳурии Тољикистон Истиқлолият ба даст овард. Ва бо ба
даст оврдани Истқлолияти давлатї, осори академик Бартолд В.В. аҳамияти хоса пайдо кард. Дар давраи
Истиқлолият, яъне дар замони мо низ осори шарқшинос ва муҳаққиқи рус Бартолд В.В. аз тарафи
донишмандони тољик Муллоаҳмадов М., Шукурзода М. ва дигарон мавқеи тадқиқ қарор гирифтааст. (2,-с.92103.)
Тибқи навиштаи Смирнов Н.А. «Бартолд Василий Владимирович 3 (15) – ноябри соли 1869 дар
Петербург ба дунё омадааст ва 19 августи соли 1930 дар Ленинград аз олам чашм пўшидааст, шарқшиноси
шуравї, академик (аз соли 1913)». Дар соли 1891 донишгоҳи Петербург (факултети забонҳои Шарқ)- ро хатм
кард ва дар он љо фаъолияти илмї ва омўзгориашро давом дод. (Аз соли 1896 – приват – дотсент, аз соли 1901профессор буд.)
Барои қисми аввали рисолаи «Туркистон дар давраи тохтутози муғулҳо» (қисми 1-2, солҳои 1898-1900,
тарљумааш бо забони англисї, дар соли 1928) – ба ў унвони илмии магистр дода шуд. Инчунин барои қисми
дуввуми ин рисола (ба ў дар соли 1900) унвони доктори таърихи Шарқ дода шуд. (3,-с.142)
Донишманд ва муҳаққиқи тољик Акрамов Н.М. қайд мекунад, ки нахустин мақолаи илмии Бартолд
В.В. «Дар бораи дини насронии Осиёи Миёна» (соли 1889), аз тарафи шўъбаи шарқшиносии донишгоҳи
Петербург бо медали нуқра мукофотонида шуд. Бартолд В.В. солҳои 1893-1894, 1902,1906,1920 ва соли 1925
ба якчанд шаҳрҳои таърихии Осиёи Миёна сафар карда, аз бойгониву китобхонаҳо ва аз шахсони алоҳида
сарчашмаҳо љамъ кард. Вай барои навиштани таърихи халқҳои Осиёи Миёна дар бойгониву китобхонаҳои
Миср, Туркия, Англия, Фаронса, Олмон, Амрико, Булѓория, Финландия, Итолиё ва ғайра низ кор кард. Зиёда
аз 700 асар навишт, ки аксарияти онҳо ба таърихи халқҳои Осиёи Миёна бахшида шудаанд. Инчунин Бартолд
В.В. дар тадқиқи археология, этнография, нумизматика ва эпиграфикаи Осиёи Миёна низ ҳиссаи сазовор
гузошт. (4,-с.382)
Бартолд В.В. дар зодгоҳаш Петербург, дар мактаби ховаршиносие, ки олимони маъруфи шарқшинос
В.Р.Розен, Н.И.Веселовский, В.Д. Радлов, В.В.Григорев, В.А.,Жуковский, Н.И.Березин ва дигарон таълим
гирифтаанд, таҳcил намуда, ба камол расидааст.
Қайд кардан зарур аст, ки доир ба «Тарљумаи ҳол»-и академик В.В. Бартолд, донишманд ва муҳаққиқи
рус Петрушевский И. маълумоти дақиқ овардааст. Аз љумла, ў қайд мекунад, ки Владимир Бартолд 3 (15) –
ноябри соли 1869 дар Санкт Петербург дар оилаи немиси русшуда ба дунё омадааст. Бобою аљдоди падарии
Бартолд дар назди Балтика умр ба сар мебурданд. Бобокалони модараш пастор (мазҳаби протестантї)-и лютерї
буда, (яке аз мазҳабҳои насронї, дар асоси таълимоти Мартин Лютер дар асри ХVI пайдо шуда буд) аз Гамбург
ба Русия ҳиљрат карда буд.
В.В.Бартолд (5,-с.14) дар «Тарљумаи ҳоли » - и худ қайд карда буд, ки мероси падараш баъдтар ба
фарзандони ў боқї намондааст, аммо маблағи аз падар ба ў меросмонда, барои маълумоти зарурї гирифтан ва
корҳои илмї машғул шудан, имконият доданд. Инчунин барои харољоти минбаъдаи донишандўзї ва
сафарҳояш лозим шуданд. Аз љумла, Владимир Бартолд имконият пайдо кард, ки забонҳои қадими классикї
ва асосии Аврупои Ғарбиро омўзад. Ва, ҳол он ки пас аз он Бартолд В.В. барои худ ихтисоси таърихро, ки
диққати ўро пас аз хатми таҳсил нисбатан љалб карда буд, интихоб кард.
В.В. Бартолд дар соли 1887 гимназияи 8 - уми Санкт Петербургро бо медали тилло хатм кард. Баъд аз
он ба шўъбаи арабї - форсї, туркї, тотории факултети забонҳои хориљии донишгоҳи Петербург дохил гардид.
Зикр намудан ба маврид аст, ки Владимир Бартолд ҳамчун муаррих маъхазҳои таърихиро хеле хуб
медонист. Инчунин ў барои тасдиқи мулоҳизоташ аз маводҳои гуногуни забонҳои форсї, арабї, туркманї,
муғулї, англисї, олмонї, фаронсавї ва як қатор забонҳои дигар далелҳо меовард, ки ин ҳама гувоҳи дониши
мукаммал ва ҳунари забондонии В.В.Бартолдро ифода мекард.
Ин гуфтаҳои дар боло зикрёфта аз тарафи муҳаққиқи рус Лунин Б.В. чунин тасвир гардидааст: «Дар
бойгонии В.В. Бартолд як қатор ҳуљљатҳои солҳои донишљўї, ки доир ба муносибати беандоза доштани ў,
нисбат ба хониш ва номгўи тасвирҳое, ки майлу рағбати нахустини В.В. Бартолдро инъикос мекарданд,
маҳфуз мондаанд. Ин навиштаҳо бо забонҳои туркї ва порсї ва матнҳои арабї, мавзўъҳо доир ба курcи (соҳаи)
ҳуқуқи байналхалқї, таърихи Шарқ, халқҳои сомї, забонҳои туркї ва арманї, доир ба адабиёти усмонї, порсї,
ҳиндї, аврупої ва ғайраҳо иншо гардида буданд». (6,-с.10-11)
Тибќи навиштаи донишманд ва муњаќќиќи тољик Мирзо Муллоањмадов В.В. Бартолд масъалањои
таъриху маданияти Шарќро дар љамъият тадќиќ намуда, вазифаи муаррихро дар роњи равшан сохтани
муњити сиёсї ва њам усули зиндагии халќњо дар даврањои гуногуни сукунаташон муќаддам мешинохт. Аз ин
љост, ки дар асарњои ў масъалањои иќтисодї, иљтимої, љуѓрофї, фарњангї, адабї, њунарї, лингвистї.. тадќиќ
шудаанд.. ў (Бартолд) њељ гоњ њаќиќати таърихро ба шиорњои дўруѓину ниќобњои сиёсї пардапўш
намесохт. Њаќиќати таърих њамеша мањаки асосии кору фаъолияти ў буд. (7,-с.93)
Фаъолияти педагогии Бартолд то охири умраш давом кард. Дар баробари ин, ба масъалаи тадќиќоти
илмї диќќати махсус медод. Дар давраи фаъолияти илмиаш зиёда аз 700 маќолаю асарњои хурду калонњаљми
ў (Бартолд): тадќиќотњои монографї, маќолањо дар маљаллањои илмї, таќриз ва тавзењот, њисоботњои
16
солона, маќолањо дар энсиклопедия, маќолањо дар маљаллаву рўзномањои «Туркестанские ведомости»,
«Окраина», «Русский Туркестан», «Самарканд», «Средне-Азиатский вестник» (8,-с.15-16) ва ѓайра чоп
шудаанд. Аксарияти онњо ба масъалањои омўзиши таърихи халќњои Осиёи Миёна, аз он љумла таърихи
халќи тољик бахшида шудаанд.
Бояд зикр намуд, ки асарњои Бартолд дар 9 – љилд нашр гардидаанд: Љилди 1- Туркистон дар давраи
тохтутози муѓулњо; Љилди 2,- ќисми 1- Асарњои умумї доир ба таърихи Осиёи Миёна. Асарњо доир ба
таърихи Ќафќоз ва Аврупои Шарќї, ќисми 2- Асарњо доир ба масъалањои алоњидаи таърихи Осиёи Миёна;
Љилди 3 – Асарњо доир ба љуѓрофияи таърихї; Љилди 4 – Асарњо доир ба археология, нумизматика,
эпиграфика ва этнография; Љилди 5 - Асарњо доир ба таърих ва филологияи халќњои турк ва муѓул, доир ба
таърихи Осиёи Марказї ва Шарќи Дур ; Љилди 6 - Асарњо доир ба таърихи ислом ва хилофати Араб; Љилди 7
- Асарњо доир ба таърих ва филологияи Эрон ва Афѓонистон; Љилди 8 - Асарњо доир ба маъхазшиносї;
Љилди 9 - Асарњо доир ба таърихи ховаршиносї;
Чї тавре ки Литвинский Б. А. ќайд кардааст: «Бартолд В.В. дар соњаи таърихи халќњои тољик, ўзбек.
ќирѓиз, туркман тањкурсии илми њозиразамонро гузошт.» Ў (Бартолд) ним аср пеш аз ин дар олами илм
«Тољикон» ном очерке навишт, ки дар он таърихи халќи тољик аввалин бор баён ёфтааст. Ањамияти корњои
Бартолд В.В. барои омўхтани таърихи халќњои Шарќ, аз љумла таърихи фарњанги халќи тољик бењамто
буда, онро шарќшиносон пурра эътироф мекунанд. Доимо ба он рў меоваранд.
Дар таърихи шарќшиносии љањонї, дигар чунин олимеро пайдо кардан душвор аст, ки асарњояш ба
мисли асарњои Бартолд В.В. ањамияти илмии худро то замони мо бо ин дараља нигоњ дошта бошанд. Ва
ќайд кардан ба маврид аст, ки Умняков И. дар асараш рўбоиеро аз шоир Абулќосими Лоњутї, ки баъд аз
хабари вафоти Бартолд В.В.иншо гардида буд, чунин нигоштааст:
«Дар бистари хок хуфта донандаи Шарќ ,
Дар илму фунун марди намояндаи Шарќ .
Ў мурд, вале то ба абад зинда бувад,
Номаш ба радифи номи пояндаи Шарќ ». (9,-с.9)
Њар касе ки ба омўзиши таърихи халќњои Осиёи Миёна, инчунин таърихи асримиёнагии Шарќи
мусулмон мепардозад, њатман бояд бо асарњои ў (Бартолд) шинос шавад. (10,-с.4) Албатта, дар боло
суханони бисёр љолиби диќќат ва босазо нисбати академик Бартолд В.В. гуфта шудааст, ки ин нуќтањо хеле
њаќиќатбинона ва возењу равшан баён гардидаанд.
Умуман академик Бартолд дар тадкиќотњои худ он масъалањоеро ба миён гузоштааст, ки таърихи
гузашта, имрўза ва ояндаи халќи тољикро инъикос мекунад.
КАЛИДВОЖАЊО: фаъолияти илмї-эљодии В.В. Бартолд, муњаќќиќи таърих, мактаби ховаршиносї, таърихи халќи тољик.
1.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
8.
9.
10.
11.
12.
13.
14.
15.
16.
17.
18.
АДАБИЁТ
Арапов Д.Ю. Бухарское ханство в русской востоковедческой историографии.-М.,1981.-с.79-93.
Акрамов Н.М. Академик В.В. Бартолд.- Душанбе, «Ирфон»,1976.-56 с.
Бергель Ю. Предисловие // Соч., М.: Наука,1964.- Т.2. часть 2- с.5-20.
Кононов А.Н. Предисловие//Соч., М.: Наука,1977.- Т.7.-с.5-20.
Крачковский И.Ю.,В.В.Бартольд в истории исломоведения, Избр.Соч.,Т.5,М.-Л.,1958,-с.347-360.
Лунин Б.В. Жизнь и деятельность академика В.В. Бартольда: Средняя Азия в отечественном востоковедении. Ташкент: «Фан»,
1981,- 223 c.
Массон В. Предисловие // Соч., М.:Наука,1966.- Т.4.- с.5-16.
Петрушевский И. Академик В.В. Бартольд (биографическая справка)// Соч.,-М.,1963.Т.I.-с.14-21.
Пирумшоев Х. Русские дореволюционные иследователи о городах Восточной Бухары конца ХIХ- начала ХХ вв. Душанбе:
«Дониш»,1992, 132 с.
Пославский Ю.Значение трудов академика В.В. Бартольда в деле изучения экономики Средней Азии // Народное хозяйство
Средней Азии , Ташкент, 1926, № 11-12,-с. 93-94.
Ромодин В. Предисловие // Соч., М.: Наука, 1964.- Т.2..часть 1. - с.5-18.
Смирнов Н.А. Бартольд // БСЭ.- М.,1970, Т.3.-с.22-23.
Умняков И.И. Аннотированная библиография трудов академика В.В.Бартольда.
И.И. Умняков. Описание архива академика В.В.Бартольда / Н.Н. Туманович; АН СССР.-М.: «Наука», 1976, - 467с.
Умняков И.И. Њамон асар.-с.218-229.
Халидов А. Предисловие // Соч., М.:Наука,1966.- Т.6. - с.5-12 .
Бартолд В.В. Тољикон.Тарљумаи Мирзо Муллоањмадов // Cадои Шарќ., 1990- №1,- с.92-103.
Владимир Бартолд . Тољикон. // Тољикон дар масири таърих.Тањќиќ ва тадвини М. Шукурзода (ба форсї), Тењрон,1374 њ.ш.
17
19.
20.
21.
22.
23.
24.
25.
26.
Смирнов Н.А. Бартольд // Советская историческая энциклопедия/Гл. ред.Е.М.Жуков. Т.- 2, -М.: «Сов. энциклопедия», 1962, -с.142.
Акрамов Н. Бартолд // Энсиклопедияи советии тољик. – Душанбе, 1986. љ.I. – с. 382.
Петрушевский И. Њамон асар.- с. 14.
Лунин Б.В. Жизнь и деятельность академика В.В. Бартольда: Средняя Азия в отечественном востоковедении. Ташкент: «Фан»,
1981,- с. 10-11.
Муллоањмадов М. Асари зикршуда. – с.93.
Акрамов Н.М. Асари зикршуда.- с. 15-16.
Умняков И.И. њамон асар. - с.9.
Акрамов Н.М. њамон асар.- с.4.
НАЧАЛО НАУЧНО-ТВОРЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ АКАДЕМИКА В.В. БАРТОЛЬДА
В статье освещается жизнь и начало научной и творческой деятельности выдающегося русского востоковеда академика В.В.
Бартольда на основе исторической литературы.
THE START OF SCIENTIFIC CREATIVE ACTIVITY OF ACADEMICIAN V.V. BARTOLD
In this article the life and outset of scientific creative activity of the famous Russian orientalist academician V.V. Bartold is shown on the base
of historical literature.
МЕЖГОСУДАРСТВЕННЫЕ ОТНОШЕНИЯ РЕСПУБЛИКИ КАЗАХСТАН И
РЕСПУБЛИКИ ТАДЖИКИСТАН В НАЧАЛЕ ХХI-ГО ВЕКА
А. Шарипов
Таджикский национальный университет
Человечество вступило в новое тысячелетие. В современных условиях беспрецедентно возросли
масштабы и влияние международных отношений, как на жизнь отдельных стран, так и на развитие
человечества в целом. Любое государство, независимо от своего реального веса и влияния, оказывается
вовлеченным в дела всего мирового сообщества. Происходящие глубокие изменения в геополитических
структурах мирового сообщества и трансформация социально-политических систем дают основание говорить
о завершении одного исторического периода и вступлении современного мира в качественно новую фазу
своего развития. Наиболее зримым проявлением и показателем указанного процесса является глобализация.(1)
Поэтому потребность в институтах и механизмах политического оформления процессов, выходящих за рамки
отдельных государств, сильна как никогда ранее.
В то же время после известных трагических событий 11 сентября 2001 года в США, коренным образом
изменилась политическая и геополитическая ситуация в мире. В Центральной Азии эволюция
взаимоотношений между странами в контексте происходящих событий приобрела новое и более сложное
содержание. Возрастает тенденция регионализма и углубление структуры международных субъектов.
Естественно глубокое, точное и научное познание фундаментальных изменений и эволюционных процессов
начала ХХ1-го века очень сложно. Но, тем не менее важно изучить основное содержание этих процессов для
извлечения максимальной выгоды в деле интеграции и взаимоотношений в Центрально-азиатском регионе.
Геополитические интересы Таджикистана требуют создания формальных и неформальных союзов для
противостояния и нейтрализации превращения того или иного государства региона в гегемона, поскольку это
будет угрожать суверенитету Таджикистана и других Центрально-азиатских стран. Для достижения этой цели
надо стремиться к укреплению двусторонних отношений с государствами региона, в особенности с
Казахстаном.(2)
Таджикистан стремится достичь устойчивого развития межгосударственных отношений со всеми
странами региона. Свою точку зрения по этому поводу Президент РТ Эмомали Рахмон изложил в Послании
Маджлиси Оли: «Ещё раз подчеркиваю, что Центральная Азия имеет все возможности для всестороннего
обеспечения себя ресурсами, а также для экспорта товаров за рубеж, нам необходимы лишь бескорыстные,
доброжелательные отношения друг к другу, а также расширение взаимовыгодного сотрудничества».(3)
Необходимо отметить, что среди независимых государств региона между Таджикистаном и
Казахстаном сформировались наиболее близкие, дружественные, партнёрские отношения, которые могут
стать основой для поднятия нашего сотрудничества в качественно новый уровень.
Межгосударственные отношения между РТ и РК в начале ХХ1-го века под влиянием вышеназванных
факторов и современных реалий отличаются стабильностью, взаимным стремлением к сотрудничеству,
искренностью, постоянным целенаправленным диалогам и развитием сотрудничества между
хозяйственными и ведомственными субъектами двух государств. Также в этот период наблюдается
18
устойчивый интерес финансовых и экономических структур Казахстана к инвестиционным проектам
Таджикистана. Следует, отметить, что улучшению взаимоотношений между странами способствовали
несколько факторов:
Во-первых политическое спокойствие и стабильность в Таджикистане, эту ситуацию объективно
оценивал ещё в 1997 году Министр иностранных дел Казахстана К.Токаев «реализация достигнутых
договоренностей затруднена, прежде всего, из-за внутренней ситуации в Таджикистане.(4)
Во-вторых, дружественные отношения лидеров двух государств;
В-третьих, улучшение инвестиционного климата и повышение покупательной способности граждан
Таджикистана;
В-четвертых, тяга к дружбе и общению таджикского и казахского народов;
Наконец договорно-правовая база, которая на сегодняшний день составляет более 75 документов,
охватывающих практически все стороны межгосударственного сотрудничества.
Казахстан тоже придает важное значение развитию взаимовыгодного сотрудничества с
Таджикистаном- государством, занимающем стратегическое положение на южных рубежах СНГ.(1)
Примечателен тот факт, что Президент РК Н.Назарбаев также придаёт особое значение развитию
сотрудничества с государствами региона. Это отражается в Послании Президента Казахстана: «Важно не
снижать темпов интеграции в нашем регионе. Мы должны развивать всесторонние связи с соседними
государствами Средней Азии, с которыми нас объединяют общая культура и история. Наше взаимодействие в
торгово-экономической и культурно-гуманитарной сферах имеет самые благоприятные перспективы. Наши
усилия должны быть направлены на их дальнейшее развитие.(5)
Отдельно следует отметить активизацию взаимодействия двух государств в направлении
противостояния новым угрозам современности, урегулирования региональных конфликтов, представляющих
прямую угрозу национальной безопасности двух государств. Надо сказать, что прежние представления о
системе безопасности устарели и Центрально-азиатским республикам необходимо инициировать разработки
новой концепции безопасности с учетом формирования нового мирового порядка, усиления борьбы против
терроризма, возможности активизации сепаратизма, новых задач по борьбе с незаконным оборотом
наркотиков и оружия, траффика людей, сохранения и защиты культурно-исторических ценностей, вопросов
религиозной и культурной экспансии и т.д. А также надо учесть, что наша безопасность неотделима от
безопасности континента и глобальной безопасности. В этом направлении позиции Казахстана и
Таджикистана абсолютно идентичны и поэтому имеются большие возможности для сотрудничества и
разработки единой, более менее унифицированной концепции в качестве проекта для обсуждения.(6)
Политические контакты двух стран после вручения верительных грамот Президенту Эмомали
Рахмону Чрезвычайным и Полномочным Послом РК в РТ А. Жанкулиевым 15 января 2002 года и
официальное открытие нового здания Посольства РК в РТ с участием Президентов двух стран 5 октября 2002
года приобрели новый характер. Безусловно, эти события дали новый импульс для углубления и развития
двусторонних отношений.
Уровень внешнеполитических усилий двух государств на многосторонней основе в рамках
международных и региональных организаций прежде всего: ООН, СНГ, ЕврАзЭС, ОДКБ и ШОС по
решению актуальных международных и региональных проблем очень высок. Наиболее эффектным полем
для интеграции для обоих государств является ЕврАзЭС. По мнению К. Токаева «ЕврАзЭС является весьма
перспективной организацией при условии, что все её страны-участницы будут проявлять должное усердие в
продвижении общих интересов, реализации достигнутых договоренностей»(7)
Анализ результатов совместного участия двух стран в указанных организациях свидетельствует о
близости и совпадении позиций по основным актуальным региональным и международным вопросам, таким
как ускорение интеграционных процессов, особенно в экономической сфере; обеспечение региональной и
международной безопасности; совместная борьба с терроризмом, контрабандой наркотиков и по ряду других
направлений.(5)
Основным документом, регулирующим главные направления отношений Таджикистана с
Казахстаном, считается «Договор об основах отношений между РТ и РК» от 13.01.1993 г. В нем сторонами
определены основные принципы двусторонних отношений-взаимное уважение Независимости и
государственного суверенитета; равноправие; невмешательство во внутренние дела друг друга; обоюдное
стремление к установлению взаимовыгодных партнерских экономических связей как на государственном
уровне, так и на уровне хозяйственных субъектов.
Другим основополагающим документом является «Декларация о дальнейшем развитии отношений
между РТ и РК», которая была подписана в ходе первого визита в Республику Таджикистан Президента РК
Н.Назарбаева в июне 2000 года. В этом документе стороны, с учетом углубления интеграционных процессов в
СНГ, открывающих перспективы установления нового типа отношений между странами региона, обозначили
19
новые горизонты сотрудничества двух стран, значительно расширили основные принципы двусторонних
таджикско-казахстанских отношений.
Подписанные документы во время официального визита Президента РТ Эмомали Рахмона в
Казахстан 4-5 мая 2006 года также имеют большое значение, так как они впервые регулируют
взаимоотношения стран в области трудовой миграции, образования, транспорта и коммуникаций.
Вместе с тем в связи с происходящими существенными изменениями и новых современных
геополитических и глобальных реалий возникает необходимость усовершенствования договорно-правовой
базы для поиска новых форм сотрудничества и взаимодействия.
Параметры экономического сотрудничества между странами в начале ХХ1-го века строятся по
современным эталонам и долгосрочным интересам. Приоритетными направлениями экономического
сотрудничества между РТ и РК являются: горнодобывающая промышленность, цветная металлургия, АПК,
энергетика, лёгкая промышленность и финансовый сектор.
Из Таджикистана в Казахстан в основном поставляются электроэнергия, хлопок, плодоовощная
продукция, а также текстильные материалы.
Из Казахстана в нашу страну обычно ввозятся зерно и мучные изделия, нефтепродукты, прокаты
чёрных металлов, продукция неорганической химии.
Динамика развития торговых связей между странами постепенно ускоряется. Статистические данные
подтверждают стремительные темпы роста товарооборота между государствами: если объем товарооборота в
2002 году составил 75,7 миллионов долларов, то в 2005 году этот показатель равнялся 160 миллионам
долларов, а в 2006 году объем товарооборота между странами достиг 315 миллионов долларов.(8) Таким
образом, по объему внешней торговли Казахстан занимает 3-ю позицию после Нидерландов и России.
Важным явлением всестороннего сотрудничества являются экономические взаимосвязи. 25 марта 2004
года в г. Алма-Аты состоялся казахстанско-таджикский Бизнес-форум с участием некоторых министров двух
государств. В ходе форума между родственными предприятиями сторон были установлены прямые контакты.
В целом стороны проявили обоюдный интерес по 27 проектам.(6)
За незначительный промежуток времени Таджикистан с визитом посетили руководители и эксперты
финансовых организаций Казахстана, как АО «Инвестиционный Фонд Казахстана», АО «Банк развития
Казахстана», АО «Государственная страховая корпорация по страхованию экспортных кредитов и
инвестиций», АО Банк Туран Алем и АО «Казкоммерцбанк». Результатами рабочих визитов стало
укрепление межбанковских связей. АО «Банк Туран Алем» в августе 2005 года открыло своё
представительство в г. Душанбе, АО «Казкоммерцбанк» имеет корреспондентские отношения с рядом
таджикских коммерческих банков. АО «Инвестиционный Фонд Казахстана» постепенно расширяет
инвестирование значительных финансовых средств в экономику Таджикистана. Ценным результатом
деятельности финансовых и банковских структур Казахстана явилось расширение прямых инвестиций в
экономику Таджикистана, которые к 2006 году составили более 100 миллиона долларов.
Сотрудничество стран в совместном использовании запасов воды региона является другим аспектом
взаимоотношений. Проявляется интерес со стороны Казахстана к энергетическим объектам нашей страны.
Казахстан рассматривает варианты инвестирования в строительство Рогунской ГЭС в размере 30 миллионов
долларов. Об этом сказал Н. Назарбаев после встречи с Президентом РТ Э. Рахмоном во время саммита глав
государств СНГ 16 апреля 2004 года в Астане.(9)
АО «Инвестиционный Фонд Казахстана» планирует строительство трех малых ГЭС в бассейне реки
Зеравшан и высоковольтной линии передач на 500 киловольт от Худжанда до Шымкента, через территорию
Узбекистана.(10)
Другая особенность экономических отношений между двумя государствами в начале ХХ1 – го века это развитие прямых региональных контактов между хозяйственными субъектами. Такие прямые связи уже
установились 21 апреля 2004 года во время визита акима Южно-Казахстанской области в Согдийскую область
Таджикистана. Во время визита были подписаны несколько официальных документов о сотрудничестве двух
областей.(11) Были подписаны «Соглашение между Акиматом и Хукуматом обеих областей о торговоэкономическом, научно-техническом и культурном сотрудничестве» и «Договор об установлении
побратимных связей между городами Шымкент и Худжанд»(5). Обсуждались конкретные направления
сотрудничества между двумя регионами и отдельными предприятиями. Есть намерения налаживать тесные
связи и сотрудничество между Северо-Казахстанской и Хатлонской областями двух стран, а также между
городами Алматы и Душанбе.
Другая тенденция, которая охватывает многие широкие круги двух государств- это высокий уровень
взаимоотношений в области культуры. Недавно в городах Алма-Аты и Душанбе были созданы Общества
дружбы «Таджикистан-Казахстан» и «Казахстан-Таджикистан». Их членами стали общественные деятели
Таджикистана и Казахстана, представители научной и творческой интеллигенции, диаспор таджиков АлмаАты и казахов в Таджикистане. В то же время с 15 до 20-го августа 2005 года в столице Таджикистана
20
г.Душанбе проходили дни казахского кино. В рамках этого мероприятия Президент РТ встретился с
народным артистом СССР и Казахстана Асанали Ашимовым.(12)
Важнейшим событием данного периода является официальный государственный визит Президента РТ
Эмомали Рахмона в Республику Казахстан 4-5 мая 2006 года. «Развитие дружественных связей с Казахстаном
считается одним из приоритетных направлений внешней политики государства Таджикистан»,- подчеркнул в
начале встречи Президент РТ Эмомали Рахмон.(13)
Президент РК Нурсултан Назарбаев, дав высокую оценку темпам и качеству устойчивого развития
Таджикистана, в свою очередь, заявил: «Казахстан готов всемерно содействовать ускоренному развитию
братского Таджикистана».(13)
Нурсултан Назарбаев заявил, что Казахстан готов участвовать в инвестировании мер по
регулированию использования водных ресурсов Таджикистана, практической реализации крупных
гидроэнергетических проектов, создания горно-металлургических предприятий, строительства нового
алюминиевого завода в Таджикистане. Стороны достигли договоренности о предоставлении Таджикистану
квоты в количестве ста человек для подготовки таджикских специалистов в высших учебных заведениях
Казахстана.
Стороны достигли договоренности о проведении дней культуры Таджикистана в Казахстане и дней
культуры Казахстана в Таджикистане. В ходе визита были подписаны 7 важных межгосударственных и
межведомственных документов в том числе: «Соглашение между Правительством РТ и Правительством РК о
трудовой деятельности и защите прав трудовых мигрантов-граждан Таджикистана, временно работающих на
территории Казахстана и о трудовой деятельности и защите прав трудовых мигрантов-граждан Казахстана
временно работающих на территории Таджикистана», «Соглашение между Правительством РТ и
Правительством РК о международных автомобильных перевозках», «Соглашение между Правительством РТ
и Правительством РК о взаимной защите секретной информации», «Соглашение между Правительством РТ и
Правительством РК о сотрудничестве и обмене информацией в борьбе с экономическими преступлениями и
нарушениями налогового законодательства.
После подписания документов Н. Назарбаев отметил, что Казахстан окажет всякое содействие проекту
автодороги Алма-Ата – Бишкек – Душанбе - Кабул-Исламабад. Также в Астане состоялся Форум
предпринимателей Таджикистана и Казахстана, в ходе которого таджикские и казахстанские
предприниматели достигли договоренности о начале сотрудничества в новых отраслях. Так таджикская
компания «Олими Каримзод» и казахстанская компания «Атекс системс» договорились о строительстве в
Таджикистане нового прядильного предприятия, способного ежегодно перерабатывать 6-тысяч тонн хлопковолокна, с привлечением зарубежных инвестиций на сумму 25 миллионов долларов США.
В ходе визита Президент РТ Эмомали Рахмон встретился в Астане с представителями таджиков,
проживающих в Казахстане, и обсудил с ними пути решения имеющихся у них проблем.
16-17 июня 2006 года Президент РТ Эмомали Рахмон в рамках участия в Совещании по
взаимодействию и мерам доверия в Азии находился в Алматы. В ходе нынешней поездки по поручению
Президента РТ зарубежным соотечественникам было передано большое количество учебников и других
учебных материалов для таджикских школ Казахстана, а также национальная одежда и музыкальные
инструменты. Президент РТ Эмомали Рахмон также отметил, что для устранения нехватки учителей в
таджикских школах одна тысяча таджикских преподавательских семей из числа добровольцев будет
направлена в места компактного проживания таджиков в Казахстане.(13)
Следует отметить, что в Казахстане действуют более 30 казахстанско- таджикских совместных
предприятий.(2) Этот фактор тоже может поспособствовать дальнейшему углублению торговоэкономических взаимоотношений.
В сентябре 2007 года состоялся официальный визит Президента Казахстана Нурсултана Назарбаева в
Таджикистан в ходе которого были подписаны 5 межправительственных соглашений и состоялся бизнесфорум предпринимателей двух стран.
Проведение дней культуры Республики Таджикистан в Казахстане в г. Астане, и ярмарка
сельхозпродуктов нашей страны дали новый мощный импульс развитию разносторонних связей двух
государств. В рамках развития социо-культурных взаимоотношений в г. Душанбе 15 декабря 2007 года в
парке «Дружбы народов» был воздвигнут памятник погибшим солдатам Казахстана во время прохождения
службы на таджикско-афганской границе.(14)
Товарооборот между Таджикистаном и Казахстаном в 2007 году составил 343,700 млн. долларов
США, что по сравнению с 2006 годом на 60,2% больше.
Хотя темпы роста и углубление межгосударственных отношений двух государств не могут не радовать
нас, но по-нашему мнению существует несколько направлений во взаимоотношениях стран, на которые
необходимо обратить особое внимание и развивать в дальнейшем:
21
1) развивать прямые контакты между родственными предприятиями, регионами и хозяйственными
субъектами;
2) развивать взаимоотношения в области поисков и разработки месторождений углеводородного
сырья;
3) развивать взаимоотношения в области экологии и загрязнения окружающей среды;
4) задействовать нереализованный потенциал в области туризма. (Как известно 93% территории РТ
составляют горы и в нашей республике достаточно живописных и оздоровительных мест для отдыха и
инвестирования);
5) развивать и усовершенствовать нормативно-правовую базу для ведения более широкого торговоэкономического и культурно-социального сотрудничества;
6) развивать взаимоотношения в области транспорта и коммуникаций, (После реализации проектов
автодорог Алма-Аты- Бишкек- Душанбе- Кабул- Исламабад и Кульма- Карокорум- Карачи транзитный
потенциал нашей республики возрастет и это станет важнейшим фактором расширения связей между
народами Центральной Азии);
Подводя итоги межгосударственных отношений двух государств в данном периоде нужно сказать, что
обе страны сторонники интеграции и развития взаимовыгодного сотрудничества.
В целом межгосударственные отношения двух государств в начале ХХ1-го века практически вошли в
качественно новое русло, которое отвечает интересам двух дружественных государств и направлено на
развитие и процветание Центральной Азии.
КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: межгосударственные отношения, договорно-правовая база, динамика развития торговых связей..
1.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
8.
9.
10.
11.
12.
13.
14.
Л ИТЕР АТУРА
К. Токаев. «Внешняя политика Казахстана в условиях глобализации» -Алма-Аты. АО «САК»2000. 584с.7.283.
Салимов Ф. «Таджикистан в региональной политике».//Международные процессы. Том.4№2(11) май-август.2006,с. 31-137.
Рахмонов Э.Ш. «Ответственность за будущее нации». Послание Президента РТ Маджлиси Оли об основных направлениях
внутренней и внешней политики Республики Таджикистан от 4 апреля 2003 года.//Таджикистан и современный мир. Вестник
ЦСИ при Президенте РТ.2003. №2 с-15.
К. Токаев. «Под стягом Независимости» Алма-Аты, Былым, 1997.с-116.
Казахстан- Таджикистан: дружба на века. Душанбе 2006.(совместное издательство УИ МИД РТ и Посольства РК в РТ) с-42.52.-55.
С. Сафаров. «Казахстан-Таджикистан: Потенциал и перспективы сотрудничества.// Таджикистан и современный мир. Вестник
ЦСИ при Президенте РТ.№1(4) 2004. с-18-20-20.
К. Токаев. « Преодоление». Дип. очерки. Алматы.2003.с-414.
Программа «Ахбор».www. Tvt.tj. (Интернет сайт первого канала).
Казахстан на первых порах вложит 30 млн. долларов в Сангтудинскую ГЭС//Вечерний Душанбе. № 40.08.10.2004.с-6.
//Истинные арийцы. Интервью с послом РК в РТ Е.Абильдаевым. htpp/www.express.kz.
Њокими ќазоќ дар Суѓд// Тољикистон. №17(278) 28.04.2003.с-3.
Рўзњои кинои ќазоќ дар Тољикистон.// Тољикистон №33(347) 19.08.2005.с-2.
Официальный визит Президента РТ Э.Рахмонова в РК.//Дипломатия Таджикистана.№15\2006. Информационный
бюллетень.(Изд. МИД РТ. Управление информации).с-77-78-103.
Выступление Х.Зарифи на пресс-конференции, посвященной итогам деятельности МИД Таджикистана за 2007 год.
ЊАМКОРИИ БАЙНИДАВЛАТИИ ЉУМЊУРИИ ЌАЗОЌИСТОН ВА ЉУМЊУРИИ
ТОЉИКИСТОН ДАР ОFОЗИ АСРИ ХХ1
Инсоният ба њазорсолаи нав ворид гардид. Дар айни замон наќши муносибатњои байналхалќї, чи нисбати кишварњои алоњида
ва чи тамоми башарият афзудааст. Муаллиф дар маќолаи мазкур кўшидааст, то дар асоси маводи мухталифи илмї ва хабарї хуссусиятњои
хоси равобити байнидавлатии Тољикистону Ќазокистонро дар оѓози асри ХХ1, дар даврони њассоси муносибатњои байналхалќї муайян
намояд.
THE INTERSTATE RELATIONS OF REPUBLIKE KAZAKHSTAN AND REPUBLIKE
TАJIKICTAN AT THE BIGINING OF XXI-CENTURIES
The Mankind has entered at new millennium. In modern condition unprecedented increased the scales and influence of the international
relations, both on life of the separate countries, and on development mankind as a whole. The аauthor in its article on base different scientific and public
materials tries to define the particularities of the interstate relations between Tajikistan and Kazakhstan at the beginning of 21 century.
НИГОЊЕ БА ТАЪРИХИ ТАЪСИСИ МАКОТИБИ ШЎРАВЇ ДАР
ТОЉИКИСТОН
22
Ќањњори Расулиён (Расулов)
Донишгоњи миллии Тољикистон
Пас аз пирўзии Инќилоби октябр дар соли 1917 дар кишвари Туркистон Комиссариати маорифи халќ
таъсиc ёфт, ки аксари кулли марокизи омўзиширо дар ихтиёри худ ќарор дод. Тибќи фармони Шўрои
комиссариати халќи Туркистон аз 29 марти соли 1918 Шўроњои маорифи халќ таъсис ёфтанд, ки онњо ба
кори омўзишу парвариш роњбарї мекарданд. Аз љумла 26 апрели соли 1918 Шўрои маорифи халќи уезди
Хуљанд ташкил шуд [4. с. 29].
Моњи июни соли 1918 Комиссариати маорифи халќи Туркистон таъсис ёфта ва баъди чанд рўз дар
шањри Тошканд анљумани якуми муаллимон ва кормандони маорифи халќи Туркистон доир гардида,
роњњои бозсозии умури маорифи халќро мавриди баррасї ќарор дод.
Дар асоси низомномаи «Доир ба мактаби ягонаи мењнатии ЉСФШР (РСФСР)», ки 16 октябри соли
1918 Кумитаи Иљроияи Марказии Умумироссиягї онро тасдиќ намуда буд, дар Туркистон низ макотиби
ягонаи мењнатї таъсис ёфтанд. Чунин макотиб 9-сола ва дорои ду дараља (якум ва дуюм) буданд. Макотиби
дараљаи аввал кўдакони 8-13-сола ва дараљаи дуюм наврасони 13-17-соларо фаро гирифта, дар онњо тањсил
ройгон ва њатмї буд.
Пас аз хатми макотиби дараљаи аввал наврасон метавонистанд тањсилро дар макотиби 7-солаи
шањрњо, макотиби љавонони дењот, омўзишгоњњои назди корхонањо, ки баробари касбомўзї маълумоти 7сола низ медоданд, идома дињанд. Дар заминаи макотиби дараљаи аввал факултетњои коргарї таъсис ёфтанд,
ки мўњлати тањсил дар онњо 4 сол буд. Дар заминаи синфњои 8-9-макотиби дараљаи дуюм бошад. макотиби
касбомўзї ва омўзишкадањо ташкил ёфтанд.
Моњи ноябри соли 1918 Комиссариати маорифи халќи Туркистон нахустин наќшаи тахминии
таълимиро ба марокизи омўзишї ирсол намуд, ки дар он омўзиши забони модарї ва риёзї (њафтае 6-соатї)
авлавият дошт. Дар барнома њамчунин омўзиши забони русї, табиатшиносї, таърих, љуѓрофия, суруд, варзиш
пешнињод шуда буд.
Барномаи тахминии омўзишї барои макотиби дараљаи аввал дар соли тањсили 1918-1919 чунин буд:
№
Номи дарсњо
1
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
Забони модарї
Риёзї
Таърих
Љуѓрофия
Табиатшиносї
Забони давлатї
Суруд
Мењнати дастї
Расмкашї
Варзиш
Љамъи кулл:
6
6
1
1
1
3
1
19
Синфњо
2
6
6
2
2
2
3
1
2
1
1
26
3
6
6
2
2
2
3
1
2
1
1
26
Љам
ъ
18
18
4
4
5
6
3
5
5
3
71[3. с.151].
Ва дар робита бо барномасозї бояд гуфт, ки соли тањсили 1923-1924 барномаи мукаммали омўзишии
макотиб тањия гардида ва ба иљро даромад.
Моњи январи соли 1919 ќарори Комиссариати маорифи халќи Туркистон доир ба тањсили якљояи
писарону духтарон содир гардид.
Дар соли тањсили 1921-1922 ба хотири таълифи китобњои дарсї комиссияњои илмии миллии ўзбакї,
ќирѓизї, туркманї ва тољикї таъсис ёфтанд.
Нахустин макотиби шўравї дар радифи дигар шањрњои Туркистон дар Хуљанд, Ўротеппа,
Конибодом ва Исфара дар соли 1918 ташкил шудаанд. Ва то охири соли 1918 теъдоди онњо дар шимоли
Тољикистони кунунї 15 бобро ташкил медод. Соли 1919 дар нахустин мактаби шўравии Конибодом, ки соли
1918 такшил шуда буд, ќариб 100 нафар тањсил менамуд.
Дар ибтидои соли тањсили 1918-1919 дар уезди Хуљанд 37 мактаби ибтидоии шўравї фаъол буд, ки аз
ин теъдод 4 мактаб барои русњо, 1 мактаб барои яњудиён ва мобаќї барои мардуми мањаллї хидмат мекард.
Ва миёни онњо нахустин мактаб барои духтарони мањаллї низ буд. Дар соли 1919 дар уезди Ўротеппа 15
мактаби дараљаи 1 ва 2 фаъол буда ва дар онњо 315 нафар тањсил менамуд [4. с.17].
Моњи январи соли 1919 дар шањри Хуљанд барои ањолии мањаллї даврањои шабона таъсис ёфтанд,
ки дар онњо сарфу нањви забони ўзбакї, риёзиёт, таърих ва дарси «Таблиѓ барои њукумати Шўравї» тадрис
мешуд. Њамон сол дар Хуљанд факултети коргарї ташкил ёфта ва пас аз як сол ба мактаби дараљаи дуюм
23
табдил ёфт. Дар ибтидои соли 1919 дар Ўротеппа 15 мактаби ибтидої фаъол буда, ки дар онњо 315 нафар
тањсил менамуд. То охири соли 1919 теъдоди макотиби шимоли Тољикистони кунунї ба 73 боб расида буд.
То аввали июни соли 1920 дар уезди Хуљанд 61 мактаб таъсис ёфта, ки 54-тоаш барои мардуми
мањаллї ва 7 тоаш барои аврупоиён буд. Аз ин теъдод 21 мактаб дар дењот фаъолият менамуд. Дар кулли
макотиби уезд 4270 нафар тањсил намуда ва ба онњо 141 муаллим таълим медод [5. с. 15].
Тибќи гузориши Комиссариати маорифи халќи Туркистон дар охири соли 1920 дар љумњурї 2022
мактаби дараљаи аввал фаъол буда, ки дар онњо 167875 нафар тањсил менамуд. Теъдоди макотиби дараљаи
дуюм 59 боб ва донишомўзони он 7503 нафар буданд.
Соли 1922 дар Конибодом «Дорултадрис» таъсис ёфт, ки ба он ашхоси синфи 4-умро хатм карда
пазируфта мешуд. Ва дар барномаи таълимии он риёзиёт, химия, љуѓрофия, табиатшиносї, дин ва забони
арабї мављуд буд, ки баъдан тадриси забони арабї ќатъ гардид.
Аз ибтидои соли 1920 дар саросари Туркистон, аз љумла, дар шимоли Тољикистони кунунї макотиби
мањви бесаводї ба фаъолият шурўъ намуданд. Дар арафаи таќсимоти њудудї дар Туркистон 4828 муассисаи
таълимї фаъолият менамуд [1. с. 37].
Њанўз дар соли тањсили 1918-1919 дар Туркистон чандин давра (курс)-и 3-6-моњаи омўзгорї фаъол
буда, тавассути онњо 3661 нафар муаллимон барои макотиби ўзбакї, тољикї, тоторї ва русї фориѓуттањсил
шудаанд. Тибќи иттилои Комиссариати маорифи халќи Туркистон аз 15 феврал то 31 декабри соли 1920 ин
курсњоро 3814 нафар хатм карданд. Аз кулли фориѓуттањсилини соли 1920-1921, ки 2673 нафарро ташкил
медод, 985 нафар ўзбак, 213 нафар тољик ва мобаќї намояндагони дигар миллатњо буданд [6. с. 62].
Соли 1920 дар Туркистон 7 институти маориф ташкил шуд, ки 6-тои он ба забонњои ўзбакию тољикї
фаъолият менамуд. Барои муаллимањои миллатњои мањаллї институти махсуси маориф таъсис ёфт. То моњи
июни соли 1921 дар њудуди 2 њазор муаллим барои курсњои мањви бесаводї тайёр карда шуд.
Дар соли 1922 дар Туркистон 62 муассисаи омўзишии касбию техникї фаъолият менамуд.
То авоили соли 1924 17 мактаби махсуси техникї, 12 омўзишгоњи омўзгорї, 11 омўзишгоњи
мутавасситаи кишоварзї, 14 мактаби њизбї, омўзишкадањои тиббї, бадеї, мусиќї ва дигар муассисоти
омўзишии махсус фаъол буда, ки дар онњо 5890 нафар тањсил менамуд.
Дар соли тањсили 1923-1924 дар њудуди Туркистон 4 муассисаи омўзиши олии дорои 4150 донишљў
мављуд буд.
Соли 1921 иборат аз 5 нафар комиссияи фавќулоддаи Туркистон оид ба мањви бесаводї таъсис ёфт, ки
тавассути он то 1 апрели соли 1924 дар њудуди 447 мактаб барои бесаводон ва 28 мактаб барои камсаводон
таъсис дода шуда, дар онњо мўњлати тањсил 6 моњ буд. Аз 447 мактаби мањви бесаводї 214-тоаш ба забони
ўзбакї, 75-тоаш ба забони ќирѓизї, 39-тоаш ба забони туркманї, 109-тоаш ба забони русї ва 10-тои дигараш ба
соири забонњои аќќалиятњои миллї буданд. Аммо ба забони тољикї ягон мактаб набуд ва тољикон ба забони
ўзбакї тањсил мекарданд [7. с. 39].
Баъд аз суќути аморати Бухоро дар соли 1920 ва таъсиси Љумњурии Халќии Шўравии Бухоро
Нозирати маориф таъсис дода шуд, ки он дар мањалњо намояндагони худро дошт. 15 марти соли 1921 дар
шањри Душанбе шўъбаи маорифи халќи Бухорои Шарќї ташкил шуда, моњи июли њамон сол
нахустанљумани кормандони маорифи халќ доир гардида, дар он масоили омўзишу парвариш мавриди
баррасии љиддї ќарор гирифта, аз камбуди муаллимон изњори нигаронї шуд. Дар асоси дастуроти ин
анљуман барои тайёр намудани омўзгорон курсњои кўтоњмуддати омўзишї, омўзишкадањои омўзгорї ва
институти тарбияти муаллим таъсис ёфтанд.
Баъди азнавсозии Нозирати маориф дар соли 1924 дастгоњи ин вазоратхона аз њайати раиса,
шўъбањои умумї, молия, таъминот, тарбияи иљтимої, шўрои илмї, кумитаи кулли сиёсию маърифатї иборат
буда, дар назди шўрои илмї комиссияе таъсис шуда буд, ки ба омўзиш ва њифзи ёдгорињои таърихию
фарњангии Бухоро ихтисос ёфта буд.
Шўъбаи тарбияи иљтимої дорои ду бахши муассисоти мактабї ва томактабї буд. Кумитаи кулли
сиёсию маърифатї ба умури мањви бесаводї сарварї намуда ва мактаби њизбї, китобхонаю ќасрњои фарњангї,
театру кинотеатрњо, интишороту музейњо, чойхонањои сурхро дар ихтиёр дошт.
Пас аз ѓалабаи инќилоб дар Бухоро дар њудуди 50 мактаб дар сутўњи мухталиф таъсис ёфт, ки
муњимтарини онњо тибќи хотироти Муњаммадалии Балљувонї дар «Таърихи нофеъї» мактаби сиёсии
низомї дар болои Арки олї, мактаби сиёсї дар лаби њавзи Девонбегї, мактаби «Эзњори ќарз» ва «Тўрон тўдасї»
дар лаби њавзи Холдорбегиљон, мактаби саноат дар њавлии Авлиёќулбеки девонбегї, мактаби мусиќї дар
лаби њавзи Дастурхончї, дар њавлии Тўраи Чорљўї, мактаби Шамсулорифин дар лаби њавзи Ќозикалон,
мактаби «Дорулмуаллимини форсї» дар гузари Хиёбон ва ѓайра буданд. Яке аз машњуртарин мадориси
Бухоро - Кўкалтошро «Дорулфунун» ва мадрасаи Мири Арабро «Дорулмударрисин» номиданд. Ќариб 300
нафар мударрисон ва уламои Бухороро ба тадрис љалб намуда ва ба онњо маош таъйин карданд [2. с. 113].
Нозирати маориф дар шањри Маскави Русия Хонаи маориф таъсис дода, ки дар он беш аз 200 нафар
барои вуруд ба макотиби мухталифи Русия тањсил мекарданд. Њамчунин барои тањсил дар Олмон ва Туркия
24
дар њудуди 100 нафар љавонон фиристода шуданд. Роњбари гурўњи љавонони ба Олмон фиристодашуда
Мирзо Абдулвоњиди Мунзим буд.
Соли 1923 Нозирати маорифи Бухоро дорои 43 боб макотиби дараљаи якум бо 2856 донишомўз, 2 боб
макотиби дараљаи дуюм бо 285 донишомўз, 8 боб макотиби шабонарўзї (интернат) бо 329 донишомўз, 2
дорулмуаллимин бо 167 донишомўз буд. Аз љумла, дар Бухорои Шарќї 2 мактаби шабонарўзї (интернат)
фаъол буд.
Соли 1923 дар Бухоро 40 мактаби мањви бесаводии дорои 2726 шунаванда ва соли 1924 41 мактаби
мањви бесаводии дорои 8200 шунаванда фаъолият менамуд.
Дар арафаи таќсимоти миллию њудудї дар вилоёти Ўротеппа- 16, Панљакент- 5, Њисор- 4, Бадахшон3, Кўлоб – 3, Ѓарм 1 мактаби шўравї фаъол буд. Макотиби Ўротеппа дорои 573 донишомўзу 29 муаллим,
Панљакент дорои 704 донишомўзу 6 муаллим ва Бадахшон дорои 75 донишомўзу 4 муаллим буданд [7. с. 54].
Аз ошної бо маводи бойгонињо ва навиштањои пажўњишгарон бармеояд, ки баъд аз истиќрори
Њокимияти Шўравї дар сарзамини Туркистон ва Бухоро тавассути таъсиси макотиби сутўњи мухталифи
шўравї тўли солњои 1917-1924 имкон пайдо шуд, ки теъдоди зиёди кўдакон, њамчунин бузургсолон ба
тањсил фаро гирифта шуда ва соњиби савод гардиданд.
КАЛИДВОЖАЊО: таърихи таъсиси макотиби шўравї дар Тољикистон, Комиссариати маорифи халќ, нозироти маориф.
1.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
АДАБИЁТ
Из истории культурного строительства в Таджикистане. - Душанбе, 1970.
Мухторов А. Шоњиди инќилоби Бухоро.// Садои Шарќ, 1989, №2, - с. 113.
Научные труды аспирантов Душанбинского госпединститута. - Душанбе, 1967.
Обидов И. История развития народного образования в Таджикской ССР (1917-1967гг.).– Душанбе, 1968.
Раджабов З. Некоторые страницы культурной жизни Советского Таджикистана.-Душанбе, 1964.
Сборник аспирантских работ ТГУ. - Душанбе, 1971.
Шукуров М. Очерки таърихи ташаккули маданияти советии тољик. - Душанбе, 1969.
ИЗ ИСТОРИИ УЧРЕЖДЕНИЯ СОВЕТСКИХ ШКОЛ В ТАДЖИКИСТАНЕ
Автор данной статьи, опираясь на архивные материалы и научные публикации по истории таджикской культуры, рассматривает
тему истории учреждения первых школ в годы установления Советской власти на территории Туркестана и Бухары, а также,
разработанные для них учебные программы.
ACCORDING THE HISTORY OF ESTABLISHING SOVIET SCHOOLS IN TAJIKISTAN
The article was written according to archive materials and the recearchers on the history of tajik culture about establishing the first schools after the
restoration of Soviet Government in the land of Turkestan and Bukhoro, also the programmes of curriculum in Soviet schools.
ИЗ ИСТОРИИ ВОЗНИКНОВЕНИЯ И РАЗВИТИЯ МАВЗОЛЕЕВ В ИРАНЕ И
СРЕДНЕЙ АЗИИ
Мансур Юсефи Джоландан
Институт истории, археологии и этнографии АН РТ
Возведение мавзолеев в Иране и Средней Азии восходит к глубокой древности. В Центральной Азии
существовал особый погребальный обряд и особая форма надмогильного сооружения. Судя по результатам
археологических раскопок на Дилварзинтепе, Бандихоне, Шахтеппе и других памятниках, мавзолеи, т.е.
надмогильные сооружения доисламского периода имели разную планировку и форму.[1] В низовьях
Сырдарьи еще во II веке до н.э. по-прежнему практиковалось возведение мавзолеев круглого плана, с
крестообразным расположением камер.[2] В первой половине II тысячелетия до н.э. на просторах Сибири
арийские племена сооружали для своих царей крупные курганы – мавзолеи. В качестве примера можно
назвать Большой Синташтинский курган, раскопанный русскими археологами недалеко от известного
круглого укрепленного поселения бронзового века Аркаим в Челябинской области Российской Федерации.[3]
Во II тысячелетии до н.э. был построен мавзолей царя Элама на семи холмах. Это сооружение представляет
интерес, как с точки зрения истории появления и развития мавзолеев, так и с точки зрения развития
25
архитектурных форм. Строительство мавзолеев получает дальнейшее развитие при Ахеменидах. Цари этой
династии строили наземные и наскальные гробницы. Хорошо известны гробница основателя Ахеменидского
государства Кира Великого, наскальные гробницы царя Дария, Артаксеркса и других царей этой династии.
Парфянские и Сасанидские цари строили наземные и подземные гробницы, для вождей скифов (саков)
строились крупные курганы.[4]
По доисламским погребальным сооружениям иранский ученый Гарави пишет следующее: в гробнице
Кира отчетливо прослеживается влияние архитектурных приемов, характерных для вавилонских зикуратов и
египетских пирамид.[5] Однако уже при Дарии I (521-488 гг.) в строительстве мавзолеев происходят
кардинальные изменения. На строительство мавзолеев оказал сильное влияние зороастрийский погребальный
обряд, согласно которому кости умерших, после очищения помещали в специальные сооружения – в дахму.
Этот способ погребения начали применять уже при мидийцах (VIII – VI вв, до н.э.) и он существовал и в
последующие века вплоть до возникновения ислама. Существовал и другой зороастрийский погребальный
обряд, когда в дахму ложили не кости, а тело покойника. Имеется предание о строительстве пышной
усыпальницы для сасанидского царя Хосрава Ануширвана. Эта традиция существовала при Аршакидах,
Сасанидах и в первых веках существования ислама. Но после арабского завоевания зороастрийский
погребальный обряд и такие его атрибуты как дахмы, наусы и башни молчания были вытеснены
мусульманским способом захоронения трупа в землю. Сейчас лишь в индийском городе Бомбее, где имеются
зороастрийские общины, существует Башня молчания.
В отдельных районах Ирана, несмотря на протесты и недовольства духовенства, обычай уложения
трупов в дахмах существовал вплоть до начала XX столетия, т.е. до правления Каджаров и Пехлевидов.
Покойников, как и при Сасанидах, ложили в склепах и в отдаленных Башнях молчания. Недоброжелатели
использовали существование этого обычая для критики и унижения шиитов Ирана.[6]
Ислам не одобряет строительство сооружений над могилами, т.е. строительство мавзолеев. Пророк
ислама Мухаммад был против пышных похорон, воплей, рыданий, причитаний и поклонения могилам.
Согласно завещанию пророка Мухаммада похоронили в его собственном доме. В его завещании были очень
важные пункты по погребальному обряду мусульман. Могила не должна была иметь насыпи, т.е. не должна
была возвышаться над землей и выделяться.
Традиция почитания покойников в Иране восходит к доисламскому периоду. Иранцы, часто
подвергавшиеся нападениям со стороны внешних врагов и мужественно защищавшие независимость своей
страны, всегда чтили память своих героев, отдавших жизнь за родину. Они веками чтили память и оплакивали
гибель своих древних национальных героев – Сухраба, Сиявуша, Исфандияра. Этот обычай сохранился и при
исламе.
Как отмечает Хелен Бренд нововведения ислама, упрощавшие погребальный обряд, противоречили
бытовавшим среди арабов того времени погребальным обычаям. Этот обряд сопровождался воплями и
рыданиями, разрыванием на себе одежды, вырыванием волос, царапанием лица, осыпанием землей и золой
скорбящих. Эти действия были характерны и для погребального обряда иранцев и жителей Средней Азии.
Например, древний обычай оплакивать смерть Сиявуша, нашел свое продолжение в обряде шиитов
оплакивать смерть имама Хусейна, убитого врагами в Дашти Карбала.[7]
Если верить религиозной книге зороастрийцев Ардавирафнаме, то еще до ислама эта религия иранцев
осуждала плач, рыдания, царапание лица и другие подобные действия в погребальном процессе. В этой книге
приводится рассказ об Ардавирафе, который отправился на тот свет и посетил рай, ад, мост Чинвад. Затем он
пришел к месту, где наказывали грешников. Ему захотелось узнать за какой грех полагается самое суровое
наказание. Оказалось, что за плач и вопли, вырывание волос, царапание лица и разрывание одежды на себя в
погребальном обряде. Иранский ученый Гарави считает, что в зороастризме не было мавзолеев: «тело
покойника оставляли собакам и птицам, чтобы они съедали их мясо, а кости собирали и с почестями
укладывали в специальных керамических ящиках - астаданах (костехранилищах). Тело покойника не должно
было соприкасаться с водой, огнем и землей. Очевидно, что исламский обряд захоронения тела покойника в
земле является более простым и предпочтительным, чем зороастрийский обряд помещения тела в дахме.
Поэтому иранцы приняли этот погребальный обряд.
Зороастрийский обряд был сложным и по происшествии тысячелетий нуждался в изменениях. В горах
Биби Шахрбону, расположенных недалеко от Тегерана с древних времен существовала Башня молчания, где
выставляли тела покойников на съедение птицам. В современном Иране этот обряд осужден и не существует.
Однако в Бомбее Башня молчания существует. Это круглое сооружение, наглухо обведенное очень высокой
стеной, к которому только птицы могут долетать. Вверху башни на площадке стоят три ряда каменных
заграждений, один из которых предназначен для мужчин, второй, чуть меньшего размера для женщин и
третий, еще меньшего размера, для детей. Рядом с круглой площадкой находится заграждение, где собирают
кости. Сезонные дожди смывают и очищают пол круглой площадки. Тела покойников на площадку башни
доставляют четыре зороастрийских священника, используя лестницы. Другим лицам подниматься на
26
площадку Башни молчания запрещено. Башня молчания находится на возвышенности в центре города
Бомбея в огромном сосновом парке, где почти не бывает посетителей. Участок, где находится Башня
молчания, является собственностью зороастрийцев (парсов) Бомбея. Однако власти города считают, что
нахождение этого сооружения в густонаселенной части города представляет опасность для здоровья людей. В
настоящее время вокруг Башни молчания обитают около 100 грифов и орлов, которые в день съедают три –
четыре трупа выставленных в Башни молчания. Однако птицы роняют куски мяса в различных жилых
кварталах города Бомбея, что вызывает недовольство горожан. Создается впечатление, что так долго не может
продолжаться.[8] Следует отметить, что под влиянием местного населения некоторые группы зороастрийцев
Индии, как например, района Навсари хоронят своих покойников в земле.
В первые годы распространения ислама строительство усыпальниц и мавзолеев было запрещено в
Иране. Ислам осуждал пышность в быту и обрядах и сам пророк Мухаммад призывал мусульман
воздерживаться от таких действий. Однако Зороастризм, господствовавший в Иране и Средней Азии в
доисламском периоде, не запрещал строительство усыпальниц и мавзолеев. В Бактрии и Согде существовали
семейные и родовые наземные погребальные сооружения – наусы.[9] Некоторые исследователи считают, что
истоки почитания могил и, следовательно, строительство мусульманских мавзолеев восходит к самому
пророку Мухаммаду. Хелен Бренд по этому поводу отмечает: «Как и следовало ожидать могила пророка,
которая находилась в его собственном доме, была объектом почитания. Когда во время правления
омейядского халифа Валида ибн Абд ал-Малика дом пророка был превращен в мечеть, в знак почтения к его
могиле там был сооружен михраб. В первом столетии ислама, над могилами сподвижников пророка и его
семьи водружали длинные палки, чтобы знать и помнить место их нахождения. Этот обычай распространен
среди многих мусульманских общин, в том числе в Средней Азии и сохранился до сегодняшнего дня. Этот
обычай объясняют тем, что тень является райской благодатью, и зонтики над могилами перекликаются с этим
предписанием Корана.[10] Нужно полагать, что возведение мавзолеев было доисламской традицией арийских
и других древних народов, с которой новая религия - ислам был вынужден примириться.
Таким образом, возведение мусульманских мавзолеев можно связать с кораническим преданием о
зонтиках над могилами. Это позволяет по-новому взглянуть на историю появления мусульманских мазаров
(мавзолеев). С этим преданием связан обычай установления камня с надписями или без надписи над могилой.
Над могилой камень ставили вертикально или горизонтально. Простые надмогильные камни, т.е. без надписи
и орнамента очень часто находят в Иране. По всей вероятности, этот обычай существовал среди арийцев и
других древних народов задолго до появления ислама.
Вскоре после возникновения ислама запрет на возведение мавзолеев был нарушен. Но строительство
мавзолеев носило строго религиозный характер, и эти сооружения, первоначально, были простыми. Лишь со
временем взамен небольших зонтиков над могилами пришли пышные мавзолеи, которых западные ученые,
традиционно, называли могилы с зонтиками. При этом, на основе ошибочных умозаключений не
соблюдались те ограничения, которые были установлены пророком. Обосновывали это тем, что могилы
подвергаются разрушительному действию ветров и дождей и поэтому сооружение над ними зонтика является
необходимостью. Позже, чтобы увеличить религиозное значение мавзолеев, сооружали в них михрабы. В
результате этого мавзолеи многих известных светских личностей превращались в мечеть. Правильность таких
действий обосновывали словами пророка, который говорил, что любое сооружение можно превратить в
мечеть. В мавзолеях многих потомков имамов сооружены михрабы и совершение молитвы во дворе их
мавзолеев считается богоугодным делом. [11]
Ввиду отсутствия конкретных фактов, трудно установить истоки возникновения мусульманских
мавзолеев. Тем не менее, строительство мусульманских мавзолеев интенсивно развивалось в Иране и Средней
Азии в средневековом периоде. Мазары считаются святыми местами и имеются во всех городах, селах и
являются объектами почитания и поклонения. Когда началось строительство мусульманских мавзолеев точно
неизвестно. Имеются лишь упоминания о мавзолеях некоторых сподвижников и последователей пророка
Мухаммада. В Иране имеются мавзолеи нескольких имамов, предшественников Имама Риза. В Хорасане
начало возведения мавзолеев связано с именем аббасидского халифа Харун ар-Рашида (148-193 гг.х. / 765-809
г.). Он умер в 193 г.х. в доме Хамида ибн Кахтаба и был похоронен на этом месте. Этот дом находился в
Санабаде недалеко от города Туса. Его сын и наследник халиф Мамун, который до 202 г.х. / 817-818г.
находился в Мерве, построил над могилой своего отца купольное сооружение. Когда в 202 г.х. / 817-818 г. умер
Имам Риза халиф Мамун, который очень уважал и почитал его, приказал похоронить его в мавзолее своего
отца. Следует подчеркнуть, что в те времена сунниты и шииты с уважением относились к религиозным
взглядам друг друга. Согласно сведениям сочинения «ал-Накз» мавзолеи многих шиитских саидов (потомков
пророка Мухаммада) были построены после соответствующего сновидения суннитов. Такие мавзолеи
находятся в иранских городах Бабаркаргабе, Сове, Рейе, Фарсе и Хузистане. С другой стороны шииты
посещали мавзолей суннитского мистика Баязида Бастоми.
27
В истории строительства мавзолеев в Средней Азии важное место занимают Саманиды. Саманиды
происходившие из Средней Азии и создавшие мощное государство и высокоразвитую культуру, были
основоположниками строительства мавзолеев для светских личностей, и прежде всего, для эмиров и их
потомков. Они построили великолепный мавзолей, который является шедевром мусульманской архитектуры.
Это известный мавзолей Исмаила Самани в городе Бухаре. Он является первым мусульманским мавзолеем,
построенным в Средней Азии. Вторым мавзолеем является мавзолей Купол Кавуса в Гургане. Хотя эти два
раннемусульманских мавзолея олицетворяют два разных архитектурных стиля, но у них много общего в
плане духовного восприятия подобных сооружений.
На протяжении первых трех веков ислама в Иране были построены ряд мавзолеев. К их числу
относятся: Мавзолей Биби Шахрбану в одноименных городах в Рейе, мавзолей Салмони Пок в Мадаине
(Ктесифоне) (первый век хиджры), мавзолей мистика Шаъйана в Исфахане (первый век хиджры), мавзолей
Увайса Карани в Кирманшахе ( первый век хиджры), мавзолей Фарози Мунаджим (Башня астролога),
принадлежит Абу Исхоку - астрологу аббасидского халифа Мансура, находится в Крепости Благочестия в
городе Рейе (второй век хиджры), мавзолей Джаблия в Кирмане, восходит к сасанидскому времени, мавзолей
Харуна в Санабаде, около города Туса (конец первого века хиджры), мавзолей Абдуллаха Тахира в Нишапуре
(первая половина второго века хиджры), мавзолей Хазрата Абд ал-Азима в Рейе (вторая половина третьего
века хиджры), мавзолей Фазла ибн Шозона в Нишапуре (третий век хиджры), мавзолей шейха Джунайда
Багдади в Багдаде (третий век хиджры), мавзолей сафаридского эмира Якуба Лайса Сиистани в городе
Джунди Шапур в Хузистане.
Монументальные мавзолеи строились для двух социальных групп: а) для царей, высокопоставленных
государственных чиновников, правителей разного ранга и военачальников; б) для духовенства – имамов и их
потомков, сеидов, известных мистиков, благочестивых шейхов. Однако при Сельджукидах и Тимуридах
мистики приобрели большой авторитет в обществе и поэтому большинство мавзолеев строились для них.
Появление мавзолея Имама Риза и оказание почестей могиле халифа Харун ар-Рашида был важным
историческим событием. По существу с этого времени начинается строительство мавзолеев для имамов, их
потомков и других святых. Следует отметить, что из большого количества мавзолеев, построенных в Иране до
правления Сефевидов, уцелели лишь единицы. Многие монументальные мавзолеи, построенные для
тюркских и монгольских правителей, находятся в полуразрушенном состоянии. В то же время мавзолеи
шейхов и имамов, благодаря тому, что являются местом поклонения, сохранились в прекрасном виде.
Сефевиды высоко почитали имамов и их потомков и считали, что другие святые шейхи не могут сравниться с
ними по духовной силе. Сефевидские султаны старались, чтобы после смерти их хоронили рядом с имамами
или их потомками. Они почитали и шейха Сафи ад-Дина, но ни в такой степени как имамов. На протяжении
многих столетий и мавзолеи имамов и их потомков играли и продолжают играть большую положительную
роль в жизни иранцев. Благодаря им созданы сотни благотворительных фондов и обществ.
Большой урон культуре Ирана и Средней Азии принесло монгольское завоевание. Монголы
разрушили многие города и убили сотни тысяч ни в чем неповинных людей. Во время господства монголов
авторитет и влияние мистиков и суфиев усилилось настолько, что с ними считались монгольские илханы
(великие ханы). Богословы - мистики всюду выполняли просвещенческую миссию. Они строили для себя
ханака, которые становились обиталищем скитающихся дервишей и аскетов. После смерти их хоронили в
этих ханака или соседних с ними помещениях. Их влияние очень усилилось и в Индии. Например, вместе с
Мир Саид Али Хамадони из Хамадана в Индию отправились 800 его учеников и последователей. Это и его
почетное прозвище «шах» свидетельствуют о его высоком политическом авторитете. И в Иране многие из
известных мистиков носили титул «шах». Сефевиды, являвшиеся шейхами, вскоре после прихода к власти
поняли, что мистическими назиданиями и суфийским воздержанием нельзя управлять огромной страной, к
тому же они были шиитами, а многие известные суфии были суннитами. Суфии и шейхи, хотя и не
стремились к власти, но активно участвовали в политической жизни. Сефевидский шах Исмаил занял престол
как шиит и с большим почтением относился к имамам и их потомкам. Во время правления Тахмаспа
авторитет и влияние суфиев еще больше усилились. Сефевидские правители хотели выступать в качестве
мусульманского духовного лидера. С приходом к власти Сефевидов строительство мавзолеев в Иране было
прекращено. По одной версии шах Аббас завещал, чтобы его похоронили в отдаленном никому неизвестном
месте. По другой, принятой в настоящее время версии он завещал, чтобы его похоронили в Кашане около
могилы благочестивого Хабиба ибн Мусса. Ведь он обладал огромным богатством и при желании мог
построить для себя величественный мавзолей. Сефевиды свое наследство и богатство тратили для укрепления
шиизма. Благочестивый суфий стал рьяным шиитом. Эпоха строительства мавзолеев для известных суфиев и
мистиков закончилась и началась эпоха строительства мавзолеев для потомков шиитских имамов. Многие
потомки имамов, находившиеся в забвении, вновь приобрели известность. Из сефевидской династии только
шах Исмаил похоронен в отдельном мавзолее рядом со своим дедом Сафи ад-Дином. Но другие сефевидские
28
шахи не последовали этому примеру. Они считались главами шиитов мира и поэтому завешали, чтобы их
похоронили рядом с потомками шиитских имамов.
Таким образом, возведение сооружений над могилами, т.е. мавзолеев и почитание их восходит к
доисламскому периоду. Этот обычай был широко распространен среди арийских народов. Возведение
мавзолеев продолжалось при древнеиранских династиях, при Ахеменидах, Аршакидах и Сасанидах. Первые
мусульманские мавзолеи появились в VII-VIII вв. Их возводили над могилами сподвижников пророка
Мухаммада, халифов, святых шейхов и шиитских имамов. Пророк Мухаммад был противником почитания
могил усопших. Но после него этот обычай получил распространение и подтверждение в хадисах. Мавзолеи
возводились и над могилами известных царей мусульманских династий.
Возведение мавзолеев получает широкое распространение в средние века, в том числе при Тимуридах
и Сефевидах.
КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: Мавзолей, мазар, Иран, Средняя Азия, дахма, наусы, башни молчания, наземные и подземные гробницы,.
Л ИТЕР АТУРА
Камол Х. История мазаров Северного Таджикистана. Душанбе, 2005, с.35.
Пугаченкова Г.А. Памятники искусства Советского Союза // Средняя Азия, справочник-путеводитель. –Москва, 1983, с XVI-XVII.
Зданович Г.Б.,Батанина И.М. Аркаим - страна городов. Челябинск, 2007, 260 с.
Итина М. А., Яблонский Л.Т. Саки нижней Сырдарьи. -М. 1997; Толстов С.П. Древний Хорезм. -М. 1948, с. 99 – 100; Кой – крилган
– кала – памятник культуры древнего Хорезма IV в до н.э.- IV вв. н.э. -М. 1967.
5. Гарави М. Оромгох дар густураи фарханги эрони – Тегеран, 1376 / 1997, с.95.
6. Там же.
7. Бренд Х. Макобир (Мавзолеи). -Тегеран, т.I, 1366 / 1988, с. 21.
8. Гарави М. Оромгоххо дар густураи.., с. 97.
9. Якубов Ю. Религия древнего Согда. -Душанбе, 1996, с. 74.
10. Бренд Х. Макобир.., с. 23.
11. Бренд Х. Макобир, с. 98-99.
1.
2.
3.
4.
АЗ ТАЪРИХИ ПАЙДОИШ ВА ТАШАККУЛИ МАЌБАРАЊО ДАР ЭРОН ВА ОСИЁИ МИЁНА
Муаллиф дар ин маќола таърихи рушди фарњанги маќбарасозиро дар Эрону Осиёи Миёна баррасї кардааст.
FROM THE HISTORY OF RISING AND THE DEVELOPMENT OF MAUSOLEMS IN IRAN AND IN
MIDDLE ASIA
The article is devoted about the learning of the history of rising of development and proclaiming of mausoleums in Iran and in middle Asia.
- Душанбе
АВЕСТИЙСКАЯ «АРИАНАМ-ВАЙДЖА» ПО ДАННЫМ «ВИДЕВДАТА» И
«МИХР-ЯШТА» (К ВОПРОСУ ЛОКАЛИЗАЦИИ)
Н. Ходжаева
Институт истории, археологии и этнографии АН РТ
Проблема происхождения индоиранских народов или так называемая арийская проблема является
объектом дискуссий среди ученых уже не одно столетие. Она была поставлена в 1771 году, когда французский
лингвист Анкетиль Дюперрон опубликовал «Авесту» – письменный памятник, отдельные древнейшие части
которого относятся ко II тыс. до н. э.,самые поздние – к первым векам нашей эры. В этом письменном
памятнике сохранились сведения по истории, культуре и мифологии иранских народов. «Авеста» дошла до
нас как собрание священных текстов зороастризма – религии, которую исповедовали древние иранские
народы.
Английский лингвист Виллем Джонс, изучая древнеиндийские тексты, впервые обратил внимание на
слово ārya- («арий»). Ученый предположил, что ārya- это самоназвание всех индоиранцев и означает «человек
этого народа», «хозяин», «благородный»[1]. Известно, что слово ārya- неоднократно упоминается в
древнеиндийских ведических источниках, особенно, в памятнике конца XII в. до н. э., «Ригведе», религиозных
29
гимнах и песнопениях, исполнявшихся при жертвоприношениях, при обращениях к богам и в другие
торжественные моменты жизни общества. «Ригведа» описывает пять «арийских кланов», которые пришли в
Индию с северо-запада. В источнике отмечается, что арийцы (ārya-), в отличие от местного населения, имеют
светлую кожу[2]. В «Авесте» это слово пишется как airya-, которыми назывались народы, населявшие
Центральную Азию и Иранское плато, что послужило поводом исследователям назвать их индоиранцами.
Обратим внимание, что от родительного падежа множественного числа этого слова образовалось современное
название Иран (Īrān). В соответствии с этим употреблением термин «арийский» используется как общее
название этих народов и языков, в результате чего появилось словосочетание индоиранцы[3].
Индоиранцы по занимаемой ими территории и языку на три группы.
I. Древние племена дардов и нуристанцев, обитающие в горах Гиндукуша и в верховьях реки Инд.
II. Население большей части Индийского субконтинента, предками которого были индоарии –
создатели «Ригведы» и «Махабхараты». К этой группе относятся и хурриты, жившие в государстве Митанни
на севере Мессопотамии.
III. Иранцы, которые делятся на западных иранцев – это персы, заселявшие в середине I тыс. до н. э.
земли Ахеменидской державы, территория которой простиралась от Египта до Индии; восточно-иранские
народы, к которым относятся хорезмийцы, согдийцы, бактрийцы и арейцы, заселявшие в древности
земледельческий юг Средней Азии, Афганистана и Белуджистана. К этой ветви также относят племена,
которые в древности кочевали в евразийских степях. В персидских источниках их именуют саками, а в
античных–скифами. Их потомками являются современные осетины, проживающие на Кавказе[4].
Что касается языков, на которых говорили индоиранцы (арийцы), то они относятся к индоевропейской
группе языков. В настоящее время разработана их типологическая классификация. Известно, что если два или
более языка проявляют черты закономерного сходства в своем грамматическом построении и основном
лексическом ядре, то это значит, что они генетически родственны и происходят из одного общего источника,
то есть одного общего языка, называемого языком-основой или праязыком.
Поскольку таджикский, персидский, афганский, осетинский, белуджский, курдский, памирские,
авестийский, древнеперсидский и некоторые другие живые и мертвые языки проявляют черты такого
закономерного сходства в своем грамматическом строе и основном лексическом ядре, следует признать, что
все эти языки генетически родственны и восходят к одному общему источнику. Общность этих языков и их
генетическое родство являются основанием для объединения их в одну группу или семью иранских языков.
Как и в древности, современные индоиранские языки делятся на три группы.
I. Дардский и нуристанский, на котором говорят дарды и нуристанцы, проживающие в северном
Афганистане, Пакистане и Индии[5].
II. Индоарийский, на основе которого сложились современные языки северной и центральной Индии:
хинди, урду, бенгали, пенджаби, гуджарати и др. К этой же группе относится и язык цыган, который пришел в
Восточную Европу в средние века из Индии и распространился по всему миру[6].
III. Иранские языки, которые делятся на две группы: западную и восточную, каждая из которых делится
на северную и южную[7]. К северо-западной подгруппе относятся древние мидийский и парфянский языки. К
современной северо-западной подгруппе относятся языки курдов, проживающих в Иране, Ираке, Сирии,
Турции и России; гилян, мазандаранцев, луров, жителей Ирана и белуджей, живущих в Иране, Пакистане,
Афганистане и на юге Средней Азии.
К юго-западной подгруппе относится древнеперсидский язык. На этом языке говорили в государстве
Ахеменидов. Древнеперсидский язык стал основой формирования среднеперсидского, на базе которого
сфомировались современные: персидский - государственный язык Ирана, таджикский - государственный
язык Таджикистана и язык фарси кабули (дари) – литературный язык Афганистана.
К северо-восточной подгруппе относится скифский язык, на котором в VII-IV вв. говорили степные
ираноязычные народы, обитавшие в Северном Причерноморье и на севере Средней Азии. Потомком этого
языка является осетинский язык, на котором говорят в Северной Осетии в России и Южной Осетии в Грузии.
К этой же подгруппе относятся мертвые согдийский и хорезмский языки. На согдийском языке
говорили в Согде (долина и верховья реки Заравшон). Одним из диалектов согдийского языка является
ягнобский. На нем до сих пор говорят в долине реки Ягноб в Таджикистане[8]. На хорезмском языке говорили
в Хорезме (низовья Аму-Дарьи).
К юго-восточной подгруппе иранских языков принадлежит мертвый бактрийский, на котором говорили
в северной и южной Бактрии (земли, расположенные по обе стороны среднего течения Аму-Дарьи). В
настоящее время бактрийский язык близок к пушту, на котором говорят в Афганистане и некоторой части
Пакистана.
К иранской группе языков относятся современные памирские языки, на которых говорят в
Таджикистане (Горно-Бадахшанская автономная область), в горных районах северного Афганистана и в
Гиндукуше. Их относят к восточно-иранским языкам, на которых говорят шугнанцы, рушанцы, бартангцы,
30
орошорцы, сарыкольцы, язгулемцы, ишкашимцы, ваханцы и др.[9]
Классификация индоиранских языков показывает, что в древности индоиранцы (арийцы) заселяли
обширную территорию Евразийского континента. Лингвистическая близость индоиранских языков
свидетельствует о генетической связи предков современных иранских народов. И в связи с этим вновь
возникает вопрос об их прародине.
Проблема происхождения индоиранских народов тесно связана с темой локализации авестийской
«Арианам-Вайджа» (airyanəm vaējō- или vaējah-) /авест. «Арийский простор»; среднеперс. «Эранвеж» (Ērānvēž) – «Иранский простор»/ – прародины иранцев. Решение данного вопроса – это ключ к решению арийской
проблемы.
«Арианам-Вайджа» неоднократно упоминается в «Авесте» («Видевдат»: 1.1-2; 2.20-21. «Ясна»: 9.14.
«Яшт»: 1.21; 5.17, 104; 17.45) и позднезороастрийских источниках, написанных на пехлевийском
(среднеперсидском) языке («Дадестан-и меног-и храд»: XXXIX. 48, 71. «Бундахишн» XII. 43; XIV. 49; XX. 11,
13; XXXII. 71)[10].
Проведя этимологический разбор словосочетания «Арианам-Вайджа» Э. Бенвенист приходит к
заключению, что в выражении аiryanəm vaējah- первое означает aryеn (iraniеn)[11], т.е. арийский. Что касается
второго, то морфологически vaijah- заимствовано из vaig – «размахивать», «бросать». Среди ученых признана
форма vaēγəm vaējō – «бряцать оружием» («Яшт» 19.92), vaēγа – «пустить стрелу» («Яшт» 10.69, 98)[12]. Для
того, чтобы правильно определить значение термина vaējah-, ученый справедливо замечает необходимость
обращения к другому выражению, имеющегося в «Авесте». В данном случае это airyanəm vaējō vaηhuyā
dāityayā – «арийский вайджа благой Датии» («Вендидад» 1.2; 2.20; «Яшт» 5.17, 104; 15.2). В интерпретации
этого выражения Э. Бенвенист видит разгадку значения термина vaējah-. Так, определение названия реки
Датия, ср. род vaējah-, жен. род vaignā- продолжает развиваться в идее «воды текут». В связи с этим указанное в
«Авесте» выражение airyanəm vaējō vaηhuyā dāityayā– означает «иранский простор благой Датии», которая,
следует заметить, его омывает. Кратко данное выражение будет выглядеть так: airyanam vaējah-, Ērān-vēž
«простор, страна арийцев»[13].
Вопрос локализации «Арианам-Вайджа» – родины индоиранских народов пока еще не получил своего
окончательного решения. Существует много различных и, в основном, противоположных точек зрения[14].
Несмотря на их разнообразие, данная проблема до сих пор остается нерешенной. Предлагаем свое видение
данной проблемы и начнем с того, что еще раз вернемся к текстам «Авесты», где в «Михр-яште» говорится:
«Мы почитаем Митру…
Который самым первым
Из всех небес небесных
Над Харою восходит
Перед бессмертным Солнцем,
Чьи лошади быстры,
И первым достигает
Прекрасных золотистых
Вершин, откуда видит
Он весь арийцев край,
Где храбрые владыки
Сбираются на битвы;
Где на горах высоких,
Пасется скот привольно;
Где на озерах волны
Вздымаются глубоких
И где рек судоходных
Широкие потоки
Стремят свое теченье
И к Ишкате Парутской,
И к Мерву, что в Харойве,
И к Гаве в Согдиане,
Или текут в Хорезм».
(«Яшт» 10. 12-14)[15]
Известно, что Митра, один из главных богов авестийского пантеона, древних иранцев обитает на горах
Хара Березаити. Это единственные горы, которые неоднократно упоминаются в «Авесте», и с которыми
связано много исторических событий, описываемых в источнике. По поводу локализации гор Хара Березаити
существует много точек зрения[16]. На наш взгляд более объективной является их отождествление с ТяньШань–Памирско–Гиндукушской горной системой[17]. В данном случае Митра отождествляется с Солнцем,
31
которое, как правило, восходит на востоке. Если Митра обитает на горах Хара Березаити и с востока
обозревает арийцев край, то из приведенных стихов ясно, что автор источника описывает один обширный
регион, где находятся горы Хара Березаити, откуда Митра взирает на все стороны света. Перечисленные в
стихе страны локализуются исследователями на современной территории Центральной Азии[18], а именно:
Мерв в оазисе Мары (Туркменистан), Харойва в долине реки Герируд в районе современного Герата
(Афганистан), Гава в Согдиане - это часть Согда, в который входят долины Заравшона и Кашкадарьи
(Северный Таджикистан, Восточный и Центральный Узбекистан), Хорезм в низовье Амударьи (Западный
Узбекистан и Северный Туркменистан). В этом же стихе говорится и о каршваре прекрасном, зовущемся
Хванирата, на который взирает Митра. Предположим, что все перечисленные страны являются составной
частью Хванираты, то этой территорией должна быть Центральная Азия, на это указывает еще один фрагмент
из «Авесты»:
«Мы почитаем Митру…
Он правит колесницей
С высокими колесами
Небесной, пролетая
Со стороны восточной
Над каршваром прекрасным
И светлым – Хванирата…»
(«Яшт» 10.67)
Действительно, эти стихи описывают восточную, по отношению к Хванирате обитель Митры.
Если взглянуть на список стран, перечисленных в «Видевдате» (1.1) или так называемая
«Географическая поэма», то и здесь все перечисленные страны локализуются на территории современной
Центральной Азии. Порядок перечисления стран идет следующим образом: Арианам-Вайджа, о локализации
которой говорится в данной статье, Гава Согдийская локализуется в современном Северном Таджикистане,
Восточном и Центральном Узбекистане, Моуру – это современный оазис Мары в Туркменистане, Бахдитерритория современного Южного Таджикистана и Северного Афганистана, Нисайа по мнению
большинства исследователей отождествляется с Нисой – столицей Парфии, Харойва – это современный район
Герата в Афганистане, Вэкерта – возможно это область современного Кабула, Урва – предположительно
находится в районе Туса в Хорасане или одна из областей в Исфагане (Иран), Вахркана локализуется на юговостоке Каспийского моря, Харахвати – это район современного Кандагара, Хаэтумант – область в долине
реки Хильменд (Афганистан), Рага – предположительно это местность близ Тегерана (Иран), Чахра –
предположительно это местность в Хорасане (Иран), Варна – предположительно это юго-западная
прикаспийская область или современный Керман (Иран), Хапта-Хинду – область в долине Инда, возможно,
Пенджаб[19]. На локализацию местности «у истоков Ранхи», у автора статьи есть своя точка зрения. Так, река
Ранха нами отождествляется с рекой Сырдарья[20], исток которой находится в отрогах Южного Тянь-Шаня /
хребет Терской Алатоо/ (Восточный Кыргызстан). Следовательно, местность «у истоков Рангхи» находится в
этом районе.
В «Михр-яште» есть строки:
«Кем будет он доволен,
Тому поможет Митра,
Чьи пастбища просторны,
А кем рассержен будет,
У тех разрушит Митра,
Чьи пастбища просторны,
И домы, и селенья.
И область, и страну,
И совокупность стран»
Обратим внимание на последние слова «и область, и страну, и совокупность стран». Известно, что
страна состоит из областей, а какой-либо союз состоит из стран. Выражение из этого стиха является
наглядным примером такой схемы. Предположим, что «совокупностью стран» являются области, указанные в
«Видевдате» и «Михр-Яште», тогда совокупностью стран должна быть «Арианам-Вайджа».
Итак, мы видим, что перечисленные страны «Географической поэмы» находятся на территории
Центральной Азии.
Вернемся к стихам из «Михр-яшта», где говорится о «судоходных реках, стремящих свое течение» к
странам, которые локализуются на территории Центральной Азии.
В одной из своих работ автор статьи предложил обратиться к орогидрографической схеме в
следующем виде: горы – реки – море, которая, в принципе, и была применена автором «Михр-яшта». Так,
согласно этой схеме авестийские реки Ранха и Вахви-Датия берут начало в горах Хара Березаити и впадают в
32
море Ворукаша. Именно в такой последовательности данная схема может накладываться только на
географическую карту современной Центральной Азии: горная система Тянь-Шань – Памир – Гиндукуш –
реки Амударья и Сырдарья – Аральское море[21]. Это значит, что упомянутые в стихах «судоходные реки»
текут по «арийскому краю», т.е. по Центральной Азии.
Что касается выражения «Арианам-Вайджа у Датии Благой», которое упоминается в «Авесте»
несколько раз («Видевдат» 1.2; 2.20; «Яшт» 5.17, 104; 15.2), то здесь тоже говорится о земле «арийцев»,
омываемой рекой Вахви-Датия, которая бесспорно отождествляется с Амударьей[22]. Это еще один факт в
пользу отождествления авестийской «Арианам-Вайджа» с территорией современной Центральной Азии.
В «Замйад-яште» (19.1-6, 66-67) упоминаются горы, реки, моря и озера «арийского простора». Автор
статьи провел классификацию авестийских географических названий, из которой следует, что в основном
авестийские горы расположены в Афганистане, Таджикистане и частично в Восточном Узбекистане, Южном
Кыргызстане и Восточном Иране. Реки, перечисленные в «Замйад-яште» находятся в Западном Афганистане
(Систан). Что касается морей и озер, то они находятся в Афганистане и в районе Аральского моря[23]. Итак,
мы видим, что географическая среда обитания, описываемая в «Авесте» также охватывает территорию
Центральной Азии.
Время сложения «Михр-яшта» – VI в. до н. э., а «Видевдата» – первые века до н. э. – начало нашей
эры[24]. Несмотря на разницу в 500 лет, и «Михр-яшт», и «Видевдат» упоминают одни и те же страны.
Исследователи утверждают, что в «Михр-яште» не упоминается «Арьянам-Вайджа». Если мы внимательно
прочитаем стихи 12-13, где говорится:
«Мы почитаем Митру…
Который самым первым
Из всех божеств небесных
Над Харою восходит…
И первым достигает
Прекрасных золотистых
Вершин, откуда видит
Он весь арийский край».
То мы видим, что здесь говорится об «арийском крае», а перечисление стран идет не сразу, а в конце
стиха 14:
«… И где рек судоходных
Широкие потоки
Стремят свое теченье
И к Ишкате Парутской,
И к Мерву, что в Харойве,
И к Гаве в Согдиане,
Или текут в Хорезм».
Напрашивается вывод о том, что и в «Михр-яште» «Арьянам-Вайджа» или «арийский край» в списке
стран стоит под номером один. Особо следует обратить внимание на сочетание «весь арийцев край», в
котором и помещаются все перечисленные страны, о которых мы говорили выше.
Необходимо отметить, что перенос реальных и мифических объектов довольно часто встречается в
текстах «Авесты», связанных с географической номенклатурой. Как отмечает М. Бойс, у иранских племен
существовала тенденция переносить географические названия по мере передвижения их с одного места на
другое[25]. Возможно, что при переселении иранских племен на территорию Центральной Азии они
перенесли названия многих реальных географических объектов, особенно, игравших большую роль в их
жизни, в мифологические понятия и названия, которые сложились у них еще в период индоиранской
общности, либо на ранних этапах собственного этногенеза. Скорее всего, это касается и «Арианам-Вайджа».
Если учесть тот факт, что «Авеста» является многослойным памятником, отдельные части которого
создавались в разное время, то разница во времени написания старейших частей «Авесты» – «Гат» (между XI
и VI вв. до н. э.) и более поздней – «Младшей Авестой» – «Яшты» (между VI в. до н. э. и IV в. н. э.)[26] составит
несколько столетий. Здесь для нас важен тот факт, что «Авеста» отразила устную традицию древних иранцев,
которая насчитывает несколько столетий, а может быть, и тысячелетий. Предположим, что древние иранцы
уже во втором тысячелетии до н. э. заселили территорию Центральной Азии, а значит и перенесли многие
географические названия. Следовательно, в этот период истории иранских народов «Арианам-Вайджей» была
территория Центральной Азии.
Известный ученый, специалист по «Авесте» П. Скэрво, приходит к заключению, что «АрианамВайджа» – это мифическая Родина иранцев, которая меняла свое месторасположение по мере их
передвижения с одной территории на другую[27]. Вопреки мнению П. Скэрво автор считает, что «АрианамВайджа» не мифическая Родина арийцев, а реально существующая территория их обитания.
33
Само понятие «Арианам-Вайджа», т. е. арийский простор уже говорит о том, что это не могут быть
только горы, как это считают немецкий географ К. Риттер[28], английский ученый М. Миллер[29] и
таджикский историк А Шохуморов[30]. Большинство исследователей считают «Арьянам-Вайджа» родиной
индоиранцев. На наш взгляд по мере расселения индоиранцев, «Арьянам-Вайджа» нужно рассматривать не
как родину, а как место их обитания на определенном отрезке времени. Вот почему существует разница
между первоначальной «Арианам-Вайджа», т.е. действительно родиной арийских племен и той, которая
упоминается в «Авесте».
В конце прошлого столетия исследователь И.В. Пьянков сделал попытку отделить авестийских арьев
от древнейших предков – протоиранских арьев[31]. Ученый считает, что «Арьянам-Вайджа» – прародина
только авестийских арьев, а Хванирата – прародина общеиранская или протоиранских арьев, располагавшаяся
в степных просторах между Волгой и Амударьей[32]. В данном случае необходимо уточнить название слова
«арья». «Арья» (arí, arya, aryaman, ārya) – это общее название иранских племен. К этимологическому значению
этого слова ученые обращались не один раз. Так, известный лингвист П. Тиме проанализировав ведийское
слово arí, приходит к выводу, что термины arya, aryaman и ārya являются его производными и имеют одно
общее значение «чужак», «пришелец», «иноземец» «завоеватель»[33]. Данную точку зрения поддерживает М.
Майргофер[34]. В.И. Абаев, проанализировав осетинское слово *œlon (œсœgœlon «чужой»), приходит к
такому же заключению[35]. Мы уже отмечали другое значение этого слова как «знатный», «благородный» и
«свободный»[36].
Известный французский ученый Ж.Дюмезиль, размышляя об интерпретации П.Тиме терминов arí,
aryaman, arya, ārya aryā, вновь проводит лингвистический анализ «Ригведы». Он приходит к выводу, что эти
слова связаны с родовым понятием. Каждое из этих слов имеет свое значение внутри арийской общины. Так,
исследователь пишет: «Лингвистических колебаний нет: каково бы ни было значение второго производного
ārya, именно arya, первое производное от arí , должно означать собственно “принадлежащий к арийскому
миру”, и действительно» в Авесте это значение передается словом airya, эквивалентом не ārya, но arya, и это та
же форма с кратким гласным, которая дала Ir, Iron, этническое название части кавказцев – осетин…»[37].
Известный французский авестолог Ж. Келленз поддерживает П. Тиме, считая и авестийских и ведических
арийцев иранскими племенами[38].
Древнейшие части «Авесты» – «Яшты» и «Гаты» показывают общество, описываемое в «Авесте» как
оседлых скотоводов и земледельцев с имущественным и социальным расслоением и выделением военной
аристократии и жречества. В «Михр-яште» неоднократно говорится о «просторных пастбищах», где пасется
«скот привольно» (10. 3-4, 6-7, 9, 14, 38-43, 46, 48, , 52, 78, , 87, 91, 93-94, 98, 120, 122, 128-132, 135, 139, 145-146),
а в «Ардвисур-яште» или «Абам-яште» упоминаются многочисленные жертвы «сотней жеребцами, тысячу
коровами и мириад овцами» (5. 21, 25, 29, 33, 37, 41, 45, 49, 57, 68, 72, 81, 108, 112, 116), что указывает на
преобладание в хозяйстве арийских племен, описанных в «Авесте» скотоводства. Известно, что в этом типе
хозяйства происходит интенсивный процесс имущественной дифференциации. Поэтому основной задачей
для скотоводов становится охрана стад и выпас скота. Для нужд интенсивно растущего кочевого скотоводства
постоянно требовалось расширение и завоевание новых пастбищ. Следовательно, арийцы – это социальная
прослойка (военные всадники и члены их семей), которая сформировалась в среде скотоводов. Из всего этого
и из значения слова «арья» (во мн. ч. «арьи») как «чужак», «пришелец», «иноземец» «завоеватель» можно
заключить, что арийские племена постоянно перемещались. Этот вывод подтверждают исследования А.
Парполы, который проанализировал «Ригведу», «Авесту» и археологический материал с территории
евразийских степей и Индостана[39]. Ученый отмечает, что в «Ригведе» арийские племена показаны именно
как завоеватели.
В «Авесте» упоминаются страны, народы (согдийцы, бактрийцы, маргианцы, хорезмийцы, парфяне и
сакские племена) которых говорили на древнеиранских языках. С исторической точки зрения «авестийский»
язык является одним из диалектов древнеиранского языка. Уже в первой половине I тыс. до н. э. этот язык
становится мертвым и используется иранскими народами исключительно для богослужений, т.е. он
становится религиозным. Как в наше время католическое духовенство использует для богослужений латынь,
так и зороастрийские священнослужители используют «авестийский» язык[40]. Если мы предположим, что он
возник на территории евразийских степей, то вполне вероятно, что перечисленные народности могли его
использовать исключительно для богослужений. Выше говорилось о странах, перечисленных в «Видевдате» и
«Михр-яште». Мы определили, что все эти страны являются арийскими, а это значит, что «Арианам-Вайджа»
является составной частью Хванираты. Напрашивается мысль о том, что Хванирата не может быть
общеиранской родиной, так как она находится тоже на территории Центральной Азии. В данном случае
уместно поговорить не об арьях, а о землях их обитания в определенный исторический период, т.е. об
«Арианам-Вайджа». В связи с этим предлагаем отделить первоначальную «Арианам-Вайджа» или родину
арийских племен от авестийской, т.е. место их обитания в период сложения «Авесты»[41].
Что касается авестийской «Арианам-Вайджа», обратимся к естественным границам, выраженным
34
горами и реками. Известно, что в древности моря, озера, реки и высокие горы были естественными границами
различных государственных образований. Сведения о горах Хара Березаити или Тянь-Шань – Памир –
Гиндукуше имеются во многих частях «Авесты», начиная от «Гат» и заканчивая «Яштами», т.е. между XI в.
до н. э и IV в. н. э. В данном случае горы Хара Березаити являются наглядным примером естественной
границы «Арианам-Вайджа» с востока. Обратимся к этимологии слова Памир. Так, известный российский
лингвист Д. И. Эдельман обращаясь к значению слова Памир приходит к следующему заключению: «более
перспективным является такой вариант, где вторая часть (Мехр) возводится к индоевропейскому Мор-и – mori
и трактуется как «граница», «пограничная область»[42]. Если взять за основу данную трактовку значения слова
Памир, как граница, то горы Хара Березаити, которые отождествлены нами с Тянь-Шань–Памиро–
Гиндукушской горной системой, являются восточной границей «Арианам-Вайджа».
Анализ «Видевдата», «Михр-яшта» и «Замйад-яшта» «Авесты» показал, что в период сложения
«Авесты» древнеиранские племена уже заселили Центральную Азию и, следовательно, «Арианам-Вайджа» в
это время находилась на её территории.
КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: «Авеста», «Арианам-Вайджа», иранские языки, современные индоиранские языки, этимологический разбор,.
1.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
8.
9.
10.
11.
12.
13.
14.
15.
16.
17.
18.
19.
20.
21.
22.
23.
Л И Т ЕР А Т У Р А
Барроу Т. Санскрит. – М., 1976. – с. 7, 19.
Parpola A. The coming of the Aryans to Iran and India. Studia Orientalia, 1988. № 64. P. 208-210, 215.
Барроу Т. Ук. соч. с. 7.
Кузьмина Е.Е. Арии – путь на юг. М., 2008. с. 9-10.
Эдельман Д.И. Дардские языки. М., 1965; Бонгард-Левин Г.М., Ильин Г.Ф. Древняя Индия. М., 1969. с. 121; Fussman G. Atlas
linguistque des parlers Dardes et Kafirs/ 1-2/ Paris, 1972.
BaielyH.W. Iranian Arya and Daha // Transactions of the Philological Socity. L., 1959; Барроу. Ук. соч; Иванов В.В., Топоров В.Н.,
Санскрит. М., 1960. с. 8-23; Елизаренкова Т.Я. Грамматика ведийского языка. М, 1982; Богнгард-Левин Г.М., Ильин Г.Ф. Древняя
Индия в древности. М., 1985. с. 129-142.
Оранский И.М. Иранские языки. М., 1963 с. 11-12, 22-35; Он же. Введение в иранскую филологию. М., 1988. с. 24-30.
ОранскийИ.М. Введение в иранскую филологию. М. , 1988. с. 333-334.
Там же. с. 327-334; Morgenstierne G. Indoiranian Frontier Languages. Vol. 2. Iranian Pamir Languages (Yidgha-Munji, Sanglichi-Ishkashmi
and Wakhi). Oslo, 1938.
В статье используется русский перевод пехлевийских текстов. Зороастрийские тексты. Суждения Духа разума (Дадестан-и Меноги храд)ю Сотворение основы (Бундахишн) и другие тексты. Издание подготовлено О.М. Чунаковой. М., 1997. 352 с. (Памятники
письменности Востока. CXIV)..
Benveniste E. L’Eran-vez et l’origine legendire des Iraniens //BSOS. 1933-1935. VII. р. 266.
Ibid. р. 267.
Ibid. р. 267-268.
О локализации «Арианам-Вайджа» см. подробно: Ходжаева Н. Индоиранцы и локализация «Арианам-Вайджа» //История ГорноБадахшанской автономной области. Душанбе, 2005. с. 124-143; Кузьмина Е.Е. Арии – путь на юг. М., 2008. с. 30-32, 115-140.
Авеста в русских переводах (1861-1996) / Сост., общ. ред. примеч., справочный раздел И.В. Рака. СПб., 1998.
Ходжаева Н. Локализация авестийских гор Хара Березаити, рек Вахви-Датия, Ранха и моря Ворукаша. Душанбе, 2003. с. 47-48.
Там же. с. 49-98.
О локализации перечисленных стран см. подробно: Gershevitch. The Avestan… P. 107-176; Gnoli. Zoroaster’s Time… р.84-87;
Дьяконов. Восточный Иран… с. 136-137; История таджикского народа. Т. 1: С древнейших времен до V в. н. э. Душанбе, 1998. С.
621, прим. 147; Массон В.М. Еще раз о геродотовской реке Акес //Эллинистически Ближний Восток, Византия и Иран. М., 1967. с.
172-176; Пугаченкова, Ртвеладзе. Ук. соч. с. 18-20.
Авеста… с. 69-70.
Ходжаева. Ук. соч. – с. 79-89.
Там же. с. 45, 98.
Yule H. The geography and history of the upper waters of the Oxus. // Wood J. A journey to the source of the river Oxus. London, 1872. р. 23;
Benveniste E. L’Ēran-vez et l’origine legendire des Iraniens //BSOS, VII, 1933-1935. р. 271. Christensen. Op.cit. р. 25; Duchesne-Guillemin.
Op. Cit. р. 143; Бартольд В.В. Аму-Дарья. // Статьи из «Энциклопедии ислама». М, 1965. Т. III. с. 319; Nyberg H. S. Biographie de
Zaratuštra dans le Denkart // Acta Iranica 7. 1975. IV. P. 510-518; Boyce M. A History of Zoroastrianism. Vol. I. Leiden-Köln, 1975. р. 144;
Стеблин-Каменский И.М. Река иранской прародины // Ономастика Средней Азии. М.: Наука, 1978. с.72-73; oн же.
Этимологический словарь Ваханского языка. СПб.: Петербургское Востоковедение, 1999. с. 6; Абаев В.И. Два зороастризма в
Иране // ВДИ. 1990. № 4. с. 202; Пьянков И.В. Этническая история Средней Азии // Восток. 1995. № 6. с. 35; oн же. Зороастр в
истории места и времени // ВДИ. 1996. № 3. с. 14; Ходжаева. Ук. соч. с. 69-79.
Ходжаева Н. Историческая география Центральной Азии по данным «Авесты» и пехлевийских источников: Диссер. на соиск. уч.
степ канд. ист. наук. Душанбе, 2000. с. 90-91.
35
24.
25.
26.
27.
28.
29.
30.
31.
32.
33.
34.
35.
36.
37.
38.
39.
40.
41.
42.
Брагинский И.С. Из истории таджикской народной поэзии. М, 1956. с. 193.
Boyce. A History of ... Vol. I. р.143.
Брагинский. Ук. соч.
Skǽrvø. Op.cit. р.166.
Риттер К. Иранъ. Ч. 1. Перевод и дополнения Н.В. Ханыкова. СПб., с.24
Маковельский А.О.Авеста. Баку, 1960. с.14.
Шохуморов А. Памир – страна Ариев. Душанбе, 1997. с. 18, 27.
Пьянков И.В. Этническая… с. 34-35.
Там же.
Thieme P. Der Fremdling im Rgveda. Eine Studie über die Bedeutung der Worte arí, arya, aryaman und ārya. «Abhandl. für die Kunde des
Morgenlanes». Leipzig, 1938. XXIII. 2. S. 102-103, 148.
Mayerhofer M. Kurzgefaßtes etymologisches Wörtrbuch des Altidischen. Lief. 2. Heidelberg, 1953. S. 49, 52, 79.
Абаев В.И. Осетинский язык и фольклор. Том I. М.,-Л, 1949. с. 246; Вопросы языкознания. 1958. № 2. с. 114-115.
Данную точку зрения высказали Э. Бенвенист, В. Бейли, Э. Лярош и Т. Барроу.: Дюмезиль Ж. Верховные боги индоевропейцев.
М.: Наука, 1986. с.191-192; Гафуров Б.Г. Таджики. Древнейшая, древняя и средневековая история. М, 1972.с.32, cн.66; Барроу Т.
Санскрит. М., 1976. с.7, 19.
Дюмезиль. Ук. Соч. с. 184.
Kellenz J. Les airiia- ne sont des āryas: ce sont deja iraniens //Fussman G., Kellenz J., Francfort H-P., Tremblay X. Ᾱryas, aryens et iraniens en
Asie Centrale. Paris, 2005. р.233-252.
Parpola A. Op. cit. р. 195-302.
Рак И.В. Мифы Древнего и раннесредневекового Ирана. Спб, 1998. с. 55.
На наш взгляд, первоначальная локализация «Арианам-Вайджа» наиболее убедительна в степях Южного Урала и Северной
Центральной Азии. В настоящее время автор статьи работает над этой проблемой..
Эдельман Д.И. Географические названия Памира //Страны и народы Востока. Вып. XVI. Памир. М., 1975. с. 43.
СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ
ВДИ – Вестник древней истории. Москва.
BSOS – Bulletin of the School of Oriental Studies. London Institution (University of London). London.
JNES – Journal of Near Earsten Studies. Chicago.
IRAN – Journal ofPersian Studies. The British Institute ofPersian Studies. London.
«АРИАНАМ-ВАЙЉА» ДАР АСОСИ МАЪЛУМОТИ «ВИДЕВДАТ» ВА «МИЊР-ЯШТ»
(МАСЪАЛАИ МАВЌЕИ ЉУЃРОФЇ)
Муайян кардани мавќеи љуѓрофии кишвари авестої «Арианам Вайља» яке аз масъалањои бањсноки пайдоиши халќњои
эронинаљот мебошад. Муаллифи маќола доир ба ин масъала аќидаи махсуси худро баён кардааст. Муаллиф муносибати бисёрљонибаро
барои халли ин масъала пешнињод намудааст. Тањлили маълумоти Авеста ва маводи бостоншиносї имконият медињад, ки «Арианам
Вайљаи»авестої дар худуди Осиёи Марказї љой дода шавад.
«AIRYANƏM VAĒJŌ» ACCODING TO THE «VIDEVDAT » AND «МIHR-YAŠT» (TO THE QUESTION
OF LOCALIZATION)
Localization of the avestan “Airyanəm vaējō- or vaējah“is one of the most controversial issue in a history of Iranian peoples. The author of the
article offers its own point of view on the solving this problem. An attempt of the complex approach to the solving of the issue on localization of the avestan
“Airyanəm vaējō-“is made in this article. Analysis of the “Avesta”, archaeological and linguistic material as well allows to determine the avestan
“Airyanəm vaējō-within” of the ambit of the territory of Central Asia.
АРАБСКОЕ ЗАВОЕВАНИЕ И ПОЛОЖЕНИЕ ТАДЖИКСКОГО НАРОДА
ПРИ ОМЕЙЯДАХ
С.М. Раджабов
Таджикский государственный педагогический университет им. Садриддина Айни
Ко времени наступления арабов в Сасанидскую Империю в 636 г., длительные войны с эфталитами,
тюрками и Византией, чрезмерное налогообложение и различные злоупотребления правителей и
священнослужителей ослабили страну. Стремления последных царей, внутренние распри и соперничество
36
крупных, знатных домов почти полностью парализовали государственный аппарат, словом, созрели для
социального переворота. Известный иранский ученый, Саид Нафиси написал: Социальное неравенство и
неудовольствия низших слоев народа в иранском обществе образовали особо тяжелое положение. По
предварительным данным ученых, из 140 млн. населения Ирана только 1,5 млн. являлись имущими, а
остальные были лишены этого божественного дара. Они были готовы идти за кого угодно, лишь бы устранить
это неравноправие.[1]
Политический кризис начавшийся после смерти Мухаммада, постепенно охватил все ветви молодого
исламского государства вызвал неудовольствие мусульман. Их ум раскололся на несколько политических
групп и течений. Используя создавшееся положение Муовия из рода Омейядов, в 661г. захватил престол
Халифата.
Кутейба занялся распространением ислама среди непокорных народов этих краев иначе. Применял
разнообразные методы и средства: вначале использовал военную силу, в каждом доме расквартировал
арабских воинов для наблюдения за исполнением местным населением мусульманских обрядов. Он разрушал
зороастрийские, христианкие храмы, буддийские монастыри, убивал всех грамотных людей и уничтожал их
сочинения. Вместе с тем, по выражению ал-Бируни, он уничтожил их древнюю культуру и старинные книги.
Затем, по сведениям Наршахи, стал принимать поощрительные меры. Построил мечети и призывал людей на
общую пятикратную молитву. Особое значение придавал пятничным полуденным молитвам («намози
чумъа»). Обещал народу, участвовавшему в этой молитве, освобождение от ряда различных налогов, от
выплаты определенной суммы. Было разрешено им чтение молитвы на родном языке (особенно на
среднеперсийском).
Наршахи пишет: «Кутейба… обращал бухарцев в ислам три раза, но они отказались. На четвертый раз
с войной завоевал город. И после многих стараний… народ принял ислам неискренне, а на самом деле
продолжил идолопоклонничество. Потом Кутейба… поручил жителям Бухары, чтобы разместили в своих
домах арабов для обучения их исламским обрядам и налаживания наблюдения за их выполнением. Построил
мечети … и назначил выплату каждому совершившему молитву по два дирхема»[2]. Однако и на этот раз не
все стали мусульманами. Только те, которые нуждались в деньгах, ради получения двух дирхемов собирались
на общую молитву и совершали её на персидском языке. Та часть народа, которая не нуждалась в этих
мизерных деньгах, не приходила на молитву.
Фергана в эпоху арабского завоевания являлась могущественным владением, игравшим важную роль
в политической жизни Мавераннахра. Это обусловливалось ее военным потенциалом, который основывался
на серьезном экономическом базисе.
Первый завоевательный поход арабов на Фергану был совершен в 712 г. во главе с Кутейбой б.
Муслим. Жители Ферганы оказали сильное сопротивление. В 715 г. Кутейба б. Муслим еще раз обрушился на
Фергану и восстал против халифа Сулеймана (715-717), но воины не поддержали его и он был убит. По
сведениям Джамла Карши его гробница расположена в селе Кулидж.[3] До сих пор его могилу местное
население показывает в районе Джалал-кудука (Андижан).
Хотя арабы оставили в Фергане, как и в других местах, своих наместников, исполнявших роль
военачальников и сборщиков податей, ферганцы, опираясь, очевидно, на силу тюркских племен, сохраняли
свою независимость.
Около 720 года Ферганой правил сильный царь, именуемый в арабских источниках Алутаром. В 723 г.
он двинул свои войска против арабов и вместе с тюрками и чачцами нанёс сильный удар захватчикам,
преследуя их на протяжении всего пути от Ходжента до Самарканда.
Ферганцы не принимали основные требования арабов – признать ислам. Поэтому арабы неоднократно
были вынуждены организовать поход в Фергану. Жители Ферганы даже в начале IX выступают на стороне
антиаббасидского восстания.
Арабы пытались обратить население Ферганы в мусульманство и перестроить их жизнь на свой лад. С
этой целью Халиф Осман под начальством Мухаммеда б. Джарира отправил туда свое войско. В ИспидБулане (ныне Сафед-Булон, Джалалабадская область) ему было оказано большое сопротивление, в результате
чего две тысячи семьсот человек из числа сподвижников пророка и их последователей пали в этом бою. Все
они были похоронены в Испид-Булане.[4]
Плюс к этим тяжким преступлениям, которые совершались в период военных набегов, в течение
многих лет: по сведениям С.Айни - 20 лет (705-725 гг.), а по сведениям Р.Нельсона – 10 лет (704-714 гг.), самый
безудержный тиран Хаджадж. Злодеяния, которого превзошли все, что совершалось тиранами в течение веков
до и после него. Восстановители хроник сообщают, что он своими руками убил 120 тыс. человек, а казненных
по его приказу и умерших в темницах невозможно было счесть. Но, когда он умер, в его тюрьмах оказалось 50
тыс. заключенных - 30 тыс. мужчин и 20 тыс. женщин. Его тюрьмы не имели камер или каких-либо
помещений, защищенных крышей. Находившиеся в них заключенные умирали под открытым небом, летом
изнывая под палящим солнцем, а зимой страдая от холода, снега и дождей[5]. Именно по приказу Хаджаджа
37
был казнен также легендарный герой Тохаристана Низак вместе с либо 700, либо с 12-ю тысячами его
соратников и соплеменников[6]. Получили суровые наказания, тысяча безвинных ученых, представители
знатных местных семей и терроризировалось много мусульман не арабов.
В целом, как отмечал Ричард Нельсон: «Завоевание Центральной Азии стоило арабам огромных
усилий. …».[7] Омейяды смогли распространять свою власть над другими народами военной силой, но в деле
государственного строя ничего нового не изобрели. В основном, полностью сохранили Сасанидскую модель
правления и местную форму землевладения вплоть до абсолютного управления: местных «худотов»
(владельцев), земельный налог, водопользование и т.д. Разница заключалась в том, что их построили на
исламской основе и дали им арабские названия. Представителей высших эшелонов власти и церкви сместили
или ликвидировали. И этот аппарат подчинялся военному диктатору в лице наместника халифа - эмира.
В 724-743 гг. при Халифате Хишом ибн Абдулмалика число мусульман, принудительно, формально
принявших ислам, резко увеличилось и, соответственно, уменьшилось число оплачиваемых индивидуальных
налогов и естественно сократилось поступление средств, в казну Халифата. Начало этой тенденции положила
политика благочестивого халифа Омара II (717-720 гг.), который установил новые правила обращения в ислам
и примирил арабов с их прислугой. Согласно законам ислама мусульмане независимо от расового
происхождения и пола имели равные привилегии. Но при правлении Кутейбы и Хаджажа, нарушалось это
правило. Арабов мусульмане освободили от подушного налога, а с местных мусульман взимали налог.
Поэтому Омар 11 настаивал на соблюдении правил равенства и запретил взимание у местных мусульман
земельного и подушного налога – джизьи. Землю объявил достоянием общины и отменил куплю и продажу
земель, которые подлежали налогообложению.[8]
Имеются сведения, что Омейяды установили свою собственность даже на задолжников,
безземельных крестьян и поставили на них «тамга» - штамп, использовали их труд принудительно в своих
хозяйствах. Согласно рассказам из «Тысячи и одной ночи», некоторых более здоровых молодых людей
кастрировали и превращали в евнухов и работников гарема, или на эти должности брали заранее
кастрированных мужчин. С. Айни в очерке «Восстание Муканны» рассказывает о событии другого характера:
в Бухаре имелось общество из рода Кашкаша. Когда Кутейба расквартировал арабов в домах бухарцев, они не
хотели жить в одном доме с арабами, оставив им дом и все свои домашние принадлежности, они переселялись
в другие места, на четыре километра дальше, на север города. Там построили 700 новых домов, стали жить без
нежелательных квартирантов. Это новое село впоследствии получило название «Кахкашон».[9]
Арабские халифы очень щедро стали дарить народную землю в виде участков или целых поместий в
больших размерах, своим «отважным воинам» и «послушным слугам». Дареные земли по-арабски называли
«иктаъ». Дарение земель своим приближенным было традицией у Ахеменидских и Сасанидских царей.
Однако они сделали это в другом порядке, они давали некоторым своим госчиновникам крупные
государственные поместья или целые области в порядке дарения, чтобы те получали только часть прибыли
оплачиваемых налогов от этих земель. Частные земли и поместья они не трогали и не лишали народ, особенно
тружеников полей, средств проживания. Но Омейядские халифы давали в «иктаъ» ограбленные дехканские
земли. Этот порядок в дальнейшем получил очень широкое распространение и послужил причиной массового
обнищания народа. Абу Абдулло Мухаммад Котиби Хоразми в своей книге «Мафотих-у-л-улум» («Ключи к
науке») писал: «Иктаъ, т.е. султан даст землю в порядке поместья кому-то, чтобы стала его собственностью».
Такие земли называли также «катоъабаъ», его синонимом является «катъийа». «Катъийа», как титул, в
будущем продолжает оставаться как собственность в распоряжении последователей.[10]
Таким образом, арабы в Хорасане и Мавераннахре превратились в крупных помещиков и стали
широко и дешево, в форме аренды использовать труд малоземельных и безземельных местных дехкан. Некая
традиция стала широко распространяться и в самой Аравии. В результате местные опытные земледельцы
превратились в исполни -телей воли вчерашних кочевых арабов и потеряли интерес к дальнейшему подъему
культуры земледелия и развитию производства. Предыдущих правителей областей, городов и сел - «Великих
царей», «царей», «худотов», -заменили арабские «наместники», «эмир»-, «воли»-и, «хоким»-ы. А крупные
поместья называли «Мулук-ут-тавофи». Также появились новые исламские государственные культурнопросветительные учреждения: «кады» (козиет), медресе, мечети, («мазоры»), кладбища и т.д. Эти
новообразованные учреждения снабжались также за счет народных средств, т.е. их земельных участков.
Этим учреждениям выделяли самые хорошие поместья с плодородными и хорошо
мелиорированными участками, плодоносными садами, виноградниками, домами и другими подобающими
средствами. Оформляли на них как свидетельство специальные юридические документы, подобно
сертификату, и, эти земли называли «Вакфные». Владельцы вакфных земель вели свое хозяйство тоже по
арендным условиям и частично бесплатно использовали местных кишоварзов. Вакфное земледелие получило
широкое распространение и ускоренные темпы развития, и владельцы вакфных земель превратились в самых
крупных и богатых помещиков. Причина их расширения и развития заключалась также в том, что знатные,
более состоятельные люди с целью внесения своего вклада в дальнейшее развитие и распространение ислама,
38
либо вложили в них определенные средства, либо купили крупные поместья со всем имуществом, оформили
как «вакф» и их передали этим учреждениям.
С приходом к власти Халифата рода Омейядов ислам из народной религии и защитника
обездоленных, бесправных людей превратился в орудие подавления неудовольствия, ограбления,
оскорбления, угнетения, дискриминации и истребления простого народа. Это вызывало в исламском мире,
недовольства всех мусульман, неарабского, прежде всего иранского происхождения и послужило причиной
смены деспотического режима Омейядов.
КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: арабы, арабское завоевание, Сасанидская империя, распространение ислама, Омейяды, военные набеги.
Л И Т Е Р А Т УР А
Муртазо Мутаххари. Хадамоти мутаќобили ислом ва Эрон. – Душанбе. – 1999. –с. 130, 209.
Наршахи Абубакр Муњаммад бинни Љаъфар. Таърихи Бухоро. Њозиркунандаи чоп, муќаддима, тартибдињандаи тавзењот,
луѓат, исмњои хос, номњои љуѓорофи Н. Ќосимов. Муњаррири масъул А. Мухторов.–Душанбе: Дониш, 1979. с. 69.
3. Джамал Карши Мулхакат ас-Сурах. Рук. В 514 Санкт-Петербургского отд. ИВ АН РФ, л. 58б.
4. Джемал ал-Карши, Мулхакат ас-Сурах. Л. 58б.
5. Айнї С. Ќањрамони халќи тољик Темурмалик. Исёни Муќаннаъ. –с. 99.
6. Табари. Таърих ар-русул ва-л-мулук. VI. –с. 458.
7. Фрай Ричард Нельсон. Наследие Центральной Азии: от древности до тюркского нашествия. – Душанбе. – 2000. –с. 231.
8. Фрай Ричард Нельсон. Наследие Центральной Азии …,. –с. 245.
9. АйнїС. Айни С. Қаҳрамони халқи тољик Темурмалик. Исёни Муқаннаъ. –Душанбе: Ирфон. -1968. –с. 92.
10. Турсунов Н. Таърихи тољикон. –Хуљанд. -2001. –с.318.
1.
2.
ИСТИЛОИ АРАБЊО ВА ВАЗЪИЯТИ ХАЛЌИ ТОЉИК ДАР ДАВРАИ УММАВИЁН
Дар маќола аз њуљуми арабњо ба сарзамини Мовароуннањру Хуросон маълумот дода шудааст. Муаллиф бори нахуст бо
истифода аз манбаъњои нави таърихї ин давраи таърихиро маврида тадќиќ ќарор додааст.
ARABIANS FIGHTERS AND CONDITION OF TAJIK PEOPLE ABOVE OMEIYADS
The attack of Arabs to the land of Movurunnahr and Khuroson is reviewed in the article. The author uses the new historical sources of that period
within writing his article too.
УЧАСТИЕ ТИМУРА В РАЗРЕШЕНИИ БАЛКАНСКОГО КРИЗИСА
М.М. Каримов
Таджикский государственный университет права, бизнеса и политики
В архивах Лондона, Мадрида, Парижа и Дели хранится дипломатическая переписка между Тимуром и
монархами государств Западной Европы. Эти документы оставались неисследованными многими
поколениями историков, включая В.В.Бартольда, долгие годы.[1] Из числа отечественных учёных, на эти
документы впервые обратил внимание И.И.Умняков.[2] В 1970 г. в Узбекистане, в связи с подготовкой к
юбилею 2500-летия основания города Самарканда, была издана двухтомная книга «История Самарканда». В
первом томе этой истории была помещена упомянутая нами статья покойного И.И.Умнякова, правда под
несколько другим названием.[3] В.В.Бартольд в известной своей работе,[4] затрагивал лишь причины,
побудившие испанцев направить в Самарканд своего посла Руи Гонсалеса де-Клавихо.
Переписка относится к самому началу XV в., когда Тимур во время так называемого «семилетнего»
похода на Запад (1399-1404) при весьма умелой подсказке западных дипломатов, был втянут в борьбу против
могущественной Османской империи.
Конец XIV в. в истории Балканского полуострова характеризовался быстрым ростом военной мощи
Турции. Первое крупное столкновение турок с народами Европы произошло в 1399 г. на Косовом поле в
Сербии. Одержав ряд побед, турки захватили Сербию и Болгарию, угрожали Венгрии и нанесли полное
поражение рыцарям Западной Европы и Болгарии в 1396 г. Турецкий султан Боязид готовился к взятию
39
Константинополя, нависла угроза сползания ислама по всей Европе. В этих условиях император Мануил II
Палеолог (1391-1425) в 1399 г., оставив вместо себя племянника-соправителя Иоанна VII отправился в турне
на Запад с просьбой о помощи против Турции.
Европейские страны всеми силами и способами пытались предотвратить опасность турецкого
вторжения: одни надеялись на союз с турками, другие на создание антитурецкой коалиции во главе с римским
папой.
В это время до монархических дворов Европы стали доходить известия о походах правителя Средней
Азии Тимура, который после покорения Армении, Грузии, Азербайджана начал решительную борьбу с
турецким султаном Баязидом I и египетским султаном Насир ад-дином Фараджем, заключившими между
собой соглашение. С тем, чтобы перерезать пути, ведущие из Египта в османскую Турцию, Тимур совершил
поход против Сирии, захватил город Алеппо, Дамаск и Багдад (1401 г.). Баязид в свою очередь овладевает
территорией между Эрзинджаном и Малатией, делая прямой вызов Тимуру. В борьбе с Турцией Тимур
рассчитывал на помощь европейских стран, в основном Византии и итальянских республик, располагавших
значительным флотом.
Уже упомянутый нами Иоанн VII, наместник императора Мануила II Палеолога в Константинополе,
совместно с главой Генуэзской республики в предместье Пера, при посредничестве трапезундского
императора, побуждали Тимура выступить против Баязида, взамен обещая помощь в войне и уплату податей,
ранее вносимых турками.[5] В ответ Тимур отправил посольство с подарками и письмами в Геную и
Венецию, которое возглавил Иоанн I Галонифонтибус, «архиепископ всего Востока».[6] В свою очередь
Тимур отправил письмо к Иоанну VII Палеологу, в уцелевшем итальянском переводе, в котором говорилось,
что константинопольские и трапезундские греки должны выделить по 20 галер для блокады турецкого
побережья.[7] Кроме того, есть свидетельства о переписке Тимура с французским королем Карлом VI Валуа
(1380-1422), также заинтересованным в союзе со среднеазиатским завоевателем, так как генуэзская колония
Галата находилась под его покровительством. В этом письме, известном в подлиннике в персидскотаджикском и латинском переводе, говорится о желании Тимура поддерживать торговые связи с королем
франков путём обмена купеческими караванами.
Другое письмо Тимура Карлу VI, известное по латинской копии, извещало французского короля о
победе над турецким султаном Баязидом. Ответ Карла VI Тимуру полон благодарностей за разгром турок у
Анкары и подтверждает согласие французского короля способствовать торговле между Францией и империей
Тимура.[8]
Тем временем, до появления Тимура на Балканах (декабрь 1399-1400 гг.)Балканский полуостров и
острова Архипелага представляли печальное зрелище. По утверждению И.И.Умнякова Европейские
государства всеми способами искали средства для предотвращения опасности, готовые на любые сделки,
лишь бы спасти себя.[9]
Международная обстановка вскоре изменилась. Произошли события, которые поставили под угрозу
существование самой Османской империи. Опаснейшим соперником Баязида в Малой Азии являлся Тимур.
Здесь столкнулись интересы двух завоевателей - Тимура, бывшего в то время в зените своей военной мощи, и
Баязида, перед которым трепетала Западная Европа.
Началу борьбы Тимура с Баязидом способствовали также, как уже упоминалось, призывы к нему о
помощи со стороны христианских государств запада: регента Византии и генуэзского правителя Галаты,
французского короля Карла VI, католических миссионеров в г. Султании (Иран), бывшего центром
католицизма на Востоке, сообщавших о тяжёлом положении жителей Константинополя и Перы. К этим
призывам не мог не прислушаться Тимур.
В предстоящем столкновении с Турцией, Тимур скоординировал свои операции на суше с
действиями итальянцев и греков в море. Тимур в своих действиях удачно использовал военные корабли
Трапезунда и Константинополя, где они стояли на рейде. С этой целью Тимур отправил посольство с
подарками и письмами в Геную и Венецию, располагавшими в то время крупными морскими силами.
Весной 1402 г. испанский и константинопольские послы прибыли к Тимуру через Трапезунд.
Попытка трапезундского императора учинить Тимуру всяческое препятствие не увенчалась успехом. Мануил
сам лично явился к Тимуру.[10] Тимур предпринял поход на Трапезунд и принудил императора предоставить
своей стране морские силы для военных действий против турок. Обо всём этом мы узнаём из письма Тимура
Иоанну Палеологу, наместнику императора Мануила в Константинополе, так как сам Мануил в это время, как
уже указывалось, посещал дворы правителей Западной Европы, выпрашивая помощь для борьбы с Турцией.
Это письмо, доставленное из Константинополя в Венецию знатным венецианцем, дошло до наших дней не в
подлиннике, а в несколько искажённом переводе. Итальянский историк Марино Санудо (XV-XVI вв.)
поместил его в своём труде «Жизнь дожей Венеции». Русский перевод этого уникального документа
выглядит следующим образом:
«Главному поверенному императора Кирманоли.
40
Монах Франческо, которого ты послал с Александром, прибыл и доставил мне твои письма. Мы их
видели и прочитали. Мы говорим тебе теперь: через эти твои письма наше расположение для блага мира более
укрепилось, чем оно было раньше. У меня значительно окрепло наше благоволение (уже тогда), когда в
первый раз прибыл монах Франческо. Император Трапезунда учинил ему (в пути) большие препятствия,
которые застали нас врасплох и по этой причине мы совершили, под охраной бога, туда (в Трапезунд) поход и
я приказал, чтобы он (император Трапезунда) имел 20 галер, хорошо подготовленных к отплытию. И если
наши слова справедливы (наши приказы приняты Трапезундом исполнению), тогда сюда (в наш лагерь)
явятся наши посольства (они были остановлены в Трапезунде); оттуда, где мы находимся, мы должны
выступить против Йылдырима. Как только твои (люди) придут сюда, мы вместе обсудим те вопросы, в
которых явится необходимость. Мы потому не послали монаха Франческо, что ожидаем, посольство от
молниеносного Баязида, так как пришло достоверное известие о прибытии собственного посольства Баязида и
монах Франческо находится вместе с тем (турецким) послом. И сказал монах Франческо тому послу (от имени
наместника Мануила): «Дань, которую платили Баязиду Константинополь и Пера, отныне такую же дань
желаю давать великому сеньору Тимуру». И с этим мы согласны. И по этой же причине я не хотел (в
дальнейшем) чинить затруднения Баязиду. И вот теперь, поскольку Баязид не оставляет тебя в покое, я
преграждаю ему путь (выступаю против него). Если Баязид вернёт тебе населённые места и крепости
(возместит) убытки и ущерб, которые он тебе учинил, мне не надлежит сражаться с ним. И так, теперь же мне
напиши сюда, если он вернёт тебе твою собственность. Напиши об этом мне ясно, потому что из-за
неприятности которую испытали наши (люди) в Трапезунде, я лично пришёл в предместье Трапезунда (и
принудил его к подчинению), чтобы ты не имел никакого сомнения. И всё, что ты имеешь мне написать, пиши
мне ясно, так как император Трапезунда и его люди к нам (в лагерь), так, что договор, который принять нами
(наш взаимный договор), для тебя является нерушимым и достоверным.
Всё, что этот Исаак (податель письма) тебе скажет и что содержится в моём письме (сказано) ясно, а
именно: ты должен снять с якорей 20 галер и с ними плыть к Трапезунду.
Мы с помощью Бога с незапятнанным лицом и верой выступили (чтобы достигнуть) ясной цели.
Это письмо составлено 15 мая и для большей достоверности мы приложили наши печати».
Сведения этого письма во многом подтверждаются сведениями Дневника Клавихо, совершившим
путешествие ко двору Тимура в Самарканд в 1404 г. Клавихо сообщает, что Тимур завоевал многие страны
Ближнего Востока и Кавказа, затем «двинулся на Турка Йылдырима Баязида, который был одним из самых
могущественных царей, каких знал мир – в турецкую землю, где ему дал у замка, называемого Ангури
(Анкара)».[11] Близ этого города летом 1402 г. был на голову разбит Турецкий султан Баязид I. Под Анкарой
собралось 120 тысячное войско султана, в которое входили не только османы, но и подразделения из
покорённых стран, например сербская тяжёлая конница. Войско Тимура было значительно больше, к нему
также присоединились отряды Ибрагима Ширванского и правителя Шеки Сиди Ахмеда.[12] Со слов
Клавихо мы узнаём, что в этом бою в плен попали Баязид I (1389-1402), а также один из его сыновей.[13] В
плен попали также послы Кастальского короля Генриха III, отправленные в Малую Азию накануне
Анкарской битвы. Монахи Пайо де Сото Майор и другие, которые затем появляются в ставке Тимура.[14]
После Анкарской битвы почему-то не пошёл на Константинополь и удовлетворился данью и
номинальным подчинением императора Византии, как это было прежде при Баязиде, что видно из
переговоров наместника Константинополя Иоанна Палеолога с Тимуром, о которых им стало известно из
единственного источника – письма Тимура.
Как стало известно из источников того времени Тимур во время пребывания в Малой Азии не только
обменивался посольствами с султаном Баязидом и искал поддержки на море у Трапезунда и
Константинополя, но ещё вёл дипломатическую переписку с более отдаленными государствами Западной
Европы: с французским королём Карлом VI (1380-1422) из династии Валуа и английским королём Генрихом
IV Ланкастерским (1399-1413).
Из переписки вытекает, что в то время у европейцев, так и у Тимура был один общий враг могущественная Османская империя во главе с Баязидом.
Франция была непосредственно заинтересована судьбой Византийской империи. Для защиты
владений генуэзцев – французских подданных и особенно их колонии Галаты, Франция искала поддержку у
Тимура и пыталась установить с ним дипломатические отношения. По характеру сохранившейся переписки
между Тимуром и Карлом VI можно утверждать, что предложения Карла VI не были отвергнуты, и
французский король встретил со стороны Тимура серьёзную поддержку. В Национальной библиотеке
Парижа хранится дипломатическая переписка между Карлом VI и Тимуром. По времени эта переписка
датируется ко времени после Анкарской битвы-лето 1402 г.
Впервые изучением этой переписки между Тимуром и Карлом VI занялся видный французский
востоковед, живший в начале XIX в., Сильвестр де Саси. После него в течении ста с лишним лет не появлялось
специальных работ, посвященных данному вопросу.
41
В 1928 г. в Бомбее был издан сборник статей иранского востоковеда Мирзы Мухаммеджана Казвини,
среди которых одна статья была посвящена рассмотрению письма Тимура Карлу VI. Автор, опираясь в
основном на исследование С. де Саси, даёт некоторый дополнительный комментарий. Главное достоинство
этой статьи заключается в том, что его автор поместил письмо, тогда как С. де Саси опубликовал письмо без
факсимиле, снабдив его латинским переводом.
Ниже приведём перевод персидско-таджикского письма Тимура Карлу VI, составленный в большой
части таджикским языком самаркандского говора:
«Великий эмир Тимур гураган, да продлится его жизнь. Государь Редифранса соблаговолит принять
от сего друга своего сто тысяч приветствий со многими пожеланиями, относящимся (да сдаст в этом мире).
После передачи приветствий, да будет ведомо возвышенному разуму сего великого эмира, что когда в
эту страну прибыл проповедник монах Франческо, доставил королевские письма и поведал о доброй славе,
величии и могуществе сего великого эмира, мы были весьма обрадованы. Он также нам изложил, что (сей
эмир) отправился с многочисленными войсками и с помощью всевышнего создателя врагов наших и ваших
победил и сокрушил.
Отныне отправлен к вам монах Иоанн, епископ Султании, и изложит вам обо всём, что произошло.
Теперь мы ожидаем от сего великого эмира, что постоянство будет посылать августейшие письма, и
известит о своём здоровии, дабы (от этого) проистекало утешение (нашей) души.
Кроме того, следовало бы ваших купцов посылать в эту (нашу) страну, поскольку мы оказываем им
здесь почёт и уважение. Нужно также, чтобы наши купцы направлялись в те (ваши) края, где окажут им такой
же почёт и уважение. Никто над ним не учинит насилия и не взыщет лишнего, ибо мир благодаря купцу
благоустроен.
Что ещё нам решать?
Да будет царствование ваше (счастливым многие годы). С приветствием! Написано в первый день
священного (месяца) Мухаррама 805 г. хиджры (1402-1403)».[15]
В самом деле, как это подтверждено в письме Тимура, конец XIV-начало XV вв. было временем
интенсивного торгового обмена между Востоком и Западом, осуществляемого через Средиземное и Чёрное
моря, Переднюю Азию, Кавказ, Иран, Среднюю Азию. В этом обмене были заинтересованы не только
западноевропейские купцы, но и правящая феодальная верхушка в странах Передней и Центральной Азии,
поскольку транзитная торговля давала возможность пополнять казну за счёт пошлин.
Средиземное море стало в некотором роде средоточием мировой торговли, где первенство
принадлежало генуэзцам и венецианцам, уже задолго до этого они ходили далеко на восток вплоть до ставки
монгольских ханов в Каракорум, Китай, Юго-Восточную Азию. Так, путешествие Марко Поло было
совершено в Центральную Азию, в том числе на Памир, в XIII в., имевшим свои колонии на Чёрном и
Азовском морях. Генуэзцы освоили путь по Каспию, их суда совершали плавания в Гилян за знаменитым
гилянским шёлком.[16] Известно также, что при джалараидском правителе Увейсе (1356-1374) генуэзские
купцы имели владения в Южном Азербайджане и даже близ Тебриза пытались строить замок.[17]
Европейские страны, и в первую очередь Франция при Людовике IX пытались завязать
дипломатические отношения с могущественными монгольскими ханами. Наслышавшись, будто бы монголы
готовы принять христианство, Людовик отправил в 1253 г. с миссионерскими целями монаха Рубрусвиса к
хану Менгу Кану. В стороне не оставался и Папа Римский. Например, папа Иннокентий IV посылал к
монголам с такой же миссией монаха Плано Карпини. Оба монаха оставили весьма ценные описания своих
путешествий.
Плано Карпини ехал к главному хану в Монголию через улус Батыя на Волге. По описанию Карпини
при ставке Батыя находились князь Ярославль Суздальский, сыновья грузинского царя, посол багдадского
халифа, в общем, по словам Карпини, более 4 тысяч послов разных стран. В том числе посланника Папы
Римского после долгих проволочек, наконец, пустили к хану Гуюку.[18]
Главный хан Монголии Менгу Каан не разрешил Рубрукису остаться в Монголии для проповеди
христианства.[19] Так миссия Рубрукиса закончилась безрезультатно, однако попытки установить
дипломатические отношения между Францией и монголами на этом не прекратились. В 1288 г. к внуку
Людовика IX Филиппу Красивому явилось посольство от монгольского хана Аргуна, одного из потомков
Чингизхана, владевшего Ираном и рядом соседних областей. Аргун предлагал французскому королю
военный союз для свержения египетско-сирийского султана и отвоевания Иерусалима в пользу христиан.
Посол Аргуна Раббан Саума отмечает в своих мемуарах, что по поводу предложения хана Филипп IV ему
ответил: «Если монголы, которые ведь не христиане, готовы бороться, чтобы захватить Иерусалим, то тем
более оснований вступить в борьбу нам. Коли богу угодно, мы двинемся с армией».[20]
Как следует из этого небольшого образа, попытки установить торговые и дипломатические связи со
странами Западной Европы здесь существовали и до Тимура. Продолжим тему рассмотрения переписки
Тимура с монархами Западной Европы.
42
В Национальной библиотеке Парижа сохранилось второе письмо Тимура Карлу VI, дошедшее до нас
в латинском переводе. В заголовке документа стоит надпись, в русском переводе гласит: «Это есть копия или
изложение письма достославного повелителя Темурбея, которое он прислал светлейшему королю Франции,
переведённое с персидского на латинский язык». Персидский подлинник письма, очевидно, не сохранился, во
всяком случае, как указывает С. де Саси, в архивах Франции он не обнаружен. Второе письмо датировано тем
же числом, что и первое, то есть 1 августа 1402 г. В нём уже говорится о победе Тимура над Баязидом.
Следовательно, оно было заготовлено вслед за первым тотчас после же Анкарской битвы
Перевод латинского письма Тимура Карлу VI:
«Наше - Тимур гурагана – слово.
Светлейшему и победоноснейшему и другу всевышнего, благодетельнейшему для мира,
победоноснейшему в великих войнах, мелику и султану, королю франков и многих других народов, привет и
мир я извещаю.
Мы желаем слышать, как (подобает) в отношении истинных друзей, что вы по-прежнему в добром
благополучии; насколько имя ваше распространено вплоть до отдаленных стран и слава среди всех государей,
мы слышали от монаха Иоанна архиепископа всего Востока, который уже ранее был прислан ко мне от
каких-то франков, а равным образом и от монаха Франциска Сатру; мы немало были обрадованы о
распространении власти вашей на многие страны и особенно на эти, о чём мы недавно услыхали, пребывая в
Турции; и ещё больше (были обрадованы, прослышав) о выгоде купцов и всех прочих, о великолепии,
могуществе и порядке в вашем дворе и что мы услыхали о вражде ваших с турком Баязидом; хотя по закону и
вере ему надлежало бы быть вместе со мной, однако, поскольку он не соблюдал договора со мной и с моими
друзьями, потому мы решили низложить его и, побуждаемые названными монахами и обещаниями ваших
подданных, мы подступили к пределам Турции против сего неприятеля вашего и нашего и, с божьей
помощью, в которое время расправились с самим Баязидом и со всей отчизной его; и, поскольку существует
обычай у великих государей и друзей оповещать о больших делах такого рода, потому мы направили
великолепию названного архиепископа Иоанна, которого мы представляем вам как человека вашего и (вместе
с тем) нашего, дабы он подробнее поведал и сообщил (вам) о положении и обстоятельствах наших и прочее,
что произошло в здешних странах, относительно неприятеля вашего и о любви и единодушии, кои мы
проявили в отношении ваших (людей), а также мы были причиною многих выгод (для них) в эти дни и всего
того, что касается почтения и любви к вам и к вашим (людям) здесь; и вы послушайте его самого как
достойного доверия, за исключением в делах веры.
Мы пребываем в желании услышать о вашем добром состоянии и о том, что отныне ваши (люди) и
наши земли, а наши (люди) и ваши (края), как во времена славных предшественников, прибывают и
возвращаются обратно, что да поведёт к восхвалению повсюду имени вашего и нашего величества и к выгоде
отечественных купцов. Впрочем, и ныне в наших землях обеспечивается безопасность ваших купцов. О
прочих делах и деяниях и все, что надлежит сказать, скажет упомянутый архиепископ, ибо он пробыл долгое
время в здешних землях и много узнал.
Дано близ Сабасты (Сивас) в первый день месяца Мухаррама в год Магомета восемьсот пятый (14021403 гг.)».
Далее И.И.Умняковым даётся анализ данного письма, состоящего из четырёх пунктов.[21]
Прибытие архиепископа Иоанна, в качестве посланника Тимура, подтверждено также придворной
хроникой «Повременной записи деяний франков». Там приводятся сведения о прибытии посольства во главе
с архиепископом Иоанном в Париж в мае 1403 г. В хронике сообщается, что прибыв в Париж, посол Тимура в
торжественной обстановке изложил цели своего визита, а именно:
1. Известить о победе Тимура над Турцией, взятии в плен султана, освобождении христиан, взятых в
плен Баязидом, и о намерении Тимура предоставить свободу другим христианам, если таковые найдутся.
2. Желание увидеть величие трона Франции и поведать о блеске державы Тимура.
Далее, по летописцу, посол заявил, что его посольство предлагает две существенные выгоды для
христианской религии: во-первых, обеспечить свободу торговых сношений для купцов обеих стран и, вовторых, если король и герцоги согласятся, эту свободу торговли можно закрепить соответствующим
соглашением или договором.
Ответное письмо Карла VI Тимуру.
«Карл, божьей милостью король франков, светлейшему и победоноснейшему государю Темурбею
привет и мир.
Светлейший и победоноснейший государь, ни закону, ни перу не противоречит и даже не противно
разуму, но скорее должно почитаться полезным, чтобы короли и временные правители, даже если они
различаются верованием и языком, связались бы друг с другом по доброй воле узами уважения и дружбы,
поскольку главным образом благодаря этому и их подданным нисходит мир и спокойствие. И, посему,
светлейший и победоноснейший государь, ведайте, что когда через монаха Иоанна архиепископа всего
43
Востока, мы получили послание вашего высочества, в котором вы изволите передать нам пожелание здоровья
и осведомиться о состоянии наших дел, а также о положении государства и вместе с тем известить о победе,
которую с соизволения всевышнего вы одержали над Баязидом, что это доставило нам немалое удовольствие,
особенно, поскольку к этому прибавилось, что вашему величеству угодно было, чтобы наши купцы и прочие
христиане могли производить торговлю и одновременно договориться о другом с вашими подданными и
беспрепятственно вести взаимно свои торговые дела, а также иметь отныне свободный доступ в земли и
владения ваши, как это было во времена славных предшественников наших, если использовать ваши слова, за
каковые мы приносим вам великую признательность и благодарность; равным образом от всего сердца с вами
и желаем в свою очередь, чтобы ваши люди могли бы в безопасности приходить в земли и владения наши и
производить торг, равно как и наши люди в ваших владениях, как об этом, а также о многом другом, что
упомянутый архиепископ услышал и имел возможность увидеть в своём государстве, он, если будет угодно,
доложит (вам) устно; пусть ваше величество соблаговолить верить ему как в этом деле, так и при
последующих поручениях по причине его испытанной верности вследствие наших (о том) просьбе; пусть он
ответит вам о своих успехах для нашей радости через тех из ваших (людей), коих удастся склонить (к
путешествию) в сии (наши) страны. Наконец, мы благодарны вашему величеству за доброжелательность и
многие милости, сказанные и дарованные вашим величеством многим христианам. Мы готовы пойти
навстречу выгодам ваших (людей) и, где представится возможность (предоставить им) равное или ещё
больше.
Дано в Париже, в пятнадцатый день июня, в год нашего Иисуса Христа тысяча четыреста третий».[22]
Как считает И.И.Умняков данное письмо интересно тем, что является единственным сохранившимся
письмом Карла VI Тимуру. Более ранние послания не сохранились. Письмо не вызывает сомнения в
подлинности, так как его копия находится в Национальной библиотеке Парижа. Редактором письма, вероятно,
был архиепископ Иоанн, которому, как мы видели, уделено много внимания, и по форме оно является
подражанием латинской редакции письма Тимура.
Как мы убедились, из содержания письма в нём оба монаха уделили много внимания развитию
торговли. Обе стороны в этом были заинтересованы. Из письма видно, что подданные французского короля
имели свободный доступ во владения Тимура и широко пользовались этим в своих интересах.
Из переписки Тимура с Карлом VI ясно видно, что в мирном контакте Запада с Востоком была
искренне заинтересована и католическая церковь во главе с Ватиканом. Католики города Султание (Иран)
пользовались доверием мусульманских царей. Существуют данные, свидетельствующие о
заинтересованности Ватикана в сближении Запада с Востоком. Например, Ватикан активно содействовал
сближению Англии с Мираншахом – представителем Тимура в западных областях его обширного
государства.
Среди сохранившейся дипломатической переписки конца XV в. два документа, составленные на
латинском языке, непосредственно связаны с именем третьего сына Тимура, Мираншахом. Как известно, в
1393 г. Мираншах получил в управление, завоёванное Тимуром «царство Хулагу», то есть государство
персидских монголов, включавшее северный Иран с Багдадом и Закавказье с Тебризом и Султанией.
Мираншах, как старший сын из оставшихся в живых потомков Тимура, становится объектом
внимания монахов Западной Европы и вскоре приобретает известность «как покровитель католической
религии», благосклонный к христианским купцам и миссионерам Запада и готовность заключить договор с
королём Англии Генрихом IV. Об этом стало известно из ответного послания английского короля Генриха IV
Мирзе Мираншаху.
В Национальной библиотеке Парижа сохранился документ, составленный от имени Мираншаха и
дошедший до нас только в латинском переводе. В заголовке документа сохранилась надпись, которая в
русском переводе гласит: «Сия копия или изложение письма повелителя Амирза Миранкса переведена с
персидского на латинский язык».[23]
В этом документе изложено послание Мираншаха «К достославным королям-государям, общинам и
властителям франков или христиан».
Сохранилось также послание английского короля Генриха IV Тимуру, сохранившееся в Британском
музее. Ввиду ограниченности объёма данной статьи, мы воздержимся от приведения русского перевода этого
письма.
Таким образом, Тимур приобрёл известность в Западной Европе после победы над египетским
султаном и особенно после разгрома могущественной Османской империи 28 июля 1402 г. при Анкаре. Слава
его имени повсюду возбуждала любопытство и трепет, в европейцах ещё более усилилось их давнее
стремление познакомиться с далёким Востоком. Среди современных Тимуру европейских правителей
Востоком особенно интересовался Генрих III, король Кастилии. Он внимательно следил за борьбой Тимура с
турецким султаном Баязидом и в 1402 г. направил в Малую Азию послов с поручением собрать сведения «о
44
правах, обычаях, религии, законах о силе этих отдаленных народов, и о том, какие могут быть стремления к
выгоде».[24]
По поручению короля, они должны были собрать верные сведения о Баязиде, Тимуре и
присутствовать при битве между ними.
Во время празднества по случаю победы Тимура, принимавших многих послов, присланных к нему с
выражением покорности, он принял и посла Испании. Отпуская их на родину, Тимур богато одарил их,
отправил с ними своего посла по имени Мухаммад ал-Кази. На приёме у короля «посол передал ему письма,
которые ему отправил государь Тимурбеу». На этом приёме присутствовал и Клавихо, занимавший важную
придворную должность. Другой раз Клавихо встретился с Мухаммад ал-Кази уже в Самарканде, перед тем
как встретиться с Тимуром. Клавихо пишет, что он даже при дворе Тимура одевался по кастильски, за что
«над ним смеялись (все), кто его видел».[25]
Генрих III в свою очередь направил ко двору Тимура в Самарканд представительное посольство,
которое возглавлял Руи Гонсалес де Клавихо.
8 сентября 1404 г. посланцы из далёкой Испании были представлены Тимуру. Он обратился к ним с
вопросом: «Как поживает мой сын? Каковы его дела? Здоров ли он?». Тимур, обращаясь к присутствующим,
сказал следующее: «Посмотрите на этих посланников, которых прислал ко мне мой сын, король Испании,
первый из всех королей, какие есть у франков, что живут на краю мира. Они на самом деле великий народ, и я
благословляю моего сына, короля (Испании). Было бы достаточным, если бы он прислал вас только с
письмом без подарков, так как очень рад узнать о его здоровье, (не меньше чем) получить подарки».[26]
Таковы основные моменты Балканского кризиса и его военно-дипломатического решения, в
разрешении которого деятельное участие принимал Тимур. Эта сторона биографии Тимура почему-то долгие
годы скрывалась от общественности.
Не взирая на все отрицательные моменты его характера, именно Тимур был одним из первых
среднеазиатских деятелей, который заложил диалог между Востоком и Западом. Только жалко, что это его
доброе начинание угасло после его смерти в феврале 1405 г., в результате распрей возникших между его
многочисленными наследниками.
КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: Османская империя, балканский кризис, участие Тимура в разрешении Балканского кризиса, победа Тимура.
1.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
8.
9.
10.
11.
12.
13.
14.
15.
16.
17.
18.
19.
20.
21.
22.
23.
24.
25.
26.
Л ИТЕР АТУРА
Бартольд В.В. Соч. Т.2.Ч.2. - М., 1964.-с.36-68.
Умняков И.И. Международные отношения Средней Азии в начале XV в. Сношения Тимура с Византией и Францией//Труды
Узбекского Университета. - Самарканд, 1956. Вып.61.-с.180.
История Самарканда. Т.1. – Ташкент, 1969.-с.173-195.
Бартольд В.В. К вопросу франко-мусульманских отношений. – Соч. Т.VI.-М., 1966.-с.433.
Клавихо. Дневник путешествия в Самарканд ко двору Тимура (1403-1406). М., 1990.- Предисловие.-с.5.
Тарди Л. Предисловие. Иоанн де Галонифонтибус. Сведения о народах Кавказа. Баку, 1980.-с.7.
История Самарканда.-с.175-176.
Умняков И.И. Международные отношения Средней Азии в начале XV в.-с.185.
История Самарканда.-с.174.
Там же.-с.175.
Руи Гонсалес де Клавихо. Дневник путешествия в Самарканд.-с.15.
Успенский Ф.И. История Византийской империи. Т.III. – М.-Л., 1948.-с.761.
Клавихо. Дневник.-с.15.
Успенский Ф.И. История Византийской империи.-с.744.
История Самарканда. Т.I.-с.179.
Книга Марко Поло. – М., 1955.-с.58.
Петрушевский И.П. Государства Азербайджана в XV в.//Сборник статей по истории Азербайджана. – Вып.I. Баку, 1949.-с.197.
История дипломатии. – Т.I. – М., 1941.-с.145.
Там же.-с.146.
Там же.-с.146.
История Самарканда.-с.181.
История Самарканда.-с.183.
Там же.-с.186.
Там же.-с.190.
Клавихо. Дневник путешествия.-с.108.
Там же.-с.109.
45
ШИРКАТИ ТЕМУР ДАР ҲАЛЛИ БЎҲРОНИ БАЛКАН
Дар мақола яке аз масъалаҳои муҳим ва љолиб - лаҳзаҳои асосии вазъияти бўҳронї дар нимљазираи Балкан дар охири асри XIV
ва ибтидои асри XV, ки дар ҳалли он яке аз чеҳраҳои маъруфи сиёсї ва ҳарбии Шарқ – Амир Темур нақши муассир дошт, мавриди баррасї
қарор дода шудааст.
TIMUR’S PARTICIPATION IN THE DECISION OF BALKAN CRISIS
One of the important and attractive matters – the main phases of crisis in Balkan peninsula at the end of 14th and early 15th in decision of which
King Temur , one of the well known political and military persons played a great role is considered in this article.
РОЛЬ Б. ГАФУРОВА В РАЗВИТИИ ШКОЛ ФАБРИЧНО-ЗАВОДСКОГО
УЧЕНИЧЕСТВА ТАДЖИКСКОЙ ССР
М. Шарофова
Таджикский государственный педагогический университет им. Садриддина Айни
В трудные годы после ВОВ республику возглавил доблестный сын таджикского народа Б. Гафуров.
Перед правительством республики стояли большие задачи. В связи с этим пятилетний план развития
народного хозяйства СССР (1946-1950 гг.) поставил перед страной задачу не только внутреннего, но и
международного значения – восстановить разрушенные войной районы, достигнуть довоенного уровня
развития как промышленных предприятий, так и сельского хозяйства, а для этого нужны были
высококвалифицированные кадры.
Планом предусматривалось осуществить всеобщее обязательное обучение детей с семилетнего
возраста как в городе, так и на селе, повысить качество обучения и воспитания детей. Намечалось укрепить
материальную базу народного образования, построить к 1950 году 13 средних и 100 начальных школ, довести
число начальных, семилетних и средних школ к концу пятилетия до 3123 с контингентом учащихся в них 301
тысяча человек.[1]
В августе 1945 года Совнарком принял первое постановление «О мерах по улучшению учебновоспитательной работы в ремесленных железнодорожных училищах и школах ФЗО». А в декабре 1946 года
уже Совет Министров СССР принял второе постановление «О мерах по улучшению подготовки трудовых
резервов и увеличению количества рабочих, подготавливаемых в ремесленных, железнодорожных училищах
и школах ФЗО». В этих документах перед сетью профтехобразования была поставлена задача большего
развития и совершенствования подготовки профессиональных кадров рабочих, увеличение, как количества,
так и повышение качества выпускников школы ФЗО, из них – 3 в столице республики, одна – для угольщиков
на руднике Шураб. В ремесленных училищах были введены переводные экзамены, что прививало чувство
ответственности, как у педагогического коллектива, так и у самих учащихся.[2]
В 1946 году Наркомат просвещения республики был переименован в Министерство просвещения,
которое должно было осуществлять руководство школами, вузами и средними специальными учреждениями.
В республике значительно расширилась сеть средних специальных учебных заведений – техникумов
и училищ, увеличилось число студентов. Это подтверждают следующие данные:
1940/41 уч.г.
1945/46 уч.г.
1950/51 уч.г.
1955/56 уч.г.
Всего техникумов и других средних
30
24
32
33
учебных заведений
В них учащихся
5919
7520
10775
13423
Если количество техникумов по сравнению с предвоенным учебным годом выросло всего на три
единицы, то количество учащихся увеличилось почти на 8 тыс.человек. Из года в год росло число
выпускников техникумов и других средних специальных заведений. В 1940 году было выпущено 629
человек, в 1945 году – 492, в 1950 году – 2607 и в 1955 – 2287 человек. Таким образом, в результате
постоянного внимания со стороны партийных и советских организаций в республике были достигнуты
большие успехи в организации среднего специального образования. За годы пятой пятилетки число учащихся
возросло на 24% по сравнению с четвертой пятилеткой. За пять лет было выпущено около 12,4 тысяч человек.
Укреплялась материально-техническая база учебных заведений, базовые предприятия передали им 130
слесарных тисков, 31 – токарных и 3 – фрезерных, 3 – строгальных, 7 – сверлильных и много других
технических средств обучения.[3]
11 учебных заведений системы трудовых резервов в 1945 году, первом году четвертой пятилетки,
подготовили 812 молодых специалистов, которые были своевременно направлены на работу: 37 человек – на
завод «Автозапчасть», 85 – на Душанбинскую шелкомотальную фабрику, 18 – человек – на завод им. С.
46
Орджоникидзе и другие промышленные предприятия республики. Однако количества квалифицированных
рабочих все еще не хватало, ибо только шелковым текстильным комбинатам требовалось 4168 человек,
строительным организациям – 3000, угольной промышленности – 1000 человек. Особенно не хватало рабочих
местной национальности. Несмотря на то, что в 1946 году в школах ФЗО обучалось 920 человек, из них 341
человек были таджики, 315 – русских, 118 – узбеки, тем не менее, этого было недостаточно.[4]
В августе 1947 года на XXIII пленуме ЦК КП (б) Таджикистана обсуждался вопрос «О работе
промышленности республики». Пленум ЦК, отметив достижения в работе промышленности, обязал
партийные организации и хозяйственных руководителей республики всемерно поддерживать и развивать
инициативу рабочих и работниц, направленную на дальнейшее повышение производительности труда и
снижение себестоимости продукции, широко внедрять методы коллективной высокопроизводительной
работы. Партийные организации уделяли большое внимание подготовке кадров для промышленности, на
транспорте и связи было занято 53838 человек рабочих и служащих. Среди 33 тысяч работников
промышленности было более 12 тысяч таджиков, в том числе 3 тыс. женщин. Подготовка кадров массовых
квалификаций проводилась через техникумы, школы новаторов и индивидуально-бригадное обучение.
Промышленные предприятия республики укомплектовались также за счет выпускников ремесленных
училищ и школ ФЗО. В 1947 году в системе трудовых резервов обучалось 3500 человек. [5]
Согласно решению пленума соответствующие ведомства обязывались обеспечить организованный
набор молодежи в школы ФЗО и ФЗУ главным образом из среды местных жителей. Пленум поставил задачу
– обеспечить укомплектование школ ФЗО, РУ и железнодорожных училищ квалифицированными
преподавательскими кадрами, мастерами производственного обучения и необходимым оборудованием; были
приняты меры по укреплению училища, организации мероприятий по повышению и совершенствованию
дальнейшей профессиональной квалификации.
Особой заботой были окружены дети, родители которых погибли на фронтах Великой
Отечественной войны. Они зачислялись в учебные заведения в первую очередь. Только в 1947 и первом
квартале 1948 года было принято 77 детей погибших воинов, а с июня 1948 года для них было открыто
специальное ремесленное училище в г. Курган-Тюбе, в котором приступили к занятиям 198 подростков. В
третьем послевоенном учебном году железнодорожное училище, 8 ремесленных и 7 школ ФЗО дали
народному хозяйству республики 750 металлистов, 400 угольщиков, 200 железнодорожников и связистов.
Еще большие требования встали перед трудовыми резервами республики в 1949 году, когда трудящиеся
Таджикистана включились в борьбу за выполнение пятилетнего плана к 20-летию республики. Внедрение
новой техники и основных производственных мощностей на предприятиях Таджикистана предъявили к
подготовке молодых специалистов повышенные требования.[6]
В 1948 году Душанбинское железнодорожное училище, 8 РУ и 7 школ ФЗО подготовили 1350
высококвалифицированных металлистов, угольщиков, связистов и железнодорожников. В учебных
заведениях трудовых ресурсов республики с целью ликвидации текучести учащихся, повышения
успеваемости и посещаемости была проведена большая работа по перестройке учебного процесса,
расширению учебных кабинетов и мастерских. Этому во многом помогло принятое постановление Совмина
«О мерах по улучшению подготовки квалифицированных рабочих и ликвидации текучести учащихся
ремесленных, железнодорожных училищ и школ ФЗО», от 2 августа 1948 года.
Большое внимание стало уделяться учебно-воспитательной и идейно-политической подготовке
учащихся, все шире вводилось преподавание общественных дисциплин. Управление трудовых резервов
республики направило на работу в школы ФЗО, ФЗУ и РУ около 30 высококвалифицированных молодых
специалистов по воспитательной работе. Систематически организовывались встречи с передовиками
производства, мастерами промышленных предприятий, отличниками учебного процесса, проводились
различные экскурсии с целью привития молодому поколению любви к рабочей профессии. Все это не только
не могло не повлиять на подготовку молодых кадров и прилива новых рабочих в систему трудовых резервов,
но и способствовало увеличению количества школ. Только среди выпускников 1947 года, которых на 400
человек было больше по сравнению с выпускниками 1946 года, 614 были выходцами из среды таджиков и
узбеков.[7]
Изменился и контингент учащихся. Если в 1945-1946 учебном году в ФЗО, РУ и ФЗУ поступали с
образованием ниже 4-х классов, то теперь, в 1949-1950 учебном году в них не принимали молодых людей,
имевших такой низкий уровень образования, если раньше ускоренные виды обучения составляли 3-6 месяцев,
то теперь срок обучения увеличился до 10 месяцев. Естественно, в связи с развитием промышленных
предприятий все большее внимание уделялось и количественному росту молодых квалифицированных
рабочих. Не случайно с 1946 по 1950 гг. в железнодорожных и ремесленных училищах, школах ФЗО всего
было подготовлено 8700 человек по специальностям: литейщики, инструментальщики, бурильщики, ткачи,
радисты, операторы, слесари, плотники, токари по металлу, кузнецы, автослесари и т.д. Улучшилось и
профессиональное качество выпускников. Например, из 580 человек, окончивших Душанбинские училища и
47
школы ФЗО в 1950 году, 3% имели квалификацию 6-го разряда, 30% - 5-го разряда, 31% - 4-го разряда,
остальные 36% получили квалификацию 3-го разряда.[8]
В 1950 году около 12 тыс.человек повысили свою квалификацию на производственно-технических
курсах целевого назначения, в результате 10 тысяч из них получили дополнительно новые профессии и
специальности. Существовала и другая форма ПК-стажировка передовиков производства на 6-месячных
курсах в Москве, Ленинграде, Ташкенте по изучению передовых методов труда и обмена опытом.[9]
Количественные и качественные изменения таджикского рабочего класса за пять послевоенных лет
возросли со 121 тыс.человек в 1945 году до 177, 9 тыс. в 1960 году, что составляет 46, 3% от общего числа
рабочих.[10] Изменение наблюдалось и в составе рабочего класса. Например, на 1 октября 1950 года
численность женщин- рабочих и служащих, занятых в народном хозяйстве республики составляла 39% к
общему числу рабочих и служащих. Женщины, главным образом, работали в таких отраслях народного
хозяйства, как полиграфическая, текстильная, пищевая, швейная и т.д. Рост числа женщин местной
национальности был крайне медленным. Так, например, с мая 1949 года по май 1950 года число женщин
местной национальности увеличилось всего на 10,1%, т.е. с 1957 года – до 10083 человек.[11] А в некоторых
сферах количество занятых женщин сократилось. К таковым относятся предприятия сферы стройматериалов,
автотранспорта, мехзавод им. Орджоникидзе. Это объясняется тем, что взамен женщин, которые в период
войны по мере крайней необходимости работали на производстве, пришли мужчины, вернувшиеся из армии,
и молодые выпускники системы профтехобразования. По-прежнему формировался и рос удельный вес
рабочих местной национальности, к концу пятилетки в процентном отношении он составил 36% от общего
числа.
На некоторых предприятиях, в частности Ленинабадской шелкоткацкой фабрике «Красный ткач»,
рабочих и служащих местной национальности было 69% от числа работающих, на консервном комбинате
Канибадама – 72%,т.е. больше чем представителей других наций и народностей. Однако в подавляющей ей
части промышленных предприятий республики, особенно на текстильном комбинате в г.Душанбе,
Душанбинском мясокомбинате, шахтах треста «Таджикуголь», рабочих и служащих местной
национальности было значительно меньше, чем других. Поэтому в октябре 1950 года Совет Министров
Таджикской ССР принял постановление «О состоянии подготовки и закреплении кадров местной
национальности на предприятиях и учреждениях Таджикской ССР», чтобы обязать соответствующие
министерства, руководителей республиканских учреждений и промышленных предприятий принять
срочные меры по ликвидации этого недостатка.[12]
Новый пятилетний план (1951-1955 гг.) предусматривал дальнейшее улучшение географического
размещения строительства предприятий с целью приближения их к источникам сырьевой базы.
Для успешного выполнения задач новой пятилетки необходимо было создать новые многочисленные
кадры рабочих системы профтехобразования, инженерно-технической интеллигенции, главным образом, из
числа местной национальности. На этом вопросе подробно остановился VIII съезд КП (б) Таджикистана. В
материалах съезда, в частности, было указано: «Решить вопрос об обеспечении рабочей силой нашей
растущей промышленности, больше привлекать в промышленность местные кадры с усилением подготовки
кадров в вузах, техникумах, школах ФЗО и ремучилищах, улучшать техническое обучение новых рабочих
непосредственно на предприятиях».[13]
В 50-е годы тенденция роста высококвалифицированных рабочих, направляющихся через трудовые
резервы в индустрию, шла к снижению. Это объяснялось тем, что, начиная с 1954 года почти половина
учащихся трудовых резервов направлялась в ряды механизаторских кадров для сельского хозяйства.
Например, в республике из 6000 квалифицированных рабочих, подготовленных в новой пятилетке в
училищах и школах системы трудовых резервов, 2700 человек были направлены для работы в сельское
хозяйство.
Нужно отметить, что в 1954 году в системе профтехобразования были созданы учебные заведения
нового типа – технические училища с двухгодичным сроком обучения, призванные готовить
квалифицированных рабочих из числа молодежи со средним образованием.[14]
В 1955 году в связи с выходом в свет постановления ЦК КПСС и Совета Министров СССР «О мерах
по дальнейшей индустриализации, улучшению качества и снижению стоимости строительства» было
призвано целесообразным расширить подготовку строителей в учебных заведениях трудовых резервов.
Поэтому школы ФЗО были реорганизованы в строительные школы с 6-месячным обучением на срок с 10месячным обучением. Кроме этих школ, рабочих строителей выпускали ремесленные училища с 2-годичным
сроком обучения и технические училища со сроком обучения от одного до двух лет.[15]
Были утверждены следующие типы учебных заведений по подготовке рабочих строительных
профессий в системе Управления трудовых резервов: строительные школы с 10-ти месячным сроком
обучения. Ремесленные училища с 2-х годичным сроком обучения, технические училища со сроком обучения
1-2 года. Главному управлению трудовых резервов было разрешено принимать в строительные школы
48
молодежь в возрасте от 18 до 26 лет. Ремесленные училища готовили строительных рабочих более высокой
квалификации, как например, столяров 5 разряда, экскаваторщиков 5-6 разрядов. Технические училища
готовили, в основном, младший технический персонал по ряду специальностей: строительных мастеровдесятников разного профиля, нормировщиков и других специалистов. Таджикское республиканское
управление трудовых резервов реорганизовано в Душанбинское ремесленное училище МСХ № 6 и
Ленинабадское училище №1 в технические училища, которые стали принимать молодежь в возрасте от 17 до
25 лет со средним образованием. Для подготовки строительных мастеров и нормировщиков по строительным
работам срок обучения был установлен в 2 года. Для механиков автомобильного транспорта срок обучения
был определен в полтора года, а для колхозных механиков по эксплуатации машин, счетоводов сельского
хозяйства – один год.[16]
Нужно отметить, что рост научно-технического прогресса, коренное изменение технологических
процессов производства требовали подготовки новых соответствующих специалистов профессионально
обученного направления. В перечень технических заведений и ремесленных училищ были включены 150
наименований профессий и специальностей.[17] Учитывая возросшие требования народного хозяйства
республики к техническим и ремесленным училищам, последними трудовыми резервами в 1955 году были
разработаны 173 новых сборника учебных программ, 113 наименований учебников для училищ и школ, 18
серий плакатов, наглядных пособий, 11 учебных кинофильмов и др.[18] Однако всего этого оказалось
недостаточно.
В деятельности школ трудовых резервов имелось еще немало недостатков, слабая материальнотехническая база в свою очередь приводила к низкому уровню учебного процесса в некоторых заведениях. Но,
несмотря на эти недостатки, школы трудовых резервов в пятой пятилетке сумели подготовить 6 тысяч
рабочих, в школах ФЗУ при промышленных предприятиях – более 3 тысяч человек. В общей сложности к
концу пятилетки на стройках, предприятиях, транспорте работали 22,3 тыс. выпускников школ трудовых
резервов.[19] Более того, подготовка кадров осуществлялась непосредственно на соответствующих
промышленных предприятиях путем прикрепления учеников к высококвалифицированным мастерамнаставникам. Такая форма обучения как индивидуальный метод позволила подготовить большое число
рабочих самых разнообразных профессий. Число рабочих, обученных индивидуальным методом, в 1955 году
достигло 66008 человек.[20]
Кроме индивидуально-наставнического метода обучения на промышленных предприятиях
республики широкое применение имел бригадный метод обучения. Бригадный метод означал, что на
предприятиях создаются производственные ученические бригады, за которыми прикрепляются руководители
из числа высококвалифицированных рабочих-наставников. Бригадным методом в республике в 1955 году
было обучено 761 человек.[21]
Кроме того, в подготовке кадров применялось курсовое обучение. Оно проводилось как с отрывом,
так и без отрыва от производства. Курсы обычно открывались при ведущих промышленных предприятиях,
которые могли бы служить материально-технической базой для этих курсов, которые имели возможность
обеспечить их инструкторами, преподавателями. Ими оказались ведущие предприятия горнодобывающей,
металлургической, шелковой, хлопчатобумажной и текстильной промышленности. Посредством курсового
обучения в 1955 году было подготовлено 2314 человек. Всеми видами обучения в республике было
подготовлено почти 64 тысячи рабочих высокой и средней квалификации.
В эти годы вновь о себе дали знать школы стахановского движения – школы передового опыта.
Продолжительность обучения в этих школах составляла не более 2-х месяцев. В 1954 году школы передового
опыта в системе хлопкоочистительной промышленности закончили 70 человек, только на заводе
«Трактордеталь» учились 11 человек[22]
Помимо школ передового опыта появились «дни мастера», стахановские вторники, четверги и другие
виды школ, где мастера – наставники, передовики производства делились опытом своей работы.
Кроме этого, на предприятиях открывались краткосрочные целевые курсы, где рабочие по мере
необходимости осваивали новое оборудование, новую технологию производства, новые виды товаров
промышленной продукции. Всего эти курсы в республике закончили 55 человек.
В Таджикистане большое распространение получили производственно-технические курсы. На них
принимались рабочие 3-4-тарифного разряда. За время 4-6-месячного обучения они повышали свои
технические и практические знания, сдав экзамены по приобретенным знаниям и опыту, получали новый
повышенный разряд. В целом эти курсы в 1955 году в республике закончили 5297 человек.[23]
Курсы мастеров также являлись хорошей формой обучения. Эти курсы действовали при крупных
промышленных предприятиях сроком на 8-19 месяцев. Словом, различными видами обучения в 1955 году
было охвачено более 16 тысяч человек.[24]
В 1956 году были открыты и реорганизованы ранее действовавшие учебные заведения системы
профтехобразования. Например, Душанбинское ремесленное училище по механизации сельского хозяйства и
49
Ленинабадское училище механизации сельского хозяйства были реорганизованы в технические училища.
Сроки обучения в них были от 1-го до 2-х лет в зависимости от деления специальностей.
КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: фабрично-заводское ученичество,производственно-технические курсы, детей, таджикский рабочий класс.
1.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
8.
9.
10.
11.
12.
13.
14.
15.
16.
17.
18.
19.
20.
21.
22.
23.
24.
Л ИТЕР АТУРА
История культурного строительства в Таджикистане (1917-1977гг.).Душанбе, 1979. Т.1.с.103-104.
Системе профессионально-технического образования Таджикской ССР-50-лет. Душанбе, 1990. с.8-9.
Системе профессионально-технического образования Таджикской ССР-50 лет. Душанбе, 1990. с.9-10.
Там же.
Очерки истории Коммунистической партии Таджикистана. Душанбе, 1964. с.254-255.
Галицын Л.Ф. От школ фабрично-заводского ученичества к профессионально-техническим училищам // Профессиональнотехническое образование Таджикистана. Душанбе, 1965. с.1
Системе профессионально-технического образования Таджикской ССР-50-лет.Душанбе,1990.с. 12.
ЦГА Тадж. ССР, ф.483, оп.1, ед.хр.37, л.11.
Там же, ед.хр.37, л.11.
Там же, ед.хр.20, л.14.
Там же, оп.1, ед.хр.37, л.17.
ЦГА ТаджССР, ф.483, оп.2, ед.хр.2, л.14.
ЦГА ТаджССР, ф.483, оп.3, ед.хр.2, л.10.
ЦГА Тадж.ССР, ф.483, оп.2, ед.хр, 1 «а», л.19.
ЦГА Тадж.ССР, ф.483, оп.2, ед.хр, 1 «а», л.24.
Галицына Л.Ф. Указ.соч. с.18.
ЦГА Тадж.ССР, ф.483, оп.2, ед.хр, 1 «а», л.25.
ЦГА Тадж.ССР, ф.483, оп.2, ед.хр, 1 «а», л.27.
ЦГА Тадж.ССР, ф.483, оп.3, ед.хр, 1, л.14
ЦГА Тадж.ССР, ф.483, оп.3, ед.хр, 1, л.17.
ЦГА Тадж.ССР, ф.483, оп.3, ед.х., 1, л.19.
ЦГА Тадж.ССР, ф.483, оп.4, ед.хр.3, л.22.
ЦГА Тадж.ССР, ф.483, оп.4, ед.хр.3, л.17.
ЦГА Тадж.ССР, ф.483, оп.4, ед.хр.3, л.16.
НАЌШИ Б. ЃАФУРОВ ДАР ИНКИШОФИ МАКТАБЊОИ АЗНАВЁДГИРИИ ФАБРИКЇ-ЗАВОДИИ ЉШС
ТОЉИКИСТОН
Дар солњои душвори баъдиљангї фарзанди фарзонаи миллат Б.Ѓафуров љумњуриро роњбарї мекард. Нарасидани кадрњо
барои хољагии њалќи мамлакат душвории зиёд ба миён оварда буд. Барои њалли ин масъала Б.Ѓафуров дар ташкил ва инкишоф додани
мактабњои фабрику- заводи сањми калон гузоштааст.
THE ROLE OF B. GAFUROV IN DEVELOPMENT OF FACTORY-PLANT APPRENTICESHIP SCHOOLS OF TAJIK SSR
The noble son of Tajik people – B. Gafurov was the leader of the country from 1946 till 1956. During leadership abreast to other social issues, the
attention has benn given to preparation of local national staff. Due to that in August 1947 in XXIII Plenum of the Central Apparatus of Communist Party
of Tajikistan was discussed the issue “About the industry of the republic”. Also has been accepted the decree of Ministers Council “Measures on
improving the preparation of professional workers and removal of flowability of students of craft, railway college and schools under the ” from the August
2, 1948.
НАЧАЛО БОРЬБЫ ТАДЖИКОВ ПРОТИВ АРАБСКИХ ЗАВОЕВАТЕЛЕЙ
С. М. Раджабов
Таджикский государственный педагогический университет им. Садриддина Айни
При халифате Омара началась борьба народов Мавераннахра и Хорасана против арабских
завоевателей, и она была направлена против их колониальной политики. А с приходом Омейядов,
политическая атмосфера в Халифате накалялась еще больше. Их жестокая расово-деспотическая политика,
50
сопровождавшаяся истреблением мусульман и немусульман, ограблениями, дискриминацией,
оскорблениями неарабов, обернулась им еще более жестоким ответом. Она привела к ненависти по
отношению к ним, жажде мести народов, к многочисленным разнобразным движениям политического,
идейного, террористического и открытого вооруженного характера на необъятных просторах Халифата от
Ирака и Шама до далеких труднодоступных краев Ирана.
В 724-743 гг. при халифе Хишоме ибн Абдулмалике положение в восточной части Халифата стало
неуправляемым. Арабам в целом не удалось покорить народ Хорасана и Мавераннахра. Еще до прихода
Кутейбы (705 г.) в Хорасан, в Тохаристане под началом предводителя рода Низака,[1] был организован
противоарабский альянс народов бывшей древней Бактрии. Этот альянс брал свое начало благодаря долгой
принципиальной и стремительной борьбе Низака еще со времен Йездигерда III в Мерве, которые вместе
хотели организовать сопротивление населения.
В период правления Хорасаном Кутейбы, правителем Тохаристана являлся тюрк - Ябгу (Джагбуя). До
начала борьбы с Кутейбой Низак отправил всех членов своей семьи в Кабул, потому, что Ябгу, который по
традиции тогдашних правителей должен был организовать борьбу, оказался недееспособным. По сведениям
ат-Табари, он был слабым, больным и неспособным организатором, но и коварным человеком.[2] Поэтому
эту задачу взял на себя Низак. По рассказу ранних авторов Низак, куда бы ни отправлялся, завязывал его
золотой цепью и брал с собой.
О деятельности Низака имеются и другие сведения. Якобы он формально принял ислам и помогал
Кутейбе. Но его сотрудничество с Кутейбой не было искренним. Когда Кутейба узнал об этом взял его вместе
с Ябгу в плен. Слабого Ягбу отправил в Басру, а Низака казнил.[3]
Не прекратили непримиримую борьбу с захватчиками также согдийцы. В 720 г. их объединенная
организация с тюрками во главе с Курсулом нанесла сокрушительный удар арабскому военному гарнизону в
Самарканде. Осенью 721 г. халиф против согдиан во главе с новым правителем Хорасана Саида ибн алХараши, отправил большое войско. На этот раз тюрки отказались от борьбы, против свежих, превосходящих
сил арабов вместе с согдийцами. Ферганский царь обещал им уступить местность в Исфаринском округе, но
вероломно предал их арабам. Путем такого вероломства арабы овладели всеми укрепленными пунктами в
долинах Зеравшана и Кашка-Дарьи и вполне восстановили свою власть в этой местности.[4]
Что касается согдийского царя Гурака, став мусульманином, предпочел относительно к арабам
примиренческую позицию. Восставшим предлагал принимать ислам, воевать на стороне арабов, платить им
джазью и отпустить арабов, заложников.[5] Восставшие в составе 8-9 тысяч человек вынужденно просили
покровительство правителя Ферганы Тару и отправились к нему. Однако, как достигли Ходжента, Тара
отказал им в покровительстве и сообщил ал-Хараши о месте их нахождения. Предательский поступок Тары
относительно к беженцам, для ал-Хараши послужил поводом, чтобы наступать с огромным войском на
Ходжент.[6] В результате у согдийских беженцев не осталось выбора, они вместе с ходжентцами приняли бой
неприятеля. По сведениям ат-Табари ходжентцы в начале выдержали несколько атак арабов, многих взяли в
плен. Но при натиске превосходящих сил отступили в город, который состоял из рабад с отдельными
воротами и был защищен крепкими стенами. Арабы использовали против этих стен камнеметные орудия
(манджаники).[7] В такой для согдийских и ходжентских бойцов тяжелый момент, Тар отказал им в помощи.
В результате восставшие согласились на мирные переговоры. Ал-Хараши, согласно их требованиям с ними
заключил мир. Но потом, нарушил свои обещания, многих восставших и также ходжентцев, жестоко
наказывал за то, что восстали на их защиту. Потому что подавляющее большинство согдийцев оказались
богачами. В их числе по некоторым данным, более 400 человек были крупными торговцами,[8] носившими с
собой своё богатство. Они то за драгоценные товары спасли жизнь, а люди не имевшие драгоценностей были
истреблены. Поэтому за подобных, «борцов-патриотов», народ не шел на войну.
Согдийские богачи не сложили оружия, наместник арабов, правитель Хорасана Муслим ибн Саид в
724 г. совершил поход на Мавераннахр и дошел до Ферганы. На обратном пути он был разбит и потерял почти
все свое войско. Сам он с частью своих телохранителей чудом остался в живых.[9]
В 726-727 потерпело полное поражение наступление Асад ибн Абдуллаха в Хуталоне. Здесь борьбу
хуталянцев с тюрками организовал царь Сабал. Он ночью под кликом «Оллоху Акбар!» нападал на войска
Асада. Арабы подумали, что кто-то из них предал мусульман и перешел на сторону местных, так, как такие
случаи в армии мусульман частично повторялись.[10] То есть местные мусульмане иногда учиняли арабам
такую участь. Поэтому полусонные арабы в темноте стали, убивать друг друга. Утром с малочисленными
остатками своих войск вернулся в Мерв, но не забыл эту обиду. Следует отметить что, некоторые таджикские
историки в победе хуталянцев умаляют заслугу Сабала, приписывают её тюркскому кагану, что не
соответствует исторической логике тогдашних хроник. Тюрки действительно по призыву Сабала пришли ему
на помощь. Но по многим причинам не имели возможности организовывать и руководить противоарабским
движением. Одной из таких причин является то, что сказано выше, при освещении деятельности Низака.
51
Спустя 10 лет, в 737 г. Асад опять возобновлял наступления своих войск в Хуталон. После смерти
Сабала правителем Хуталяна стал его сын – ал-Джайш или Хунайш, но до наступления Асада, убежал в
Китай. На его месте остался из среды народа простой человек по имени Ибна-с-Соиджи. [11]
Второй раз зимой 737 г. Асад направился в Хуталон, как подтверждают первоисточники с
семитысячной армией хорасанцев-мусульман. На этот раз он подавлял сопротивления тюрков, отстранил их
влияние на земле таджиков. С местным населением, которое в своем подавляющем большинстве уже было
мусульманами не воевал. Значит за эти десять лет в сознании народа произошел коренной перелом. Народ,
проживавший в период своих правителей в нищете заметил, что они воюют против чужеземцев не ради их
интересов, а для сохранения своих привилегий и богатства. А потом им стало безразлично, кто их
эксплуатирует, местные правители, тюрки или мусульмане. Поэтому одиночные выступления или
противостояние местных правителей, против хорошо вооруженной, дисциплинированной армии мусульман
их больше не интересовало.
Начиная с начала 730-х годов, в борьбе таджикского народа против иноземцев наблюдается новая
тенденция, выражающаяся в мусульманизации и частичной арабизации населения, создании регулярной
национальной (т.е. хорасанской) армии, появления, сложения различных арабоязычных каст иранского
происхождения и т.д. Примером чего служат сведения ат-Табари о том, что в начале первой декады V111 в. в
составе армии мусульман в Хорасане воевали 20 тысяч персов- таджиков. [12] Кроме того, как выше
упомянули из числа хорасанцев была образована 7 тысячная отборочная, постоянно действующая армия.
Многие местные правители ставшие мусульманами получили арабские имена и прозвища. Например, после
Сабала, в Хуталоне их стали величать по арабски: ал-Джайш, Ибна-с-Соиджи, ал-Мухалаб и т.д. Цари Согда
Тархун, потом Гурак и Ферганы-Тара приняв ислам, прекратили борьбу с мусульманами и другим не
позволили делать этого.
Весной 729 г. Бухара превратилась в центр борьбы народов всего Согда. В начале согдиане вместе с
тюрками одержали победу над силами Ашраса-ас-Сулами. Согд полностью перешел под власть восставших.
Омейяды направили в Бухару новую армию, чтобы отвоевать город у своих хозяев. Заметив военное
превосходство арабов, тюрки расходились. В результате согдийсцы потеряли свои позиции. Но это было
временное и последнее поражение согдиан. До конца года согдийцы, чачинцы и ферганцы создав единую
объединенную силу вблизи города, в одном тесном ущелье разбили полностью войско Омейядов под
командованием Джунайда и отряд самаркандского правителя Саура ибн ал-Хурри. В этой битве в четырех
фарсах от Самарканда, Джунайд и Саура ибн ал-Хурри из 12 тысячного войска потеряли 11 тысяч человек,
остались в живых лишь 1000 чел. Был убит также Саура ибн ал-Хурри.[13]
Тщательно изучив и анализируя борьбу народов Тохаристана и Согда в эти годы, против
Омейядов, Б.Г. Гафуров, оценил их, как освободительное движение.[14] Следовательно, нужно дополнить, что
именно эти движения, послужили предпосылкой образования военного союза и объединения согдиан. А, их
победа в конце 729 г. положила начало интеграции военных сил всех антиомейядских движений и в их составе
формирования единого общенародного военного фронта в Хорасане. Это по существу изменило содержание
борьбы таджиков против арабов Омейядов. Она приобрела новый характер. Дело в том, что до этого в
основном в нем участвовали лишь правители местных властей, разобщены и ради сохранения своего
имущества и положения. А та часть населения, которая приняла ислам, или жила ранее в недостатке, не
являлись активными участниками политических событий.
Началом освободительной борьбы персов-таджиков послужило восстание арабского войска в 734 г. во
главе с опытным и талантливым военачальником Харисом ибн Сурайджем, из рода Хашимитов. Основные
воззрения Хариса заключались в бескорыстной преданности священному Корану, наставлениях пророка и его
завещании - «О соблюдении договоренности с представителями иноверных!». «Невзимание дани и налогов с
мусульман!». «Не обижание народа!» и т.д. [15] Призывы Хариса нашли горячую поддержку со стороны
арабских переселенцев, неомейядских племен, их воинов и населения Хорасана.[16]
Когда Харис начал восстание у него было всего 4 тысячи воинов. С ними он по войскам Халифата
нанес ряд сокрушительных ударов, первый свой удар направил против правителя Балха, Насра ибн Сайяра.
Разбив его 10-ти тысячную армию после Балха завоевал один за другим Толикон, Джурджан, и Марвруд.
Наблюдая его успешные военные действия, местные кишоварзы постоянно стали пополнять ряды народных
борцов. Вскоре численность войска Хариса увеличилась до 60 тысяч.[17] И он направил их на Мерв, центр
Хорасанского правителя. Затем центр правления из Мерва был переведен в Балх.
С целью поддержки успешного продвижения народной армии Хорасана, согдийская организация в
735 г. направила свои войска против Самаркандского арабского гарнизона, и с ожесточенными боями
захватила город. Хорасанский правитель Асад ибн Абдаллах был вынужден большую половину своего
войска направить против согдийцев, чтобы отвоевать у них Самарканд. Но эта попытка Абдуллаха не
увенчалась успехом.[18] Омейядам больше не удалось вернуть Самарканд.
52
В такой политический сложный период Асад потерял трезвый ориентир потому, что на Севере
потерял Самарканд, а на Юге Тохаристан в основном находился под властью тюрков и основных частей
противоомейядских движений во главе с Харисом.
Омейяды очевидно убедились, что хорасанцев военной силой, грабежом и обманом покорить
невозможно, поэтому изменили отношения с ними. Халиф Хишом опять заменил своего наместника. В 738 г.
эмиром Хорасана назначил бывшего правителя Балха Наср ибн Сайёра, который своим, сравнительно
примиренческим методом смог управляя разрядить политическую атмосферу. В 738 г. совершил поход в
основные горячие районы Мавераннахра: Самарканд, Чач и Фергану, вышедшие из подчинения
Халифата.[19] С целью их усмирения стал применять новые налоговые программы. В течение одной недели
освободил от подушного налога 30 тысяч мусульман и 80 тысяч немусульман предупредил, чтобы соблюдали
установленные правила оплаты налога.
Он принимал также и другие меры. Например, согдийцы, переселенные в Чач, еще со времен
тюркского хакана, чтобы вернуться на родину, перед Насром ставили ряд условий: во-первых,
вероотступников не подвергать никаким карам, во-вторых, из возвратившихся на родину, не требовать уплаты
недоимок, частных долгов, взятых еще до выселения в Хаканат, и в-третьих, они будут возвращать арабских
пленников, только после справедливого, законного суда кадия, и показаниям свидетелей. [20]
Наср, согласился на все поставленные согдийцами переселенцами условия. Заключение подобного
справедливого договора вызвало неудовольствие арабов. Халиф даже не хотел утвердить договор, но Наср
убедил его утвердить договор.
Эти другие проведенные Насром меры утверждают, что он являлся дальновидным, хитроумным
правителем, хорошо знакомым с Мавераннахром и хорошо знающим психологию его людей.
Однако, проводимые Насром хитроумные меры не улучшали положения народа, наоборот
способствовали интеграции страстных верхушек завоевателей и местной знати. По утверждениям ат-Табари
при Насре арабам легче стало проводить политику взимания хараджа и других податей и повинностей, чем
при его предшественниках. [21]
Нужно также отметить, что в борьбе с общим врагом таджики и тюрки еще в начале 660-х гг.
прекратили свою давнюю вражду и частично обращались к помощи друг другу. Но в силу ряда социальноэкономических, духовных причин им не удалось заключить общий, прочный и надежный союз за свою
независимость, которая имела огромное значение для дальнейшей консолидации народов, проживающих на
этой территории.
Таким образом, с началом слияния обеих частей Амударьи в единый фронт против Омейядов,
завершался период вынужденной оборонительной борьбы. Начиналось наступательное освободительное
движение, способствующее началу склада идейно-политической, социально-экономической и религиознокультурной идентичности таджикского народа.
КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: борьба народов Мавераннахра против арабскоих завоевателей, колониальная политика, фронт против
Омейядов, консолидация народов, наступательное освободительное движение .
1.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
8.
9.
10.
11.
12.
13.
14.
15.
16.
17.
Л ИТЕР АТУРА
«NISAKY MLK» («Низак-падишах»). Он в древние времена являлся царем Кабула и чеканил свои монеты под этой эмблемой.
Значит, Низак–не означает имя одного лица, означает династию властителей Кабула. Абдулхайи Хабиби. Напаки ё Низак? //
Ориёно.№2.-Кабул.1350. с.3.
Ат-Табари. Таърих ар-русул вал- мулук. Т V1. –с. 446.
Там же. –с. 449.
Ал-Балазури. Футуху-л-булдан.-с. 427; Ат-Табари. Таърих ар-русул вал-мулук. Т. II.–с. 1439-1449.
Ат-Табари. Таърих ар-русул вал- мулук. Т. II. –с. 1439-1449; Ибн ал-Асир. Ал-комил фи-т-та’рих. Т. V. –с. 78.
Ат-Табари. Таърих ар-русул вал- мулук. Т. II. –с. 1443; Ибн ал-Асир. Ал-комил фи-т-таърих. Т. V. –с. 81.
Ат-Табари. Таърих ар-русул вал- мулук. Т. II. –с. 1439-1448.
Ат-Табари. Таърих ар-русул вал- мулук. Т. II. –с. 1445.
Там же. –с. 1472-1481.
Там же. Т. VII. –с. 127-128.
Ат-Табари. Таърих ар-русул вал- мулук. Т. VII. –с. 127-128.
Ат-Табари. Таърих ар-русул вал- мулук. Т . VI. –с. 558-559.
Ат-Табари. Таърих ар-русул вал- мулук. Т. II. –с. 1540.
Там же. Т. II. –с. 1567-1570.
Гафуров Б.Г. История таджикского народа.-Т.11. –с. 73.
Ат-Табари. Таърих ар-русул вал- мулук. Т. II. –с. 114.
Ат-Табари. Таърих ар-русул вал- мулук. Т. II. –с. 1632-1637.
53
18. Ат-Табари. Таърих ар-русул вал- мулук. Т. II. –с.1688; Gibb H A P The arab conquests ….-Р. 90-91.
19. Ат-Табари. Таърих ар-русул вал- мулук. Т. II. –с. 1717-1719.
20. Ат-Табари. Таърих ар-русул вал- мулук. Т. II.–с. 1718.
ОЃОЗИ МУБОРИЗАИ ТОЉИКОН БАР ЗИДДИ ИСТИЛОГАРОНИ АРАБ
Дар маќола муаллиф бо истифода аз манбаъњои таърихи муборизаи озодихоњонаи мардуми тољикро бар зидди
истилогарони араб тасвир кардааст.
THE BESINNING OF TAJIK’S FIGHTS AGAINST ARABIANS FIGHTERS
Using historical sources and fighting of Tajik people for freedom against Arab conquers are reviewed in the article.
ЉАШНИ НАВРЎЗ: АЗ ОИНИ ТАЪРИХЇ ТО МАРОСИМИ МИЛЛЇ
М. Бобоева
Донишгоњи давлатии Хуљанд ба номи Б.Ѓафуров
Наврўз, ки яке аз суннатњои ќадимии мардуми тољик мањсуб мешавад, реша дар фарњанги ќадимаи
ниёгони мо дорад. Бар асоси маълумоти сарчашмањои таърихї зуњури ин љашнвора ба замони нуфузи оини
зардуштї пайванд мегирад. Дар бархе аз осори ќадима бошад пайдоиши ин љашнвораи миллии моро њатто
ќабл аз ин рўзгор донистаанд. Љашни Наврўз дар андешаи ниёгони мо ба њайси иди сари сол ва рўзи оѓози
њастї муќаддас дошта мешуд. Аксари маъхаз ва сарчашмањо оѓози таљлили Наврўзро ба шоњ Љамшеди
Каёнї нисбат медињанд. Ин матлаб дар «Шоњнома»-и Фирдавсї ба гунае наќл мешавад, ки Љамшед савори
тахти мурассаи хеш дар як рўз аз кeњи Дамованд ба Бобул њиxрат кард. Чун он рўз аввали моњи Фарвардин
буд ва Њурмузро дошт, мардум он рўзро некeву гиромї доштанд ва ид карданд:
Сари соли нав Њурмузи фарвардин,
Баросуд аз ранљи тан, дил зи кин.
Бузургон ба шодї биоростанд,
Маю љому ромишгарон хостанд.
Чунин Љашни фаррух аз он рўзгор
Бимондаст аз он хусравон ёдгор…
Вале дар таълимоти оини ниёкони мо ва дар такя бар маълумоти китоби муќаддаси «Авасто» ин рўзи
оѓози сол буда, ба номи Ањурамаздо мансуб дониста мешавад. Дар ин рўз инсон офарида шуда, кори xањон
оѓоз ёфтааст. Ќисмате аз сарчашмањои дигар бошад, таъкид бар он доранд, ки тибќи он Худо Ањурамаздо дар
365 рўз оламро биофарид ва дар оѓози фарвардин осоиш ёфт. Ба њамин хотир, анљоми офариниш дар
фарњанги ќадимаи ниёкони мо Наврўз аст, ки то он рўз њама чиз офарида шуд ва аз њамон дам вуљуди
љањон ибтидо гирифт.
Бо шурўи таљлили ин љашнвора дар фарњанги ќадимаи ниёгони мо суннату оинњое ба зуњур
расидаанд, ки ќисмате аз онњо то имрўз њам боќї мондаанд. Аз љумла, дар таълимоти оини зардуштї Наврўз
ба Фарањаври пок, яъне фариштањои осмонї низ мансуб дониста мешуд. Ба ибораи дигар, манзур аз
Фарањавр рўњи пок ва муќаддас мебошад, ки дар оѓози сол ба дидори пайвандони худ ба замин фуруд меояд.
Ба ин нисбат, мардум чанд рўз ќабл аз ин хонатакконї намуда, покизагиву назофат ба љо меоранд, то
фариштагон аз эшон ќаноатманд гардида, дар соли нав ба хонадонашон файзу барака ато намоянд. Аз ин рў,
метавон гуфт, ки яке аз маросимњои Наврўзї - хонатакконї сарчашма дар њамин унсури фарњанги ќадимаи
ниёгони мо дорад. Дар канори ин, оростани хон – суфраи идона бо њафт шин, ки пас аз истилои араб бо њафт
син иваз гардид ва барафрўхтани оташ низ ба њамин рукни фарњанги ќадимаи ниёї пайванд мегирад. Њадаф
аз вуљуди ин суннату маросимњои Наврўзї он будааст, ки ин амалњо барои пазироии ин мењмонони
гиромиќадр, яъне Фарањварон сурат мегирифтаанд. Ба ин матлаб, дар дар Фарвардиняшти 154 ва 158 чунин
ишорат рафта: «Бишавад, ки агар фарањаври ќавї ва фарањаври нахуст, ин омўзгорон ва пайравони хеш, дар
ин хона хушнуд бихироманд ва бишавад аз ин хона хушнуд баргарданд. Бишавад, онњо сурудњои муќаддас
ва маросими моро ба Ањурамаздо ва амшоспандон бирасонанд. Мабодо, онњо нохушнуд аз ин хона ва аз мо
маздопарастон дур шаванд».[1]
Сабаби дигари Наврўз ном гирифтани ин љашнвора дар он ифода меёбад, ки онро баробари рўзи
хилќати инсон ба рўзи милоди Зардушт њам нисбат медињанд. Аз љумла, дар оѓози банди 25-и Бундањишн
омада, ки Ањурамаздо фармуд, ки офариниши љањон дар шаш гоњанбор ё шаш ваќт анљом пазируфт.
54
Гоњанбори шашум, ки Њамос пат Моњем ном дошт, аз панљ гоњанбори дигар гиромитар буд. Зеро мањз дар
њамин гоњанбор офариниши инсон сурат гирифтааст.
Донишмандони эронї Зањро Музањњиб дар маќолаи хеш «Наврўзи њуљаста – суннати дерин»
менависад, шояд ба иллати ин, ки зардуштиён дар шашуми рўзи сол (шаши Фарвардин) ва аромана низ
таваллуд шудани Исоро дар шашумин рўзи сол (шаши жонвия) медонанд, ишорае самбулик ба хилќати инсон
дар њамин рўз бошад ва њамин рўзи соли нав поёни љашну шодмонист.[2]
Дуктур Абдулазими Ризої бо наќл аз тарљумаи форсии љилди аввали Яштњо навиштааст, ки бино ба
аќидаи зардуштиён дар рўзи шашуми Фарвардин, ки Хурдодрўз унвон дорад, Њазрати Зардушт ба дунё омад
ва дар њамин рўз ба пайѓамбарї гузида шудааст.[3]
Бояд ќайд намуд, ки дар баъзе аз манотиќи кишвар имрўз низ санаи њафтуми мартро њамчун иди
сари сол таљлил мекунанд. Ин амр низ бесабаб нест, зеро анљоми офаринишро ба 25-уми исфандмоњ
мутобиќ донистани баъзе маъхазњои дини зардуштї ба ин таљлил иртиботе дорад. Дар баробари ин, шояд
рўзи њафтуми бањор, яъне ба солшумории имрўза њафтуми март оѓози бањорро пешвоз гирифтани мардум
низ ба ин унсури фарњанги ќадимаи ниёгони мо вобастагї дорад.
Аз ахбори сарчашмањо равшан мегардад, ки дар ањди ќадим Наврўз дар ду ќисмат сурат мегирифт:
Нахуст, Наврўзи омма, ки панљ рўзи аввал таљлил мешудааст. Ба ин маънї дар адаби форсї низ борњо
ишора рафтааст. Аз он љумла, Њофизи Шерозї мустаќиман ба таљлили панxрўзаи Наврўз ироа карда:
Сухан дар парда мегўям, чу гул аз ѓунча берун ой,
Ки беш аз панљ рўзе нест њукми мири Наврўзї.
Сипас, Наврўзи хоса, ки рўзи шашум сурат мегирифт, оѓоз мешуд. Дар панx рўзи аввал Наврўз
характери умумї дошт ва њамаи мардуми порсинажод аз ин хурсандї ва шодкомии миллї бархўрдор
мешуданд.
Рўзи шашум, ки рўзи милод ва ба пайѓамбарї гузида шудани Зардушт будааст, ба худ ранги хоса
мегирифт. Дар ин рўз дарбори подшоњ ба рўи њамаи мардум боз буда, барои раоё тўњфањо пешкаш
мегардид. Муаллифи «Бурњони ќотеъ» оварда, ки чун Наврўзи Бузург (яъне Наврўзи хоса) мерасид,
зиндониёнро озод мекарданд ва гунањкоронро авф мекарданд ва аз он пас ба айшу нўш мепардохтанд.
Маълум аст, ки ба рўзи таљлили Наврўз сурфаи идона меоростанд, пероста бо њафт син.
Сарчашмањо далолат мекунанд, ки њафт син бархоста аз исми њафт сипандон аст, ки маънии он судрасон,
пок ва дармонбахш аст. Ба ибораи дигар њафт син аз номи њафт фариштаи авастої аст, ки мусаммо бар: 1.
Њурмуз, 2. Бањман, 3. Урдубињишт, 4. Шањривар, 5. Сипандормиз, 6. Хурдод, 7. Амрдод мебошанд.
Пас аз хондани «Авасто» маросимњои Наврўзї шурўъ мешавад. Маросими оинадорон, идї додан,
рўбўсї ва табрик гуфтан, додани гулоб ва ѓайрањо аз љумлаи онњост. Баъзе аз чунин маросимњо то замони мо
њам асолати худро њифз кардаанд. Масалан, дар баъзе манотиќи љумњурї дар шаби фарорасии Наврўз ба
хонањои њамдигар ош ё дигар анвои хўрданї медињанд, ки њамин идомаи мантиќии идї додан аст. Ё ин ки
кўдакони хурдсол аз калонсолон идї мегиранд. Њамчунин маросиме ба увони гашти идона низ робитае ба
суннати кўњани Наврўзии ирониёни бостон дорад.
Дар рањгузори таърих ин оинњо бо шеваву тартиби мухталиф идома ёфта, бо нуфуз пайдо кардани
фарњанги исломї мазмуни нав гирифтанд. Дар замони Шўравї бошад, муддате сарнавишти Наврўз ва оинњои
он норавшан монд. Солњои 60-ум бо саъю талоши гурўњи зиёиёни тољик масъалаи эњёи дигарбораи Наврўз
ба миён омад, ки мунтањо аз муњити хонаводагї ба расмият ворид гардид.
Истиќлолияти давлатии Љумњурии Тољикистон барои Наврўз ва оинњои он xони тозае ато намуд.
Имрўз аксари суннатњои марбут ба ин иди ниёї њам дар муњити хонаводагї ва њам дар муњити љамъиятї
идома пайдо намуд. Гузашта аз ин, њамасола ин љашнвораи миллї бо шукўњу шањомати хоса ва риояи
оинњои миллї таљлил карда мешавад. Бо ќабули Ќонуни Љумњурии Тољикистон «Дар бораи танзими анъана
ва љашну маросимњо» нигоњи нав ба баргузории љашну маросимњои Наврўзї роњ ёфта, махсусан, дар љою
минтаќањои мухталифи Тољикистон баргузор намудани ин љашнвора бо назардошти урфу одати мардуми
њамон мањал ва эњёи анъаноти муфиду тарбиявї дар доираи талаботи ќонун ба зуњур расиданд.
Дар маљмўъ, Наврўз Љашни суннатї, миллї ва бузургдошти арзишњои ниёгони мо мањсуб мегардад,
ки реша дар фарњанги авастої дошта, то замони мо побарљо мондааст. Имрўз низ ин суннати деринаи
тољикон ваљњи эњтироми мардум ќарор гирифта, бо шукўњи хоса таљлил мегардад. Аз љониби дигар, дар
таърихи адабиёти форсї низ шањомати Наврўз бо муњаббати хоса зикр ёфта, њамчун василаи баёни
лањзањои шодмониву массаррати инсонї баён гардидааст. Гузашта аз ин, дар ќаламрави адабиёти форсї
таълиф гардидани Наврўзномањо гувоње бар истиќболи ин намои суннати ќадимии фарњангии тољикон ва
интиќоли он ба наслњои баъдина мањсуб мегардад. Дар ин шумор метавон «Наврўзнома»-и Њаким Умари
Хайём, «Наврўзнома»-и Туѓрали Ањрориро ёдовар гардид, xињати муаррифии ин суннати дерина иншо
гардидаанд.
55
КАЛИДВОЖАЊО: Наврўз, љашнгирии Наврўз, оини таърихї , маросими миллї, рўзи милоди Зардушт, њафт син, оинњо.
АДАБИЁТ
1. Авасто. Гузориш ва пажeњиши Xалили Дўстхоњ. Тењрон, 1376. с. 245.
2. Зањро Музањњиб. «Наврўзи њуxаста -суннати дерин»// Армуѓон. №3. 1996.
3. Абдулазими Ризої. Аслу насаб ва динњои Эрони бостон. Тењрон, 1374, с. 78
ПРАЗНИК НАВРУЗ: ОТ ИСТОРИИ ВОСТАНОВЛЕНИЯ ДО НАЦИОНАЛЬНОГО ОБРЯДА
Ноуруз (‫)زورون‬- первый день иранского календаря, начало весны, соответствующий Ноуруз имеет древнейшую
историю. В поэме «ШахНамэ» (‫ )همانهاش‬начало его празднования связывается с началом царствования Шаха Джамшида (‫)دیشمج‬
(отсюда часто употребляемое название праздника среди заратуштрийцев -«Джамшиди Ноуруз» и традиция коронации Шахов в этот
праздник).
NAVRUS HOLIDAY, ITS EMERGE, DEVELOPMENT AND ITS CONNECTION TO MODERN
NATIONAL CЃLTURE OF TAJIKS
The given article deals with the emerge of Navruz Holiday, its development in different historical periods and connection of Navruz with
modern life. The author tried to study, analyze and compare the Navruz traditional ceremonies components with modern traditions and find out the
changes appeared in different periods of time as well as to show other traditional ceremonies which appeared on the rase of Navruz celeuation.
СУДОПРОИЗВОДСТВО ДРЕВНЕГО ТАДЖИКИСТАНА
Р. Б. Махмудов
Худжандское отделение Института экономики Таджикистана
Адвокатура - это важнейший правовой институт любого государства, стоящий на защите
основополагающих прав граждан и их объединений.
Особенно роль адвокатов проявляется тогда, когда человек находится под судом по обвинению в
совершении преступления, поскольку ему противостоит государственная машина. При этом адвокатура
призвана помогать суду, следователю, прокурору объективно разобраться в уголовном деле и, тем самым,
определенным образом способствовать укреплению законности и справедливости.
И именно в таких случаях, именно в суде наиболее остро встают уголовно-процессуальные вопросы
работы адвокатов, поскольку здесь дается оценка работе защитника при расследовании преступления,
проходит с его участием судебное следствие и разрешается дело по существу.
Институт адвокатуры родился до буржуазии, и он пережил её. Адвокатура возникла в результате
упорных поисков новых форм участия защитников по уголовным и гражданским делам. Старые методы
деятельности присяжной и частной адвокатуры не годились, и они были отменены первыми законами о суде.
Выработка новых принципов организации и деятельности специального института защиты прошла долгий
путь. Формы участия защитников в суде неоднократно менялись.
Еще с самой ранней эпохи человечества потребность в адвокатах имела место, иначе человек не выжил
бы лишь потому, что научился, есть и ходить.
Обращаясь к истории государств Средней Азии, мы видим, что сущность адвоката как органа
государства, защищавшего своего подопечного в интересах господствующих классов, остаётся неизменной.
В раннем средневековье в сасанидском Иране большую роль в государственной деятельности играл
фармандар – управляющий дворцовым хозяйством царя. Он считался первым министром шахиншаха.
В сасанидском Иране для оформления различных хозяйственных, дипломатических и юридических
документов применялись разные печати. Важную роль в жизни государства играло жречество во главе с
магупатом. Маги были не только главами духовенства, но и решали судебные и гражданские дела.
Согласно мугским документам в государстве имелись судебные чиновники – паржевандат. Они
принимали иски, участвовали в следствии и в подготовке дела к процессу. Следователь, судья который
назывался датарпат (компенент) принимал участие в изъятии учреждения и исчислении на имущество. В
согдийском документе судья назывался датастан.[1]
Во время правления Сасанида Шапура II (309-379гг.) были установлены четыре сословия. Эти сословия
были разделены на группы и подгруппы. В первое сословие входили подгруппы судей, которые назывались
датаварон. В третье сословие которое называлось пешак дабиран входили писцы судебных ведомств.
56
Юридические документы V – VIII вв. дают сведения о том, что существовали большие, средние и
малые семьи. Для ранней средневековой семьи было характерно наличие многожёнства. Об этом
свидетельствует согдийский брачный контракт, в котором говорится о трёх формах брака: полноправная,
подопечная и побочная жена. Жениться мужчине второй или третий раз было не так легко. Для этого нужно
было согласие главной полноправной жены.
Большая семья состояла из многочисленных членов во главе с отцом. Первая жена главы семьи
считалась кадбану – госпожа дома. Вместе с главной женой (полноправный брак) в семье жили другие жёны
как равноправного, так и неполноправного брака.
Права сыновей, как и права на наследство, зависели от того, в каком браке состояла их мать с отцом.
Наследником по традиции являлся старший сын. Глава семьи - кедхудад при отсутствии уговора в брачном
контракте мог продать в рабство жену заплатив её опекуну 100 драхм.[2]
Предкам таджиков были присущи честность, гуманизм и другие общечеловеческие идеалы. Один из
судебных процессов того времени который приводится ниже свидетельствует об этом и говорит о том, что
судьи в древности выносили и приговоры и были защитниками справедливости.
«И вот произошёл спор, который не мог быть улажен. На следующий день они предстали перед судом.
Владелец сказал так:
- Господин, я нанял этого человека на один день за сто золотых динаров с тем, чтобы он сверлил мой
жемчуг. Он не сверлил жемчуга, а теперь требует у меня оплаты.
Работник обратился к судье со следующем заявлением: - Господин, когда сей благородный человек
увидел меня на базаре, он меня спросил: «Эй, какую работу ты можешь делать?» Я ответил: «Господин, какую
бы работу вы мне не приказали делать, я могу её выполнить». Когда он ввёл меня в свой дом, он приказал мне
играть на чанге. До наступления ночи я играл на чанге по предложению хозяина.
Судья вынес следующее решение:
- Ты нанял этого человека, чтобы он выполнил работу для тебя, почему же ты не приказал ему сверлить
жемчуг? Почему же ты вместо этого приказал ему играть на чанге? Работнику следует уплатить полностью.
Если же следует сверлить жемчуг, дай ему других сто золотых динаров, и тогда он будет сверлить твой жемчуг
в другой день.
Итак, владелец жемчуга вынужден был уплатить сто золотых динаров, жемчуг остался несверленным
до другого дня, а сам он был преисполнен стыда и сокрушения».
Этот отрывок свидетельствует о многом. Наши предки стремились создать правовое общество, в
котором бы соблюдались права и обязанности всех жителей страны. Именно в этот период был создан
«Сасанидский судебник», по которому и должны были творить суд.
Если учесть колоссальную роль мусульманской религии в Восточных государствах феодального
периода, то станет ясно, что как работа адвоката, так и работа правосудия изображались как деятельность,
связанная со служением Богу. Казии, муфтии, раисы и другие чиновники власти творили правосудие,
изображая свою жизнь и деятельность религиозным путём.[3]
Сильно увеличилась роль мусульманского духовенства, которое благодаря своему положению влияло
на все слои городского населения. Кроме выполнения религиозных функций, оно возглавляло также
судопроизводство.
Сведения, которые собраны со стороны историков в сфере правовой деятельности дают возможность
представить некоторые тенденции в развитии справедливого суда в Мавераннахре. Во времена Саманидов
эту миссию исполнял кази.
Для обеспечения независимости страны и твёрдой централизации власти путём ряда реформ и
мероприятий была упорядочена система центрального и областного управления. Создание государственного
аппарата связано с именем главного устроителя государства Саманидов Исмаила Сомони. Был образован
государственный аппарат под названием диван. Всех диванов насчитывалось 10. Были и диван кази (судьи) во
главе с главным казием. Этот диван ведал судебными делами, тем самым совершал правосудие.
Руководителем дивана являлся кази-ул-куззот, он был в подчинении Эмира и он строго следил за его
деятельностью. Предпринимались меры, чтобы они были справедливыми. Судебная справедливость
выражалась в том, что эти вопросы решались в многолюдном месте. Хотя в процессе судебного решения
представители конфликтных сторон или их защитники как отдельные представители суда не участвовали в
разборе, но участники имели право защищать свою сторону, приводить свои претензии и рассказывать об
обстоятельствах случившегося, чтобы обеспечить степень наказания или вообще освободить от суда.
Таким образом, в процессе суда функции прокурора и адвоката частично исполнял кази, муфтий,
алам и другая часть возлагалась на тех, которые сопровождали виновного (родственники, друзья и другие
свидетели). Кроме этого отдельные люди на площадях, базарах, чайханах, а также в медресе и мечетях
объясняли народу правила заключения договора и обязанности сторон, а также условия шариата по этим
57
вопросам. Они представлялись людям как мирзо, писарь, секретарь или преподаватель духовной школы, тем
самым исполняли функции современной адвокатуры.
Зачастую при назначении казиев учитывались их родословная и происхождение. В этой связи
заслуживает внимания свидетельство автора XVI в. Хасанходжи Нисори, который, говоря о своем
современнике казии Фатхулла Ходже, отмечал, что занимаемая им должность в Гиждуване издавна восходит
к великим его предкам.
Судя по сведениям Мир Мухаммад Амина Бухари, верховный аштарханид правитель Убайдула-хан
присвоил почетное звание кази-калона амиру Шахобиддину, сыну покойного кази амира Жалола,
происходящего от Саййидов, и назначил его казием своей столицы.
Осуществляя судопроизводство в городах и вилоятах, казии в то же время были подотчетны
верховному правителю и правителям городов, которые вели контроль за их деятельностью. Порой правители
городов и вилоятов в тех или иных случаях были вынуждены считаться с мнениями и суждениями казиев,
подчиняться их власти и влиянию.
Казии не только занимались правовыми вопросами, но и возглавляли города и вилояты во время
отсутствия их правителей – хокимов. Свидетельств, подтверждающих данное обстоятельство, в исторических
документах сохранилось немало.
Камолиддин Бинои пишет о казии Аркука Мавлоно Шамсиддине Мухаммад бикчике следующее:
когда Мухаммад Шейбани-хан подошел к городу, то казий вместе с населением вилоята и почетными
горожанами вышел к нему навстречу, вручил подарки и проводил в крепость.
Другой автор Фазлуллох ибн Рузбехан приводит такие сведения о многогранной деятельности казиев:
Шейбани-хан, одержавший победу, отдал распоряжение казиям Туркестана и Сабрама связать в Сайхуне
плоты, отыскать для судов брод и соорудить мост с целью обеспечения переправы для перехода через
Сырдарью войсковых соединений.
В Бухарском эмирате, как и в других феодально-теократических государствах Средней Азии, взгляды
на суд и правосудие были присоединены и подчинены богословию также, как и все прочие формы
идеологии.[4]
Если учесть колоссальную роль мусульманской религии в Восточных государствах феодального
периода, то станет ясно, что как суд, так и правосудие, изображались как деятельность, связанная со служением
богу. Казии, аълями, муфтии, раисы и другие чиновники, уполномоченные государством, творили
правосудие, окутывали свою жизнь и деятельность религиозным туманом, а на деле являлись, по меткому
выражению В.И. Ленина, «…слепым, тонким орудием беспощадного подавления эксплуатируемых,
отстаивающим интересы денежного мешка».[5]
Аппарат государственного управления эмирата состоял из административно-финансового, судебнополицейского и военного ведомств.
Высшая судебная власть принадлежала самому эмиру. Он лично разбирал уголовные дела, в которых
шла речь об опасных для существования и господства землевладельческой аристократии действиях. За
эмиром по старшинству в осуществлении правосудия шёл Кази-калян (верховный судья), назначаемый
эмиром из наиболее приближенных к нему лиц. Кази-калян подчинялся только эмиру и считался его главным
помощником по осуществлению судебной власти в эмирате.
Кази-каляну подчинялись все остальные судьи на местах-казии. Ему же принадлежало право так
называемой «аттестации» казиев, т.е. подтверждения их соответствия занимаемой должности. Хотя по
существу такое подтверждение не способствовало улучшению отправления правосудия, однако нельзя не
подчеркнуть, что оно, во-первых, свидетельствовало о том, насколько казий предан власти, и, во-вторых,
создавало впечатление у народа о добропорядочности судьи.
Кази-калян разбирал уголовные и гражданские дела, превышающие компетенцию местных судей;
дела, возникающие между жителями разных бекств, а также споры о разделе наследства и иного характера
иски, где сталкивались интересы подданных Бухарского эмирата и местных жителей Туркестанского края.
Кроме того, Кази-каляну были подсудны все гражданские и уголовные дела, возникающие среди жителей
города Бухары - подданных эмира; он считался единственным судьей на всю столицу и пользовался правом
назначать себе помощника или уполномоченного (вакиль) в отправлении правосудия.
При Кази-каляне состояли 12 муфтиев во главе с аълямом (старшим муфтием), в обязанности
которых входило составление юридических заключений (ривоят).
Казии во всем эмирате назначались эмиром по одному на бекство, а при большой численности
жителей и дел и в большем количестве.[6] Казии назначались, как правило, пожизненно из числа лиц,
знакомых с мусульманским правом и имеющих соответствующие знания. Но главным условием для занятия
этой должности была благонадёжность кандидата - верность классовым интересам эксплуататоров. Казии
сменялись эмиром только в случае, если навлекали на себя недовольство эмира.
58
Для отправления правосудия среди военного сословия существовал особый военный судья (кази
аскар), подчинённый кази-каляну.
Казии разбирали дела на основе шариата, который устанавливал право привилегии для имущих
классов и закреплял бесправие трудовых масс. Судьи толковали шариат так, что всегда и везде придавали его
нормам то значение, которое соответствовало интересам эксплуататоров. Если в суде обвинялись
представители эксплуататорских классов, суд старался смягчить их вину, а в отношении подсудимых из
трудящихся выносили суровые приговоры.
В судах эмирата не было коллегиального рассмотрения дел, казии решали дела единолично; не
существовали также апелляционная и кассационная инстанции. Решение казия принималось сторонами как
окончательное. Только в исключительных случаях лишь по усмотрению Кази-каляна или эмира, дела могли
быть переданы на новое рассмотрение другому казию.
В случаях, когда местный казий испытывал затруднения в решении дела, а это было, когда
сталкивались интересы состоятельных сторон или когда казий нуждался в подкреплении своего авторитета, то
он представлял дело на заключение Кази-каляну, а последний в свою очередь, мог передать его на обсуждение
улемов – высшей духовной знати. Заключение Кази-каляна или улемов казий сообщал от себя сторонам.[7]
Казии не получали от казны содержания; они жили на денежные сборы за разрешение дел, за
совершение юридических актов, касающихся брака, за совершение купчих крепостей на землю, утверждение
сделок, завещаний, не заботились об установлении справедливости в рассматриваемых ими делах, а
стремились лишь обогатиться, что в конечном счёте ложилось тяжёлым бременем на трудящихся. Защищая
интересы имущих классов, казий, конечно, не желал и не мог быть беспристрастным.
Правосудие в Бухарском эмирате можно, таким образом, характеризовать подкупностью казиев,
процветанием взяточничества и полным отсутствием в судах защиты интересов народных масс.
Судопроизводство было построено одинаково для уголовных и гражданских дел по частно-исковому
типу, характерному для феодально-теократических государств Азии. Как гражданские, так и уголовные дела
возбуждались только по предъявлению иска. Лицо, предъявившее гражданский иск, и потерпевший,
возбудивший уголовное дело, считались одинаково истцом (даъвогар), а противная сторона – ответчиком
(джавобгар).
Согласно шариату, казии должны были рассматривать дела публично, однако казии почти всегда
рассматривали дела в своем собственном доме и лишь в редких случаях, когда преступные действия явно
подрывали устои государства или религии или же когда они были совершены дерзко и публично,
рассмотрение дел происходило на базарных площадях с целью устрашения народных масс.
Процесс, ввиду отсутствия предварительного следствия, начинался непосредственно в суде. Это
обстоятельство само по себе свидетельствует о том, что судья мог направить судебный процесс в ту сторону,
которая представлялась ему наиболее выгодной. Хотя процесс состоял как бы в споре сторон, на деле говорил
тот, кто больше знал, умел сказать, был подготовлен, пользовался расположением казия и т.п., т.е. не бедняктрудящийся, а представитель более зажиточных сословий.
Согласно правилам шариата, казий сначала, не приступая к рассмотрению дела по существу, должен
был предложить тяжущимся закончить дело миром, для чего им мог быть назначен определённый срок. Если
предложение принималось, судья к разбору дела не приступал и процесс заканчивался. Это предписание
шариата, безусловно, шло в пользу богатых, ибо только они могли добиться примирения путём подкупа
другой стороны. Если примирения не получалось, то казий приступал к разбору дела, который начинался с
изложения сущности дела. Затем выслушивались возражения другой стороны. Далее производился опрос
свидетелей и осмотр доказательств, если таковые имелись.
Следует отметить, что потерпевший мог отказаться от обвинения и в ходе рассмотрения дела, до
вынесения приговора. И тогда уголовное дело заканчивалось миром. Это бывало обычно в тех случаях, когда
обвиняемый из имущих классов подкупал потерпевшего или обвинителя, материально более слабого.[8]
Казии несомненно заинтересованные в определённом исходе дела, в ходе судебного разбирательства
не проявляли, как правило, своей деятельной роли. Старались показать себя как бы посредником между
спорившими сторонами. Стороны сами представляли доказательства. Когда же при рассмотрении дел
непосредственно затрагивались интересы господствующего класса, государства или религии, казии – верные
слуги угнетателей – открыто выступали в их защиту.
Основными доказательствами на суде являлись: собственное признание, показание свидетелей,
присяга.
«Признание, - говорится в «Хидае», - есть лучшее доказательство истины, особенно в тех случаях, где
признаваемый факт влечет за собой позор и страдания».[9]
В случае признания ответчика суд освобождался от обязанности проверять достоверность признания
и имел право вынести приговор. Эта черта феодального правосудия в Бухарском эмирате - свидетельство
59
широкого использования вынужденного признания для проведения жестокой репрессии в отношении всех,
проявивших недовольство правлением эмира и мракобесием духовенства.
Оказывать помощь суду своими показаниями могли лишь психически здоровые, совершеннолетние
мужчины. Ни о каком активном участии в процессе женщин не могло быть и речи. Женщины допускались в
качестве свидетелей только в исключительных случаях. Их показания должны были подтверждаться
мужьями или близкими родственниками мужского пола под присягой. Второсортность показаний женщин
могла использоваться в интересах более сильной из сторон. Приниженное положение женщины нередко
использовалось для их обмана и эксплуатации.
При недостаточности, при противоречивости иных доказательств - присяга, принятая именем бога,
считалась самым достоверным доказательством. Для темного, забитого и невежественного дехканина присяга
представлялась не формальным произнесением определённых слов, он видел в ней выражение истинности.
Другое дело для торговца, ростовщика, землевладельца или чиновника. Для них произнесение присяги в суде
Бухарского эмирата, было, простой формальностью, что использовалось также для обмана и притеснения
трудящихся.
При рассмотреннии гражданских и уголовных дел казии выносили постановление, называвшееся
приговором (хукм), который приводился в исполнение немедленно.
Более или менее сложные дела казийскими судами решались на основе ривоятов – юридических
заключений, основанных на шариате и касавшихся положений, в которых были заинтересованы стороны. В
этой связи важными лицами в отправлении правосудия в Бухарском эмирате являлись муфтии, которым
принадлежало право толкования шариата; и только они могли составлять и рассматривать ривояты.
Муфтии назначались эмиром или беком из лучших знатоков шариата. Высший муфтий носил
название аълама. Они имели свою именную печать, которой скрепляли составленные ими ривояты,
заявления, акты и другие документы. В Бухарском эмирате муфтии не имели определённой
обслуживаемой территории. Стороны обращались по своему выбору к тому муфтию, которому больше
доверяли.
Если учесть, что стороны должны были обращаться к разным муфтиям, и каждый муфтий
истолковывал известные нормы шариата по-своему и в пользу своего клиента то, очевидно, что ривояты
очень часто бывали противоречивы. Ривояты выдавались муфтиями за плату, и поэтому дело мог
выиграть только самый богатый, имеющий возможность представить более благоприятный для него ривоят.
При рассмотрении сложных дел в казийском суде присутствовали муфтии, и казий постоянно
обращался к ним, спрашивая их мнение по любому вопросу, возникающему при рассмотрении дела. По
завершении разбора дела казий объявлял о виновности одной из сторон и спрашивал муфтия о том, какое
взыскание предусмотрено в таких случаях шариатом.
Суд Бухарского эмирата, направляя острие уголовной репрессии против эксплуатируемого класса, как
и во всех феодально-теократических государствах, применял самые жестокие и дикие наказания, выражавшие
крайнюю нетерпимость ко всему, не соответствующему идеологии ислама.
К мерам наказания, сложившимся в соответствии с буквой и духом шариата, относились: денежный
штраф, телесное наказание (обычно палками), арест в амлякдархане, тюремное заключение, в том числе
пожизненное, заточение в зиндане (темнице) на различные сроки, отдача в войска для пожизненной службы,
отдача в кабалу за долги, сбрасывание с минарета, смертная казнь через зарезание, повешение и т.д.
За преступления против власти и религии обычно наказанием была смертная казнь во всех её видах, и
приводилась она в исполнение немедленно. Эмирские чиновники обязаны были докладывать эмиру о всех
лицах, приговорённых к смертной казни, если такой приговор не постановлялся им самим.
Смертная казнь и телесные наказания совершались эмирскими паланами обычно в базарные дни на
площадях для устрашения народа и внушения ему необходимости безропотного подчинения власти.
Характерно, что в Бухарском эмирате в большинстве случаев наказание определялось альтернативно
– лишение свободы и денежный штраф. Поэтому, несомненно, богач обходился уплатой денежного штрафа, а
бедняк оказывался в тюрьме. Следует, отметить также и то, что лишение свободы определялось обычно без
указания срока.
Судебная власть в Бухаре, кроме казиев и раисов, принадлежала также Куш-беги и лицам местной
администрации – бекам, амлякдарам, пользовавшимся правом разбора различных дел.
Этот факт как нельзя более ярко подтверждает феодальный характер права в Бухарском эмирате.
Лица, обладавшие силой, даваемой их положением в системе государственной власти, вместе с тем брали на
себя функции правосудия.
Устройство и деятельность судов Бухарского эмирата показывают нам, что суд в Таджикистане до
Великой Октябрьской социалистической революции в России являл собой надёжное правовое учреждение
для защиты феодальной собственности и правопорядка в интересах господствующего класса. Суд был
поистине тонким орудием защиты денежного мешка, хотя на первый взгляд могло показаться, что казийские
60
суды в Бухарском эмирате были подчинены в своей деятельности только шариату, который номинально
одинаково защищал всех правоверных.
КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: судопроизводство, адвокатура, адвокат, институт адвокатуры, деятельность судов Бухарского эмирата.
1.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
8.
9.
Л ИТЕР АТУРА
История таджикского народа. Под ред.акад. АН РТ Н. Негматова. – Т. 2. – Душанбе, 1999. – с. 15.
История таджикского народа. Под ред.акад. АН РТ Н. Негматова.– Т. 2. – Душанбе, 1999. – с. 147.
Розиков Ш.Р К истории Советского Суда в Таджикистане. Под. общ. ред. С.А. Раджабова Сталинобод 1960г.
Ф. Энгельс, Людвиг Фейербах, Госполитиздат, 1947. с. 71.
В.И. Ленин, Соч., т.26, с. 421.
А. Маджлисов, Каратегин накануне установления Советской власти. Сталинабад, 1959, с. 30.
И.И. Крылцов, Государственное управление и суд в Среднеазиатских ханствах накануне завоевания Туркестана царской
Россией. Учёные записки Свердловского юридического института, Т. 2, 1947, с. 49-50.
Х.С. Сулаймонова, Реакционная сущность уголовно-правовых норм шариата, действовавших в узбекских ханствах до
присоединения их к России, учёные записки юридического факультета, САГУ, II, Ташкент, 1956, с. 2.
Хидая, т. II, Ташкент, 1893, с. 2.
ИСТЕЊСОЛОТИ СУДИИ ДАВРАИ ЌАДИМИ ТОЉИКИСТОН
Дар маќолаи мазкур оиди маќомотњое, ки истењсолоти судиро дар њама марњилањои давлатдории тољикон ба амал
мебароварданд, сухан меравад.
THE SHIPPRODUCTION OF ANCIENT OF TAJIISTAN
The article considers about the organizations which reliud about the shipproduction for all types of state governing of tajiks.
Њ УЌ УЌ
КОРПОРАТИВНОЕ УПРАВЛЕНИЕ В МЕЖДУНАРОДНОЙ ПРАКТИКЕ
КОРПОРАТИВНЫХ ОТНОШЕНИЙ
В.В. Пияров
Институт государства и права АН РТ
Говоря об управлении в акционерном обществе необходимо отметить, что в настоящее время его
также именуют корпоративным управлением. Многие понимают и толкуют его не как особый вид
управления, а как управление, осуществляемое преимущественно нормами права, содержащимися в
многочисленных документах о деятельности акционерного общества[1]. Но в зарубежной практике
существует и иной, более строгий, узкий подход к определению данного понятия. Наиболее распространенная
точка зрения на данное явление выражается в том, что «корпоративное управление – это система
взаимоотношений между менеджерами компаний, её владельцами-акционерами и советом директоров по
вопросам обеспечения эффективности деятельности компании и защите интересов владельцевакционеров»[2].
В связи с этим актуальным является изучение зарубежного опыта правового регулирования
корпоративных отношений, исследование, как позитивных возможностей, так и недостатков, свойственных
различным системам права. Компетентная оценка этого опыта с позиций потребностей практики
регулирования новых корпоративных отношений и обоснование последовательных и прагматических
выводов, по-нашему мнению, отчасти могли бы послужить преодолению некоторых ошибок, допускаемых
при проведении масштабной переработки нормативного материала и формированию новых подходов в
интересах преодоления инвестиционного кризиса и промышленного спада в отечественной экономике.
61
Право и практика корпоративных отношений в США связывают право акционера на
беспрепятственную продажу акций на фондовом рынке с эффективностью механизма внешнего контроля за
деятельностью акционерных обществ. По мнению известного специалиста в области корпоративного
управления Марека Хесселя[3], под давлением финансового рынка менеджеры вынуждены делать все, чтобы
акционеры не изымали свою долю капитала из активов компании, хотя эффективность рынка как
инструмента контроля во многом зависит от того, насколько легко могут недовольные акционеры
ликвидировать свои акции. Вместе с тем этот же автор отмечает, что пока не будут созданы инфраструктура их
обязательного исполнения, судебная система, органы контроля над деятельностью корпораций,
исполнительные органы и т.д., трудно полагаться на новую законодательную среду как на гаранта
эффективного управления. Что же касается фондового рынка, то вряд ли он здесь когда-либо обретет глубину
и изощренность, характерную для американского финансового рынка, или же сможет играть в системе
управления такую же роль, какую английский и американский рынки играют в Великобритании и США. Но
даже если фондовые рынки и смогут сыграть здесь когда-либо такую роль, то отнюдь не в переходный
период. Достижение достаточной глубины и эффективности фондового рынка станет знаком завершения
переходного периода[4].
Международный опыт формирования моделей корпоративного управления не однороден. В мире
существует, по меньшей мере, три совершенно различные модели корпоративного управления.
Формирование моделей, которые представляют на сегодняшний день комбинацию деловой практики,
правового обеспечения и норм корпоративной этики и культуры происходило на протяжении всего 20-го века,
а их развитие не прекращается и по сей день.
В Англии и США полностью доминирует англо-американская модель управления, которая базируется
на жёстком разграничении собственности и управления. В англо-американской системе права собственник
признаётся единственным обладателем прав на компанию. Участники корпоративных отношений сведены к
узкому кругу – это собственник, менеджеры, совет директоров. Вмешательство государства в дела компании
если не исключено, то весьма ограничено.
Континентальная модель права напротив ограничивает права собственника компании, ставя интересы
общества и государства выше интересов собственника, вовлекая в корпоративные отношения различные
группы «стейкхолдеров». Не обладая гибкостью прецедентной системы, европейская модель, тем не менее,
весьма эффективно осуществляет контроль компании и за её деятельностью посредством строгой финансовой
отчётности и участие в управлении компанией.
Если в англо-американской системе права менеджер ответственен перед собственником, то в
континентальной системе права его ответственность как бы проистекает из сути самой компании, становится
воплощением общественной модели компании как организации грамотно управляемой, учитывающей
интересы общества[5].
Японская модель, формулировалась под влиянием первых двух систем и учитывала свои
национальные особенности, предусматривающие взаимное проникновение капитала и ориентацию
компании, прежде всего на общие корпоративные и государственные интересы. При этом менеджеры
полностью контролируют их, являясь практически единственными участниками однопалатного совета
директоров.
Каждая модель из вышеперечисленных определяет пути устранения противоречий в соответствии с
основополагающими принципами и содержит в себе механизм контроля над корпорациями и общего
управления корпоративными отношениями со стороны общества.
Как известно, пока не сформировалась общепризнанная система корпоративного управления в странах
бывшего Советского Союза. Многие принципы корпоративного управления, которые уже давно стали частью
функционирования большинства бизнес - организаций на Западе, у нас пока только формируются.
При этом почти все проблемы корпоративного управления, так или иначе, связаны с недостаточной
эффективной работой Совета директоров. В соответствии со своими функциями именно этот орган должен
осуществлять контроль за менеджерами, защищать интересы акционеров.
Как указывалось, в основу построения функциональной схемы Совета директоров законодатель
положил американскую модель. К этому имеются определенные предпосылки, связанные с
представительством в системе корпоративных отношений и управления деятельностью корпорациями.
Продажа акций в процессе приватизации создала относительную "распыленность" участия в акционерном
капитале, что придает определенную схожесть с американскими корпорациями открытого типа, где также
имеется значительная "распыленность" акций. По мнению профессора Оксфордского университета Колина
Мейера, в условиях, когда отсутствует один доминирующий над прочими акционер, ни один из акционеров и
ни одна из групп акционеров не могут потребовать признания своих особых прав, в том числе и прав на
представительство в управлении[6].
62
Однако на практике возможны конфликты интересов, и в такой ситуации особое значение будет иметь
формирование Совета директоров общества, поскольку должно быть обеспечено представительство
различных групп акционеров (в отличие от случая, когда контрольный пакет находится у одного владельца,
либо контроль над принятием решений обеспечивается голосами небольшого количества акционеров).
Фактическая "распыленность" акций среди многих владельцев также иногда создает определенные трудности,
поскольку усложняет не только избрание Совета директоров, но и впоследствии может затруднить выработку
и практическую реализацию Советом директоров корпоративной стратегии, а это в свою очередь ослабит
позиции общества на рынке[7]. Поэтому определенный интерес представляют положения американской и
немецкой корпоративных доктрин и законодательства США и Германии, в частности, об избрании и
функционировании Советов директоров корпорации.
Так американская доктрина и законодательство США рассматривает Совет директоров корпорации
как унитарный институт, действующий на основе представительства интересов акционеров, но призванный
служить исключительно корпорации в целом[8]. При этом директорам запрещается использовать свое
положение во вред акционерам. Жесткие и многообразные требования относительно представления
акционерам информации, которым обязаны следовать американские корпорации открытого типа,
одновременно с правом предъявления коллективного иска или привлечения директоров к суду являются
эффективными инструментами защиты акционеров от небрежности и обмана.
В данной области национальное законодательство и правоприменительная практика не имеют пока
какого-либо значительного опыта. Эта большая и сложная проблема является серьезным пробелом и,
вероятно, заслуживает отдельного рассмотрения.
Для решения этих задач члены Совета директоров наделяются полномочиями и выполняют
соответствующие их рангу обязанности, т.е. осуществляют требуемые от них действия в соответствии с
определёнными стандартами поведения.
Корпоративная практика развитых стран устанавливает три главных стандарта поведения членов
органа управления акционерным обществом. Члены Совета директоров обязаны вести свою деятельность в
интересах общества, добросовестно и разумно.
Для объяснения указанных стандартов необходимо обратиться к опыту, накопленному в странах с
развитыми правовыми системами, поскольку ни наше законодательство, ни судебная практика не разъясняют,
что значат эти понятия.
Наиболее интересным представляется опыт англо-американской системы права, в которой действует
прецедентное право, предусматривающее широкий простор для толкования правовых концепций. В этих
странах понятия, описывающие две основные обязанности членов Совета директоров, разработаны довольно
тщательно. К этим обязанностям относятся:
– обязанность проявлять заботливость;
– обязанность соблюдать лояльность.
В европейских странах сложилась несколько иная ситуация: в теории предусмотрены те же
обязанности, но судебная практика пока не богата. Рассмотрим главные признаки указанных обязанностей.
Обязанность проявлять заботливость означает, что член Совета директоров действует с достаточной
осмотрительностью, усердием и
обладает необходимыми навыками. В Типовом кодексе бизнеса
корпорации обязанность проявлять заботливость, определена следующим образом: «Директор должен
исполнять свои функции члена Совета директоров, в том числе и члена комитета Совета директоров, вопервых, добросовестно и, во-вторых, в манере, которая он разумно полагает, соответствует жизненно важным
интересам общества»[9]. Это положение разъясняется в документе, разработанном в рамках проекта
корпоративного управления Американского института права. Считается, что стандарт заботливости
соблюдён, если выполнены два условия:
1) надлежащая заботливость, проявленная до принятия решения, при удостоверении
соответствующих фактов и прав;
2) решение принято после разумного обсуждения.
Именно в связи с рассматриваемой обязанностью в англосаксонской правовой семье возникло правило
бизнес суждения. Это правило означает: директор, который действовал в момент принятия решения разумно и
с должной заботливостью может быть освобождён от ответственности, даже если компания понесла убытки
в результате реализации решения[10].
На практике обязанность проявлять заботливость выражается в том, что директор должен:
– регулярно присутствовать на заседаниях Совета директоров и принимать в них активное участие;
– вносить вопросы на повестку дня, и при необходимости требовать проведение внеочередного
собрания;
– внимательно изучать все вопросы, по которым Совет директоров принимает решение, даже, если
эти вопросы находятся вне профессиональной сферы данного директора;
63
– в разумных пределах пользоваться правом контроля за деятельностью исполнительных органов
компании;
– относиться к капиталу фирмы при его использовании, как если бы он принадлежал ему самому.
Для обеспечения надлежащего исполнения данной обязанности требуется, чтобы исполнительные
органы предоставляли Совету адекватную информацию и чтобы члены Совета были надлежащим образом
осведомлены о ситуации в компании.
Обязанность соблюдать лояльность в целом означает, что члены Совета должны действовать в
интересах общества. Однако на деле принцип лояльности шире. Он включает в себя также стандарты
поведения директора при возникновении конфликтов между компанией и директором. Среди таких
конфликтов следует выделить конкуренцию общества с директором, являющимся в какой-либо иной своей
деятельности участником рынка, где развивается бизнес данного общества или на смежных рынках.
С точки зрения действия членов в интересах общества как единого целого следует отметить, что в
развитых правовых системах существуют проблемы определения «интересов общества». Считается, что
акционерное общество, как и любое другое неодушевлённое образование не может иметь интересов. Таким
образом, следует установить, чьи же интересы в наибольшей мере выражают интересы общества. Для ответа
на данный вопрос было выработано две теории:
– теория акционеров;
– теория заинтересованных лиц.
Согласно первой теории, каждый директор должен действовать в интересах всех акционеров, т.е. его
деятельность не должна зависеть от тех лиц, которые его выбирали или выдвигали в члены Совета директоров.
Всем директорам следует выработать взвешенный подход к позициям, занимаемым различными
акционерами[11].
В основе второй теории лежит утверждение, что в процессе принятия решения Совет директоров и его
члены должны учитывать не только интересы всех акционеров, но и интересы других сторон, таких как
работники, контрагенты, клиенты, государство, общественность. Теория заинтересованных сторон
характерная, прежде всего, для стран континентальной правовой системы, в последние годы получила
широкое распространение в англосаксонских странах[12]. В частности в некоторых американских штатах
приняты законы о так называемых «других заинтересованных сторонах».
Факт избрания в члены Совета директоров означает, что директор выражает личную признательность
обществу и признаёт приоритет интересов общества над своими собственными. Например, в законодательстве
США предусмотрена норма, указывающая, что член Совета директоров не вправе использовать
коммерческие возможности, которые соответствуют деятельности корпорации, способны принести ей
выгоду и могут быть ею реализованы, а также, если корпорация имеет в отношении этой возможности
экономический интерес или разумные ожидания[13].
Иными словами директор вправе воспользоваться коммерческой возможностью, если:
– во-первых, рассматриваемая возможность возникла не в связи с деятельностью в качестве члена
Совета;
– во-вторых, корпорация сама отказалась от данной возможности;
– в-третьих, корпорация не должна заниматься данным видом деятельности в силу требований
устава;
– в-четвёртых, контрагент, сотрудничество, с которым необходимо для использования имеющейся
возможности отказался вести дела с корпорацией.
Следует отметить, что на практике вопрос о должном соблюдении интересов акционерного общества
решается в соответствии с особенностями каждой конкретной ситуации.
В развитых странах существует такой важный признак обязанностей членов Совета директоров, как
непосредственная связь между непосредственным исполнением обязанностей и возможностью привлечения
директоров к ответственности. При этом как уже отмечалось выше, действие, причинившее вред обществу
считается «правомерным», если члены Совета директоров выполнили свои обязанности должным образом.
Следует подчеркнуть, что проблеме, связанной с исполнением надлежащим образом обязанностей
членов Совета директоров, в отечественной правовой науке пока не уделялось должного внимания. Очевидно,
что многое будет решаться в процессе развития судебной практики, так как понятия «добросовестность»,
«разумность», «лояльность» и «заботливость» не могут быть урегулированы в законодательстве
исчерпывающим образом. В тоже время крайне важно изучить законодательство, теорию и практику
развитых в этом смысле стран, внедрить надлежащие стандарты деятельности членов Совета директоров в
отечественные корпоративные отношения, не допуская ошибок, которые имели место в решении данного
вопроса у иностранных законодателей и правоприменителей.
КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: корпоративное управление, правовое регулирование корпоративных отношений, развитие судебной практики.
64
1.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
8.
9.
10.
11.
12.
13.
Л ИТЕР АТУРА
Эрделевский А.М. О защите личных неимущественных прав акционеров // Хозяйство и право. 1997. N 6. с.30.
Мейер К. Корпоративное управление в условиях рыночной экономики и экономики переходного периода. М., 2001 с. 12.
Хессель М. Совет директоров корпорации: контроль через представительство // Корпоративное управление. Владельцы, директора
и наемные работники акционерного общества. М., 1996. с.41.
Плахин А.А. «Управление в акционерных обществах» Законодательство №3 1997г. с.21.
Шило М. Корпоративное управление- мода или необходимость. Акционерное Общество №11 2001г. с.37.
Мейер К. Корпоративное управление в условиях рыночной экономики и экономики переходного периода. М., 2001 с.17.
Зайберт У. Законодательство ФРГ об обществах, основанных на объединении капиталов (акционерное общество и общество с
ограниченной ответственностью) // Основы немецкого торгового и хозяйственного права. М., 1995. с.45.
Корпоративное законодательство США . Revised model business corporations Act. с.917-918 W/ 1999.
Корпоративное законодательство США . Revised model business corporations Act. с.917-918 W/ 1999.
там же стр. 972.
Ломакин Д.В. Акционерное правоотношение. М., 1997. с.26 – 27.
Corporative governance. Hansen C.1999 Chicago с. 323-324.
Корпоративное законодательство США . Revised model business corporations Act. с.917-918 W/ 1999.
ИДОРАКУНИИ КОРПОРАТИВЇДАР ТАЉРИБАИ БАЙНАЛМИЛАЛИИ МУНОСИБАТҲОИ КОРПОРАТИВЇ
Дар мақолаи мазкур сохтори идоракунии корпоративї дар қонунгузориҳои миллии гуногун, дарёфти далелњое, ки ба ташаккули
шўрои директорон ҳамчун намунаи (модел) тақсимоти вазифҳои идоракунї ва назорат дар дохили ҳамин сохтор таъсир мерасонад, нақши
меъёрњои қонунгузорї дар сохтори мақомоти љамъиятї саҳомї, мавриди таҳқиқ қарор дода шудаанд.
Дар мақола ба таҳлили тафриқаи шўрои директорон тибқи қонунгузории чунин мамлакатҳо аз қабили ИМА ва Бритониёи
Кабир, ба тақсимоти вазифаҳои идоракунї дар сохтори мақомоти љамъиятї сањҳомї низ таваљљўҳ дода шудааст.
CORPORATE MANAGEMENT IN THE INTERNATIONAL PRACTICE OF CORPORATE RELATIONS
Article «Corporate management in the international practice of corporate relations» is devoted to research of corporate management system in
various national legal orders, to revealing factors influencing formation of Board of directors as allocation of functions model of management and the
control over this system, definition of the legal nature of connections in the system of the bodies of joint-stock company.
The special place in Article is given to differentiation analysis of models of board of directors as a result of various legislative approaches in
countries as USA and Great Britain, to division of function of management and control over system of agencies of joint-stock company.
МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ НАСЛЕДСТВЕННЫХ
ОТНОШЕНИЙ
А. Абдухаликов
Таджикский национальный университет
Вследствие глобализации и миграции населения во всем мире во 2-й половине ХХ и начале XXI веков
существенно возросло заключение браков между гражданами разных стран, рождение в подобных
смешанных брачных союзах детей, международное усыновление и т. д. – все это порождает проблемы
адекватного правового упорядочения общественных отношений по наследованию с участием иностранных
физических и юридических лиц.
Необходимость регулирования вышеуказанных отношений обусловливает существование
специальных коллизионных норм, которые составляют основу международного частного права любого
государства. Наличие же иностранного элемента в этих отношениях порождает явление, именуемое в
юридической науке “коллизией” законов.
Специфика правового регулирования в области международного частного права определяется тем, что
государство принимает специальное законодательство по вопросам внешних связей, нормы которого не
сливаются с другими нормами внутренней системы права, а носят обособленный характер. Эти нормы
приняты исключительно для регулирования отношений с иностранным элементом.
Таким же образом, отношения по наследованию, являясь международными, имманентно связаны с
несколькими национальными правопорядками, что вызывает необходимость выбора между законами разных
стран. Проблема выбора права, подлежащего применению к тому или иному частноправовому отношению,
осложнённому иностранным элементом, является предметом коллизионного права. Это соответствующий
65
коллизионно-правовой инструментарий для отыскания компетентного закона в целях регламентации данного
отношения. Принципиальным звеном в нем выступает совокупность особых предписаний – коллизионных
норм. Определенный с их помощью правопорядок, который и будет регулировать наследственные
отношения, традиционно именуется в теории и практике наследственным статутом.
Этому соответствует и метод международного частного права как совокупность конкретных приемов,
способов и средств юридического воздействия, направленного на преодоление коллизии права разных
государств.[1]
Однако коллизионные нормы разных государств отличаются по своему содержанию и по-разному
решают коллизионные вопросы. Для одного и того же дела выбор права будет разным в зависимости от того,
по коллизионным нормам какого государства он будет осуществляться. Возникает так называемая «коллизия
коллизий», являющаяся существенным препятствием в осуществлении наследственных отношений.
Для преодоления этого противоречия с конца ХIХ в. начался процесс унификации – создания
единообразных коллизионных норм. С этой целью государства заключали международные договора, в
которых формулировались единообразные коллизионные нормы.
Практика показала, что наиболее целесообразным является заключение соглашений, направленных на
унификацию правового регулирования отношений между странами, в которых единообразные материальноправовые нормы дополняются унифицированными коллизионными нормами, отсылающими к
национальному законодательству, подлежащему применению по вопросам, не урегулированным такими
нормами.
Коллизионные вопросы наследования регулируются обычно внутренним законодательством
государств. Многосторонние соглашения в этой области есть лишь по отдельным вопросам.
К Международным договорам как инструмент правовой регламентации отношений по наследованию,
относятся конвенции, призваные регулировать процесс правоприменения в ситуации с наследованием. Это Конвенция о коллизии законов, касающихся формы завещательных распоряжений, совершена в Гааге 1
августа 1961 г. и Конвенция о праве, подлежащем применению к наследованию, недвижимого имущества,
совершена в Гааге 1 августа 1989 г.
Конвенция о коллизии законов в отношении форм завещания допускает возможность применения
законодательства той страны, гражданином которой лицо являлось на момент составления завещания, либо в
котором лицо постоянно проживало.
В зависимости от конкретной ситуации Конвенция предусматривает возможность применения
законодательства той страны, в которой лицо либо преимущественно проживало, либо обладало
гражданством. Конвенция также допускает применение законодательства той страны, где постоянно
находилось недвижимое имущество, выступающее предметом наследования, а также законодательства той
страны, с которой у лица имелись наиболее тесные связи. Ст. 3 данной конвенции предусматривает, что лицо
имеет право выбора правовой системы.
В соответствии с Гаагской конвенцией отменяющей требование дипломатической или консульской
легализации иностранных официальных документов на ряде официальных документов, исходящих от
учреждений и организаций стран-участниц, должен проставляться специальный штамп, так называемый
«апостиль», удостоверяющий "подлинность подписи, качество, в котором выступало лицо, подписавшее
документ, и, в надлежащем случае, подлинность печати или штампа, которыми скреплен этот документ"
(Статья 5 Гаагской конвенции). Апостиль проставляется учреждением иностранного государства.
По смыслу Гаагской конвенции, отменяющей требование легализации, под официальными
документами понимаются, в частности, документы, исходящие от нотариуса, административных и судебных
органов, свидетельства о регистрации актов гражданского состояния, иные документы, исходящие от органа
или должностного лица, подчиняющихся юрисдикции государства-участника Конвенции.[2]
Гаагская конвенция не распространяется на документы дипломатических или консульских
учреждений, на документы, прямо относящиеся к таможенным и коммерческим операциям.
Таким образом, для установления компетентного правопорядка приведенные конвенции рекомендуют
в зависимости от сложившейся ситуации использовать:
- законодательство той страны, гражданством которой лицо обладало до своей смерти или к моменту
составления завещания;
- законодательство того государства, где лицо обычно или постоянно проживало до времени своей
кончины или в то время, когда оно сделало завещательное распоряжение;
- законодательство того государства, где постоянно находилось недвижимое имущество, выступающее
предметом наследования.
Физическим лицам, подпадающим в той или иной форме под действие конвенций, предоставляется
возможность осуществить выбор и иного права для регламентации правоотношений в сфере завещательных
распоряжений. Гаагская конвенция 1961 г. просто констатирует право лица на обладание таким выбором, а
66
Гаагская конвенция 1989 г. уже требует юридического оформления подобного выбора посредством
составления соответствующего заявления. Форма заявления, его содержание и иные требования определяются
по законодательству той страны, где оно составляется. Данные конвенции разрешают и применение права той
страны, с которой у лица имеется наиболее тесная связь.
Конвенции обладают и специфическими, присущими только им свойствами, так, согласно Гаагской
конвенции 1989 г. коллизионные принципы призваны устанавливать и действительность соглашения по
наследованию - документа особого рода, который составляется участниками правоотношений по
наследованию и определяет когда возникает право на наследство, как оно изменяется или прекращается.
По Гаагской конвенции 1989 г. недопустимо возникновение наследственных притязаний друг к другу у
лиц, находящихся под юрисдикцией различных государств, если не ясна очередность, с которой
осуществляется призыв к наследованию (ст. 13). Данная статья позволяет избежать возникновения проблем с
наследованием имущества, если в правопорядке того или иного государства не содержится норм об
официальном признании факта смерти лица. Еще одной особенностью Конвенции является то, что она
очевидную взаимосвязь между правом государства, которому лицо желает подчинить режим наследования
своего недвижимого имущества, и объемом этого имущества.
Гаагская конвенция 1989 г. стремится избежать возникновения негативных последствий в ситуации,
когда государство, в котором находится наследуемое имущество, устанавливает некие особые правила для его
наследования, исходя из экономических, социальных или политических мотивов. Статья 15-я данной
конвенции провозглашает недопустимым всякое неблагоприятное воздействие на нормы национальных
правовых систем.
Положения, регулирующие процесс установления соответствующего права, содержит и Гаагская
конвенция о праве, применимом к имуществу, распоряжение которым осуществляется на началах
доверительной собственности и о его признании от 1 июля 1985 г.
Эта конвенция обладает наибольшим числом специфических деталей. Содержащийся в ней порядок
установления права существенно отличается от того, что предложен рассматриваемыми выше документами.
Она избегает применения коллизионных привязок и рекомендует лицу, передающему наследуемое
имущество самому избирать право. Этому лицу вменяется в обязанность сформулировать мотивы своего
выбора в специально подготовленном акте (ст. 6). Если лицо не выбрало право, то применяются предписания
той правовой системы, с которой наследование доверительной собственности наиболее тесно связано. Для
установления такой правовой системы, Конвенция предлагает прибегнуть к ряду формул, указывающих, к
законодательству какой страны следует обратиться. Эти формулы несколько отличаются от изложенных
выше.
- законодательство страны, на территории которой действует доверительный собственник
наследуемого имущества;
- законодательство страны - место нахождения центра управления трастом, фондом.
Данные формулы также призваны указать, нормами и предписаниями какой именно страны следует
руководствоваться в правоотношениях между собой лицам, участвующим в процессе наследования
доверительной собственности.
Гаагская конвенция относительно международного управления имуществом лиц от 2 октября 1973 г. и
Вашингтонская конвенция о единообразном законе о форме международного завещания от 26 октября 1973 г.
регламентируют иные вопросы.
Первый из названных документов направлен на решение тех проблем, которые возникают уже после
вступления завещания в силу и закрепляет стремление государств - его участников - к учреждению
международного сертификата по установлению круга лиц, допущенных к управлению движимым или
недвижимым имуществом умершего. Такой сертификат составляется компетентным органом, как правило,
судебной или административной инстанцией, в государстве - месте обычного проживания. Процедура
признания сертификата осуществляется путем простого оглашения. После признания сертификата его
владелец приобретает право, предъявив сертификат, принимать любые защитные и срочные меры в
отношении наследуемого имущества. На практике это позволяет собирать информацию о составе
наследственной массы, установить наиболее приемлемые цены, если возникла необходимость продажи
имущества для покрытия долгов наследодателя и др.[3]
Вторая из указанных конвенций - многосторонняя Конвенция о форме международного завещания,
принятая на дипломатической конференции в Вашингтоне 26 октября 1973 года регламентирует применение
так называемого единообразного закона о форме международного завещания, то есть Вашингтонская
конвенция направлена на создание единообразных материально-правовых норм, устанавливающих форму
завещания. Ее основу составляют две группы требований для государств-участников. Во-первых, государствоучастник вносит в свое законодательство правила составления международного завещания, предусмотренные
конвенцией (приложение 1), либо оно использует их перевод на официальный язык своей страны. Во-вторых,
67
государства-участники должны создать институт уполномоченных лиц, которые будут действовать в сфере
международных завещаний.
Вашингтонская конвенция требует, чтобы завещание было написано собственноручно наследодателем
и им же подписано. Он же должен в присутствии двух свидетелей и уполномоченного лица сделать об этом
заявление, причем свидетелям и уполномоченному не обязательно знать о содержании завещания[4]. Если
наследодатель не в состоянии подписать завещание, он извещает об этом уполномоченное лицо и указывает,
кто подпишет документ от его имени. Об этом делается соответствующая запись в завещании.
Данное соглашение в значительной степени обеспечивает принцип свободы завещания и создает
условия для отмены или изменения уже совершенного завещания в случае необходимости.
Последним многосторонним соглашением, действующим в сфере наследования является Конвенция о
праве, подлежащим к применению к наследованию недвижимого имущества (Гаага, 1 августа 1989 г.). Данная
конвенция также предоставляет возможность выбора права для регламентации правоотношений в данной
сфере.
Вопросы наследования регулируются также в двухсторонних договорах о правовой помощи по
гражданским, семейным и уголовным делам и в многосторонней Конвенции стран СНГ о правовой помощи и
правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 7 октября 2002 года.
Эта конвенция была подписана странами СНГ за исключением Туркменистана и Узбекистана. Со
стороны Азербайджана было выражено особое мнение по ряду положений, Украиной сделана оговорка,
согласно которой эта страна исключает признание и исполнение нотариальных актов в отношении денежных
обязательств. После выполнения государствами, подписавшими Конвенцию, соответствующих процедур она
вступает в силу для каждого из них на тридцатый день с даты сдачи на хранение депозитарию
ратификационной грамоты.
Двусторонними договорами о правовой помощи и Конвенцией от 7 октября 2002 года предусмотрено,
что защита личных имущественных и неимущественных прав граждан Договаривающихся Сторон
осуществляется на основании принципа национального режима. Документы, которые на территории одной из
Договаривающихся Сторон выданы или засвидетельствованы компетентным учреждением и по
установленной форме и скреплены гербовой печатью, принимаются на территориях всех других
Договаривающихся Сторон без какого-либо специального удостоверения[5].
Документы, которые на территории одной из Договаривающихся Сторон рассматриваются как
официальные документы, пользуются на территориях других Договаривающихся Сторон доказательной
силой официальных документов (ст. 12 указанной конвенции).
В отношении наследования иностранцами в Республике Таджикистан никаких ограничений не
установлено; им предоставляется в области наследования национальный режим независимо от того,
проживает они в РТ или нет. Предоставляя иностранцам, национальный режим в области наследования, наше
право не ставит условия о взаимности.
Из этого принципа исходят и большинство договоров о правовой помощи, предусматривающие, что
граждане одной страны в отношении наследования полностью приравниваются к гражданам другой страны.
В этих договорах идет речь о признании за иностранцами способности наследовать по закону и по завещанию
наравне с собственными гражданами, переходе наследственного имущества к наследникам-иностранцам на
таких же условиях, что и к собственным гражданам в отношении способности к составлению и отмене
завещания на имущество, находящееся на территории соответствующей страны.
КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: наследственные отношения, коллизионные нормы, договора о правовой помощи, завещание на имущество.
Л ИТЕР АТУРА
1. Международное частное право. Под ред. Г. К. Дмитриевой. М.: Проспект. c. 16 – 17.
2. Салибаева Н.А., Сулаймонов Ф.С. Институт легализации иностранных официальных документов в Республике Таджикистан:
вопросы предпринимательского и международного частного права. Душанбе: Эљод, 2008. c. 21 – 22.
3. Власов Ю.Н. Наследственное право РФ. Учебно-методическое пособие. М.: Изд-во Пропаганда, 1998. c. 157.
4. Международное частное право. М.: ТК Велби, Проспект, 2008. c. 532.
5. Салибаева Н.А., Сулаймонов Ф.С. Институт легализации иностранных официальных документов в Республике Таджикистан:
вопросы предпринимательского и международного частного права. Душанбе: Эљод, 2008. c. 56.
ТАНЗИМИ БАЙНАЛХАЛЌЇ-ЊУЌУЌИИ МУНОСИБАТЊОИ МЕРОС
Дар маќолаи мазкур баъзе масъалањое, ки ба механизми байналхалќї-њуќуќии танзими муносибатњои мерос дахл доранд, дида
баромада шудааст.
THE INTERNATIONAL-LEGAL REGULATION OF HERITAGE’S RELATION
68
In this article it is considered some guestions to subjects of the mechanism of international law regulating of inherited relations.
ХУСУСИЯТЊОИ ТАШАККУЛИ ЊОКИМИЯТИ ДАВЛАТЇ ДАР АЊДИ
ТОЊИРИЁН
Н.И. Бобоева
Донишгоњи миллии Тољикистон
Тавре ки маълум аст, раванди устуворшавии давлатдории халифагони араб дар кишварњои тобеъ
якрангу њамвор сурат нагирифтааст. Ва табиист, ки дар он њатман бояд намояндагони дудмонњои мањаллї
сањм мегирифтанд. Зеро арабњо дар усул ва суннатњои давлатдорї аз ќавмњои иронинажод дар сатњи поин
ќарор доштанд. Ин омил, яъне иштироки ашрофзодагони мањаллї дар тањким ва устуворшавии низоми
давлатдорї ба вижа дар ањди халифагони аббосї рушантар ба назар мерасад. Аз ин хотир аст, ки халифагони
аббосї маљбур шуданд, ки ба вилоёти шарќии хилофат мухторият эњдо намоянд. Аз як љониб, бо ин амал
аббосиён мехостанд, пеши роњи тавсеаи љунбишњои озодихоњонаи мардуми мањаллиро гиранд ва аз
тарафи дигар, бо љалби ашрофони мањаллї ба идораи давлатї дастгоњи идории худро ба мањалњои
ишѓолшуда ва тобеъ наздик намоянд. Ин гом бори нахуст дар ањди халифа Абуљаъфари Мансур (754-775)
бардошта шуд ва баъдтар аз xониби ворисонаш идома ёфт.
Аз миёни ашрофзодагони мањаллї аввалин шуда хонадони тољикии Бармакиён пешнињод
шудаанд.[1] Баромади эшон аз шањри бостонии Балх буд, ки дар он љо аљдодони онњо хидматгузорони
маъбади Навбањор буданд. Баъди хароб шудани Балх бар асари њуљуми арабњо, намояндагони хонадони
Бармакиён дар обод кардани шањр фаъолона иштирок карданд. Дар даврони халифа Мансур онњо ба
маќомоти идораи њокимияти марказї пешбарї шуданд ва батадриљ идораи Хуросон ба ихтиёри онњо
гузашт. Аз байни ин хонадон, ба хусус Фазл ибни Яњё ќоиммаќоми Хуросон дар солњои 794- 795 соњиби
нуфузу маќоми намоён гардида буд. Тибќи баъзе хабарњо ў тавонистааст, ки аз њисоби ањолии мањаллї
лашкари бузурге-ќариб 500 њазор теъдодаш љамъ оварад.[2]
Аммо аз болоравии маќом ва нуфузи хонадони Бармакї хавф бурда, халифа Њорунаррашид ба зудї
намояндагони ин хонадонро аз байн бурд (дар таърихи 28-уми январи соли 803).
Бо вуљуди ин, халифагони аббосї наметавонистанд пеши роњи болоравии нуфузи ашрофони
мањаллиро гиранд. Ба зудї ба арсаи сиёсат намояндагони хонадони дигари тољикон – Тоњириён мебароянд.
Пешдоди хонадон Розиќ дар хидмати њокими Сиистон Абу Муњаммад Талҳа ибни Абдуллоњ ал-Хузаи дар
ањди ќоиммакоми Хуросон Салм ибни Зиёд (681-683) меистод. Ворисони ў Мусъаб, Њусейн ва Тоњир
њокимияти шањри Бушанљро дар вилояти Њирот ба даст оварданд. [3]
Ахирї – Тоњир дар фурў нишондани шўриши Рафеъ ибни Лайс (806-810) фаъолона иштирок карда,
баъдан фармондењи ќушуни ќоиммаќоми Хуросон-Маъмун, ки барои тахт бо бародараш Амин мубориза
мебурд, таъин шуда буд. Баъди ѓалабаи Маъмун дар соли 813 Тоњир дар як ваќт ќоиммаќоми Алљазира,
ќумондони низомии пойтахти хилофат – Баѓдод ва раиси идораи молиёти Савод (Ироќ) таъин шуд. Баъдтар
дар соли 821 ў ќоиммаќоми Хуросон таъин мешавад[4]
Мавриди ёдоварист, ки њамвора бо Тоњириён намояндагони хонадонњои дигари тољикї – Сомониён,
дар мањаллњо – афшинњои Уструшан, дар Хутталон хонадони Баниљуриён, Чаѓониён мавќеи сиёсии
худро мустањкам кардаанд. Чун мавриди омўзиши мо Тоњириён њастанд, метавон гуфт, ки аз миёни
ашрофони мањаллї парчами муборизаро барои дастёбї ба истиќлолият хонадони Тоњириён ќудрамандона
барафроштаанд.
Бино бар маълумоти овардаи Табарї, дар солњои аввали њокимияти Маъмун амалан ќудрати
низомиву сиёсї дар дасти Тоњир ва пуштибони ў вазири иронитабор Фазл бинни Сањл буд. Аз љумла,
Маъмун ба иловаи пешбарии Тоњир ба мансабњои баланди зикршуда, ўро ба фурў нишондани ошубњо дар
манотиќи мухталиф ва устувор кардани назму тартибот дар Мосул, Алљазира, Шом ва вилоёти ѓарбї
мефиристод.[5]
Њамзамон болоравии нуфузи Тоњир халифа Маъмунро ба ташвиш наоварда наметавонист. Худи
Тоњир њам, ки хулќу атвори халифагони арабро наѓз медонист, кўшиш мекард, ки аз корњои дар пойтахт
доиршуда дур бошад. Ва бо миёнљигарии вазир Абу Холид, соли 821 Тоњир њокими заминњои шарќии
"мадинат уссадам", яъне Баѓдод таъин шуд. [6]
Ба пешбарии Тоњир ба маќоми ќоиммаќоми Хуросон ва Мовароуннањр, инчунин он омил сабаб
шуд, ки вазъият дар ин вилоёт нотинљ буда, норозигии мардум аз сиёсати Аббосиён меафзуд. Тоњир ягона
њокиме буд, ки назму тартибро дар ин вилоёт таъмин карда метавонист. Саннаи ќоиммаќоми Хуросон ва
Мовароуннањр таъин шудани Тоњир њамчун оѓози њокимияти хонадони Тоњириён (821-873) сабт
шудааст. Тоњириён баръакси Абумуслим, Бармакиён ва дигар хонадонњои мањаллї дар муддати кўтоњ
69
истиќлолияти комил ба даст оварданд, њарчанд ин вилоятњоро расман аз номи халифагони аббосї идора
мекарданд. Кўшиши Тоњириён ба мустаќилияти комил аллакай дар соли 822, баъди он ки бо амри Тоњир
дар хутба дигар номи халифа ёд намешуд, ба назар расид. Ибни Халдун навиштааст, ки хокимони мусулмон
бо дастёбї ба мустаќилият дарњол аз зикри номи халифа дар хутба даст мекашиданд[7].
Мутаассифона, аз воќеа дере нагузашта, Тоњир дар љои хобаш кушта мешавад.
Бо шањодати хидматгоронаш охирини суханони Тоњир пеш аз маргаш он будааст, ки ба њангоми
марг њам мардї бояд дошт.[8] Аз эњтимол дур нест, ки ин кор бо њидояти вазир шуда бошад. Халифа
Маъмун бо изњори таассуф ва њамдардї аз марги Тоњир писари ў Талњаро ќоиммаќоми Хуросон (822-828)
таъин кард. Тибќи ахбори Табарї Талња Хуросонро аз номи бародараш Абдуллоњ, ки машѓули фурў
нишондани шўриш ва ба назм овардани вазъи Сурия ва Миср буд, идора мекардааст. Ба илова, Абдуллоњ
њокими Миср, Сурия, Алљазира ва коменданти Баѓдод буд. Њарчи њам набошад, дар ањди Талња вазъият
дар Хуросон ноором буд. Дар Озарбойљон шўриши Бобак (816-837) идома дошт, дар Сиистон муќовимати
хориљиён хомўш нагашта буд. Дар Мовароуннањр бошад афшини Устурушан мустаќилият ба даст овард.
Баъди вафоти Талња идораи Хуросон ва Мовароуннањр ба дасти Абдуллоњ ибни Тоњир (824-844) гузашт.
Абдуллоњ «њољиби бузург»-и халифа Маъмун буда, ахирї ўро на танњо «мавло, балки бародари худ» хонда
буд. Бо амри халифа дар парчами Абдуллоњ бо њарфњои заррин калимаи Фотењ навишта шуда буд. Дар
ањди Абдуллоњ вазъият дар Хуросон каме мўътадил шуда буд. Ў шўриши алавиёнро дар Толиќон пахш
кард. Вай бар зидди Табаристон лашкар кашида, он љоро ором кард. Ќудрати ў он ќадар устувор буд, ки
халифагони аббосї ба умури дохилии ў дахолат намекарданд. Ба илова, халифа Мўътасим (833-842) аз ў
њароси зиёд дошт. Кўшишњои чандинкаратаи зањр додани Абдуллоњ бенатиља буданд.
Баъди Абдуллоњ писараш Тоњири II (844-862) бо тахаллуси Абутайб ба сари ќудрат омад, ки сиёсати
пешомадонашро босубот ва устуворона давом дод. Вале дар солњои охири њокимияташ ба муќовимати
Сиистон дучор гашт, ки дар он љо намонядагони хонадони дигари тољикнишин – Яъќуби Саффорї устувор
мешуд. Охирин намояндаи хонадони Тоњирї, ки дар Хуросон њокимият кардааст, Муњаммад ибни Тоњир
(862-873) буд, ки аз љониби Яъкуб ибни Лайс сарнагун карда шуд. Тибќи маълумоти муаллифи
«Зайнулахбор» Гардези Муњаммад ибни Тоњир ба корњои давлатї дахолат намекард ва ба корњои ношоиста,
ба айшу ишрат ва зиёфатњои дарборї машѓул буд. [9] Бо истифода аз ин омил њокимони Табаристон, Гургон
ва Кирмон ошуб бардошта, мустаќил шуданд. Дар Сиистон мавќеи Яъќуб ибни Лайси Саффорї ва дар
Мовароуннањр Сомониён хеле устувор гашта буд. Дар ањди Тоњириён марзњои аввалаи кишвар хеле васеъ
гашта буд. Дар давраи њокимияти Талња чанд заминњои дигар ва Устурушан бори дуюм тобеъ карда шуда
буданд. Дар айёми Абдуллоњ марзњо ба шимол тавсеа ёфта, баъзе заминњои туркњои огѓуз фатњ шуда
буданд. Дар солњои шастум Кобул тобеъ карда шуд.
Сарчашмањо хабар медињанд, ки соли 864 Муњаммад ибн Тоњир ба халифа њамчун тўњфа ду фили
љангии дар Кобул ѓанимат гирифташуда, чанд бути буддої ва атриёти зиёде фиристодааст. Њамин тариќ,
марзњои давлатдории Тоњириён аз Ирон то Хоразму Фарѓона, дар щимоли шарќ то Кобул ва сарњади
Бадахшон дар шарќ ва то соњилњои халиљи Форс дар љануб ба тул кашида буданд. [10]
Ин њудуди васеъро Тоњириён тавассути валиањдњои (гумоштањо) худ, ки аз хонадони тоњирї буданд
ва вассалњои худ аз њисоби заминдорони мањаллї идора мекарданд. Њамзамон Тоњириён барои аз даст
надодани мавќеи устувори хеш дар њокимияти марказии хилофат талош доштанд ва маъмулан шањрдории
Баѓдодро њатто баъди аз даст рафтани Хуросон то охири асри 9 дар даст нигоњ медоштанд.
Њокимони тоњирї барои мўътадил ва нашъунамои вазъи иќтисодї ва хољагии мулк кушишњои зиёде
карданд. Дар ин бобат метавон аз фаъолияти Абдуллоњ ибни Тоњир ёдовар шуд. Дар ањди ў низоми нави
объёрї эљод ва ба тартиб оварда, дастури махсус барои объёрии кишвар тартиб дода шуд. Бо амри Абдуллоњ
донишмандони фиќњ дастури махсус дар бораи обёрї – «Китобул ќаннот» (Китоб оиди љўйњои зеризаминї )
тартиб доданд, ки дар Хуросон то њуљуми муѓул дар истифода буд.
Аз васеияти миќёси фаъолияти Тоњириён дар бунёди корезњои зеризаминї он чиз далолат медињад, ки
то њол мардум ин љўйњоро корезњо ё ќаннотњои тоњирї мегўянд.[11]
Тоњириён барои ба назм овардани низоми заминдорї ва дуруст љамъ овардани андозњо чорањо
андешида буданд. Дастури асосї дар ин кор «Китоби молиёти Хуросон» буд, ки дар ибтидои асри 9 аз љониби
Њафс ибни Мансури Марвазї тартиб дода шудааст. Њарчанд ин китоб то замони мо нарасидааст, аммо гумон
меравад, ки дар ањди Тоњириён низоми мукаммали андозѓундорї амал мекард. Дар њар як шањр ва дења
мансабдори махсус барои љамъ овардани андози молї ва пулї машѓул буд. Тибќи маълумоти Табарї андоз дар
Хуросон ќисм ба ќисм соле се маротиба ѓундошта мешуд. Ин низом ба мардум имкон медод, ки моли
истењсолкардаашро ба бозор фурўхта, сари ваќт андозро пардозад. Сиёсати молии Тоњириён, ки онро
метавон давоми анъанањои Сосониён номид, барои нигоњ доштани њадди аќали сатњи зиндагии мардум
равона шуда буд. Ва метавон гуфт, ки ин суннат аз љониби њама хонадонњои тољикнишин риоя карда
мешудааст. Аксари дастурњои эљодшуда дар боби идораи кишвар, ки дар байни онњо мактуби Тоњир ба
70
писараш Абдуллоњ маќоми хос дорад, ба њокимон тавсия медињанд, ки дар бораи табаа ѓамхорї карда, ба
љабр ва сўистеъмоли мансабдорон роњ надињанд, то барои андохти сариваќтии молиёт имкон дода шавад.
Дар байни меъёрњои њуќуќї-давлатие, ки дар мактуби Тоњир ба писараш Абдуллоњ омадааст
(«Насињатнома»), як гурўњ талаботњои њуќуќии ўњдадоркунанда мављуд аст. «Насињатнома» дар ин ќабил
меъёрњо, пеш аз њама, њоким (Абдуллоњ)-ро чун барандаи воќеии ќудрати сиёсї ўњдадор менамояд:
- аз њифзи раъияти хеш[12] ѓофил мебошад;
- адолати иљтимоиро дар муносибат бо бандагон нигоњ дорад;[13]
- њуќуќи эшонро, њифзи саломатиашон, бехатарии њаёташон, амнияти роњњояшон, њаќќи
мењнаташонро нигањ дорад.
Бо мардум ва раияти хеш наздик бош, мардумонро бисьёр бипазир ва чењраи хештанро ба онњо
бинмой ва кишикбонони хешро аз онњо ба як сў кун ва бо онњо тавозую хушруй кун[14].
«Насињатнома»-и Тоњир ибни Њусейн аз зумраи њуљљатњои давлатї-њуќуќї аст, ки аз мањорати
баланди таљрибаи давлатдорї, њуќуќэљодкунї, инсондўстї ва адлу адолатпарварии шахсиятњои сиёсии
мардуми тољик шањодат медињад. Омўзиши «Насињатнома», ки дар шакли мактуб навишта шудааст,
гувоњї медињад, ки Тоњир ба фарзандаш Абдуллоњ дастури давлатдорї, усулњои идоракунї ва муносибат бо
халќњоро фањмонда додаст. Боз яке аз масъалаи муњими њуќуќї-давлатї, ки дар «Насињатнома» инъикоси
худро ёфтааст, ин масъалаи эътирофи мабдаи њуќуќї, яъне сарчашмањои њуќуќист. Баъд аз забти арабњо, ки
Тоњириён давлати нахустини миллии тољикон, ба шумор мераванд, дар онњо нисбатан меъёрњои њуќуќии
ќаблии аљам бо меъёрњои њуќуќии исломї дар мувозина ба танзими муносибатњои љамъиятї ба њам
омадаанд. Вале ин хусусият бештар дар њаёти воќеъї ба назар мерасид.[15]
Мањз бо туфайли чорањои андешида, вазъи хазинаи Аббосиён хеле устувор гашта буд. Тибќи ахбори
ибни Хурдодбењ Абдуллоњ ибни Тоњир дар соли 836 ба Хазина 38 млн. дирњам ворид кардааст. [16]
Ибни Фаќењ ин раќамро 44 миллиону 874 њаз. дирњам нишон додааст.[17] Дар маљмўъ шумораи
солонаи молиёти Хуросон дар ањди Абдуллоњ 44 млн. 846 њаз. дирњами наќд, 13 аспи гаронбањо, 2000 сар
гўсфанд, 2000 ѓуломи оѓуз, 1187 туб матои пахтагини бухорої, 1400 дона оњан ва ѓайра ташкил
медодааст.[18]
Хуллас, давраи њокимияти Тоњириён чандон тўлонї набошад њам, дар таърихи Ирон, Афѓонистон ва
Осиёи Марказї маќоми хос дорад. Ин давраи эњёи на танњо суннатњои давлатї ва фарњангї, балки шаклгирии
нињодњои асосии давлатї-њуќуќии давлатдорињои минбаъда дар сарзамини тољикон буда, барои бунёди
давлати нахустини мутамарказии тоxикон дар симои Сомониён заминаи бузурге гузоштааст.
КАЛИДВОЖАЊО: давраи њокимияти Тоњириён, ташаккули њокимияти давлатї, нињодњои давлатї-њуќуќии давлатдорї.
1.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
8.
9.
10.
11.
12.
13.
14.
15.
16.
17.
АДАБИЁТ
Абучаъфар Мухаммад ибни Чарир Аттабарї. Ч.- III. с.1039.
История таджикского народа. Т. II. Дущанбе, 1999.Типог. Алхудо.Иран. с. 319-356.
История таджикского народа. Т.II. Душанбе, 1999. Типог. Алхудо, с. 342.
Табари . Таърих ар-расул вал-мулук..- x. 13. с. 5627.
Табари . Таърих ар-расул вал-мулук..- x.13. с..5706-5707.
Ибн Халдун. Мукаддима. – Тењрон, 1336 (1957). –с. 533.
Гардези. Зейн улахбор.- Тењрон 1315. – с .45.
История таджикского народа Т.11.Душанбе, 1999, Типог. Алхудо. с.323.
Нафиси Саид. Таърихи хонадони Тоњирї.- с. 158.
Халќи хеш. Матни пурраи насињатнома дар китоби муаррифи бузург Абуљаъфар Муњаммад ибни Љарир Аттабари (838839-923) таърихур Расул ва –л мулк,Ч.13.-с.5689-5705 бо хатти форсї ва бо хатти кирили дар китоби ба тозаги нашршудаи
Н.Амиршоњи. Давлатдории Тољикон дар асрњои 1Х-Х1У -Душанбе,1999.-с. 141 -150 оварда шудааст.
Табарї А.М. Таърих ар-расул ва-л-мулк. Тењрон, Ч.13.-с. 5689-5890.
Њамон љо.- с. 5691.
Дар «Таърихи Табарї» њодисае омадааст, ки мутобиќи он гўё имоме дар Уструшана, ки будхонаро вайрон карда, мардуми онро
ронда ва онро масчид кардааст, аз чониби афшини Уструшана сазовори хазор тозиёна гардидааст.Ниг.: Таърихи Табарї.Ч13.с.5919-5931.
Њамчунин, Давлатдории Тољикон.с. 164-169.
Ибн Хордадбех. Китаб ал-масалик ва-л-мамалик. – с.243.
Нафисї Саид. Таърихи хонадони Тоњирї.- с. 333.
Нафисї Саид. Таърихи хонадони Тоњири.- с. 333.
ОСОБЕННОСТИ РАЗВИТИЯ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ВЛАСТИ У ТАХИРИДОВ
71
В данной статье делается попытка анализировать условия и правовые предпосылки прихода к власти представителей
таджикской династии – Тахиридов, особенностей государственного устройства и создание системы управления на местах, особенностей
налоговой и таможенной политики Тахиридов.
THE PECULIARITIES OF TAHIRIDS` STATE POWER DEVELOPMENT
The article is an attempt to analyze the conditions and legal premises of coming into power the representatives of such Tajik dynasty as
Tahirids,the peculiarities of their state structure and the creation of government system, the way Tahirids conducted their tax and customs policy
ПОНЯТИЕ СУДЕБНОЙ СИСТЕМЫ
И.Р. Шодиев
Таджикский национальный университет
Понятие[1] «суд»-сложное и многостороннее. В повседневной жизни оно имеет несколько значений:
это суждение, мнение, заключение (судить – значит рассматривать, оценивать, разрешать); государственный
орган, осуществляющий правосудие; помещение, в котором действует такой орган; само заседание и
разбирательство дела этим органом; судьи, входящие в его состав[2]. Нас интересует второе значение
указанного понятия.
Юридический смысл данного понятия заключается в том, что суд представляет собой: 1) орган,
занимающий особое положение в системе других государственных органов, самостоятельный и независимый
от других ветвей власти и полномочный осуществлять судебную власть; 2) орган, состоящий из судей,
назначаемых (избираемых) в законном порядке; эти судьи действуют на профессиональной основе.
Исследование поставленного вопроса целесообразно начать с анализа содержания указанных правовых
терминов, их соотношения, поскольку подход к ним в литературе различен.
С точки зрения ортодоксальных советских юристов «суд во всяком государстве есть орган управления,
основной задачей которого является проведение политики господствующего класса по укреплению и защите
основ его политического и экономического господства»[3]. Иными словами, «суд – есть упорядоченная форма
расправы»[4] и в тоже время – «одно из самых утонченных, наиболее совершенных и в тоже время
замаскированных, завуалированных средств охраны данного порядка»[5]. А, следовательно, «советский суд
является органом государства, осуществляющим правосудие и применяющим предусмотренные законом
меры в отношении тех, кто преступает нормы закона, мешает жить и работать советским людям, наносит
ущерб обществу и государству»[6]. В лучшем случае «советский суд – орган правосудия, призванный
обеспечить строжайшее проведение дисциплины и самодисциплины трудящихся»[7], он «способствует
повышению правосознания советских людей, укреплению государственной дисциплины, предупреждению и
искоренению правонарушений»[8]. В. И. Ленин характеризовал суд как «орган привлечения именно бедноты
поголовно к государственному управлению, орган власти пролетариата и беднейшего крестьянства, орудие
воспитания дисциплины».[9] В дальнейшем при определении суда в качестве государственного органа рядом
авторов делается акцент на то, что суд, хотя и является органом государственной власти, но его решения
являются не обычными актами государственной власти, а актами правосудия.[10] Таким образом, основная
функция суда – собственно осуществление правосудия - в тот период подменялась не свойственной ему
функцией управления по осуществлению государственной политики, воспитанию граждан.
Неудивительно, что при таком подходе широкими массами граждан суд воспринимался (и до сих пор
воспринимается) как карательный орган, «судилище», место расправы, наказания, в лучшем случае –
сутяжничества, хотя с точки зрения современных ученых суд превратился в «орган, по действующему
законодательству призванный защищать установленный конституцией общественный и государственный
строй, права и законные интересы граждан, предприятий, учреждений и организаций, а также всей своей
деятельностью выполнять воспитательную функцию»[11]. Как видим, несмотря на новое содержание
деятельности суда, прежнее отношение к нему как к «органу воспитания правосознания трудящихся
продолжает довлеть в сознании учёных нового времени. В современных же условиях начинает
формироваться нейтральное отношение к суду как «средству для разрешения споров о праве и устранения
юридических неопределенностей»[12].
Слово «система» (от греческого ”systema”), обозначает что-то целое, составленное из частей:
соединение, множество закономерно связанных друг с другом взглядов, знаний и т.д., представляющее собой
определенное целостное единство[13]. Вместе с тем, смысл понятия "система" предполагает не простую
совокупность отдельных частей, но организационное объединение их в единое целое.
Специалисты в области процессуального права понятие судебной системы определяли по - разному. В
частности, советский учёный Б.А. Галкин комментирует как определенную совокупность судебных
учреждений данного государства, основанную на единых принципах организации и деятельности, связанную
72
единством целей и задач, с четко обозначенной компетенцией каждого звена, позволяющей выделить высший
суд[14]. В этом смысле можно говорить о вышестоящих судах, имеющих право проверять законность и
обоснованность приговоров и решений нижестоящих судов. Ф.Г. Тарасенко предлагает такое понятие
судебной системы СССР: это совокупность судов Союза ССР и союзных республик, объединенных между
собой единством целей, задач, принципов организации и деятельности и возглавляемых одним общим для
всех Верховным Судом СССР.
Семенов В.М. характеризует советскую судебную систему как совокупность взаимосвязанных между
собой судов, организованных и действующих на принципах социалистического демократизма с учетом
административно – территориального деления нашей страны и возглавляемых Верховным Судом СССР.
Отличительной чертой данного понятия является доступность суда для населения, т.е. организация и
деятельность судебной системы на основе принципа социалистического демократизма и организации
судебной системы на основе административно – территориального деления.
Выше отмеченное советское понимание понятие судебной системы имеет общие черты, и она
характеризуется единством, которое выражается в единстве принципов организации и деятельности, в
единстве общесоюзного законодательства о суде и судебной деятельности и тем, что она возглавляется
Верховным Судом СССР.
В.В. Черников понятие судебной системы выражает так: это - совокупность всех действующих судов,
имеющих общие задачи, принцип организации и деятельности[15].
А.С.Безнасюк, Х.У. Рустамов понятие судебной системы толкуют так: судебная система – это
совокупность взаимодействующих между собой судебных учреждений России всех видов, осуществляющих
правосудие[16].
В двух вышеуказанных случаях авторы использовали термин «правосудие». У судебной системы
кроме функции правосудия в процессуальной форме есть ещё и другие внепроцессуальные формы
деятельности, которые уже отмечены выше.
А.Н. Табаров содержания понятиям судебной системы раскрывает так: судебная система РТ – это
совокупность судов, установленных Конституцией и конституционными законами, построенная в
соответствии с их компетенцией и поставленными перед ними целями, задачами, полномочиями,
уполномоченная реализовать судебную власть[17].
Ю.А.Дмитриев, М.А.Шапкин под судебной системой понимают установленную конституцией и
принятым на ее основе федеральным конституционным законом совокупность судов разных уровней,
организованных и действующих в соответствии с их компетенцией, с учетом федеративного и
административно – территориального деления страны[18].
А.П. Рыжаков,[19] К.Ф.Гуценко, М.А.Ковалев и Н.В. Свердюков[20], понятие судебной системы
определяют так: судебная система Российской Федерации – это совокупность всех судов государства,
связанных между собой установленными законом взаимоотношениями.
М.А.Махмудов, Б.Т.Худоёров, понятие судебной системы определяют как совокупность судов, что
конституционные законы определяет и регулирует способ их организации, в определенном порядке,
соответствие их полномочия, задачи и отражает верховенство статуса Верховного Суда и Высшего
Экономического суда (соотношение общих судов и экономических судов)[21], ссылаясь на мнение Гафурова
Х.М., но на этой странице отсутствует такая цитата[22].
Х.М. Гафуров поддерживает мнение С.А. Разумова о понятии судебной системы[23] и отмечает, что
указанная формулировка вполне подходит и к судебной системе РТ. С.А.Разумов полагает, что судебная
система – это совокупность всех судов Российской Федерации (федеральных судов и судов субъектов
Российской Федерации), входящих в единую судебную систему, имеющих общие задачи, принципы
организации и деятельности по осуществлению правосудия и реализующих посредством правосудия
(выделено автором) самостоятельную судебную власть, действующих независимо от законодательной и
исполнительной властей[24]. Точно такое же понятие судебной системы предлагает А.Ф. Изварина[25].
У всех вышеуказанных авторов, в том числе у С.А. Разумова, при определении понятия судебной
системы, принцип организации и осуществления правосудия, не учитываются другие формы деятельности,
т.е. другие внепроцессуальные полномочия суда.
С одной стороны, суд любого уровня, начиная от районных судов (мирового судьи в РФ) – это
государственный орган, осуществляющий от имени государства правосудие. Эта сфера деятельности суда
регулируется процессуальным законодательством.
С другой стороны, судебная система – это совокупность органов государственной власти,
осуществляющих наряду с правосудием определенную внепроцессуальную деятельность, которые в силу
специфичности своей основной функции (осуществление правосудия) должны быть защищены особыми
правовыми средствами обеспечения независимости (самостоятельности) от какого бы то ни было влияния со
стороны.
73
Статьей 5 Конституционного закона «О судах Республики Таджикистан» установлено, что судьи в
своей деятельности независимы, подчиняются только Конституции Республики Таджикистан и закону.
Аналогичное высказывание встречается в ст. 5 Закона «О судебной системе РФ». Именно независимость
позволяет судам участвовать в рамках своей компетенции наряду с законодательной и исполнительной
составляющими государственной власти в управлении обществом и государством. Любая форма
зависимости судов сводит их к роли придатка исполнительной власти, парализуя нормальную деятельность
всего механизма правового государства.
Проблема сочетания деятельности судов как органов правосудия и деятельности высших судов как
органов государственной власти, управляющих соответствующими сегментами государственной судебной
власти, особенно остро обозначилась в последнее время, когда правосудие стало активно влиять на все сферы
государственной, экономической и общественной жизни.
Можно отметить несколько сфер внепроцессуальных отношений, в которых установлены
государственно-властные полномочия высших судов как органов государственной власти.
Одна из важных сфер – законодательная инициатива, в которой Конституцией РТ (ст.58),[26] принятой
в 1994г., была закреплена активная роль высших судебных органов как субъектов законодательной
инициативы, но, к сожалению, в результате изменений и дополнений в Конституцию РТ путем референдума
1999г. было лишено этого полномочия. Поскольку отсутствие этого права затрудняет участие судебных
органов в разработке и реализации судебно-правовой реформы путем официального внесения своих
предложений по изменению законодательства. Судебные органы Российской Федерации в соответствии с
Конституцией (ст.59) имеют законодательную инициативу. Можно спорить, хорошо это или плохо с точки
зрения правовой чистоты принципа независимости законодательной, исполнительной и судебной властей
друг от друга, но факт остается фактом. Хорошо это потому, что помимо использования права
законодательной инициативы Конституционный суд РТ, Верховный Суд РТ и Высший экономический суд
РТ принимают активное участие в работе над созданием законов в комитетах и комиссиях Маджлиси милли и
Маджлиси намояндагон Маджлиси Оли РТ. Судьи Верховного Суда РТ входили в состав рабочих групп и
экспертных советов законодательного органа при разработке и принятии ГК РТ, УК РТ, СК РТ, УПК РТ, ГПК
РТ и других важных законов.
В практике[27] и юридической науке есть правильные предложения учёных об осуществлении
толкования конституции со стороны судебной власти, т.е. Конституционным судом. Например, А.И. Имомов
(а также российские ученые Е.И. Козлов, О.Е. Кутафин, В.С. Нерсесянц) отмечают, что толкование
Конституции должно осуществляться особым образом – путем квалификационного судопроизводства,
потому что цель толкования заключается в том, чтобы юридически точно определить, как понимать норму
конституции. Несмотря на это обстоятельство, Конституция наделила Маджлиси Оли правом ее
толкования[28]. Закон Республики Таджикистан «О нормативно – правовых актах», принятый в 1991 г. право
толкования нормативных правовых актов закрепил за органом, принявшим соответствующий акт
(аутентичное толкование)[29].
Аутентичное толкование, - отмечает В.С. Нерсесянц, - как продукт и выражение не правовой практики
государственных органов носит произвольный, самочинный характер и является – в отличие от легального
толкования – толкованием нелегальным и не правовым. Издание обязательного нормативного акта и
осуществление официально – обязательного толкования вообще (своего акта или любого другого) – это две
совершенно различные функции, и в условиях разделения властей один орган не должен обладать
одновременно этими двумя функциями и двумя соответствующими правомочиями. Обязательное толкование
права является по своей сути судебной функцией, и оно должно осуществляться специальной инстанцией (как
правило, Конституционным Судом или Верховным Судом). Поэтому только легальное судебное толкование
является правомерным официально – обязательным толкованием; признание же других видов официально
обязательного толкования, в том числе и аутентичного, противоречит элементарным требованиям права и
правовой государственности[30].
Пришло время снова восстановить конституционную норму о законодательной инициативе судебной
власти и закрепить в Конституции РТ. Законодательная инициатива и легальное толкования Конституции РТ,
и конституционные законы обеспечивает самостоятельность и независимость судебных органов как
носителей судебной власти, наряду с исполнительной и законодательной властью.
Вторая сфера отношений, в которой установлены государственно-властные внепроцессуальные
полномочия судов как органов государственной власти, - это отношения по вертикали в сфере
организационно-правового обеспечения деятельности судебной системы органов государственной власти
(регулирование организационных вопросов, материально-технического, информационного и т.п. со стороны
Совета юстиции).
74
Третья сфера отношений, в которой реализуются правомочия высших судов как органов управления
судебной системы, - регулирование социально-правового обеспечения судей, работников аппаратов судов,
трудовых, служебных и вытекающих из них отношений.
Имеются и уже устаревшие и не совсем точные определения понятия судебной системы. Подобные
определения понятия судебной системы в правовом государстве являются не совсем полными и точными.
В современной науке некоторые ученые не отделяют понятие «судебной системы» от «судебной
власти». Например, весьма распространено обозначение судебной власти посредством понятия «система»:
А.М. Диноршоев считает, что «судебная власть представляет собой систему органов государственной власти,
наделенных властными полномочиями по осуществлению правосудия»[31]; Ю.А. Дмитриев и Г.Г. Черемных
определяют судебную власть как «систему государственных и муниципальных органов, обладающих
предусмотренными законом властными полномочиями, направленными на установленные истины,
восстановление справедливости и наказание виновных, решения которых обязательны к исполнению всеми
лицами, которых они касаются»[32]; «судебная власть – это, в соответствии с теорией разделения властей,
система судебных органов государства, осуществляющих правосудие»[33], или под энциклопедическим
понятием судебной власти понимается только «независимая система государственных органов,
осуществляющих правосудие»[34]. Власть и система органов - это два разных понятия. Понятия «судебная
система» и «судебная власть» - не идентичные понятия. Будет ошибкой сведение судебной власти к суду как
государственному органу. Еще большей ошибкой и даже свидетельством низкого уровня правовой культуры
является встречающаяся иногда склонность называть судебной властью должностных лиц, работающих в
судебных учреждениях, они могут быть государственными служащими, но не судебной властью. Властью
надлежит считать не орган или должностное лицо, а то, что они могут и в состоянии сделать. По существу, это
полномочия, функции, но не их исполнитель. Нельзя считать судебной властью осуществление юридической
практики, занимающей важное место в общественных отношениях.
Таким образом, судебную систему следует трактовать не как власть, а как систему судебных органов, а
власть – это авторитет, обладающий возможностью подчинять своей воле, управлять, или распоряжаться
действиями других людей[35].
С учетом вышесказанного мнения о понятии судебной системы предлагаем такое определение
понятия судебной системы: это совокупность органов государственной власти, осуществляющих наряду с
правосудием определенную внепроцессуальную деятельность, независимо от законодательной и
исполнительной властей.
Так или иначе, понятия «суд», «судебная система» и «правосудие» в отечественной правовой науке
исследовались значительно раньше, чем соединяющая их в единое целое судебная власть. Такое положение не
могло не сказаться на попытках определить содержание понятия «судебная власть». Так, дореволюционный
ученый-юрист С.В. Познышев в условиях недостаточно развитого представления о разделении властей писал,
что «судебная власть есть ветвь власти государственной, которая должна быть осуществляема отдельными
органами, не несущими функции административных или законодательных, и которая призвана осуществлять
закон, утверждать его господство в жизни, бороться с произволом и насилием»[36] Характерно, что и в
советское время (т.е. в отсутствие юридического закрепления принципа разделения властей) судебная власть
определялась как «система судебных органов государства, осуществляющих правосудие».
КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: судебная система, правосудие, понятие судебной системы, совокупность органов судебной системы.
Л ИТЕР АТУРА
Понятие в философском смысле – форма мышления, отражающая существенные свойства, связи и отношения
предметов и явлений. Основная логическая функция понятия – выделение общего, которое достигается посредством
отвлечения от всех особенностей предметов данного класса//Энциклопедический словарь. М., 1989. c. 1051.
2. Словарь русского языка / Под ред. С.Г. Бархударова и др. М., 1957. Т. IV. с410-411.
3. Вышинский А.Я., Ундревич В.С. Курс уголовного процесса, Т. 1. Судоустройство. М., 1936. с.7; Крыленко Н.В.
Судоустройство, М., 1924. с.16.
4. Крыленко Н.В. Указ. раб. с.17.
5. Там же. с. 9.
6. Зайчук В.И. Советская судебная система и ее демократическая сущность. Киев, 1977. с.6.
7. Суд и правосудие в СССР/ Под ред. М.П. Шаламова. М., 1974. с.51.
8. Добровольская Т.Н., Новиков С.Г., Рагинский М.Ю. Правосудие, арбитраж и прокурорский надзор в социалистическом
общенародном государстве. М., 1977. с.6.
9. Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 36, с. 197.
10. Чечина Н.А. Судебное решение как акт государственной власти // Ученые записки ЛГУ. 1954. №182. Серия
юридических наук. Вып.5. с.135.
11. Правоохранительные органы в СССР/ Под ред. К.Ф.Гуценко, М., 1991. с. 235.
1.
75
12. Дмитриев Ю.А., Черемных Г.Г. Судебная власть в механизме разделения властей и защите прав и свобод человека //
Государство и право. 1997. №8.с.45.
13. Словарь иностранных слов. М., 1988, с. 469.
14. Суд и правосудие в СССР/ Под ред. Б.А. Галкина. М., 1981. с.63.
15. Черников В.В. Судебная система, правоохранительные органы, специальные службы России. М., 2001. с.21.
16. Безнасюк А.С, Рустамов Х.У. Судебная власть. М., 2002, с. 106.
17. Табаров Н.А. Сохтори судї ва маќомоти хифзи хуќуќ (на тадж. я.). Д., 2007. с.84.
18. Дмитриев Ю.А., Шапкин М.А. Правоохранительные органы. М., 2002.с.31.
19. Рыжаков А. П. Правоохранительные органы. М., 2001. с..23.
20. Гуценко К. Ф., Ковалев М.А. Судоустройство и правоохранительные органы. М., 1997. с.52; Свердюков Н. В.
Правоохранительные органы Российской Федерации. М., 2003. с. 15.
21. Махмудов М., Худоёров Б. Макомоти хифзи хукуки Точикистон. Д., 2008. с.38.
22. Гафурова Х. М.Судебная система Республики Таджикистан: современное состояние и перспективы развития. Д., 2007.
с.161.
23. Там же. с. 31.
24. Судебная система России. М. 2000. с. 114.
25. Изварина А. Ф. Судебная власть в Российской Федерации. Ростов н /Д., 2001. с.62.
26. Государство и право. Душанбе, 1996. №1 Душанбе, с.10.
27. Согласно ч.5 с.125 Конституции РФ, Конституционный Суд РФ по запросам Президента РФ, Совета Федерации,
Государственной Думы, Правительства РФ, органов Законодательной власти субъектов РФ дает толкование
Конституции РФ. Такое толкование обладает общеобязательной юридической силой.
28. Имомов А. Укрепление государственности и создание гражданского общества в Таджикистане. Д., 2003. с.143. Козлова
Е.И., Кутафина О.Е. Конституционное право России М. 1988. с.55-56.
29. Ахбори Маджлиси Оли Республики Таджикистан. 1998. №23 – 24. с. 320.
30. Нерсесянц В.С.Общая теория права и государства. М., 2004. с.502.
31. Диноршоев А.М. Конституционные основы разделения властей в Республике Таджикистан. Д., 2007. с.167.
32. Дмитриев Ю.А., Черемных Г.Г. Указанная работа. //Государство и право. 1997. №8.с.46.
33. Энциклопедический словарь. Конституционное право Российской Федерации. М., 2000. c. 566; Конституционное право:
Словарь / Отв. ред. В.В. Маклаков. М., 2001. с. 483 – 484..
34. Новый энциклопедический словарь. М., 2001. с.1172.
35. Большая советская энциклопедия3-е изд.. М., 1971 Т. 5. с.151.
36. Познышев С.В. Элементарный учебник русского уголовного процесса. М., 1913. с.13.
МАФЊУМИ НИЗОМИ СУДЇ
Дар маќолаи мазкур назари олимони соњаи њуќуќи ватанї ва хориљї дар марњилањои гуногуни таърихї ва муосир оиди
мафњуми низоми судї тањлил шудааст.
THE NOTION OF JUDICIAL SYSTEM
In this article it is analyzed the thoughts of foreign and local scientists of law in various historical and modern stages on the idea of judicial system,
as a result of analysis it was defined that researchers have different opinions on the notion of judicial system, and it is given in scientific literatures. These
different thoughts are analyzed by the author, gives his own conclusion and offer.
МУХАММАД ГАЗАЛИ О ТРЕБОВАНИЯХ И ПОРЯДКАХ ВЫДАЧИ ЗАКЯТА
Ф.М. Шоев
Таджикский национальный университет
Правовые взгляды Мухаммада Газали[1][ по проблеме закята,[2] в данной работе можно рассматривать
в следующих аспектах: этикет и тонкости выдачи закята; правила для поиска дервишей; правила для берущего
закят.
1. Этикет и тонкости выдачи закята
Мухаммад Газали говорит, что при желании оживить свое поклонение, одухотворить его и удвоить
будущее воздаяние за него мусульманину в нем следует соблюдать семь обязанностей.[3]
Обязанность первая – проявлять поспешность в выдаче закята, отдавая его в течение всего года до
того, как он станет обязательным, благодаря чему получается троякая выгода. Первое – по поспешности
становится явным влияние желания поклонения, ибо выдача закята после наступления необходимости
является сама по себе вынужденной, так как если мусульманин не даст, то подвергнется наказанию, и тогда
выдача будет из страха, а не от любви. А рабом божьим бывает тот, кто, совершая что-то, делает это от любви и
76
сострадания, но не из страха. Второе – радость достигает сердец дервишей раньше, дабы они с большей
искренностью творили молитву, видя неожиданную радость. А молитва дервишей бывает для него
своеобразным заграждением от всех напастей. Третье – он становится защищенным от препятствий, создаваемых обстоятельствами, ибо при задержке бывает много бед. Бывает, что случается такое препятствие, и он
лишается этого благодеяния. При появлении в сердце желания благодеяния его надо использовать как
благоприятный случай (букв.: трофей), происходящий от взора милосердия, так как при этом допустимы
нападки Дьявола: «Воистину, сердце верующего пребывает меж двух перстов из перстов Милосердного!».[4]
Мыслитель приводит, что одному из корифеев (бузурган) пришло в голову (букв.: в сердце) отдать
свою рубаху дервишу прямо на месте ритуального очищения. Он подозвал ученика (мурид), стянул с себя
рубаху и отдал ее ему. Мурид спросил: «О шейх, почему ты не утерпел до выхода?». Тот ответил: «Я
испугался, что придет какая-нибудь другая мысль (хатир), которая удержит меня от этого».[5]
Обязанность вторая – если есть желание отдать закят полностью, то отдать его в месяц мухаррам,
являющийся и началом года, и священным месяцем, или – в месяц рамазан, ибо насколько благороднее время,
настолько более умножается за него (за закят) будущее воздаяние.
Мыслитель приводит, что пророк Мухаммад, мир да пребудет над ним, был самым щедрым из людей,
раздавая всё, что имел, и не оставляя себе ничего в месяц рамазан, расходовал всё целиком.
Обязанность третья – отдавать закят втайне, а не делать это явно, чтобы находиться подальше от
лицемерия и поближе к искренности.
В предании говорится, что тайное подаяние (садака) гасит гнев Всевышнего Господа. И в предании
говорится, что назавтра семь человек будут пребывать в тени престола: один из них – справедливый имам,
второй – тот, кто дает подаяние правой рукой так, что не ведает левая рука. Мыслитель говорит, что взгляни,
какая же это степень, раз она вровень со степенью справедливого имама! В предании упоминается, что
всякому, кто дает садаку втайне, это запишут в тайные дела, а если он дает открыто, то запишут в явные дела.
Если же он скажет, что отдал то-то и то-то, тогда сделанное соскоблят из описи его тайных и явных дел и
впишут в опись дел лицемерных.
По этой причине праведные предшественники (салаф) настолько проявляли чрезмерность в сокрытии
при раздаче садаки, что встречались такие, кто искал слепого и клал ее ему в руку, не произнося ни единого
слова, чтобы тот не узнал, кто это сделал. А встречались и такие, кто искал спящего дервиша и без слов
заворачивал его в одежду, чтобы, проснувшись, тот не знал, кто ему дал. Были такие, кто бросал ее на пути
дервишей. И были такие, кто отдавал одежду доверенному лицу (вакил), чтобы, тот донес ее.
Всё это они делали для того, чтобы дервиши не знали, однако скрывание от других людей они
признавали (более) важным, поскольку при открытой раздаче внутри появляется лицемерие. Так, пример
скаредности подобен скорпиону, а лицемерия – змее, которая сильнее скорпиона. Однако когда скаредность
внутри становится разбитой, взращивается лицемерие. Но все данные качества являются губящими. Помогая
змее набраться больше сил за счет останков скаредности, освобождаются от одного губящего качества и
оказываются в зависимости от другого, более тягостного, чем то. Раны на сердце от таких качеств при
попадании в могилу будут наподобие ран от змей и скорпионов. Следовательно, ущерб от явной раздачи
бывает больше, чем от пользы.
Обязанность четвертая – если он защищен от лицемерия, возможно, очистил от него свое сердце и
знает, что, если будет давать открыто, то другие последуют за ним, а их желание станет правдивее, тогда
открытая раздача для такого человека достойнее. Им бывает тот, для кого стали равнозначны похвалы и
порицания людей и кому в делах достаточно знания Всевышнего.
Обязанность пятая – не сводить садаку на нет отчужденностью и обязыванием признательностью.
Всевышний Аллах сказал: «О вы, которые уверовали! Не делайте тщетными ваши подаяния попреком и
обидой...».[6] «Обида» означает причинять страдания неимущим тем, что дающий делает кислое лицо,
морщит лоб, резко говорит с дервишами, унижая их вопросами из-за их дервишества и взирая на них с
презрением в глазах. Это происходит от невежества и глупости. Во-первых, ему тяжело расставаться с
имуществом, поэтому он впадает в уныние и говорит прикрикивая. Но всякий, кому тяжко отдать один
дирхем, а приобрести тысячу, бывает невеждой. Ибо закятом он приобретет наивысший рай и удовлетворенность Всевышнего и освободится от ада. Почему же ему бывает тяжко, если он верит в это? Во-вторых,
глупость заключается в том, что он считает себя из-за богатства обладающим неким благородством по
сравнению с дервишем, не зная, что тот. кто на пятьсот лет раньше его окажется в раю, бывает благороднее его,
а степень того бывает величественнее.
Для Всевышнего истинными являются честь и почет дервиша, а не богача. Показатель его (богача)
благородства находится в этом мире, так как Он связал богатого занятиями, бременем и хлопотами дольнего
мира. А участь его (богатого) из всего того не более меры нужды. И Он обязал его обеспечить дервиша по мере
нужды. Стало быть, поистине, Он сделал богатого подчиненным дервишу в этом мире и предназначил ему
пятисотлетнее ожидание в том мире.
77
Обязанность шестая – не обязывать признательностью. Основа обязывания признательностью
кроется в невежестве и является качеством сердца. Оно состоит в том, что он (дающий) полагает, что сделал
дервишу благо, отдав ему часть своего благосостояния, и дервиш оказался у него в подчинении. Тогда
симптомом подобных мыслей бывает его надежда на то, что дервиш окажет ему большую услужливость,
останется верным его делам и начнет приветствовать. В общем, он ожидает определенно большего почтения.
Если же по отношению к нему тот допустит какую-нибудь оплошность, то его удивление будет больше,
нежели он выражал прежде. А бывает, он напомнит, что сделал для того такое благо. Всё подобное от
невежества.
Однако истина заключается в том, что это дервиш добился над ним превосходства и сделал для него
благо, приняв от него садаку, дабы избавить его сердце от ада и освободить его сердце от грязи, очистив его от
скаредности. Если цирюльник (хаджжам) безвозмездно пустит ему кровь, то он будет обязан ему, ибо тот выпустил из него кровь, которая могла быть причиной его гибели. Так и скаредность внутри него, и имущество с
закятом в руках его являются причиной его гибели и грязи. Когда благодаря дервишу у него и ритуальное
очищение получается, и обретается спасение, тогда он должен быть обязан ему.
Более того, Посланник, мир да пребудет над ним, говорит: «Сначала садака попадает в руку милости
Всевышнего, затем – в руку дервиша».[7] Когда он дает Всевышнему и дервиш является Его представителем в
получении Его права, тогда ему надо быть обязанным дервишу, а не обязывать его признательностью. Когда
он поразмыслит об этих трех таинствах из таинств закята, тогда поймет, что обязывать признательностью
дервиша происходит от невежества.
Чтобы остеречься от возложения на дервишей признательности, праведные предшественники (салаф)
проявляли чрезмерность: вставали перед дервишем и смиренно клали подаяние перед ним, упрашивая затем:
«Прими это от меня». А некоторые протягивали руки, чтобы дервиш взял серебро (серебряные деньги), при
этом рука дервиша находилась сверху, ибо: «Рука сверху лучше руки снизу».
Правдивейшая Айша и Умм Салама одни из жен пророка Мухаммада (с), да будет доволен ими Аллах,
посылая что-то дервишу, наказывали посыльному запомнить, какую молитву тот сотворит, чтобы за каждую
молитву воздать ему той же молитвой, оставляя садаку чистой без свершенного воздаяния.
Они также не позволяли себе домогаться молитв дервиша, ибо было бы подозрение, что они
совершили благодеяние. Благодетелем, на самом деле, является тот дервиш, который снял с тебя данное
обязательство.
Обязанность седьмая – давать из своего имущества то, что лучше, законнее и приятнее, ибо отдавать
сомнительное недостойно для поиска близости, поскольку Господь Всевышний чист и принимает только
чистое: «И не стремитесь к дурному из того, чтобы расходовать, чего бы вы и сами не взяли, разве только
зажмурив на это глаза».[8] То есть, почему вы расходуете на долю Всевышнего то, что вам дают, а вы
принимаете с отвращением?
Если некто поставит перед гостем (михман) худшее из того, что имеется у него в доме, то это будет
определенным унижением для гостя. Каким же образом допустимо отдавать худшее Господу мира, а лучшее
оставлять рабам Его?
Отдавать худшее состоит в том, что отдают с отвращением. А для любой садаки без удовлетворения в
сердце есть опасение, что она не будет принята. Посланник, мир да пребудет над ним, говорит: «Бывает, что
садака в один дирхем превосходит садаку в одну тысячу дирхемов».[9]
Это о том, когда дают лучшее и с удовлетворением в сердце.
2. Правила для поиска дервишей
Мухаммад Газали считает, что обязательное предписание (фариза) выполняется, когда ты отдаешь
закят всякому мусульманскому дервишу. И говорит, что, однако, тот, кто ведет торговлю по загробному миру,
не должен отказываться от многохлопотного пути (поиска более достойного из дервишей): когда садака
бывает к месту, будущее воздаяние за нее удваивается. По его мнению, стало быть, надо искать дервиша с
одним из пяти качеств.[10]
Качество первое – кто бывает благочестивым и богобоязненным. Пророк Мухаммад (с), мир да
пребудет над ним, сказал: «Кормите вашей едой богобоязненных».[11] То есть, давайте еду аскетам на том
основании, что они привлекают принимаемое ими в помощь для повиновения Всевышнему, а он (дающий)
становится соучастником в будущем воздаянии за то повиновение, ибо он содействовал ему.
Один из очень богатых людей давал свою садаку только суфиям, приговаривая: «Они являются теми
людьми, которые ничем иным так не заняты, как Всевышним. Когда у них бывает какая-либо нужда, их
мысли рассеиваются. Мне более любо вести одно сердце к присутствию Всевышнего, нежели уделять
внимание ста сердцам, энергия (химмат) которых направлена в дольний мир».[12]
Эти речи передали Джунайду,[13] да пребудет над ним милость Аллаха, на что он сказал: «Сия речь
приближенного из приближенных (авлийа) к Господу Всевышнему». А тот муж был бакалейщиком (баккал),
но разорился: он не спрашивал возмещения стоимости со всего того, что покупали дервиши. Затем Джунайд,
78
да пребудет над ним милость Аллаха, послал ему денег, чтобы он снова стал торговать, и сказал: «Таким
мужам, как ты, торговля не вредна».[14]
Качество второе – те, кто скрытно терпит нужду, скрывая свое дервишество, но внешне живет в
роскоши:[15] «Невежда принимает их за богачей из-за скромности».[16] Это те люди, которые сохраняют
покрывало роскоши, но они не такие дервиши, которые не боятся просить, чтобы им подали.
Качество третье – те, кто являются учеными, ибо когда они обретут свободное время для
самообучения благодаря его (дающего) садаке, он будет соучастником в будущем воздаянии за знания.[17]
Качество четвертое – те, кто бывают многосемейными или больными, ибо насколько больше их
нужда и усилия, настолько больше будущее воздаяние.
Качество пятое – те, кто принадлежат к родственникам, тогда совмещаются забота о родственных
узах и садака. В любви ко Всевышнему в степени приближенных находится и тот, кто стал с ними
побратимом.
По мнению Мухаммада Газали, если найдется кто-то, в ком сочетаются все данные качества или
большинство из них, то для него (дающего) это лучше всего: когда он доставит ее (саадаку) таким людям, их
энергия (химмат), помыслы и молитвы тоже будут ему некой цитаделью. А дополнительная выгода будет
заключаться в том, что он изгонит из себя скаредность и воздаст благодарностью за благосостояние.
Мыслитель также говорит, что не следует отдавать закят потомкам Али (алавийан) и неверным, так как
он есть грязь имущества людей: потомок Али о нем будет сожалеть, и о нем можно сожалеть для неверного.
3. Правила для берущего закят
Мыслитель говорит, что касается берущего закят, то он должен соблюдать пять обязанностей.[18]
Далее мыслитель называет и раскрывает тонкости этих обязанностей.
Обязанность первая – знать, что Всевышний создал рабов Своих нуждающимися в имуществе. По
этой причине Он дал в распоряжение рабам много имущества. Однако тех из них, по отношению к кому у
Него была повышенная забота, Он, освободив от мирских занятий, вручил в руки богатых, а тем наказал
постоянно обеспечивать дражайших рабов по мере их нужды, чтобы дорогие (азизан) Ему были освобождены
от груза дольнего мира и всем сердцем и со всей энергией пребывали в повиновении Всевышнему, а когда
растрачивали себя из-за нужды, то получали бы из рук богатых, для того чтобы благодать их молитв и их
энергия являлись для богатых неким искуплением.
Стало быть, то, что дервиш берет, он должен брать с таким побуждением: потратить на обеспечение
себя, дабы обрести свободное время для повиновения. И он должен признать их предопределение: богатых
создали для принудительного труда на него, чтобы он занялся поклонением.
Это подобно тому, как владыки дольнего мира, не желая терять своих пажей (гуламани хасс) для
избранной службы, не позволяют им заниматься мирским промыслом. Более того, крестьян (рустайан), для
которых избранная служба не годится, они заставляют трудиться на тех, чтобы взимать с них подушную
подать (джизйа) и поземельный налог (харадж) и тратить их на специальное жалованье пажам.
И как цель владыки – в том, чтобы привлечь всех на службу таким избранным (хавасс), так же и
желание Всевышнего в создании всех людей – поклонение чертогам господства. По этой причине Он сказал:
«Я ведь создал джиннов и людей только, для того, чтобы они Мне поклонялись».[19] Следовательно, то, что
берет дервиш, он должен брать, исходя из данного побуждения. Именно поэтому Посланник, мир да пребудет
над ним, сказал: «Вознаграждение дающему будет не больше вознаграждения берущему, когда он берет из-за
нужды.[20]
Таким бывает тот, чье устремление – освободить время для религии.
Обязанность вторая – брать у Всевышнего и считать подаяние, исходящим от Него, а в богатых
узнавать подчиненных с Его стороны, ибо Он обязал его (берущего) порученцами, чтобы те передавали его
(подаяние) ему. У порученцев же есть данная им вера в то, что их спасение и счастье зависят от садаки. Если
бы у Него не было порученцев, то Он никому не дал бы ни одного зернышка. Таким образом, он должен быть
благодарен за то, что его обязали порученцами. Познав, что рука богатого является посредницей и
подчиненной, ему следует и в нем (самом) увидеть посредника (васита) и возблагодарить: «Воистину, кто не
благодарит людей, не благодарит Аллаха!».[21]
Несмотря на то, что Всевышний является Творцом действий рабов, он воздает им хвалой и благодарит
их так, как Он сказал: «Прекрасный раб!.[22] Поистине, он был праведником, пророком»[23] – и подобно
этому. Поскольку всякого, кого Он превратил в посредника для блага, Он сделал избранным, подобно тому,
как Он сказал: «Блажен тот, кого Я сотворил для добра и направил хлеб насущный для людей в его руки».[24]
Таким образом, следует знать о предопределении дорогих Ему людей. Смысл благодарности в этом и
состоит. Надо произнести за него (за дающего) молитву, сказав: «Да очистит Аллах сердце твое в сердцах
набожных, (да оправдает дело твое в делах лучших)[25] и да ниспошлет благословение на дух твой средь
духов мучеников за веру!».[26]
79
В предании сказано: «Воздайте всякому, кто делает для вас благо. А если вы не можете, то молитесь
настолько, чтобы знать, что вы завершили воздаяние».[27] Завершенностью воздаяния он скрывает недостатки
садаки, не умаляет ее незначительность и не презирает ее. При этом обязательное условие для дающего
заключается в том, чтобы даваемое им даже во множестве почитать ничтожным и не взирать на него со
значительностью в глазах.
Обязанность третья – не брать всего того, что не является разрешенным; не брать ничего из
имущества притеснителей[28] и остерегаться брать из имущества того, кто дает под проценты.
Обязанность четвертая – не брать более того, в чем бывает нужда: если он берет для странствия, то
не брать более чем на путевой припас и аренду; если он имеет долги, то брать не более (размера) долгов; если
для его достатка в течение года (или описка: его семьи)[29] требуется десять дирхемов, то не брать сверх того,
ибо подобное превышение запрещено. Если же в его доме имеется какой-то избыток ткани или одежды, то
закят брать не подобает.
Обязанность пятая – спрашивать, если дающий закят не сведущ, говоря: «Ты даешь из доли
бедняков (мискин) или из доли должников (гарим) – так как, по мазхабу Шафии, да будет доволен им Аллах,
нельзя всё отдавать одному человеку.
КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА:правовые взгляды Мухаммада Газали, закят, проблема закята, требования и порядок выдачи закята.
1.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
8.
9.
10.
11.
12.
13.
14.
15.
16.
17.
18.
19.
20.
21.
22.
23.
24.
25.
26.
27.
Л ИТЕР АТУРА
Абу Хамид ал-Газали. Воскрешение наук о вере. / Пер. с араб., исследование и комментарий В.В. Наумкина.–М.: Наука, 1980. с.986; Абу Хамид Мухаммад ал-Газали ат-Туси. «Кимийа-йи саадат» («Эликсир счастья»). Часть 1: Унваны 1-4. Рукн 1. / Пер. с перс.,
вступ. ст., коммент. и указ. А.А. Хисматулина.–СПб.: Петербургское востоковедение, 2002.с. VI-ХIII; Шоев Ф.М. Муњаммади
Ѓазолї ва таълимоти давлатию њуќуќии он / Олимони љавон ва илми муосир. Барориши4. Маводи конфронси IV–уми илмии
олимон ва муњаќќиќони љавони ДДМТ.– Душанбе: Њумо, 2004. с.98-103 и т.д.
Абу Хамид Мухаммад ал-Газали ат-Туси. «Кимийа-йи саадат» («Эликсир счастья»). Ч.1: Унваны 1-4. Рукн1./Пер. с
перс.,вступ.ст.,коммент. и указ.А.А. Хисматулина.–СПб.:Петербургское востоковедение, 2002. с.181-204; Исследование
сокровенных тайн сердца//Абу Хамид аль-Газали. Пер. с араб. – М.: Ансар, 2006. с. 92-94.
Абу Хамид Мухаммад ал-Газали ат-Туси. Указ. соч. с. 192-197.
Там же. с. 192.
Там же.
Коран, 2: 266.
Абу Хамид Мухаммад ал-Газали ат-Туси. Указ. соч. –с. 195-196.
Коран, 2: 269-270.
Абу Хамид Мухаммад ал-Газали ат-Туси. Указ. соч.с. 197.
Там же.
Там же.
Там же.
Хисматулин А.А. Суфизм. – СПб.: ПВ, 1999. с. 123-129.
Абу Хамид Мухаммад ал-Газали ат-Туси. Указ. соч. с. 198.
Как пишет Хисматулин А.А. в «Ихйа» (с.198) ал-Газали поясняет, что к ним относятся благородные люди, живущие за
покрывалом роскоши, ибо их благосостояние ушло, а уклад остался.–Абу Хамид Мухаммад ал-Газали ат-Туси. Указ. соч. с. 198.
Коран, 2: 274.
Хисматулин А.А. пишет, что похоже, что ученый люд во все времена входил в категорию неимущих и живущих за счет
подаяний.–Абу Хамид Мухаммад ал-Газали ат-Туси. Указ. соч. с. 198.
Абу Хамид Мухаммад ал-Газали ат-Туси. Указ. соч. с. 199-201.
Коран, 51: 56.
Хисматулин А.А. пишет, что, не совсем точный перевод хадиса, который в тексте «Ихйа» (с.203) включен в следующий подраздел
этой главы в таком виде: «Дающий в богатстве не будет являться предпочтительным по награде по сравнению с тем, кто принимает в нужде», и далее автор поясняет, что, возможно, смысл хадиса заключается в том, чтобы, устранив нужду, высвободиться
для дел религиозных, поэтому берущий находится наравне с дающим, цель которого возвысить религию.:Абу Хамид Мухаммад
ал-Газали ат-Туси. Указ. соч. с. 200.
Абу Хамид Мухаммад ал-Газали ат-Туси. Указ. соч. с. 200.
Коран, 38: 44.
Коран, 19: 42.
Хисматулин А.А. пишет, что это некораническое высказывание в «Ихйа» не отмечено.Абу Хамид Мухаммад ал-Газали ат-Туси.
Указ. соч. с. 200.
По словам Хисматулина А.А., в рукописи, по-видимому, допущен пропуск этой синтагмы.Абу Хамид Мухаммад ал-Газали атТуси. Указ. соч. с. 201.
Абу Хамид Мухаммад ал-Газали ат-Туси. Указ. соч. с. 201.
Там же.
80
28. Хисматулин А.А. пишет, что в «Ихйа» (с.202) к ним причислены тюрки, военные, правительственные чиновники и те, чей
заработок является незаконным.:Абу Хамид Мухаммад ал-Газали ат-Туси. Указ. соч. с. 201.
29. В «Ихйа» (с.202) дано разрешение брать и на личный годичный достаток, и на годичный достаток для всей семьи с момента
получения.:Абу Хамид Мухаммад ал-Газали ат-Туси. Указ. соч.с. 201.
МУЊАММАД FАЗЗОЛЇ ОИДИ ТАЛАБОТЊО ВА ТАРТИБИ ДОДАНИ ЗАКОТ
Аќидањои њуќуќии Муњаммади Fазолї оид масоили закот дар маќолаи мазкур дар љанбањои зерин дида баромада шудааст:
нозукињои додани закот, ќоидањо барои љустуљўи дарвешњо, ќоидањо барои шахси закотгиранда ва ѓ.
MUHAMMAD GAZOLI ABOUT THE UIQUIRMENT AND ORDINAL PAIMENTS OF SETTING
The legal veivs of Muhammad Gazoli aboue the setting problems. The article considers about the foloqing aspects: eticele and nicepoints of
setting of issuing; the rule for the looking for of darvishes, the rule for the tuture setting.
ВЛИЯНИЕ МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВЫХ НОРМ НА ОРГАНИЗАЦИЮ И
ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ СУДЕБНОЙ ВЛАСТИ В ТАДЖИКИСТАНЕ
И.Р.Шодиев
Таджикский национальный университет
Организация и деятельность судебной власти и реализация основной ее функции–правосудия
формировались на протяжении практически всей истории развития общества.
Судебная власть-это особая власть, ее правовая природа такова, что она в различных правовых
системах призвана осуществлять одну и ту же функцию правосудия, защиты прав и свобод человека и
гражданина, функцию контроля за тем, чтобы государство было ограничено правом в своих властных
проявлениях. Для эффективного ее осуществления судебная власть в государстве не может быть подчинена
каким-либо иным властным структурам, она должна иметь самостоятельные механизмы воздействия на
общественные отношения и государственное регулирование как в сфере правовой регламентации в целом, так
и в сфере организации и деятельности самой судебной системы. Уточним, что это означает не подмену
законодателя судебным усмотрением, а лишь возможность суда оценивать, исправлять и дополнять
государственное регулирование с позиций права. Основой идеи правотворчества суда должны и могут стать
международные нормы и принципы в области правосудия. Последние, как относящиеся к организации и
деятельности судебной власти, так и имеющие своим предметом регулирование основных сфер жизни
общества (права человека, принципы управления и самоуправления обществом, основные начала в сфере
экономического и политического развития), сформулированы и действуют в международном праве.
Основной задачей и смыслом такого направления в развитии правосудия является не властный интерес
судебной власти и ее амбиции в области управления обществом, а установление правового, судебного
влияния, как на сам механизм государственной власти, так и на его функционирование в сфере управления
обществом. Это великая гуманистическая идея – формирование и развитие в каждой государственной системе
такого института, который был бы способен защитить общество, каждого человека от неправомерных
действий государства и ограничить само государство как властную машину в его деятельности правом.
Как представляется, в различных правовых системах такие механизмы уже во многом сложились и
успешно действуют в определенных сферах жизни общества, например, в сфере защиты основополагающих
прав и свобод человека, уважения суверенитета государств, права наций на самоопределение. В таджикской
правовой системе этот механизм формируется и, по-нашему мнению, имеются все предпосылки для его
развития.
Одной из основных составляющих формирования такого механизма должны и могут стать принципы
международного права, выработанные мировым сообществом в сфере правосудия. Это универсальные
стандарты, используемые во многих государственных и правовых системах.
Нельзя сказать, что таджикской нормотворческой и правоприменительной практике неизвестны или не
используются международные нормы и принципы в сфере организации и деятельности суда. После принятия
Конституции РТ, провозгласившей примат международного права, в таджикском правосудии все чаще
возникают идеи, связанные с их реализацией в отечественном правовом пространстве. Однако произошедшие
нормативные изменения в таджикском законодательстве в сфере судебной системы и судопроизводства и
фрагментарные подвижки в правоприменительной практике до конца не решили проблему соответствия
таджикского правосудия международным стандартам.
Безусловно, международные принципы в сфере правосудия–это не панацея, способная единомоментно
превратить таджикскую систему правосудия в самостоятельный и независимый механизм защиты общества и
81
ограничения государства правом. Необходимы всесторонние меры внутригосударственного характера, и
прежде всего–потребность общественного развития в таком механизме. Однако одной из важнейших
составляющих совершенствования этих механизмов, уже существующих и давших позитивные результаты
во многих правовых системах, являются международное право, его основополагающие принципы, в том
числе в сфере правосудия.
Развитие функции правосудия в различных исторических общностях всегда тяготело к
универсализации, появление прогрессивных идей и форм в этой области в отдельных правовых системах
довольно быстро получало признание и развитие в других государствах. Вместе с тем формирование общего
свода основополагающих начал в сфере правосудия связано в первую очередь с формированием
международного права как национального и межнационального регулятора. Международное право как
выражение общей воли народов к более совершенному миру стремится к достижению гармоничного
развития всех сфер человеческих отношений, в том числе и в сфере управления обществом, поэтому суду как
одному из основных механизмов в опосредовании отношений государство–общество – личность оно уделяет
особое внимание. Однако исторический опыт международного права в этой сфере получил позитивное
закрепление сравнительно недавно. Лишь XX в. с его природными, научно–техническими и
гуманистическими открытиями и потрясениями принес понимание необходимости сближения различных
правовых систем, необходимости универсализации правового регулирования многих сфер жизни
человеческого общества. На современном этапе значение международного права возрастает с каждым днем,
что было подтверждено на Саммите тысячелетия и получило отражение в Декларации тысячелетия ООН
2000 г., где выражена решимость государств «повышать уважение к верховенству права в международных и
внутренних делах».[1]
Таджикистан является неотъемлемой частью цивилизованного мира и строит свою правовую систему
таким образом, чтобы быть способной оптимально взаимодействовать с другими правовыми системами иных
государств и международным правом в целом. Во всяком случае, такой курс провозглашен и подтверждается,
в том числе фактом ее участия в различных международных органах и организациях, присоединением к
важнейшим международным актам, признанием общепризнанных принципов и норм международного права,
а также международных договоров Таджикистана частью ее правовой системы (ст.10 Конституции РТ).
Рядом объективных причин, в том числе значительно более поздним, чем иные цивилизованные
страны, присоединением к демократическому правовому развитию, обусловлено то обстоятельство, что
Таджикистан преодолевает сложный путь в международное право значительно более быстрыми темпами,
нежели другие государства, с более давними демократическими традициями государственности. В
таджикской правовой системе существует масса проблем, которые ей предстоит решить для полноценного
интегрирования в мировое сообщество. И одна из таких проблем–достижение целей правового государства,
немыслимого без независимого, самостоятельного и эффективного правосудия, одним из средств,
формированием которого являются международные принципы, выработанные в правовом мире.
В середине XX в. основные принципы правосудия получили международно–правовое признание и
закрепление. Одним из первых международных актов, в которых получила реализацию идея формирования
международных стандартов в области правосудия, можно назвать Всеобщую декларацию прав человека,
принятую Организацией Объединенных Наций в 1948 г. В этом акте была предпринята попытка
сформулировать универсальные для всех государств принципы правосудия. В текст Декларации были
включены положения, провозгласившие равенство всех перед законом (с.7); право каждого на эффективную
судебную защиту, осуществляемую компетентным, созданным на основе закона судом, или право на доступ к
правосудию (с.8); право на беспристрастный и гласный публичный суд (с.10), а также иные положения,
содержащие дополнительные гарантии прав человека в сфере их защиты в суде и иных правоохранительных
органах (презумпция неприкосновенности личности и ее имущества, невозможность поворота действия
закона или правило обратной силы закона – с.9 и 11) и др.[2]
Эти принципы правосудия были развиты и дополнены положениями Международного пакта о
гражданских и политических правах 1966 г. (с.6, 9, 10, 14–16 и др.).[3] Республика Таджикистан
присоединилась к Международному пакту 4 января 1999 г., который вступил в силу 4 апреля 1999 г. В
частности, были определены основные параметры должного правосудия. Предусматривалось, например, что в
национальной правовой системе должен быть обеспечен доступ не к суду вообще, а к независимому и
беспристрастному суду. К естественным правам в сфере правосудия отнесены права человека на защиту, на
адвоката, на пересмотр судебного решения и т.п.
Принципы и подходы к организации и деятельности национальных систем правосудия, их органов и
статусу лиц, наделенных правом осуществлять правосудие, получили дальнейшее развитие в более поздних
международных документах, к которым следует отнести ряд актов, принятых ОБСЕ (ранее - СБСЕ). В
частности, в итоговом Документе Венской встречи 1989 г. закреплены принципы универсальности
правосудия и необходимости уведомления о решении судебной инстанцией, рассматривавшей жалобу
82
гражданина по его делу, с обязательным указанием мотивов такого решения (с.13). Идеи справедливого суда
нашли отражение в Документе Копенгагенского совещания Конференции по человеческому измерению
ОБСЕ 1990 г. (п. 5.5, 5.10–5.21).
В вышеназванных международно–правовых актах правосудие и требование к нему рассматривались
наряду с другими проблемами, требующими международного регулирования. Однако, исходя из особой
значимости задачи создания в каждом государстве эффективной и гуманной судебной системы,
международное сообщество приняло ряд специальных актов, представляющих собой международно–
правовую базу для национального конституционного законодательства, регулирующего организацию и
деятельность судебной власти. К числу таких актов относятся Основные принципы, касающиеся
независимости судебных органов, принятые в 1985 г. в Милане YII Конгрессом ООН по предупреждению
преступности и обращению с правонарушителями. Эти принципы были одобрены резолюцией Генеральной
Ассамблеи ООН 40/32 от 29 ноября 1985 г. и 40/46 от 13 декабря 1985 г.[4] Данным документом определены
требования, адресованные как самому государству, устанавливающему судебную систему, так и
непосредственно судам и судьям как носителям судебной власти. В качестве принципов, адресованных к
государству, были названы:
недопустимость неправомерного и несанкционированного вмешательства в процесс правосудия со
стороны других органов и лиц;
исключительно судебный пересмотр решений любого суда;
гарантируемая государством независимость судебных органов, в том числе путем закрепления данного
принципа в конституции или законах страны;
обязанность государственных и других учреждений уважать и соблюдать независимость судебных
органов и другие принципы.
В свою очередь, судебные органы строят свою деятельность на основе определенных принципов, в
частности таких, как независимость суда, обеспечение справедливого ведения судебного разбирательства и
соблюдения прав сторон.
Правильному пониманию принципов правосудия способствует нормотворческая деятельность
различных региональных международных организаций. Международные нормы, принимаемые на
региональном уровне, затрагивают проблемы определения критериев должного правосудия, выработки
необходимых требований к органам и политике государств по отношению к судебной власти, а также иные
вопросы, находящиеся под пристальным вниманием региональных международных органов.
Для Таджикистана и других участников Содружества Независимых Государств важное значение
имеют нормы, получающие закрепление региональных международных документов. Так, при формировании
и функционировании национальной судебной системы важную роль играет учет нормативных актов СНГ, в
частности Конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным
делам, принятые 22 января 1993 г. в Минске и 7 октября 2002 г. в Кишиневе. Этот акт обязывает участников
настоящей Конвенции обеспечить гражданам Договаривающихся Сторон и лицам, проживающим на их
территориях, предоставление всем Договаривающимся сторонам в отношении личных и имущественных
прав такой же правовой защиты, как и собственным гражданам. Придавая важное значение развитию
сотрудничества в области оказания учреждениями юстиции правовой помощи по гражданским, семейным и
уголовным делам.
В ряду региональных актов нельзя не отметить Соглашение о порядке взаимного исполнения решений
арбитражных, хозяйственных и экономических судов на территориях государств-участников Содружества
(Москва, 6 марта 1998г.), ратифицировано Постановлением Маджлиси Намояндагон Маджлиси Оли
Республики Таджикистан от 13 декабря 2000 г. №197. Данное Соглашение определяет порядок взаимного
исполнения вступивших в законную силу решений арбитражных, хозяйственных и экономических судов
Договаривающихся Сторон по подведомственным им делам, затрагивающим экономические споры.
Судебная власть-самая молодая из ветвей государственной власти в современном Таджикистане. В
советский период развития суд функ-ционировал как государственный орган, осуществляющий правосудие. С
изменением статуса суда в государственной системе необходимо было урегулировать его правовое положение.
Основной пакет законов, регулирующих роль, место и функции судов в системе государственно-правовых
институтов, сформировался в течение достаточно короткого отрезка времени в 1991-2001 гг., в период судебной
реформы, задачами которой являлось создание новой современной, соответствующей нынешнему этапу
правового развития Таджикистана системы правосудия. При этом необходимо отметить, что многие ориентиры
в этом процессе были связаны именно с международными нормами и принципами в сфере правосудия.
Выделим основные направления регулирования сферы правосудия.
Международные нормы одними из основных требований к организации национального правосудия
определяют сушественные параметры, связанные с положением суда в государственной системе. В разделе
83
«Независимость судебных органов» упомянутых выше Основных принципов, касающихся независимости
судебных органов, содержатся следующие положения:
1. Независимость судебных органов гарантируется государством и закрепляется в конституции или
законах страны. Все государственные и другие учреждения обязаны уважать и соблюдать независимость
судебных органов.
2. Судебные органы решают переданные им дела беспристрастно, на основе фактов и в соответствии
с законом, без каких-либо ограничений, неправомерного влияния, побуждения, давления, угроз или
вмешательства, прямого или косвенного, с чьей бы то ни было стороны и по каким бы то ни было причинам.
3. Судебные органы обладают компетенцией в отношении всех вопросов судебного характера и
имеют исключительное право решать, входит ли переданное им дело в их установленную законом
компетенцию.
4. Не должно иметь места неправомерное или несанкционированное вмешательство в процесс
правосудия, и судебные решения, вынесенные судами, не подлежат пересмотру. Этот принцип не
препятствует осуществляемому в соответствии с законом судебному пересмотру или смягчению приговоров,
вынесенных судебными органами.
5. Каждый человек имеет право на судебное разбирательство в обычных судах или трибуналах,
применяющих установленные юридические процедуры. Не должно создаваться трибуналов, не
применяющих установленных должным образом юридических процедур, в целях подмены компетенции
обычных судов или судебных органов.
6. Принцип независимости судебных органов дает судебным органам право и требует от них
обеспечения справедливого ведения судебного разбирательства и соблюдения прав сторон.
7. Каждое государство-член обязано предоставлять соответствующие средства, позволяющие
судебным органам надлежащим образом выполнять свои функции.
Таким образом, из анализа международно-правовых актов ратифицированных Таджикистаном в
области правовой помощи можно прийти к такому выводу, что не существует Конвенции про оказанию
правовой помощи и правовых отношений по гражданским, экономическим, семейным и уголовным делам
между близкими соседними государствами, например между Китаем, Афганистаном и Ираном, тем более
Таджикистан и Китай-члены Шанхайского Сотрудничества. Надо отметить, что темп развития
экономических отношений между этими соседними государствами находится на высшем уровне и мы
вносим предложения о необходимости принятия в рамках компетенции Шанхайского Сотрудничества
конвенции об оказании правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, экономическим,
семейным и уголовным делам. Также Маджлиси Намояндагон Маджлиси Оли Республики Таджикистан
должен ратифицировать Конвенцию о признании и исполнении арбитражных решений иностранных
государств.
КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: судебная власть, организация и деятельность судебной власти в Таджикистане, правовые нормы.
1.
2.
3.
4.
Л ИТЕР АТУРА
Resolutions and Decisions adopted by the General Assembly during its 55 – th session. Vol. I. N.Y., 2001. н.5.
Сборник международных документов и законодательства Республики Таджикистан по правам человека (для сотрудников
правоохранительных органов). Д., 2005.с.7.
Таджикистан: От моратория к отмене смертной казни. Сборник материалов (Исследование законодательства Республики
Таджикистан по вопросам соответствия международным стандартам в области отмены смертной казни). Д., 2006.с.18-25
Сборник международных документов и законодательства Республики Таджикистан по правам человека . Указ. раб.с. 113.
ТАЪСИРИ МЕЪЁРЊОИ ЊУЌУЌИ БАЙНАЛМИЛАЛЇ БА ТАШКИЛ ВА ФАЪОЛИЯТИ ЊОКИМИЯТИ СУДЇ ДАР
ТОЉИКИСТОН
Муаллиф дар маќолаи мазкур санадњои њуќуќи байналмилалиро, ки фаъолияти њокимияти судиро танзим менамояд ва
Тољикистон онњоро эътироф намудааст, тањлил намуда, барои боз њам фаъол намудани меъёрњои њуќуќи байналмилалї барои таъмини
ёрии њуќуќї байни миллатњо таклифу пешниходњо намудааст .
THE INFLUENCE OF INTERNATIONAL-LEGAL NORM FOR THE ORGANIZATION AND ACTIVITY OF
JUDICAL POWER
The author considers about the given article of international local’s norm, which regulate Ted activity of judicial power in Tajikistan witch were
elected in Tajikistan.
84
МУХАММАД ГАЗАЛИ О ВИДАХ, УСЛОВИЯХ И СПОСОБАХ ВЫДАЧИ
ЗАКЯТОВ
Ф.М. Шоев
Таджикский национальный университет
Мухаммад Газали[1] в своих правовых взглядах также рассматривал проблему закята и посвятил этой
проблеме отдельные главы и разделы в своих трудах.[2] Правовые взгляды мыслителя по проблеме закята в
данной работе, можно рассматривать в двух аспектах: первый – виды отчислений в общину (закята) и их
обязательные условия и второй – способы выдачи отчислений (закятов) и выявление тех лиц, которым надо
раздавать закят.
1. Виды отчислений в общину (закята) и их обязательные условия. Мухаммад Газали по поводу
определения видов отчислений в общину (закята), обращаясь к тем лицам, которые являются мусульманами,
говорит, что знай, обязательными являются шесть видов закята. Как говорит Хисматулин А.А., в «Кимийа»
говорится о пяти видах закята, а в «Ихйа» о шести видах закята.[3]
Вид первый – четвероногая скотина, то есть закят ограничивается верблюдами, коровами и овцами.
Что касается лошадей, ослов и других животных, то с них закят отсутствует.[4]
Мыслитель говорит, что такой закят обязателен при четырех условиях.[5] Условие первое состоит в том,
чтобы она (скотина) не была фуражной, а пребывала на пастбище, дабы для нее не требовалось обеспечение
существования. Если в течение всего года ей дают столько фуража, что его можно считать определенным
обеспечением существования, то она не подлежит закяту. Условие второе – в том, чтобы в течение одного года
она оставалась в его собственности. Если в промежутке она вышла из его (владельца) собственности, то она
выпадает из обложения закятом, но ее потомство и приплод, даже появившиеся в конце года, берутся в расчет
и обязательно облагаются закятом в зависимости от породы скотины. Условие третье – в том, чтобы он
(владелец) благодаря этой скотине становился богатым (тавангар), а она находилась в его распоряжении
(тасарруф). Но если она потерялась или какой-либо злодей (залим) выкрал ее у него, то закят на нее не
налагается, за исключением того, когда вся она вместе с любого рода прибылью, с нее полученной,
возвращается ему, тогда для него обязателен пропущенный закят. Если же некто имеет скотину в количестве,
равном займу, то правильно не налагать на него закят, ибо в действительности он является неимущим
(дервишем). Условие четвертое – в том, чтобы была определенная ставка, по мере которой он становился бы
богатым, ибо от мизерной меры богатство не обретается.
По мнению мыслителя, что касается верблюдов, то пока их не станет пять, ему нет необходимости чтолибо отчислять.[6] Далее он определяет нисаб на них. На 5 верблюдов становится обязательной в качестве
закята одна овца, на 10 – две, на 15 – три, на 20 – четыре. Эти овцы не должны быть моложе одного года; если
же козы, то – не моложе двух лет. Когда появляется 25 верблюдов, то с них в счет закята обязательно
приходится одна годовалая верблюдица. Если у него нет такой, то вместо нее выставляется самец-двухлеток.
До тех пор пока не появится 36 верблюдов, для него ничего дополнительно не требуется. При 36 верблюдах
обязательна самка-двухлетка, при 46 – самка-трехлетка, при 61 – самка-четырехлетка, при 76 – две самкидвухлетки, при 91 – две самки-трехлетки, при 121 – три самки-двухлетки. Далее считают так: на каждые 50
верблюдов – самка-трехлетка, на каждые 40 - самка-двухлетка.
Как говорит мыслитель, что касается закята с коров, то с них ничего не требуется, пока их не станет 30
голов.[7] Здесь далее определяет нисаб (размер выплаты закята) из них. При таком количестве обязательна
одна годовалая тёлка, с 40 – двухлетняя корова, с 60 – две годовалые тёлки, с 80 – две двухлетние. После чего
считают так: на каждые 40 обязательна одна двухлетняя корова, на каждые 30 – одна годовалая тёлка.
Мыслитель по поводу закята с овец говорит, что с каждых 40 овец – одна, со 121 – две, с 201 – три, с 400
– четыре.[8] После чего считают так: с каждых 100 – одна, но она не должна быть годовалой. Если же это козы,
то они должны быть не моложе двух лет. Когда два человека, облагаемых закятом, сводят вперемежку своих
овец и ни один из них не является самовыкупающимся по договору рабом и неверным, то закят со скотины
обоих должен быть как со скотины одного; или если на двоих приходится не более 40 овец, то для каждого
обязательно пол овцы; если у них 120, то на двоих им достаточно для уплаты налога одной овцы.
Второй вид – это десятинные отчисления.[9] Он далее говорит, что на всякого, у кого есть 800 манов
пшеницы или ячменя, изюма или сушеных фиников, или чего-то достойного быть и служить пищей, которой
он может удовлетворить людей, типа чины, риса, гороха, турецких бобов и тому подобного, обязательно
налагается десятина (ушр). Мыслитель в другом произведении определяет понятие ушра. Он говорит: «Ушр –
это вид обязательного подаяния, одна десятая часть (например, собственного урожая)».[10] Однако всё, что не
содержит в себе пищи, типа хлопка, льна и разного рода виноградной лозы, не подлежит десятине. Далее он
определяет тонкости данного вида отчисления в общину (закята).[11] Если у него имеются 400 манов
пшеницы и 400 манов ячменя, десятина не обязательна, ибо ставка для нее должна исходить из существующей
85
однородности, что случается, когда вода для орошения бывает из ручья или «кариза».[12] Если же орошение
ведерное, то для закята положено не более половины десятины.
Ему (плательщику) не следует отдавать закят виноградом или свежими финиками, но – изюмом и
сушеными финиками, за исключением тех случаев, когда из винограда не получается изюм, тогда допускается
отдавать виноградом.
По мнению мыслителя, когда виноград набрал цвет, а зерна пшеницы и ячменя обрели твердость, то
ему нельзя ими полностью распоряжаться, пока сначала он не произведет приблизительную оценку всего
урожая и не узнает, сколько составляет доля неимущих.[13] Когда он узнает то количество и поручится за него,
в целом допустимо распоряжаться остальным.
Вид третий – отчисления с золота и серебра.[14] Он далее определяет, что при двухстах дирхемах
серебра в конце года причитается пять дирхемов, при двадцати динарах чистого золота – полдинара, что
составляет одну сороковую. И говорит, что насколько бы ни возросла сумма, она следует этому же расчету.
Мухаммад Газали здесь также говорит о тонкостях данного вида закята. С серебряных денег,
серебряной и золотой посуды, золотой сбруи с седлом, с того золота, которое бывает на мечах, ножах и
чернильницах, и со всего, что ни в коем случае не является допустимым, со всего причитается закят. Однако с
мужских и женских украшений, иметь которые допустимо, закят отсутствует. Закят причитается с золота и
серебра для тех людей, которые при желании смогут их взять в долг.
Вид четвертый – отчисления с торгового имущества.[15] При закупке чего-либо на сумму двадцать
динаров с побуждением поторговать и по истечении года причитается тот же закят наличными с учетом
любой полученной в течение года прибыли. В конце каждого года надо определять стоимость имущества:
тогда если начальный капитал состоял из золота или серебра, то отдавать следует ими же, а если закупки
производились за наличные деньги, то – теми деньгами, которые имеют преобладающее хождение в стране.
При наличии какого-либо товара и при побуждении поторговать им начало налогооблагаемого года не
становится обязательным до тех пор, пока за это не будет что-то приобретено. Однако если есть наличные и по
доходной ставке (нисаб), то налогооблагаемый год начинается со времени владения ими и достижения уровня
доходной ставки. Но всякий раз, когда намерение поторговать в середине года пропадает, закят перестает быть
обязательным.
Вид пятый – отчисления разговения.[16] В ночь праздника месяца рамазана с каждого мусульманина,
который сверх употребленной в День праздника им и его семьей пищи имеет нечто большее, кроме дома,
одежды и того, что совершенно необходимо в быту, причитается один са еды, однородной с ним съеденной
пищей (едой), что составляет три мана без одной трети мана, если он ел пшеницу, то это не должен быть
ячмень, а если он ел ячмень, то это может быть пшеница. Если он употреблял разнородную пищу, то отдать
должен лучшую. Не следует заменять пшеницу мукой и тому подобным.
Мухаммад Газали приводит, что согласно Шафии, да будет доволен им Аллах, для каждого, на кого
ложатся обязательные расходы на близких, обязательно и подаяние (садака) за них, как-то: за жену, детей,
родителей и рабов. Закят за совместного раба ложится на обоих совладельцев. Закят за раба-неверного обязателен (описка, должно быть: не обязателен).[17] Допустимо, если жена отдает закят за себя, и допустимо, если
муж отдает за нее без ее изволения.
По мнению мыслителя, в данной мере знать о заповедях закята совершенно необходимо, чтобы знать, о
чём следует спрашивать, если случится событие, выходящее за нее меру знания.
2. Способы выдачи отчислений (закятов) и выявление тех лиц, которым надо раздавать закят.
Способы выдачи отчислений (закятов). Мухаммад Газали говорит, что выдавая закят, мусульманину
следует придерживаться пяти вещей и далее он раскрывает их сущность.[18] Первая – определить
побуждение (нийат) отдать обязательно предписанный закят, если он обращается к доверенному лицу (вакил),
то определяет побуждение во время предоставления полномочий. Вторая – по завершении года ему следует
поторопиться, ибо недостойно задерживаться без извинения. А закят разговения не подобает задерживать
после Дня праздника. Поспешность с ним допустима в течение месяца рамазана, но до рамазана спешить не
подобает. Достойна поспешность с закятом с имущества в течение всего года при том обязательном условии,
что берущий его до конца года останется неимущим. Если же он до конца года умрет или станет богатым или
отступником от веры, то закят надо отдать еще раз. Третья – закят с любого рода имущества надо отдавать
тем же родом имущества. По мазхабу Шафии, да будет доволен им Аллах, не подобает, если, по мере
стоимости, вместо серебра отдается золото или вместо ячменя – пшеница или какое-либо иное имущество.
Четвертая – давать подаяние (садака) в месте, где находится имущество, чтобы неимущие видели это
имущество. Если же он отдает закят в другой город, то на самом деле его закят пропадает или описка: не
пропадает. Пятая – ему следует разделить имеющееся количество закята на восемь категорий людей так,
чтобы на каждую приходилось не менее трех человек и в общем их было двадцать четыре. Если закят будет
составлять один дирхем, то, по мазхабу Шафии, да будет доволен им Аллах, обязательно, чтобы он дошел до
86
всех них. Для восьми категорий людей части следует уравнять. Затем часть каждой из них разделить на троих
или, при желании, на большее число людей, даже если не будет поровну.
Мыслитель говорит, что в настоящее время три категории людей встречаются всё реже: воины (газы),
новообращенные в ислам (муаллафа) и сборщики закята (амили закят), но встречаются неимущие (факир),
бедняки (мискин), самовыкупающиеся рабы (мукатаб), сыны пути (ибн сабил – странники) и должники
(вамдар).[19] Стало быть, каждому, согласно Шафии, да будет доволен им Аллах, следует раздать закят не
менее чем пятнадцати человекам.
По мнению Мухаммада Газали, его мазхаб в этих двух вопросах тяжел: во-первых, в том, что не
следует заменять закят, а во-вторых, в том, что его надо распределять на всех. Большинство людей в данных
двух вопросах придерживаются мазхаба Абу Ханифы, да будет доволен им Аллах. Мы надеемся, что за это,
если будет угодно Всевышнему Аллаху, с них не взыщут.
Выявление тех лиц, которым надо раздавать закят. Мыслитель тех лиц, которым надо раздавать
закят разделяет на восемь сословий.[20] В мусульманском праве этих лиц также разделяют на восемь
групп.[21] Сословие первое – неимущие (факир). К ним принадлежит тот, у кого нет ничего и кто ничем не в
состоянии зарабатывать. Если же у него имеется пища на целый день и одежда на всё тело, то он не является
неимущим. А если у него есть пища не более чем на полдня, он имеет рубаху без платка на голову или –
платок на голову без рубахи, то он – неимущий (дервиш). Если он – ищущий знания (талиби илм) и занявшись
ремеслом, отрывается от этого поиска знания, то он – дервиш. Но подобные дервиши встречаются реже, разве
только среди детей. Поэтому устраивают так, что ищут семейного дервиша и часть, предназначенную для неимущих, передают ему через его детей. Сословие второе – бедняки (мискин). Бедняком является тот, у кого
расходы на важные потребности превышают его доход. Даже если у него имеются дом и одежда, но при
отсутствии достатка в течение целого года, когда его ремесло не восполняет его, допустимо отдать ему
столько, чтобы обеспечить достаток в течение круглого года. Если у него есть ковер, посуда и книги, но он
испытывает нужду в чем-то или описка: в них, то он – бедняк.[22] Однако если у него имеется нечто,
превышающее его потребность, то он не является бедняком. Сословие третье – те, кто собирают закят, доводя его до неимущих; им отдается их часть из закята. Сословие четвертое – новообращенные (муаллафа),
это те, кто только что стали мусульманами. Если им дать какие-то средства, то у других появится стремление,
благодаря которому они станут мусульманами. Сословие пятое – самовыкупающиеся рабы (мукатаб). Это
рабы, которые выкупают себя, отдавая свою стоимость по частям своему господину (ходжа). Сословие
шестое – те, кто имеют долги, получившиеся не в результате греха, будь то неимущий или будь то богатый,
но сделавший долг ради какого-то общего блага, например, чтобы подавить смуту. Сословие седьмое – те
воины (гази), у которых нет жалованья из казны; даже если они богаты, им следует дать на путевые расходы из
закята. Сословие восьмое – путешественники, не имеющие путевого припаса, будь то проезжие или отправившиеся в путешествие из своего города. Им следует дать в размере, достаточном для питания и арендной
платы.
В конце Мухаммад Газали говорит, что допустимо прислушиваться к словам всякого, кто скажет «Я –
дервиш» или «Я – бедняк».[23] Если же выяснится, что он лжет, тогда закят у него следует изъять. Что касается
путешественника, имеющего путевой припас, или воина, не отправляющегося на войну, то закят у них надо
изъять. В отношении других сословий надо поступать, полагаясь на слова облечённых доверием лиц.
КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: Мухаммад Газали, закят, выдача закятов, виды отчислений, способы выдачи отчислений.
Л ИТЕР АТУРА
Абу Хамид Мухаммад ал-Газали ат-Туси. Указ. соч. с. 182.
Абу Хамид Мухаммад ал-Газали ат-Туси. Указ. соч. с. 183.
Там же.
Там же. с. 184.
Исследование сокровенных тайн сердца / Абу Хамид аль-Газали. Пер. с араб.–М.: Ансар, 2006.с. 94.
Абу Хамид Мухаммад ал-Газали ат-Туси. Указ. соч.с. 184.
Хисматулин А.А. пишет, что «Кариз»–колодец в системе водоснабжении, основанной на подземных магистральных водоносных
слоях с грунтовой водой и выходящих от них на поверхность вертикальных отводах. Рытье каризов было ремеслом, а труд таких
ремесленников оплачивался сельскими общинами, так как в одной системе водоснабжения прорывалось сразу несколько
колодцев.–Абу Хамид Мухаммад ал-Газали ат-Туси. Указ. соч. с.184.
8. Абу Хамид Мухаммад ал-Газали ат-Туси. Указ. соч.с. 184.
9. Там же. с. 184-185.
10. Абу Хамид Мухаммад ал-Газали ат-Туси. Указ. соч.с. 185.
11. Хисматулин А.А. пищет, что в «Ихйа» (с.189-190) пятым видом назван закят с сокровищ и кладов, в основном с драгоценных
металлов, составляющий, как правило, одну пятую (хумс), а закят разговения–лишь шестым. Здесь же, как, впрочем, и в иных
1.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
87
12.
13.
14.
15.
16.
17.
18.
19.
20.
21.
22.
23.
изданиях «Кимийа», шестой вид вообще опущен, хотя в начале acла было заявлено о шести обязательных видах закята.–Абу
Хамид Мухаммад ал-Газали ат-Туси. Указ. сочс. 185.
Не обязателен – по шафиитскому мазхабу, обязателен–по ханафитскому.–Абу Хамид Мухаммад ал-Газали ат-Туси. Указ. соч.с.
186.
Абу Хамид Мухаммад ал-Газали ат-Туси. Указ. Соч.с. 186-187.
Абу Хамид Мухаммад ал-Газали ат-Туси. Указ. соч.с. 187.
Там же. с. 187-189.
Основы начала мусульманского права согласно учению имамов Абу Ханифы и Шафии: (пер. с гол.) / Л.В.С.Ван ден Берг;
Предисл. Л.Р. Сюкияйнена.–М.:Наталис: Рипол Классик, 2006.с.56-57.
Абу Хамид Мухаммад ал-Газали ат-Туси. Указ. соч. с. 188.
Там же. с. 189.
Ключевский В.О. Русская история. Полный курс лекций в трех книгах. Кн. 1.М., 1993.с.20.
Ельчанинов М.С. Социальная синергетика и катастрофы России в эпоху модерна.М.: КомКнига, 2005.с.99.
Там же.с.108.
Тихонова Н.Е. Социокультурная модернизация в России (Опыт эмпирического анализа) Статья 1 //Общественные науки и
современность. 2008. №2.с. 13.
Миронов Б.Н. Социальная история России. Т.1. СПб., 1999.с.46-47, 63,33, 208.
МУЊАММАД FАЗОЛЇ ДАР БОРАИ НАМУД, ШАРОИТ ВА УСУЛЊОИ ДОДАНИ ЗАКОТ
Муњаммад Fазолї дар аќидањои њуќуќии худ масоили закотро дида баромада, ба ин масоил бобњои алоњидаро дар асарњои худ људо
кардааст. Дар маќолаи мазкур андешањои Fазолї дар бораи намуд, шароитњо ва усулњои додани закот оварда шудааст.
MUHAMMAD GAZOLI ABOUT THE TYPES OF CONDITIONS AND THE WAYS OF ISSUES
Muhammad Gazoli in his legal views considers about the setting problems and devoted this problem has saparate parts in his labours. The article
considers about the expressing of types conditions and the ways of issues setting
ЉОМЕАШИНОСЇ
ВЛИЯНИЕ КОЛОНИЗАЦИОННОЙ СТРУКТУРЫ НА СОЦИЕНТАЛЬНЫЕ
СИСТЕМЫ РОССИЙСКОГО ОБЩЕСТВА
О.В. Ладыгина
Российско-Таджикский (Славянский) университет
В.О.Ключевский определял Россию как страну, «которая колонизируется».[1] «Русские освоили
шестую часть суши от Балтийского моря до Тихого океана. В этой территориальной экспансии решающую
роль играла колонизационная структура, которая темпорально меняла темп и ритм своего функционирования
и развития, сохраняя, тем не менее, свой трансисторический характер».[2]
Территориальное расширение страны имеет как позитивные, так и негативные последствия. Если
увеличение экономического потенциала страны можно отнести к позитивным последствиям,[3] то к
негативным:
утверждение в сознании убеждения об эффективности экстенсивного развития, что в перспективе
ведет к отставанию. Об устойчивости экстенсивных представлений свидетельствует тот факт, что главной
движущей силой современного развития страны россияне считают рабочих и крестьян;[4]
в многонациональной империи русские стали непривилегированной частью населения. Уровень и
продолжительность жизни русских были ниже, чем у других народов Российской империи (латышей,
эстонцев, литовцев, финнов, евреев, поляков, украинцев, белорусов, татар и башкир). Русские платили больше
налогов, чем нерусское население. По уровню грамотности русских опережали прибалтийские народы,
поляки, евреи, финны, волжские и крымские татары;
русские не только несли бремя обустройства огромного евразийского пространства, но и обеспечения
безопасности и поддержание общественного порядка, что ограничивало возможность развития русских
регионов и способствовало сохранению отсталости России.[5] «Русский народ, - писал Н.А. Бердяев, - был
подавлен огромной тратой сил, которой требовали размеры русского государства. Государство крепло, народ
хирел, говорит Ключевский. Нужно было овладеть русскими пространствами и охранять их».[6]
Обширные территории увеличивают расходы государства на содержание обороны, управления,
благоустройства обширного пространства, общественного правопорядка. «Нельзя не признать, - пишет М.К.
Любавский, - что разбросанность населения России была и продолжает быть сильным тормозом в ее
культурном развитии, в экономическом, умственном и гражданском преуспеянии…благодаря
разбросанности населения в нашей стране с большим трудом насаждался гражданский порядок, медленно и
туго устанавливалась общественная безопасность и благоустройство, слабо развивалась законность. На
88
просторе долгое время господствовала и господствует у нас грубая сила и всяческий произвол отдельных
сильных лиц и частных сообществ».[7] Большая территория с низкой плотностью населения и сегодня
сдерживает инновационное развитие страны, т.к. основные усилия направлены на элементарное физическое
выживание на основе экстенсивного хозяйства. Россия тратит 40-50% энергопотребления на защиту населения
от холодного климата, вместо того, чтобы использовать эти ресурсы для производства материальных и
духовных благ.[8]
С другой стороны, слабая заселенность способствовала мирному освоению обширных территорий.
Огромные пространства степей и лесов с немногочисленным населением требовали освоения. Землю не надо
было отвоевывать в кровопролитных войнах. Постоянные контакты с другими народами давали неоценимый
опыт общения, глубокое знание жизни способствовали складыванию таких форм межнационального
общения, в которых имело место проявление своей культурной самобытности. Это обстоятельство
способствовало развитию чувства милосердия, национальной терпимости. Н. Бердяев писал, что «Россия –
самая не шовинистическая страна в мире. Национализм у нас всегда производит впечатление чего-то
нерусского, наносного.… В русской стихии есть какое-то национальное бескорыстие, жертвенность…».[9]
Русской культуре, по мнению И. Ильина, чуждо утверждение своего национального духа за счет других
народов.[10] Можно утверждать, что исконно русской чертой не является поглощение славянскими
народами иных народностей. В силу этого отношение к конфликту как к социальной норме не было
сформировано в обществе.
Русские продвигались на Восток, демонстрируя доброжелательность. Расширение территории
государства осуществлялось не только за счет завоеваний, но и за счет добровольного присоединения, русские
легко уживались с другими народами, хотя процесс сближения русской культуры и культур других народов
проходил не беспроблемно.[11]
К XVIII веку благодаря экспансии Россия приобрела статус великой державы. Русские гордились
таким статусом государства. В русском национальном самосознании, подчеркивает В.А. Тураев, огромную
роль всегда играла идея державности. Русский человек как носитель государственности осознавал себя
хозяином положения. Представления о себе («Мы») имело превосходную степень. Заносчивое чувство
принадлежности к самой лучшей, самой сильной и единственной в своем роде общности – проявление
подростковой психологии, которое свидетельствует о неразвитости самосознания.
Более высокий по сравнению с народами Поволжья, Сибири или Центральной Азии культурноисторический потенциал русских стал основой «чувства снисходительности, пренебрежительного отношения
к культуре, традициям и обычаям других народов, при этом русский человек искренне верил, что творит
доброе дело. Сострадание к тем, кто «ниже», стремление поднять их до уровня «как все» (в данном случае «как
мы»), замешанное на идее христианско-православного мессианства и милосердия, - не менее характерная
черта русского культурного архетипа».[12]
На пластичность, открытость влияния внешним воздействиям, позитивное отношение к самобытным
началам как на характерные черты русской традиции указывали многие исследователи. В.Н. Сагатовский
писал, что «деятельность русского человека направлена не на жестокое подчинение себе всего сущего, не на
унификацию его, не на отрицание несхожего, но на собирание и бережение: бережение многообразного
(сохранение культур других народов, уважение к иным религиям, нравам) и собирание этого многообразия в
новое полифоническое единство».[13] Соседи русских тоже были миролюбивы и открыты, отмечает Д.С.
Лихачев. Однако только в русской культуре эти черты утвердились идеологически.[14]
Ассимиляции населения вновь включенных в состав государства территорий была ограничена
политической сферой – разноплеменное и разноконфессиональное население было введено в единое правовое
поле. Многообразие культур, религий, национальных и этнических образований не исчезало, а сплачивалось
«в разумный человеческий Космос».[15] В связи с этим примечателен рассказ маркиза де’Кюстина. На
петербургском балу Николай I спросил его: «Вы ожидали встретить здесь одних русских? И, наверное,
удивлены? Вон немец, вон армянин, вон поляк». И, помолчав, добавил: «А все мы вместе и есть –
Россия…».[16] Таким образом, установки русского самосознания предполагают открытость к другим
народам, готовность к сотрудничеству и интеграции на базе осознания собственной этнической специфики,
развития своей национальной индивидуальности.[17]
Южные степи Русской равнины оказывали сложное и противоречивое влияние на русское
национальное самосознание. «…степь широкая, раздольная, как величает ее песня, своим простором,
которому конца-края нет, воспитывала в древнерусском южанине чувство шири и дали, представление о
просторном горизонте… Но степь заключала в себе и важные исторические неудобства; вместе с дарами она
несла мирному соседу едва ли не больше бедствий… Борьба со степным кочевником…, длившаяся с VIII
почти до конца XVII в., - самое тяжелое историческое воспоминание русского народа…».[18] Российская
государственность оформилась, прежде всего, как ответ на давление кочевников, противостояние с которыми
не только не привело русский народ к потере своей идентичности, но и позволило ему расширить рамки
89
культурных традиций. В национальном самосознании закрепилась идея защиты собственной, осознаваемой
идентичности и собственной земли. Родовой земледельческий культ матушки-земли стал сопоставим с идеей
богородицы, земли как пространства, земли как родины.
Военно-государственная структура с авторитарной монархической властью стала необходимым
условием защиты национальных интересов в противоборстве с Востоком и Западом. «Национальная
безопасность была в действительности чем-то большим, нежели приоритет, - одержимостью, которой при
необходимости все остальное приносилось в жертву при восторженном одобрении народа».[19]
Системная милитаризация государства и общества стала неизбежностью. Постоянная внешняя угроза
требовали единства гетерогенного общества. Неразвитость представлений об общем интересе привела к
милитаризации повседневного жизненного уклада, выстраиванию мирной жизни по военному образцу. В
такой повседневности ценности мирной и военной жизни не различались. Показательна в этом отношении
политико-идеологическая лексика советской эпохи («борьба за урожай», «передовой фронт
промышленности», «штурм пятилетних планов»), почетные звания («Герой труда» и «Ударник труда»),
награды (орден «Трудового Красного Знамени», медаль «За трудовую доблесть», «Ветеран труда»).
Коммунистическая партия во всех редакциях своего устава именовалась боевой организацией. Пионеров –
членов детской организации – призывали быть готовыми к борьбе за дело Коммунистической партии
Советского Союза.
Опасность вторжения требовала огромных усилий по обеспечению обороноспособности государства,
поглощая скудные материальные и людские ресурсы страны. «Россия оказалась в порочном кругу:
государству нужна была большая и сильная армия, чтобы защищать большую территорию страны, но для
содержания армии нужны новые земли и людские ресурсы».[20] Экстенсивный путь развития как
компромисс между интересами государства и общества стал определяющим в русской истории.[21]
При низкой плотности населения крестьянин как производитель материальных благ становился
редким и ценным ресурсом. Государство путем насилия закрепило его за землей. Крепостное право было
распространено не только на сельское, но и на городское население. Крепостничество как институциональная
система имеет мощную инерцию, считает А.Аузан, и воспроизводится до сих пор.[22]
Государство с помощью репрессивных мер изымало у крестьян практически весь прибавочный
продукт, подрывая устойчивость крестьянского хозяйства. Протестуя против социального гнета, крестьяне
убегали, активизируя, таким образом, переселенческий процесс и стимулируя институционализацию
крепостного права.
Но поиск лучшей доли оборачивался низкими темпами развития хозяйства России по сравнению с
Западной Европой. В Европе крестьянин скрывался от произвола феодала в городе, где уже тогда
существовали основы демократии и права. В России бежали на окраины государства, например, в казаки,
откуда «выдачи не было», на неосвоенные земли, где закреплялся и культивировался архаичный,
догосударственный идеал вольной жизни, распространялись традиционные способы ведения хозяйства.[23]
Необходимость концентрации всех имеющихся ресурсов способствовала усилению роли государства,
детерминировала архетипическую структуру власти-собственности, в которой имеют место только
потребности власти. Феномен власти-собственности Л.С. Васильев связывает с понятием редистрибуции власти, которая опирается на экономическую реальность (владение ресурсами группы) и на юридическую
форму (право выступать от имени этой группы и распоряжаться ее достоянием и избыточным продуктом).[24]
Конструкция «власть-собственность» предоставляла власти широкие возможности для произвольных
решений и действий, для патрон-клиентских отношений. Сложившиеся неформальные отношения приучали
смотреть на законы как пустые формальности и налаживать личные отношения с «нужными людьми».
«Вместо универсалистских ценностей и норм поведения, присущих эффективной, построенной на
легитимных основаниях рыночной экономике, в российском бизнесе стали доминировать партикуляристские
нормы, краткосрочные отношения, ситуативные решения».[25]
Сложившаяся патерналистская система общества имела особый тип личности. Если на Западе
осуществлялась материальная индивидуализация, то в России – интеллектуальная. Материальная
индивидуализация осуществляется за счет отчуждения и связана с категорией «частное» (отдельное). В
представлениях Запада владение частной собственностью соответствует природе человека. Частная
собственность неприкосновенна и священна, как священна личность.[26]
В интеллектуальной индивидуализации индивидуальное и частное не совпадает. Частная
собственность не рассматривается как необходимая составляющая индивидуализации. Русским крестьянам
было чуждо понятие частной собственности. Земля считалась общим достоянием – Божьим даром. К
собственности относились как к необходимому условию своего труда. Земля мыслилась как часть
устоявшегося уклада, как естественное продолжение земледельца. Поэтому она должна принадлежать тем, кто
на ней трудится.
90
И сегодня россияне выступают сторонниками только такой собственности, в основе которой лежит
труд самого собственника или тех, от кого он получил ее по наследству. В представлениях россиян до сих пор
отсутствует ясное представление о праве собственности, что свидетельствует об их низкой правовой культуре.
Понятие собственности для россиян связано не с формально-правовым статусом, а с понятием власти, хозяина,
чье право на соответствующее имущество ратифицировано традицией.[27]
Важнейшей чертой национального восприятия личности является осмысление всего индивидуального
через категорию вины. Люди, обладающие личной независимостью, собственностью и образованностью
появились в России за счет народа.[28] Условием получения личной (правовой) свободы меньшинства в
России стало бесправие большинства.[29] Отсюда ненависть большинства населения к имущему и
образованному большинству, а также комплекс «кающегося интеллигента».
В.К. Кантор характеризует Россию как страну «комплексующих» личностей, которые строят свою
жизнь «на отрицании самой идеи личности». Быть личностью – значило отказаться от себя ради «служения
народу», то есть отказаться от личностного начала. Личность, «отказывающаяся от своей самодеятельности,
подчиняющая себя роду», в истории России не занимательный феномен, а печальное правило.[30] Множество
«полуобразованных, золотых посредственностей, полуличностей» (Ф.М. Достоевский), провозгласили, что
«быть личностью - это историческое злодеяние против народа». В России индивид был «лишним человеком».
Он не имел среды, в которой могла бы развернуться его деятельность. Даже те представители российской
интеллигенции, которые обладали проницательностью и созидательной энергией, чувствуя себя личностями,
«воспринимали это как болезнь, старались избавиться от этого чувства, а для этого «слиться с народом».[31]
Тип «личности вопреки», противостоящий личностному началу, соответствует экстремальным условиям и не
вписывается в жизнь, требующую постоянства и упорства в «малых делах».[32]
Интеллектуальная индивидуализация предполагает не отделение от других, а соединение с другими,
преодоление физической отдельности путем духовного соединения. Это не индивидуализация за счет другого,
а приобщение других к своим идеям. Соединение с другими развивает индивидуальность, поднимает ее над
своей ограниченностью и отдельностью. Личность – это отделение, которое достигается через осознание своей
общности с другими.[33]
Русское восприятие индивидуальности – это видение личности, выражающей общие чаяния и
стремления. Поэтому личность включает в себя категорию «всеобщее», сохраняя духовную уникальность. В
представлении русских личность – это мужественные воины, мудрые правители, люди, совершившие не
малые, а большие дела во имя своего народа: Дмитрий Донской, Сергий Радонежский. Народными идеалами
всегда были святые подвижники и герои, защитники отечества, что подтвердил всероссийский конкурс «Имя
России», который прошел в 2008 году. Большинство россиян выбрали имя Александра Невского.
Неповторимость индивидуального начала выражается через чувства. Интуиция, эмоциональность,
художественно-образное восприятие мира стали определяющими чертами национального самосознания.
«Воспитание и развитие эмоциональной сферы и уважительное, бережное отношение к эмоциональной сфере
другого становятся главными ценностями этого типа индивидуализации».[34]
Интеллектуальная индивидуализация предполагает не обожествление отдельности каждого индивида,
а способность жить в соответствии с нравственными нормами Христа, способность преодолеть свои
человеческие слабости, зависимость от земного. Поэтому такая индивидуализация аскетична, она
«выражается красотой человеческого духа, способностью человека жить в гармонии с собой и миром, в любви
к людям».[35] Смысл земного существования виделся не в создании земных благ, а в стремлении к
благочестию.
Установка на отречение земного имеет не только положительные последствия, но и отрицательные.
Она порождает целый ряд асоциальных комплексов – от упаднических настроений и ощущения
безнадежности до оправдания провала реализации любого начинания.
Таким образом, обширная, слабозаселенная и незащищенная территория способствовала
формированию колонизационной структуры, которая инициировала милитаризацию общества. Сильная
власть в иерархии ценностей занимала место выше ценности права, что сдерживало развитие гражданского
общества, выстраиванию диалога между обществом и властью. В отношении государства у общества
сформировался патернализм и особый стереотип поведения, основанный на идеале служения государству и
принципе подчинения.
Доминирование неправовых, неэкономических представлений, особая роль авторитетов в механизме
саморегуляции общности, значимость морально-этической легитимности частной собственности и
относительная незначимость юридически закрепленных прав собственности способствовали образованию
устойчивой системы «власть-собственность».
Колонизационная структура способствовала также формированию национальной терпимости,
доброжелательности и открытости внешним воздействиям. Кроме того, колонизационная структура
закрепляла в самосознании общинные архетипы. Она же определила экстенсивный характер экономики.
91
КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: колонизационная структура, географическое пространство России, макросоциальные конструкции.
1.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
8.
9.
10.
11.
12.
13.
14.
15.
16.
17.
18.
19.
20.
21.
22.
23.
24.
25.
26.
27.
28.
29.
30.
31.
32.
33.
34.
35.
Л ИТ ЕР АТ УРА
Бердяев Н.А. Русская идея // О России и русской философской культуре. М., 1990.с.46.
Любавский М.К. Историческая география России в связи с колонизацией. СПб., 2000.с.24-25.
Ельчанинов МС. Указ. соч.с.95.
Бердяев Н.А. Судьба России: опыты по психологии войны и национальности. М., 1990.с.13.
Ильин И. Путь к очевидности. М., 1993.-с.236-237.
Подопригора В.Н., Краснопевцева Т.Н. Русский вопрос в современной России // Вопросы философии. 1995. №6. с.73.
Тураев В.А. Этнополитология. М., 2004. с.93.
Сагатовский В.Н. Русская идея: продолжим ли прерванный путь? СПб., 1994. с.174.
Лихачев Д.С. Заметки о русском // Новый мир. 1980. №3. с.35.
Кантор В.К. Санкт-Петербург: Российская империя против российского хаоса. К проблеме имперского сознания в России. М.:
РОССПЭН, 2008. с.535-536.
Маркиз Астольф де Кюстин. Россия в 1839 году. Т.1. М., 2000. с.246-247.
Рыжова С.В. Установки этнического самосознания русских // Конфликтная этничность и этнические конфликты. М., 1994.
с.125.
Ключевский В.О. Русская история. Полный курс лекций в трех книгах. Кн. 1.М., 1993.с.55-56.
Хоскинг Д. История Советского Союза 1917-1991. М., 1996.с.14.
Ельчанинов М.С. Указ. соч. с.110.
Кульпин Э.С. Истоки государства Российского: от церковного собора 1503 года до опричнины //ОНС. 1997. №2. с.89.
Аузан А.А. «Колея» российской модернизации // Общественные науки и современность. 2007. №6.с.57.
Ионов И.Н.Российская цивилизация, IX- начало XX в.-М.: Просвещение, 1995. с.13.
Васильев Л.С. История Востока. В 2 т. Т.1. М., 1994.с.68-69.
Титов В.Н. Неформальная экономика в России: исторические традиции //Общественные науки и современность. 2008.
№5.с.109.
Пайпс Р. Россия при старом режиме. М., 1993. с.53.
Тихонова Н.Е. Социокультурная модернизация в России (Опыт эмпирического анализа) Статья 1 //Общественные науки и
современность. 2008. №2. с.21.
Кантор В.К. Санкт-Петербург: Российская империя против российского хаоса. К проблеме имперского сознания в России. М.:
РОССПЭН, 2008. с.252.
В.Н. Порус Имперское сознание…после империи? (размышления над книгой В.К. Кантора)// Вопросы философии. 2008. №9.
с.127.
Кантор В.К. Феномен русского европейца. Культурфилософские очерки. М., Московский общественный научный фонд; ООО
«Издательский центр научных и учебных программ», 1999.с. 55-56.
Там же. с.59.
Прокофьев А.В. О новой книге В.К. Кантора // Вопросы философии. 2008. №9. с.143.
Глинчикова А.Г. Модернити и Россия // Вопросы философии. 2007. №6. с.47
Там же.с.52.
Там же. с.51.
Махмадов А.Н. Низои сиёси ва чомеаи муосир (тачрибаи Точикистон).–Душанбе, 2003. с.24.
Марр Р., Флиастер А. Словарь/Человек и труд. – 1994. с.121.
Громова О.Н. Кнфликтология. – М., 1993. с. 6-7.
Махмадов А.Н. Социология конфликта. – Куляб, 1995. с.16.
Данрендорф Р. Современный социальный конфликт//Иностранная литература.–М., 1993. №4. с.237.
ТАЪСИРИ СОХТОРИ МУСТАМЛИКАДОРЇ БА СИСТЕМАИ СОТСИЕНТАЛИИ ЉОМЕАИ
РУСИЯ
Дар маќола муаллиф таъсири фазои љуѓрофии Русияро ба ташаккули конструксияњои макроиљтимоии «љамъият-давлат» ва
«њокимият-моликият» тањлил намуда, алоќањои когерантиро байни онњо ва хусусиятњои худшиносии русиро инъикос менамояд.
THE COLONIZATION’S INFLUENCE ON THE SOCIAL SYSTEMS OF RUSSIAN SOCIETY
The author analyzes the influence of the geographical area of Russia on the formation of the makrosocial constructions “society-state”, “powerproperty”. The author describes the communications between them and the especially of Russian self-consciousness.
НЕКОТОРЫЕ ОСОБЕННОСТИ ПОЛИТИЧЕСКОГО КОНФЛИКТА В
СОВРЕМЕННОМ ОБЩЕСТВЕ
92
С.О. Ниёзов
Таджикский национальный университет
Политический конфликт есть целенаправленное противоборство общественных субъектов (агентов) с
противоположными политическими интересами, ценностями и целями в системе отношений власти,
политического господства и управления. Определение понятия «конфликт» зависит от аспекта анализа.
Понятие «политический конфликт» обозначает борьбу одних общественных сил с противостоящими им
другими за степень влияния в институтах государственной власти; за доступ к принятию общественных
решений, за приоритетность своих взглядов и идей.[1] Конфликт рассматривают как «психологическое и
социальное явление, характеризующееся наличием внутри организации взаимно противоречивых с точки
зрения экономической и социальной эффективности интересов и соответственно наличием нестыкуемых
тенденций поведения»,[2] а также «борьба за ценности и претензии, за определённый статус, власть, ресурсы,
где целями являются нейтрализация, нанесение ущерба или уничтожение соперника».[3] Один тип
взаимоотношений между субъектами предполагает взаимодействие на основе взаимного согласия,
сотрудничества, отсутствия проблем по вопросам, прежде всего, распределения материальных и духовных
ресурсов, реализации потребностей, устремлений, желаний. Другой тип отношений между индивидами
(конфликтный) возникает при условии ограниченного количества ресурсов, наличия дефицита и поэтому
удовлетворение потребностей, желаний, устремлений субъектов будет сопряжено с напряжением,
конкуренцией, с соперничеством. Следовательно, политический конфликт–это разновидность социального
конфликта, естественно возникающего в условиях борьбы за власть, определения доминирующей группы,
сфер влияния, уровня авторитетности, статуса, ресурсов власти и т.д.
Полнота политического конфликта характеризуется как организационной идентичностью его
субъектов, так и идеологической, являющейся элементом предмета борьбы. Каким бы ни был политический
конфликт, он должен иметь идеологическую мотивацию. Безусловно, идеологический фактор не играет
определяющей роли в политической конфронтации, он выполняет важную организующую и мобилизующую
функцию. Он также детерминирует некоторые линии конфликта.
Отражая социально-политические конфликты и доводя их до конца в идеальной, теоретической форме,
любая идеология рассматривает человека, прежде всего, как существо общественное, способствуя его
социальной, национальной, политической самоидентификации, создавая тем самым ориентационный и
мобилизационный потенциал для массового действия.
Идеологическая мотивированность политического конфликта – существенная причина его
продолжительности и широкого распространения в обществе, а также его влияния на социальную активность
граждан.
Каждый политический конфликт имеет пространственные и временные характеристики.
Пространственными характеристиками политического конфликта являются:
а) сферы возникновения и проявления конфликта;
б) условия и повод возникновения;
в) среда и действия, которые используют субъекты конфликта.
По формам проявления конфликты классифицируются на:
 открытые;
 латентные;
 потенциальные.
Любой политический конфликт, разворачивающийся в обществе, безусловно, неповторим и уникален
по составу участников, по локальным факторам, которые и создают его картину. Однако, в логике каждого
конфликта прослеживаются некоторые общие черты и тенденции, которые позволяют сконструировать
своеобразную модель конфликта и выделить стадии его развития.
В настоящее время в таджикской науке, посвященной изучению вопросов социально-политических
конфликтов, использованы многие идеи, положения и труды зарубежных исследователей. Приобрели
широкую известность концепции «политического конфликта как имманентной составляющей отношений по
поводу власти», типологизации конфликтов (Т.Шеллинг, А.Рапопорт), классификации политических
конфликтов, сторон, «единиц» и участников конфликта (Р.Арон, К.Боулдинг), «разрешения конфликтов на
основе теории человеческих потребностей» Дж.Бартона и др.
Западные теории социально-политического конфликта развивались, в том числе на основе критики
достаточно распространённого положения о стабильности и гармоничности общества. Критике, в частности,
был подвергнут вывод Т.Парсонса о стабильности, как основной характеристики общества. М.Миллис
отмечает, что наряду со стабильностью существуют конфликтность, агрессивность и беспорядок.
Р.Дарендорф рассматривает конфликт в контексте понятий «жизненных шансов и свобод». Изучая
социальные конфликты, он обращает внимание на исследование проблем классового конфликта, полагая, что
93
степень политических гражданских прав и свобод находится в тесной зависимости от динамики классового
конфликта, так как объектом последних является борьба за увеличение жизненных шансов. Он видит причину
социальных конфликтов в диалектике власти и сопротивлении этой власти. По его мнению, неравенство
является условием свободы.
Р.Дарендорф также считает, что марксистская теория классовой борьбы «бессильна объяснить
типичные для современного общества конфликты». Он полагает, что современное общество делится на
классы, даже антагонистический и классовый конфликт закономерен, он – движущая сила, «мотор»
общественных изменений. Следует обратить внимание на тот факт, что классы теперь находятся на другом
уровне, они делятся не в зависимости от средств производства, а от власти, от степени участия или неучастия в
ней. Возникают отношения господства и подчинения (менеджеры и рабочие), которые обусловливают
различные интересы у людей, антагонизмы. Господство и подчинение – вечный, внеисторический феномен
общественной жизни. Таким образом, социальное неравенство людей, является неизбежным, что необходимо
воспринимать как данность. Классы – это «конфликтующие социальные группировки», основанные на
участии или неучастии в управлении властью».[4] Р.Дарендорф далек от мысли, что изменение политических
прав и свобод ведёт к прекращению конфликтов между его социальными группами и ликвидации неравенства
в обществе. Однако, такие изменения переводят социальные конфликты в новое состояние и на новый
уровень. Общество свободного предпринимательства наиболее оптимально может развиваться, используя
модель демократического государства, способного гибко и адекватно реагировать политическими
изменениями на изменившуюся ситуацию в общественных отношениях. Р.Дарендорф считает, что конфликт
является творческим началом общественной жизни, источником «свободы в обществе». «В любом случае
очевидно, - пишет Дарендорф, - что деятельность одних людей направлена на развитие экономических
ресурсов, а других – на расширение гражданских прав, и очень часто эти две группы не ладят друг с другом.
Это странно, ибо не является неизбежностью. Свободе необходимо как экономическое процветание, так и
соблюдение гражданских прав, хотя вероятно, именно гражданские права для всех – гарантия привычного
материального благополучия нации. Но редки периоды в истории, когда обе эти группы деятелей
функционировали в одном политическом направлении. В основном, защитники прав для всех вели друг с
другом борьбу».[5]
Таким образом, делает вывод Дарендорф, конфликт происходит между богатством и гражданскими
правами: «я назвал бы его конфликтом между ресурсами и притязаниями».
Разбив конфликты на 15 типов, он подробно рассматривает причины их возникновения и возможности
их урегулирования. В последние годы им изданы ряд работ, посвящённых конкретным политологическим
исследованиям. В частности, Дарендорф исследовал проблемы демократизации в Восточной Европе,
бесспорно, вызывающие огромный интерес и в нашей стране.[6]
Политический конфликт, по его мнению, носит «ситуационный» характер, т.е. он возникает между
теми, кто «включён» и «исключён» из власти на данный момент. Если происходит регулярный обмен состава
классов и политики, то конфликт протекает умеренно, что наблюдается в демократических государствах.
Политическая активность масс, если она неуправляема, оборачивается разрушительными последствиями, ибо
сотрясает основы общества, сокрушая его основы. Негативные последствия политического конфликта
множатся в случае выбора точкой противопоставления противоборствующими субъектами религиозного
вопроса. Это привносит в атмосферу противоборства крайний радикализм, нетерпимость к чужим ценностям,
порождает неумолимую жестокость борьбы, соединённую с ненавистью к противнику.
Механизм эффективного регулирования политического конфликта включает:
 примирение посредством определённых институтов и органов;
 посредничество и арбитраж.
Р.Дарендорф отмечает, что выбор способов конфликтного регулирования зависит от характера
политической системы, режима осуществления власти в ней и т.п.
В целом политические институты демократического государства, в частности, парламент,
способствуют уменьшению силы и интенсивности группового конфликта, превращая его в
институционализированную форму общественной жизни. Однако ученый указывает на ряд отклонений,
возникающих либо из структуры самих институтов, либо из правил игры, которые могут внести силовой
элемент в процесс политического конфликта.[7]
Политический конфликт – сложное образование, в нем аккумулируется ряд противоречий, что
обусловливает многие конфликтные линии. Последние выражают противоречивые специфические интересы
противоборствующих сторон, порождаемые как социальными расколами, так и перераспределением власти.
Конфликтные линии в любом политическом противоборстве разделяют сторонников спорных позиций и
решений.[8] В отдельной ситуации партии, стоящие за различными конфликтными линиями, выступают в
коалиции. Ориентация на ту или иную позицию лежит в основе политического поведения.
94
Под политическим поведением, отмечает А.Н.Махмадов, - понимается особая разновидность
активности субъектов, действия которых носят мотивированный характер и выражают реализацию ими своих
политических статусов.
При рассмотрении содержания политического поведения, возникает вопрос о необходимости
конкретизации понятий: «политическое поведение», «политическое действие» и «политическое участие». Все
эти понятия близки по смыслу и нередко используются в литературе, как идентичные.[9]
Следует отметить, что для Таджикистана, учитывая традиционный тип общества (характерны понятия
клан, род и регион) и советское прошлое (отсутствие индивидуализма, наличие одного коллективного тела),
характерна массовость. Необходимо отметить, что для определения индивида того периода в научной
литературе используется термин «винтик». Утвердившаяся новая форма государственной власти по существу
осталась той же (самодержавие).
Для подобного электората ключевым моментом политического поведения является политическое
настроение, которое занимает промежуточное положение между эмоциями и осознанными суждениями.
Сигнальная роль массового политического настроения заключается в том, что она интегрирует стимул
внешних условий, социально-политическую реакцию на них и готовность к политическому действию.
Массовые политические настроения объединяют людей в социально-психологическую массу (общность).
Они входят между потребностями и интересами людей и реальными условиями социально-политической
жизни. Если власть по каким-либо причинам не разрешает политический конфликт, проявляется реакция от
ненависти до пассивности. Примером может служить развитие массовых политических настроений 19912006гг. в Таджикистане.
По направленности и окраске политического сознания и политического поведения определяют тип
отношения человека к власти.
 реакционное – сознание, ориентированное на старые политические формы;
 консервативное – сознание, принимающее перемены с достаточной степенью осторожности,
стремящееся к сохранению традиций;
 радикальное - желающее резкие перемены в содержании существующих форм жизни;
 экстремистское - провоцирующее на разрушение и деструкцию;
 центристское - примиряющее, уравновешивающее;
 конформистское – приспосабливающееся.
На наш взгляд, тип отношения складывается под воздействием условий существования,
изменяющихся в ту или другую сторону; способов взаимодействия с политической властью; личностнопсихологических характеристик.Как известно, политической действительности периода обретения
независимости присуща конфликтность, вызываемая противостоянием ценностей и идеалов граждан. Здесь
политический конфликт протекает в латентной форме, проявляется на уровне индивидов и социальных групп
в виде противоборства партий и движений «левой» и «правой» ориентации, являясь как бы политическим
фоном проводимых преобразований.
Таким образом, воспользовавшись конфликтным коллективным отношением народа к власти, они в
некоторых регионах пошли по пути провоцирования открытых конфликтов и нагнетания политической
обстановки.
Как известно, политический конфликт рождается в коридорах власти, другими словами, импульсом его
возникновения является, как правило, стремление к контролю над ресурсами и неудовлетворенностью
статусом тем или иным индивидом или группы. Его отличительной чертой в демократическом обществе
является то, что даже «низы» социальной структуры не лишены возможности контролировать власть имущих.
Наличие разнообразия, в демократическом обществе с рыночной системой, требует регуляции, оптимизации
системы отношений между социальными субъектами. В этой связи в политологической исследовательской
литературе рассматриваются позитивные и негативные функции социально-политического конфликта:
1. позитивные функции конфликта: оптимизация, интеграция, информационно-сигнальная и
инновационная;
2. негативные функции конфликта: разрешение, уничтожение, изоляция, подавление субъектов
конфликта, деформация отношений между субъектами, временное нарушение стабильности, истощение
материальных и духовных ресурсов и т.д.
Политические конфликты выделяются среди других социальных конфликтов в обществе, прежде
всего объектом притязаний их участников. Таким объектом всегда является желание или потребность во
власти.
Политическая нестабильность может быть вызвана несколькими факторами. Беспорядки в стране и
волнения среди населения могут быть вызваны большим потоком людей, вливающихся извне – беженцами.
Они также ведут к экономическим издержкам принимающей стороны. Эти издержки могут быть
политически противоречивыми и привести к ослаблению принимающего правительства. Внутренние
95
конфликты также могут вызывать экономические проблемы и зачастую играют важную роль в
возникновении гражданских беспорядков. К тому же деятельность повстанцев в свободных государствах
может подорвать контроль государства над его территорией и спровоцировать военные столкновения.
Политические конфликты в обществе по природе своей могут возникнуть при любой социальнополитической ситуации, и иногда, они искусственно создаются властными структурами с целью придания
развитию общества необходимого динамизма. Универсальной предпосылкой всех конфликтов в обществе, в
том числе и политических, выступает дефицит (реальный или мнимый) каких-либо социальных
(политических) ресурсов, ценностей, вследствие чего претендующие на них субъекты вступают в отношения
соперничества.
Политический конфликт, что важно, тесно связан с политической ситуацией внутри каждого
государства, зависит он и от внешних воздействий. Иногда политические конфликты приводят к кризису
правительства, что уже происходило в Таджикистане. Внутриполитическая и внешнеполитическая
стабильность небезразлична для каждой из этих республик.
КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: политический конфликт, социально-политические конфликты, противоборство общественных субъектов.
Л ИТЕР АТУРА
Мањмадов А.Н. Низои сиёсї ва љомеаи муосир (таљрибаи Тољикистон).- Душанбе, 2003.с. 24.
Марр Р., Флиастер А. Словар / Человек и труд.- 1994.-с. 121.
Громова О.Н. Конфликтология . – М., 1993.с. 6-7.
Махмадов А.Н. Социология конфликта.- Куляб, 1995.с.16.
Дарендорф Р. Современый социальный конфликт // Иностранная литература.-М.,1993.4.с.237.
Политическая социология. – …. Феникс, 1997. – с.517.
Курбыко Т.И. Теория конфликта Р.Дарендорфа и социально-политические конфликты в современном
обществе//Автореф.дисс.канд.политич.наук. – Минск, 1995. с.11.
8. Nohlen O. Worterbuch Staat and Politik. – Bonn, 1991. s.301.
9. Махмадов А.Н. Политическое поведение: социальные факторы и формы правления. – Душанбе, ДДМТ, 2000.с.5-6.
10. Хидирова М.У. Конфликт как социально – политический феномен // Диссерт. на соиск. канд. полит. наук.- Куляб, 1999.с.26.
1.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
БАЪЗЕ ХУСУСИЯТЊОИ НИЗОИ СИЁСЇ ДАР ЉОМЕАИ МУОСИР
Дар маќолаи мазкур баъзе хусусиятњои низои сиёсї дар љомеаи муосир (дар мисоли ЉумњурииТољикистон) тадќиќ карда шудааст.
SOME DISTINCTIVE FEATURES OF POLITICAL CONFLICT IN MODERN WORLD
This article examines some distinctive of political conflict in contemporary society (In examole of Tajikistan).
ЉАЊОНБИНИИ СИЁСЇ - ОМИЛИ МУЊИМ ДАР ТАШАККУЛИ МАДАНИЯТИ
СИЁСИИ ЉАВОНОНИ ДОНИШЉЎ
Н.Шаъбонов
Донишгоњи миллии Тољикистон
Дар љомеа, бахусус дар раванди љањонишавї масъалањои гуногуни муосир ба љањонбинии сиёсї ва
нигоњ ба ташаккули он дар илми сиёсї назару биниши нав ба вуљуд омадааст. Ба андешаи мо, љањонбинии
сиёсї аз шакли идорї ва сохтори давлатдорї набояд вобаста бошад. Љањонбинии сиёсї бояд инъикоскунандаи
аслии арзишњои умумибашар ва њимоякунандаи манфиатњои ањли сайёра бошад. Чунон ки баъзе ѓояњо
њимоякунанадаи манфиатњои гурўњи алоњидаи љомеа буданд ва мебошанд, љањонбинии сиёсї набояд
чунин амал ва фаъолиятро маќсади муњими хеш ќарор дињад. Ѓояњо ва таълимотњои гуногун ба системаи
љомеа хизмат мекунанд ва система бошад њамеша дар њимояи онњо ќарор дорад.
Одатан зери мафњуми љањонбинї - маљмўи тасаввуротњои љамъбастгардида оид ба олам,
амалигардии равандњои табиї ва иљтимої дар он, муносибати инсон ба ходисахое, ки ўро ињота намудааст,
маънидод карда мешавад. Хусусияти асосии љањонбинї - дарки даќиќ, инъикоси њаќиќати воќеият, талаботи
индивидуалї ва ѓайримустаќими љамъиятї, вазифањо ва ѓояњо мебошанд. Љањонбинї шуури инсонро дар
системаи муносибатњои љамъиятї ва ба њамалокамандии табиї љалб намуда, маљмўи арзишњо ва дастурњои
аввалияро ба вуљуд оварда, таъсири онњоро ба тарзи њаёт, рафтор ва амали гурўњњо, синфњо, табаќањо ва
њатто шахсони алоњида зиёд менамояд.
Ягонагї ва ба њамалоќамандии њамаи омилњои мављуда метавонанд:
- танњо донишњои дар натиљаи таљрибањои њосилшуда дар ташаккули љахонбинї фаъолбуда,
хусусияти эътиќодро таљассум кунад;
96
- танњо њамон эътиќодњо воќеан метавонанд роњи умумиро дар љањонбинї инъикос намоянд;
- ва танњо њамон амал шањодат аз эътиќоди воќеъї ва љањонбинї буда, метавонад дар амал татбиќ
гардад.
Њамин тариќ, тибќи андешањои зикргардида ба хулоса омада, ќайд кардан бомаврид аст, ки омили
асосии љањонбинии шахсият эътиќод ба њисоб меравад. Вобастагии ташаккулёбии љањонбинї бештар аз
талабот ба фаъолияти таљрибавї ва эътиќод асоси мављудияти он эътироф гашта, њамчун ду омил дар
муайян намудани љањонбинї ва усули дигаргунсозандаю инъикоскунандаи воќеият дар љањони маънавии
шахсият мањсуб мегардад.
Тафаккури љањонбинї – дониши инъикоскунандаи олам барои њар як шахси заруре, ки хусусияти
идеологї дорад, ба њисоб рафта, барои дигаргунсозии тафаккури шахсият, аз љумла, донишљў наќши муњим
дорад. Вале на њама ваќт донишњои мављуда дар бораи олам, ки дар шуури шахс инъикос гаштааст,
хусусияти мусбї дорад ва он пурра ба аќидаву эътиќод мувофиќат менамояд. Масалан, на њама донишњои
оиди оламу атроф, ки дар шуури донишљў инъикос шудааст, он ба аќида, боварї ва эътиќоди ў мувофиќ
мебошад. Таљрибањо аз фаъолияти донишандўзї, тањсил дар мактабњои олї исбот мекунанд, ки на њама
донишљў майл ба донишњои гуманитарї доранд. Он донишњое, ки њамчун љањонбинї дар шуури онњо љой
гирифтааст, ё дар раванди тањсил аз худ кардаанд, он пурра ба эътиќоду аќида ва боварї табдил наёфтааст ва
бештар дар бораи он шубња доранд. Масалан, имрўзњо донишљўён бештар барои аз худ намудани
донишњои сиёсї мантиќан чандон намекўшанд ва ё барои дарки дурусти равандњои дар љомеа ба амаломада
амиќ андеша намеронанд ва ба њар гуна фарзияњо, андешањо, њаракату созмонњо ва љараёнњо майл
мекунанд. Ба аќидаи мо, майл намудани љавонон, аз љумла, љавонони донишљў ба чунин љараёну созмонњо
бештар аз ду омил: а) омили иќтисодї; б) омили чандон мустањкам набудани дониши сиёсї ва ба
эътиќод мубаддалнагардида вобастагї дорад.
Аз ин љо ташаккули маданияти сиёсї, ки худ раванди душвор ва пурпечутоб мебошад ва бештар аз
ќонунияти инкишофи љомеа, аз шароити объективї (айнї) ва омилњои субъективї (зењнї) вобастагии амиќ
дорад.
Маданияти сиёсї худ яке аз омилњои асосї ва зарурии љањони маънавї, донишњои дар шуури инсон
инъикосёфта ба њисоб меравад. Маданияти сиёсї наќши муњимро дар ташаккули љањони ботинии инсон ба
вуљуд оварда, њамзамон дар ташаккули тафаккури шахсият, гурўњи иљтимої (аз љумла, донишљўён) наќши
муњим мебозад.
Љањонбинии сиёсї дар тафаккури инсон зери таъсири њодисањо ва равандњои сиёсї, иштироки сиёсї ва
фаъолияти сиёсї ба амал хоњад омад. Бинобар ин, љањонбинии сиёсї хусусияти мусбї ва манфии њодисањоро
дар худ таљассум менамояд ва баръакс, њодисањо ва равандњо метавонанд дар ташаккули љањонбинии
сиёсии њар як шахс, гурўњ ва табаќањои иљтимоии љомеа таъсир расонад.
Љањонбинии сиёсї дар натиљаи таъсири њодисањои манфї, аз љумла, њодисањои террористї, љангњои
беадолат, экстремизми сиёсї, миллатгарої ва ѓайрањо дар тарбия ва ташаккули њар як фард ва гурўњи муайяни
љомеа метавонад таъсири амиќ гузорад. Бахусус, донишљўён гурўњи њассос дар байни љавонон мањсуб
гашта, ба њолатњои рўњию равонии љомеа бештар мутобиќ мегарданд. Олимон исбот кардаанд, ки ба
равандњои манфї бештар ќисми љавонони донишљў љалб мешаванд.
Муборизаи тўлонии солњои 90-уми асри гузашта тавонист љавононро ва бахусус љавонони
донишљўро ба гирдбоди бозињои сиёсї љалб намояд. Таблиѓу ташвиќ аз синфхонањои макотибњои олї,
техникуму коллељњо шурўъ шуда, то ба майдон рафтани онњо идома меёфт. Моњњои майи соли 1992 дар
майдони ба номи И. Сомонии пойтахт донишљўён аз факултаи шарќшиносї худро бо занљир баста, ба сифати
нишони эътироз ба Њукумати ваќт баён карда буданд, ки аломатњои экстремизми сиёсї дар фаъолияташон
баръало мушоњида мегардид.
Баъд аз соњибистиќлол гардидани Љумњурии Тољикистон ба чунин фаъолият даст задании љавонони
донишљў бори аввал мушоњида мегардид. Њанўз дар давраи њокимияти Шўравї чандон норозигии
љавонони донишљў мушоњида нагашта буд. Онњоро танњо аз рўи мањалњо баъзе ходимони сиёсї ба
манфиати худ истифода менамуданду халос.
Иќтисодиёти давлатї масъалањои гуногуни љомеаро бо кандашавии муносибатњо бо давлатњои дигар
ба миён овард. Ба вуљуд омадани масъалањои таќсими њокимият ва сарватњои миллї дар байни гурўњњои
гуногуни љомеа ба вуљуд омад. Бахусус ба кї бояд њокимият таалуќ дошта бошад ва аз он кї истифода намояд,
масъалаи аввалиндараља ба њисоб мерафт. Бинобар ин љавонон, аз љумла љавонони донишљў, ба
майдонњои мубориза љалб карда мешаванд. Зеро дар оянда муносибањо таѓйир ёфта, бо кор таъмин намудан
ва рўзгузаронии љавононро монеањо мунтазир буданд. Љавонон дар њамон давр талаби чунин њуќуќњо ва
таъмини онро аз давлату љомеа доштанд.
Вале дар љомеа њоло чунин љањонбиние, ки љавонон аз он пайравї карда тавонанд, вуљуд надошт.
Љањонбинии ќаблї дар њолати парокандагї ќарор дошт. Мафњумњои ватани ягона, њамбастагии миллату
халќњо, интернатсионализми пролетарї, маданияти шаклан миллї, мазмунан сотсиалистї ва маънан
97
интернатсионалистї акнун аз байн рафта буд. Зеро дар ибтидои солњои 90-уми асри ХХ, бахусус дар
Тољикистон дигар идеологияи љомеаи пешин њукмфармо набуд. Бахусус, дар макотиби олї донишљўён ба
чунин як мафкура, ки тавассути он љомеаи ормонї барќарор гардад, дар њамин рўњия одатан тарбия ёбанд,
чунин таълимот пешбар бошад ва ѓайрањо чандон эътимод надоштанд. Масалан: тадќиќотњои ибтидои
солњои 90-уми асри ХХ возењ нишон медињанд, ки донишљўёни мактабњои олии кишвар, аз љумла,
Донишгоњи миллии Тољикистон аз хондани дарсњои назариявї аз љониби устодон чандон ќаноатманд
набудаанд ва ё фанњои љомеашиносї љавобгў ба талаботњои онњо нест. Яъне «34 фоизи пурсидашудагон дар
мактабњои олии кишвар аз он ќаноатманданд, ки фанњои љомеашиносї ба суолњои њаёти љамъиятї љавобгў
буда, 32,5 фоизашон љонибдори онанд, ки фанњои мазкур дар ташаккули љањонбинии эшон кўмак мекунад,
21,9 фоизашон бар он аќидаанд, ки ин фанњо донишњои заруриро барои фаъолияти љамъиятию сиёсї ва 10,6
фоизашон бештар он аќидаро љонибдоранд, ки фанњои љомеашиносї барои тањќиќ ва омўзиши усулњои
фанни иљтимої кўмак мекунад»[1].
Ќайд кардан бамаврид аст, ки тамоюли инкишофи љањонбинии охири солхои 80-ум ва 90-уми асри
ХХ-и донишљўён чандон мувофиќи матлаб набуд. Зеро наќши роњбарикунандаи њизби Коммунисти
Иттињоди Шўравї аллакай аз байн рафта буд ва дар љомеа бобати ташаккули љањонбинї ва ояндаи љомеа
чандон масъулият эњсос намегардид.
Раванди ташаккули бозсозии љомеа рў ба аз дохил вайрон кардани љомеаи њамон давра гузошта,
бештар хосияти созандагиро аз даст дода буд. Созу садоњо аз дохил зиёд мегардиданд. Њамин омилњо
буданд, ки норозигии фардї дар љомеа майл ба сўи кулл дошт. Аксари донишљўён дар макотибњои олї аз
пастии сатњи лексияњо ва гузаронидани дарсњои амалї шикоят мекарданд ва ё умуман аз сохтори љомеа ва
шакли идории он норозигї баён мекарданд. Масалан, «28,5 фоизи донишљўён аз пастии сатњи лексияњои
устодон, такрори китобњои дарсї дар лексияњояшон, 28,9 фоизашон шиква аз ба таври расмї гузаронидани
дарсњои амалї ва 12,9 фоизашон аз суст будани ќобилият ва санъати суханварии устодон дар дарсњо шикоят
кардаанд. Аз љониби дигар, омиле, ки донишљўён аз он изњори нигаронї кардаанд, ин истифода накардани
воситаи техникї (филмњо, маводњои техникї) дастурњои методии таълимї дар лањзањои дарсї (28,5%, ва
31,5%) мебошанд».[2]
Аз донишљўёне, ки пурсида шудаанд, дар маљмўъ зиёда аз 70 фоизашон аз пастии сатњи лексияи
устодон, такрори дарсњои назариявї аз китобњои дарсї ва сатњи ба донишљўён расонида натавонистани
дарсњои назариявї норозигї баён кардаанд. Чунин хулосабарорї гарчанд ба назар сатњї њам намояд, вале дар
асл буданд баъзе аз устодоне, ки ба љуз аз хондани лексияњои кўњнашуда аз рўи коѓазњои фарсудашудаи
рангпарида кори дигари эшон ба чашм намерасид. Аз љониби дигар, танќиди сохти љомеаи ќаблї,
љањонбинии марксистию ленинї ва сохти сотсиалистї, аз байн рафтани љањони сотсиалистї дар тафаккури
рафтори сиёсии љавонони донишљў бетаъсир набуд. Илова бар ин, бояд ќайд намуд, ки љањонбинии ќобили
ќабул, ки ифодакунандаи манфиати аксари субъектњои сиёсат, аз љумла, љавонони донишљў бошад, њоло
вуљуд надошт. Ба вижа, ибтидо ва мобайни солњои 90-уми асри ХХ љомеаи ваќт шаклњои гуногуни
мафкурасозиро пешнињод карда буд. Мафкурањои сиёсї-консервативии љомеаи ќаблї, демократияи либералї,
исломї ва ѓайрањо дар љомеа доман пањн карда буданд, ки аз он мафкураи ташаккулёфтаистодаи љавонон
низ дар канор набуд. Аввалин муборизањои сиёсї ва ширкати намояндагони љавонони донишљў дар ин
муборизањо тасдиќ аз гуфтањои боло мебошанд.
Зеро аз мављуд набудани љањонбинї ва мафкураи ѓолиб, ки самти љомеаро муайян карда тавонад ё
муайян менамуд, танњо идеологияи динии исломї дар омезиши «сохта» бо демократия тавонист диќќати
начандон зиёди ањоли ва љавононро љалб намояд. Воќеан Созмонњои навташаккулёфтаистодаи љамъиятї,
ба монанди Њизби Демократии Тољикистон, Њизби Нањзати Исломии Тољикистон ва Њаракати мардумии
«Растохез» бо «Лаъли Бадахшон» як коалитсияи пурќувватро таъсис дода, кўшиши гирифтану нигоњ
доштани Њокимияти давлатиро намуданд.
Њамоишњо ва нишастњои бардавоми чунин ќуввањои сиёсї дар шањри Душанбе, таъсис додани
Њукумати муросои миллї, оѓоз гардидани љанги дохилї дар кишвар ва аз љониби Њукумати ваќт муайян
нагардидани мавќеи ќуввањои дохилии мамлакат, сабаби парешонї ва бесуботї гардид, ки дар оянда ба вазъи
сиёсї, иќтисодї, иљтимої ва фарњангии Тољикистон заминаи манфї фароњам овард ва дар ташаккули
тафаккури миллї ва манфиатњои миллї харобии љиддї ворид кард. Баромадан аз чунин вазъи ба амал омадаро
метавонист фарњанги сиёсии пурѓановат ва љањонбинии созанда таъмин созад. Чунин љањонбинии созанда
ва фарњанги сиёсї оѓози худро аз тафаккури миллї ва љањонбинии миллї бояд гирад. Зеро љомеаи имрўзаи
тољик «эњтиёљ ба насле дорад, ки дар рўњияи ватандўстию худшиносии миллї ба воя расида бошад,
98
Истиќлолият ва якпорчагии тољиконро њифз кунад, аз душворињои илму фарњанги љањонї бархўрдор
бошад ва номбардори ниёгони хирадманд, сулњпарвар, эљодкор ва ба ору номуси хеш бошад».
Дар ибтидои солњои 90-уми асри ХХ масъалаи даъват, таблиѓу ташвиќ ва расидан ба ташаккули
тафаккур ва љањонбинї, ба андешаи мо, дар мадди аввал намеистад. Шояд дар интињои солњои 80-уми асри
ХХ сари масъалаи мазкур чандон андешањо зоњир мегардиданд. Фаъолияти ибтидоии созмони мардумии
«Растохез» ва клуби сиёсии «Рў ба рў» аз ин гуфтањо шањодат медоданд, вале созмонњои мазкур то ба охир
арзишњои миллї ва умумибашарро то ба ањли љомеаи Тољикистон расонида натавонистанд ва фаъолони ин
созмонњо дар зери таъсири љањонбинињои гуногун мањдуд гаштанд ё ба мањалгарої роњ доданд.
Расидан ба тафаккури миллї ва љањонбинии миллї маънои онро дорад, ки фардњои гуногунмаќому
гуногункасби љомеа бояд худро масъули рушду нумўи инкишофдињандаи соњањои иљтимої ва фарњангии
кишвар, таъмини амнияти миллї, њифзи манфиатњои миллї, якпорчагї ва вањдату ягонагии мардуми он
медонад ва бањри амалї намудани ин ормонњову орзую њавасњои олї чун як шањрванди миллатдўст (на ин
ки миллатгарою мањалгаро) ва ватанпарвар пайгирона љањду талош меварзад. Баъзе аз муњаќќиќон ба он
аќида муътаќиданд, ки набудани фарњанги сиёсї дар љомеа метавонад сабабгори нооромии вазъи сиёсї гардад.
«Яке аз сабабњои сар задани њамаи ин њодисањои номатлубу барои миллат зиёновар ва ноустувории
Њокимияти давлатї ва дар сатњи хеле паст ќарор доштани фарњанги сиёсии љамъиятї, кўрии сиёсии
роњбарони олимаќоми давр ва завќи пасти сиёсии афроди љомеа буд. Њамчунин, дар муњити нави сиёсї ва
барои аксари кулли сиёсатмадорони њамон давр ноошної бо ќонуниятњои гузариш аз режими сохти
яккањизбї ба фазои гуногунандешию адолати иљтимої, дар њаракатњои сиёсї ва фаъолияти маќомоти
њокимият манфиати мањал аз манфиати умумимиллї боло гирифт»[3].
Зикр ба ёдоварист, ки дар замони Шўравї чунин фарњанги сиёсї дар љомеаи давр ташаккул ёфта буд,
вале он чун як арзиши умумишўравї бо барњам хўрдани системаи он пароканда гашт ва њамчун арзиш дар
доираи фаъолияти хеш мањдуд гашт. Илова бар ин, шуури фармонбардории сиёатмадорон давр низ
натавонист замина ба ташаккули шуури миллї ва љањонбинии милли-сиёсї гузорад. Аз ин лињоз, «Дар њамон
айём ташаккули шуури миллии шањрвандон, худшиносии миллии онњо аз равандњои нави сиёсии љомеа ва
љањон фарсахњо дур монда буд»[4]. Бинобар ин, дар баробари мављуд набудани на танњо тафаккури миллї
ва љањонбинии сиёсии миллї, балки дигар омилњо Истиќлолияти Тољикистон ба душворињо рў ба рў гардад
ва дар натиљаи кўшишу талошњои зиёд вазъи воќеъан хатарноку фољиабор аз сари миллату мамлакат ва
мардуми он дур карда шуд.
Вазифањои минбаъда дар љомеа бештар аз кадом омилњо вобаста буданд ва оё љањонбинии сиёсї,
шуури миллию худшиносии миллї метавонист дар њаёти сиёсии љомеа, бахусус гурўњњо ва кулли афроди
кишвар наќши муњим бозад ?
Бале, Истиќлолият аз орзуњою умед ва њавасњои бисёрасраи халќи тољик ба воќеияти таърихї табдил ёфт.
Гарчанд дар ин марњилаи таърихи халќи Тољикистон ба монанди асрњои ќаблї муборизаи тўлонї набурданд,
афкори сиёсї ба монанди таълимотњои Зардушту Монї ва Маздаки Ќубод, давлатсозию давлатсолорони
Сосониёну Тоњириён ва Сомониён ба арши ташаккули худ нарасида буд ва Тољикистон ба сифати субъекти
муносибатњои байналхалќї эътироф нагашта буд, вале дар асл он ба сифати давлати воњиду ягона ва
соњибистиќлол аз љониби давлатњои зиёди дунё шинохта шуд, њамзамон ба аъзогии комилњуќуќи Созмони
Милали Муттањид (ба монанди давлатњои пешрафтаю тараќќикардаи дунё) пазируфта шуд.
Лањзањои аввалини фаъолияти давлатсозї ва давлатдорї љињати нигањдошти ин дастоварди
муќаддас – давлати навини тољикон (давлати Соњибистиќлол баъди 1000-солањо) ва тањкими Истиќлолияти
миллї, амнияту оромии кишвар, осоишу ободии чомеа, хифзи њуќуќу озодињои шањрвандон ва истиќрори
созгорию вањдати саросари фарњанги комилан нави сиёсиро, ки такя ба хиради хазорсолаи халќи тољик
дорад, тавонист рўи кор орад. Чунин тарзи масъалагузорї ва дарёфти роњњои њаллу фасли он дар фарњанги
нави сиёсии давлатсозии навини тољикон бояд амалї мегардид. Дар баробари масъалањои гуногуни
давлатсозї, ки ѓояи он инъикоси худро дар моддаи якуми Сарќонуни Тољикистон «Љумњурии Тољикистон
давлати соњибистиќлоли демократї, њуќуќбунёд, дунявї ва ягона мебошад»[5] ёфтааст.
Истиќлолияти давлатї бузургтарин сарват ва бебањотарин неъмат барои њар як миллат мебошад.
Истиќлолияти Ватан барои миллату халќи Тољикистон ва ба вижа, тољикон, ки баъди њазор соли заволёбии
99
давлати Сомониён ба он мушарраф шуданд, дастоварди нодиртарину таќдирсоз ва гавњари ноёб ба њисоб
меравад.
Биноан, Истиќлолият роњест ба сўи худшиносии комилу худидории сиёсї ва худтаъминкунї,
худомўзї, худмуњофизаткунї ва эътирофу эътиќод. Ба андешаи мо, гарчанд аз истиќлолияти кишвар анќариб
20 сол пур мешавад, то ба имрўз дар байни ќишрњои гуногуни љомеа, бахусус, љавонон мо натавонистем
моњияти онро ба таври бояду шояд фањмонида тавониста бошем.
Зеро гузашти ваќт дар замон ва макон бо сабабу натиљањои мушаххас дар байни љавонон корњои
таблиѓотию ташвиќотї ва фањмондадињї хуб ба роњ монда шуда бошад.
Ивазшавии насли муосир дар даврони истиќлолият нисбат ба давру замони пешин аз арзишњои
љањони муосир ба монанди интернет, компютер, почтаи электронї ва ѓайрањо бархўрдор мебошанд. Аз ин
лињоз, муносибат дар љанбањои гуногуни њаёт, иќтисодиёт, иљтимоиёт, сиёсат, илму фарњанг ва љавонон
муносибати нав ба навро таќозо мекунад. Аз чунин имкониятњо танњо наврасон ва донишљўёне, ки дар
системаи макотиби тањсилоти њамагонї, коллељњо ва донишкадаву донишгоњњо тањсили илму
донишандўзї доранд, бархўрдор мебошанд. Аксари љавонон, бахусус, дар дењоти кишвар, ки зиёда аз 73
фоизи ањолї дар он зиндагї мекунанд, фаро гирифта намешаванд.
Солњои охир рў ба шањр овардани љавонон зиёдтар гашта, хусусияти умумро дар худ касб кардааст.
Агар дар замони то Истиќлолият ин тамоюл хусусияти фарогирии умумиро надошта бошад, дар давраи баъд
аз соњибистиќлолгардии Тољикистон он рў ба инкишоф нињод. Чунон ки тадќиќоту тањлилњои то солњои
2000-ум нишон медињанд, «љавонони синнашон аз 15 то 29 сола зиёда аз 520 142 нафар дар вилояти Хатлон
зиндагї мекунанд, ки аз он 424274 нафари он дар дењот умр ба сар мебаранд»[6]. Вале тамоюли муњими
шањригардии љавонони дењотї дар шањру вилоятњо баръало мушоњида мегардад, ки аз якчанд омилњо
вобастагї доранд ва бахусус андешањои файласуфи тољик А. Шамолов дар ин бора чунин омилњо
иборатанд:
- њиљрати мунтазаму доимии љавонон аз дењот ба шањр љињати гирифтани маълумот ва бархўрдор
гардидан аз фарњангу иљтимоиёт;
- њиљрати доимї барои дарёфти кор ва рўзгузаронї;
- хусусияти синнусолї ва нишондињандаи асосии фавти ањолии шањру дењот[7].
Ба андешаи мо, њиљрати доимии љавонон аз дењот ба шањр дар шароити муосир на танњо
гирифтани маълумот ё кор, балки таъмин набудани онњо бо љойи кор ва соњаи хизматрасонии маишї дар
дењот мебошад. Тамоюли бекорї дар дењот љавононро маљбур месозад, ки љои истиќомати худро аз дењот
ба вилояту шањрхо ва ноњияњои тараќќикардаю пешрафта иваз намоянд, бахусус, њиљрати онњо ба
кишвари Руссия афзудааст, ки масъалаи донистани забон ва доштани тахассус имрўзњо ањмияти махсусро
дар худ касб намудааст. Зеро таљрибаи тамаддуни љањонї собит намудааст, ки роњи муваффаќона дар љомеа
ва рушди иќтисод, инкишофи маданї ва озодии инсонњои комил тавассути маълумот, дониш ва љањонбинии
пешќадами сиёсї сурат мегирад. Албатта, дониш ва љањонбинии сиёсї раванди худкома нест ва он худ аз худ
ба даст намеояд. Доштани маълумот ва дониши хуби сиёсию иќтисодї бештар аз системаи таълиму тарбия дар
љомеа вобаста мебошад.
Сатњи маълумот на танњо дар тарзи тафаккур инъикос меёбад, балки он ба рафтори одам таъсир
расонида, барояш дар муайян намудани амал ва фаъолияти иљтимої такони љиддї мебахшад. Бинобар њамин
њам, маорифу маълумот, таълиму тарбия кайњо боз омили аввалиндараљаи рушди иќтисод, воситаи
муњими сиёсати дохилї ва хориљии давлат ва љомеаи љањонї гаштааст. Мањз боз њисоби афзудани маќом ва
наќши маориф, диќќати љиддї додан ба системаи маориф давлатњои тараќќикардаи дунё ба сатњи баланди
тараќќиёти маданї, технологї ва маънавии худ ноил гаштаанд. Ба андешаи мо, дар мадди аввал дар ташаккули
маданияти сиёсии донишљўён наќши муњим мебозад.
Дар Љумњурии Тољикистон љињати масъалаи ислоњот дар системаи маориф дар даврони
Истиќлолият аз буљаи мамлакат маблагњои зиёд људо карда мешавад. «Танњо дар соли 2009 ба соњаи
маориф ва рушди он 1 миллиарду 140 миллион сомонї маблаѓ људо карда шуд, ки ин нисбат ба панљсолаи
сипаришуда (яъне аз солњои 2004 то 2009) 4 баробар ва дар муќоиса бо соли 1995-ум 33 маротиба зиёд
мебошад. Агар маблаѓи 300 миллион сомоние, ки мутобиќи 6 лоиња дар соњаи маориф татбиќ шуда
истодааст, ба назар гирем дар маљмўъ дар соли 2009 дар сохаи маориф 1 миллиарду 440 миллион сомонї
100
маблаѓ људо гардидааст».[8] Љињати амалї ва азхудкунии маблаѓњо ва лоињањои сармоягузоридашуда дар
соњаи маориф чандон шаффофият вуљуд надорад. Барои масрафи маблаѓ дар системаи таълим ва тарбия кам
ањмият дода мешавад. Имрўзњо маблаѓи лоињањо бештар барои таъмири мактабњо, коллељњо, техникуму
донишгоњњо сарф мегардад, ба љойи он ки барои чопи китобњои дарсии пурмазмун, харидории
компютерњо, пайвастшави бо интернет, баланд бардоштани маоши кормандони соњаи маориф, додани
кўмакњо ва ѓайрањо масраф карда шаванд.
Зеро, гуфтањои боло гувоњї аз он медињад, ки зербинои таълим ва тарбияро муносибатњои иќтисодї
муайян месозад ва дар сурати пайдо гардидани чунин як дигаргунї љавонони муассил эътиќоду боварї ба
ояндаи љомеа пайдо мекунанд ва бо дили гарму нияти неку пок ва беолоиш хизмат намуданро ба љомеаи
барои фардояшон дурахшон маќсади асосии хеш ќарор хоњанд дод.
Дар аксари њолатњо имрўз мо онњоро бовар мекунонем, ки ояндаи кишвари моро - љомеаи
соњибистиќлол, демократї, њуќуќбунёд, дунявї ва ягона ташкил хоњад дод, агар мо ба мењнати софдилона,
хизмат ба кишвари азиз ва дўст доштани марзу бум ва халќи онро маќсади ягона ќарор дињем. «Њадафи
сиёсати давлатии мо, - омадааст дар Паёми Президенти мамлакат ба Маљлиси Олї, - дар бахши љавонон
тарбияи кадрњо ва мутахассисони донишманду соњибмаърифат, насли дорои љањонбинии васеъ ва
хислатњои ватандўстиву ватанпарастї мебошад»[9].
Агар љињати расонидан ба њадафњои бузургро дар соњаи маориф ва тарбияи бунёдгузорони ояндаи
мамлакат баррасї намоем, баръало мушоњида мегардад, ки «Аз нарасидани мутахассисони бомањорати
соњаи иќтисод ва муњандисию техникї аз 6,4 миллиард сомонї лоињањои инвеститсионї танњо 20 фоизи он аз
љониби ширкатњои ватанї амалї мегарданд ва 80 фоизи боќимондаи ин маблаѓ аз љониби ширкатњои
гуногуни хориљї амалї менамоянд»[10].
Чунин аст вазъи имрўзаи мутахассисин дар соњаи иќтисод, техника, муњандисию технологї. Як
тамоюли бисёр њам муњим дар љомеаи муосири Тољикистон имрўзњо он аст, ки мутахассисони соњаи
мазкур, ки дониши хубу таљрибаи бойи корї доранд, аз идории истењсолот ва фаъолият дур мондаанд, ё
корхонањои тавлидотї онњоро ба кор ќабул намекунанд, ё музди ночиз медињанд. Аз ин лињоз, ќайд кардан
бамаврид аст, ки тарбияи мутахассисин маблаѓ, љойи кор, шароити хуби мењнат ва муносибати
инсондўстонаро дар љомеа таќозо менамояд. Нарасидани мутахассисини соњаи техника ва технологияро
Президенти мамлакат Эмомалї Рањмон ба таври зайл шарњ медињад: «Имрўз дар љомеаи љањонї масъалаи
рушди илмњои техникї ва љорї кардани технологияњои муосир ањамияти муњим пайдо кардааст. Лекин дар
кишвари мо илмњои даќиќ то андозае дар њошияи илмњои гуманитарї љой гирифтаанд. Ин аст, ки имрўз
тафаккури техникиву технологии мо дар сатњи нисбатан паст ќарор дорад.»[11]. Њамин равандро идома дода,
Сардори давлат дар Паёми хеш ќайд мекунад: «Албатта, сатњи баланди тафаккури гуманитарї, ки мардумро
ба худшиносиву ватандўстї, ифтихор аз давлату давлатдорї ва фарњанги пурѓановати миллати худ њидоят
мекунад, бисёр муњим аст. Вале танњо дар асоси тафаккури гуманитарї мо аз илму техника ва технологияњои
муосир пурра бархўрдор шуда наметавонем»[12].
Њаќ ба љониби Президент аст, вале бояд иќрор шуд, ки бе илмњои гуманитарї низ муваффаќ шудан
ба технологияи замони муосир аз имкон берун мебошад. Зеро, мањз ќонуниятњои инкишофи замони муосир
ва таѓйиротњои кулро дар он илмњои гуманитарї муайян менамояд. Илова бар ин фанњои гуманитарї дар
ташаккули љањонбинии шахс дар симои таълимотњо, ѓояњо, назарияњо ва ѓайрањо шароити мусоид
фароњам меоварад.
Аз ин љо баробари диќќати љиддї додан ба ташаккули илмњои техникию риёзї раванди инкишофи
илмњои гуманитариро набояд фаромўш кард. Мо дар кишвари худ таи солњои охир ба синни муайяне соњиб
шудем, ки он таќрибан 24 солро ташкил мекунад ва ин синни миёнаи умри ањолии Тољикистон аст. Бинобар
ин, «Яке аз самтњои афзалиятноки сиёсати давлат дар бахши љавонон мувофиќи талаботи замону тарбияи
дурусти насли љавонон аст»[13], -омадааст дар Паёми Сарвари давлат Эмомалї Рањмон ба Маљлиси Олии
Чумњурии Тољикистон.
Пас чунин вазифагузорї дар шароити муосир имкон медињад, то роњи дурусти тарбияро интихоб
намуд, ки он њоли аз њама гуна манфиати ќавмї, гурўњї, шахсї ва иќтисодї бошад.
Масъалаи додани маълумоти олию миёнаи махсус ба љавонон бештар дар шароити муосир аз
маќоми иљтимоию иќтисодии њар як оила вобастагї дорад. Зеро имрўз ба табаќањои иљтимоии «бою
101
камбаѓал» људошавии гурўњњои иљтимої мушоњида мегардад. Аз љониби дигар ќисми зиёди оилањои
камбизоат имконияти дар макотиби оли тањсили илм намудани фарзандони худро надоранд. Зеро, майли кам
гардидани теъдоди гурўњњои буљавї дар таълимгоњњои мазкур ба таври механикї боиси мањдуд шудани
шумораи онњо мегардад. Њамин вазъият дар таълимгоњњои миёнаю касбї ва литсейњо низ ба чашм
мерасанд. Гарчанд дар чунин таълимгоњњо гурўњњои буљавї вуљуд доранду њама аз њисоби буља таъмин
карда мешаванд. Њавасмандї дар раванди таълиму тарбия торафт рў ба коњиш овардааст. Зеро, он талаботњое,
ки дар мактабњои таълимоти њамагонї вуљуд доранд, на њамаи оилањо инро иљро карда метавонанд,
бахусус, дар њолати серфарзандї.
Бинобар ин, сиёсати
иљтимоии давлат бояд дар самти маориф аз ин зиёдтар пурзўр карда шавад.
Дигар омиле, ки барои ташаккули тарбияи инсони комил дар давраи камолот мусоидат мекунад,
тарбияи комплексї, яъне њамаљониба, ахлоќї, забоипарастї, инсонпарварї, ватанпарастї, худшиносї,
мардумдўстиву миллатдўстї мебошад. Барои рушду инкишофи тарбияи љавонону наврасон дар чунин рўњия
илмњои гуманитарї мусоидат мекунанд, ки онро дар ситемаи маориф дар амал тадбиќ намудан имконпазир
аст. Танњо фанњои гуманитарї метавонанд дар ташаккули љањонбинии сиёсии љавонони донишљў
мусоидат намоянд.
Омили дигаре, ки дар мустањкам намудани љањонбинии сиёсии донишљўён баъди хатми
донишгоњњо мусоидат менамояд, ин ба кор таъминшавии онњо мебошад.
Зеро, љавоне, ки баъди хатми донишгоњњо бекор мемонад, дар рафтору фаъолияти ў як њисси
дилмондагї аз система ба шакли идориву сохтори давлатдорї ба амал меояд. Яъне, ў аз сиёсат дур мешавад ва
ба субъекти беэътимоду беэътиќод ба њокимияту системаи љамъиятї табдил меёбад. Ба њодисаву равандњои
дар љомеа баамалоянда бетавофут мегардад. Татбиќи сиёсати давлатї дар тарбияи љавонон ва ба љавонони
донишљў мувофиќи матлуб мебошад.
КАЛИДВОЖАЊО: љањонбинии сиёсї, ташаккули маданияти сиёсї, мафњумњои љањонбинї, тафаккури љањонбинї.
1.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
8.
9.
10.
11.
12.
13.
14.
АДАБИЁТ
Хасанова Ш., Л.Ф. Варнавская, Н.М. Назаршоева «Вузовская молодёжь»: Актуальное вопросы теории и практики воспитания и
обучения. Выпуск II Сб. науч.тр. Тадж. гос. университет. Душанбе, 1991, 112 с.42.
Њасанова ва диг. Вузовская молодежь: Актуальные вопросы теории и практики воспетания и обучения. …….., адабиёти
истифодашуда. с.42
Паёми Президенти Љумњурии Тољикистон ба Маљлиси Олии Љумњурии Тољикистон. Душанбе. 2008., с.15.
Салоњиддинов И. Роњњои ташаккули фарњанги сиёсии љомеа. Дар ќисм. «Зевари миллати тољик». Душанбе. «Шарќи озод».
168с; с.33.
Салоњиддинов И. Роњњои ташаккули фарњанги сиёсии љомеа. Дар ќисм. «Зевари миллати тољик». Душанбе. «Шарќи озод».
168с; с.33.
Конститутсияи (Ќонуни асосї ) Љумњурии Тољикистон. Душанбе, 1994, с. 3.
Шамолов А.А., Ашуров С.Б. «Вопросы молодежной политики в Республики Таджикистан», Душанбе: изд. «Дониш» 1998,
245..с.82.
Дар њамон љо, с.82.
Паёми президенти Љумњурии Тољикистон ба Маљлиси Олии Љумњурии Тољикистон. Душанбе., 2009. с. 8.
Паёми Президенти Љумњурии Тољикистон Эмомалї Рањмон ба Маљлиси Олии Љумњурии Тољикистн, 15 апрели соли 2009.
Душанбе-2009. с.28.
Дар њамон љо, с. 29.
Дар њамон љо, с. 29.
Дар њамон љо, с. 30.
Паёми Президенти Љумњурии Тољикистон ба Маљлиси Олии Љумљурии Тољикистон, 15 апрели соли 2009, с.31.
ПОЛИТИЧЕСКОЕ МИРОВОЗЗРЕНИЕ – ВАЖНЫЙ ФАКТОР В ФОРМИРОВАНИИ
ПОЛИТИЧЕСКОЙ КУЛЬТУРЫ СТУДЕНЧЕСКОЙ МОЛОДЕЖИ
В статье рассматриваются и анализируются основные факторы и предпосылки мотивов, которые воздействуют на формирование
политического мировоззрения студенческой молодежы.
THE POLITICAL OF WORLD OUTLOOK –AN IMPORTANT FACTOR IN THE FORNING OF
POLITICAL CENTURE OF STUDENT’S YOUTH
102
The article considers about the main factors and prereguisite of reasons, which act to the forning of political world outlooking in the student’s
youth.
ТАДЖИКСКО-АФГАНСКИЕ ОТНОШЕНИЯ В СИСТЕМЕ ГЕОПОЛИТИЧЕСКИХ
ИЗМЕНЕНИЙ
Р. Гардакова
Таджикский национальный университет
В настоящее время, Центральная Азия, трансформируется от периферийного региона в регион,
занимающий ключевую позицию в системе геополитических изменений. И это обусловлено рядом факторов:
Во-первых, регион Центральной Азии имеет стратегическое значение с точки зрения его влияния на
безопасность и стабильность в регионе;
Во- вторых, развитие ситуации в странах ЦА определяет баланс сил в евразийском материке;
В-третьих, сосредоточение в регионе природных ресурсов мирового значения, прежде всего
углеводородного сырья. Богатые энергетическими ресурсами республики Центральной Азии, содержат
ресурсы ископаемого топлива в размере примерно 35 миллиардов тонн, а гидроэнергетический потенциал
превышает 520 миллиардов киловатт-часов в год и для государств из соседних регионов долгосрочное
сотрудничество и покупка дешевой электроэнергии из Центральной Азии является важным
внешнеполитическим курсом;
В-четвертых, расположение на стыке евроазиатских транспортных коридоров и наличие широкой
транспортно-коммуникационной сети - через Иран страны ЦА имеют выход к Персидскому заливу, через
Афганистан и Пакистан - к Индийскому океану, через Китай - в Азиатско-Тихоокеанский регион.
В этой связи особого внимания требует рассмотрение приоритетных интересов стран ЦАР и
проводимой ими политики в Центральноазиатском регионе.
Для России этот регион является приоритетным направлением внешней политики. Центральная Азия
является "буфером" или поясом безопасности для обеспечения безопасности ее южных границ;
Особую значимость также определяет нефтяной фактор и желание России сохранить влияние на
Каспии;
Для России имеет большое значение и территория региона в качестве зоны базирования силовых
ресурсов;
Особое место занимает и экономический фактор для обеспечения контроля над основными
транспортно-коммуникационными путями и трубопроводами региона;
Стремление к реализации этих доминирующих интересов определяет общий характер российской
стратегии в Центральной Азии. Ситуация в Афганистане для России имеет большое значение. Афганская
угроза способствовала тому, что государства региона, в случае неблагоприятного развития событий, надеялись
на Россию. Ведя работу в афганском направлении, в 1996 г. при российских усилиях оформился
антиталибский альянс, в который, кроме России, вошли центральноазиатские государства Узбекистан,
Кыргызстан, Таджикистан, Казахстан, а также Иран. Из всех участников альянса особые позиции занимал
Узбекистан, что во многом было обусловлено его достаточно самостоятельной политикой и наличием у
Ташкента собственных рычагов воздействия на ситуацию в Афганистане - через афганских узбеков во главе с
генералом Дустумом.
Однако капитуляция подразделений генерала Дустума перед движением "Талибан" в августесентябре 1998 г. привела к краху всей существовавшей на тот момент региональной системы безопасности.
Отряды движения "Талибан" вышли на узбекский участок бывшей советско-афганской границы в районе
города Термез.
В этот период начались осложнения в отношениях России и отдельных центральноазиатских стран.
Один из таких прецедентов создал Узбекистан, выступив с резкими заявлениями в адрес российских
спецслужб и Таджикистана. В таких условиях сохранить свое присутствие в Центральной Азии для России
было достаточно трудно.
Препятствуя проникновению из Афганистана через Таджикистан идеи радикального исламизма и
наркотиков в Россию, а затем и в Европу, Москва оказывала военную и экономическую поддержку
“Северному Альянсу” в борьбе против талибов, используя базы на таджикско-афганской границе. К тому же,
стабильная внутриполитическая обстановка в Таджикистане способствовала обеспечению стабильности во
всем Центральноазиатском регионе. Сейчас Россия потеряла ту доминирующую роль в контроле над
ситуацией в Афганистане, но вместе с другими странами донорами она принимает активное участие в деле
восстановления страны, оказывая поддержку правительству Хамида Карзая. Фактически вся политика
103
контроля и руководства ситуацией перешла в руки Соединенных Штатов Америки, которые, руководствуясь
своим стремлением борьбы против терроризма и распространения наркотиков ещё на долгие годы останется в
Афганистане, обеспечивая своё влияние и тем самым реализуя свои амбициозные геополитические интересы.
Вместе с тем, военно-политическая и экономическая обстановка зависит от американского военного
присутствия в стране. Особого внимания требует нынешняя позиция США в отношении Ирана в контексте
проводимой политики в Афганистане. Всеобщий интерес вызывают события, происходящие вокруг
треугольника США, Афганистан и Иран. Взаимоотношения Ирана с Афганистаном носят традиционный
характер, определяющиеся исторической преемственностью.
Иран поддержал усилия ООН и международного сообщества по постконфликтному политическому
урегулированию в Афганистане. Иранцы содействовали достижению Боннских соглашений в декабре 2001
года и поддержали создание Временной администрации во главе с Х.Карзаем. 24–26 февраля 2002 года
Х.Карзай посетил Тегеран с визитом. Тегеран обозначил свое намерение принять участие в международных
усилиях по экономическому восстановлению Афганистана. В целом, тема многосторонней «транзитной
дипломатии» является весьма популярной и в Тегеране, и в Кабуле и активно разрабатывается дипломатиями
обеих стран. Важным событием регионального масштаба стал состоявшийся в июне 2003 года в Тегеране
саммит с участием президентов Афганистана, Ирана, Таджикистана и Узбекистана. Итогом стало подписание
двух трехсторонних документов: афгано-ирано-узбекского соглашения о международных транспортных
направлениях и соглашения о транзитном сообщении между Афганистаном, Ираном и Таджикистаном. Два
документа предусматривают создание магистрального сообщения из Узбекистана (через Термез – Хайратон –
Мазари-Шариф – Шиберган – Маймана – Герат – иранская граница) и Таджикистана (через порт Ширхан –
Кундуз – Мазари-Шариф и далее) с перспективой выхода на иранские порты в Персидском заливе.
В контексте двусторонних отношений значительное место занимают взаимоотношения Афганистана
с Исламской Республикой Пакистан.
На протяжении своего существования теснейшим образом были связаны между собой Пакистан и его
северный сосед Афганистан. Афганское направление было, есть и останется одним из приоритетных
направлений внешней политики Исламабада, и его роль невозможно недооценивать.
Возникла она еще до появления независимого пакистанского государства и досталась ему по
наследству от колониального периода. Как известно, в конце XIX в. английские власти провели границу
между Британской Индией и Афганистаном по так называемой «линии Дюранда», которая разделила
проживающие на северо-западе субконтинента пуштунские племена на две примерно равные части. Когда
встал вопрос о создании Пакистана, афганская правящая элита безуспешно пыталась добиться пересмотра
«линии Дюранда». Поэтому в составе Пакистана оказались все заселенные пуштунами земли, входившие в
колониальную Индию, а «линия Дюранда» превратилась в фактическую границу между двумя соседними
государствами. Афганистан решительно протестовал против этого и был единственным государством,
которое осенью 1947 г. голосовало против приема Пакистана в ООН. Афганские правящие круги практически
не признавали существования государственной границы с Пакистаном по «линии Дюранда», поддерживали
борьбу пакистанских пуштунов за создание независимого Пуштунистана. В свою очередь и Пакистан
оказывал помощь оппозиционным элементам в Афганистане. Противники правящих режимов в Афганистане
и Пакистане находили политическое убежище в соседнем государстве. Нерешенная проблема афганских
беженцев, несколько миллионов которых проживает в Пакистане более 20 лет, также влияет на отношения
между Кабулом и Исламабадом. Еще одним из важных факторов, приобретших в последнее время особенное
звучание, стало отношение Пакистана к движению «Талибан», его роль в организации этого движения и
связанная с этим проблема талибанизации самого Пакистана.
Среди факторов, оказывающих влияние на выработку линии в афганских делах, наиболее важными
представляются мотивы китайской политики в Афганистане. После 11 сентября в Китае произошла серьезная
переоценка международной обстановки и ситуации в Центральной Азии и Афганистане. Начиная с осени
2001 года в китайский внешнеполитический курс были внесены существенные коррективы, адаптировавшие
его к меняющемуся глобальному и региональному контексту. Прежде всего Китай осудил террористические
акты 11 сентября и развернул сотрудничество с США в борьбе с терроризмом. Не ослабляя своего партнерства
с Пакистаном, Пекин взял курс на постепенную нормализацию отношений с Индией и стал проводить более
взвешенную политику в Южной Азии. Одновременно Китай активизировал усилия по организационному
оформлению ШОС, повысил внимание к отношениям с государствами Центральной Азии. В то же время в
китайских «мозговых центрах» давно подозревают, что в конечном итоге все действия Вашингтона и его
союзников направлены на то, чтобы окружить Китай – единственную силу, способную в обозримом будущем
бросить вызов США, – со всех сторон и развалить его изнутри. В этой ситуации Китай вынужден искать пути
нейтрализации антипекинских усилий США и усиления собственного, прежде всего экономического
присутствия в ключевых регионах, расположенных по периметру китайских границ. Это касается и
Афганистана и Пакистана, и Центральной Азии.
104
Афганскую проблему китайцы рассматривают прежде всего через призму обстановки в Синьцзяне. С
приходом к власти в Афганистане в 1995 году движения «Талибан» в Кабуле разместилась штаб-квартира
Исламского движения Восточного Туркестана (ИДВТ), или «Партии Аллаха», во главе с Хасаном Махсумом.
В период правления талибов члены террористической организации ИДВТ проходили боевую подготовку в
тренировочных лагерях на территории Афганистана. Согласно китайским данным, они участвовали в
похищении японских ученых в Киргизии в августе 2000 года и в попытке вторжения в Узбекистан через
Южную Киргизию в августе 2001 года. Свои действия уйгурская «Партия Аллаха» координировала с
талибами и с Исламским движением Узбекистана. Вскоре после начала антитеррористической операции в
Афганистане Китай заявил о намерении добиваться от ее участников выдачи задержанных там уйгурских
террористов в случае, если будет доказано, что они являются гражданами КНР. В 2002 году китайские
военные представители были допущены американскими властями на базу в Гуантанамо, где в настоящее
время содержатся захваченные в Афганистане боевики-уйгуры. Китайцы с удовлетворением отмечают, что
после разгрома движения «Талибан» и прихода к власти Х.Карзая террористическая деятельность в Синьцзяне
заметно снизилась. Вместе с тем наблюдается значительная активизация наркоторговцев и контрабандистов
оружия, основным объектом деятельности которых является уже не только Синьцзян, но и внутренние
провинции Китая. Таким образом, политика Китая в отношении Афганистана будет во многом определяться
способностью правительства страны решить проблему уйгурских боевиков, внутренними процессами в
Афганистане, а также ситуацией в самом Синьцзяне. Необходимо отметить, что возвращение Афганистана к
мирной жизни – одна из наиболее актуальных международных проблем для государств Центральной Азии и
региона в целом, напрямую сталкивающихся с негативными последствиями многолетней войны в
сопредельной стране. Конфликт в Афганистане породил угрозы и вызовы стабильности и безопасности
республик Центральной Азии, переживающих сложный этап становления и укрепления своей
государственности. Степень актуальности афганского урегулирования для национальных интересов отдельно
взятых стран Центральной Азии неодинакова, существуют определенные различия в их подходах к
конкретным путям нормализации положения в Афганистане. Вместе с тем совпадают позиции всех пяти
центральноазиатских республик по таким основополагающим принципам, как сохранение территориальной
целостности Афганистана, участие в мирном процессе политических сил страны, представляющих интересы
основных этнических и конфессиональных групп населения. Террористические акты, совершенные в США
11 сентября 2001 г., вызвали единодушное осуждение официальных и общественно-политических кругов
государств Центральной Азии. Поддержку антитеррористической коалиции в Афганистане оказал и
Таджикистан, в частности, дав согласие на использование его воздушного пространства военной авиацией
США. С территории Таджикистана осуществлялась также тыловая поддержка операции против режима
талибов. В ходе переговоров с представителями Вашингтона по вопросам содействия антитеррористической
коалиции руководители Таджикистана неоднократно выражали озабоченность по поводу возможных
многочисленных жертв среди мирного населения и настаивали на необходимости планировать военную
операцию таким образом, чтобы избежать этого. В декабре 2001 г. по распоряжению Президента
Таджикистана Э. Рахмона и при содействии российских пограничников была восстановлена паромная
переправа через реку Пяндж в районе таджикского города Нижний Пяндж. Она была закрыта в сентябре 2000
г. после того, как отряды движения «Талибан» захватили порт Шерхан, находящийся на афганском берегу
пограничной реки. В середине декабря 2001 г. первый конвой в составе 34 грузовиков прибыл в Шерхан, с
того времени паромная переправа через реку Пяндж широко используется для доставки гуманитарных грузов.
Территория Таджикистана стала транзитным коридором, по которому в Афганистан поступило свыше 60%
объема гуманитарной помощи, предоставленной международным сообществом.
Республика Таджикистан и Исламская Республика Афганистан – две страны, имеющие сожие
историческое прошлое, общее культурное наследие, традиции, обычаи, язык и религию, общую границу,
протяженностью около 1500 км. Но именно Таджикистан в силу своего геополитического расположения и
большой протяженностью государственной границы с Афганистаном, стал одним из транзитных государств
на пути афганского наркотика в страны Центрально-азиатского региона и Европу. Испытывая на себе тяготы
распространения наркотиков и проблемы, связанные с ними, Правительством Республики Таджикистан
реализован комплекс мер общегосударственного характера, направленных на стабилизацию наркоситуации и,
в первую очередь, пресечения контрабандного поступления наркотиков из Афганистана и повышения
эффективности предупредительно-профилактических мер. Являясь одним из активных участников процесса
урегулирования положения в Афганистане, установления мира и стабильности, а также борьбы против
незаконного оборота наркотиков, Таджикистан с первых дней своей независимости решительно
поддерживает любые разумные и конструктивные действия по борьбе с этим мировым злом, и выступив с
рядом антинаркотических инициатив, нашел поддержку среди мирового сообщества. Но в основном усилия
внешней политики государств Центральной Азии за двенадцать лет на афганском направлении были
сосредоточены на обеспечении региональной стабильности и безопасности границ от давления со стороны,
105
охваченного войной соседа и привлечении внимания международного сообщества, к необходимости
принятия действенных мер для прекращения межафганского конфликта. Сегодня, страна, пережившая
бурные потрясения в течение последних 60-70 лет находится на очень важном новом этапе развития своей
государственности и на данном этапе вопрос внутреннего развития самого Афганистана остаётся наиболее
актуальным. Исследование внутренних процессов позволяет сделать выводы о том, что пока не будет
завершена антитеррористическая операция в стране и игра мировых держав за влияние в регионе, пока не
будут выработаны правовые, демократические и справедливые принципы правления страной, Афганистан
останется очагом социальной, национальной и религиозной напряженности. На наш взгляд всему мировому
сообществу сегодня необходимо содействовать обеспечению равноправия всех его народов и свободному
развитию этой страны в будущем.
КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: таджикско-афганские отношения, геополитические изменения, исследование внутренних процессов.
1.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
8.
9.
10.
11.
12.
13.
14.
15.
16.
17.
18.
19.
20.
21.
22.
23.
24.
25.
26.
27.
28.
29.
30.
31.
32.
33.
Л ИТЕР АТУРА
Абдуллаев Р. «Современный Афганистан: этнополитическая ситуация», 2006г.;
Ахмед Рашида «Талибан» М. 2003г.;
Гияплинский Л.Б. «История советско-афганских отношений»М., 1987г.
История Афганистана. М., 1982.
Коргун В. «Афганистан в начале XXI века. Внутриполитические и экономические проблемы»М. 2004г.
Коргун К.Г. «Интеллигенция в политической жизни Афганистана»М., 1983.
Коргун К.Г. «Афганистан- политика и политики»М., 1999г.
Коргун К.Г. «История Афганистан XX (20)в.»М., 2004г.
Князев А. «Афганистан и безопасность в Центральной Азии 19-21 вв.»
Латифов Джура «Афганистан, семена надежды»Душанбе 2007 г.;
Массон К.М., Камодин К.Н. «История Афганистана»т. 1-2. М., 1964-65.
Стивена Таннера «Афганистан. История войн от Александра Македонского до падения Талибан»М. 2004 г.
Андреев А.Р. , Шумов С.А. Афганская хроника «история Афганистана XVI в.».
Арунова М.Р. «Афганская политика ИРИ». Институт Ближнего Востока, 02.07.2007г.
Вертлиб Е. Академия РАЕН, проф. GCMC 30 января 2006г.
Искандаров К. «Современное состояние таджикско-афганских отношений и перспективы их развития», Источник: Политика,
20.03.2007.
Ничитайло Д. «Афганистан и Пакистан-зона стратегических интересов», 28.06.2007г.
Сажин И.В. «Афганистан сегодня (некоторые вопросы обстановки в Кабуле и вокруг него)», источник: Институт Ближнего
Востока.
Серенко А. «Сила против реальности», автор «Эксперт», 16.04.2008г.
Султанов Э. «Иранская шахматная доска. Конфликт на некоторых геополитических фронтах», 24.04.2007.
Умнов А. «О роли Пуштунов в Афганистане», 28.03.2007г.
Цыганок А. «Афганский парадокс», источник: «Военно-промышленный курьер», 06.10.2006г.
Азия Информ/новости региона. www.asiainform.ru/15867 htm.
Афганистан.Ру www.afghanistan.ru
Фергана.Ру www.fergana.ru
Центразия.Ру www.centrasia.ru
BBC News/news www.bbc.com
CNN/news www.cnn.com
The Gardian: Джеффри Уиткрофт «Эффект дежавю. В 1907 году Англия и Россия поделили Персию, Афганистан и Тибет- что
изменилось?» 03.09.2007г.;
Herald Tribune/news www.heraldtribune.com
The Washington Post: Николас Шмидл «Игроки новые игра старая», 30.01.2008г. www.washingtonpost.com
Afghanistannews.net www.afghanistannews.net
www.afghanistannews.com;
МУНОСИБАТЊОИ ТОЉИКИСТОН ВА АФЃОНИСТОН ДАР СИСТЕМАИ ТАЃЙИРОТЊОИ
ГЕОПОЛИТИКЇ
Маќолаи мазкур вазъи сиёсї ва иљтимоии муосири Афѓонистонро дарбар мегирад. Маќола таваљљўњи љомеаи љањониро ба
масъалаи ањамияти сањми кишварњои њамсоя дар таъмин намудани амну субот дар Афѓонистон арзёбї карда, ба масъалаи маводи
мухаддир дар минтаќа бо гардиши ѓайриќонунии силоњ маълумот медињад.
RELATION OF AFGHANISTAN AND TAJIKISTAN IN THE SYSTEM OF GLOBAL GEOPOLITICAL CHANGES
106
The purpose of this article is to present information, analysis, and opinion on global politics, problems of counter-terrorism, human rights,
globalization, and other world issues today as well as the internal politics of major countries and crisis areas around the Afghanistan. This article reflects the
Central Eurasian Region efforts in solving of Afghan problems.
МУНОСИБАТЊОИ ГЕОПОЛИТИКИИ АМРИКО ДАР ОСИЁИ МИЁНА
Ањмад Раисї
Донишгоњи миллии Тољикистон
Маълум аст, ки манфиатњои Иёлоти Муттањидаи Амрико дар Осиёи Миёна тањти таъсири
вокуниши ин кишвар дар муќобили њамлаи террористии 11-уми сентябр будааст. Бо вуљуди ин ки Иёлоти
Муттањидаи Амрико пеш аз њодисаи 11-уми сентябр таваљљўње ба кишварњои Осиёи Миёна надошт,
Амрико аз нахустин кишварњое буд, ки дар соли 1991 кишварњои Осиёи Миёнаро ба расмият шинохт.
Иёлоти Муттањида дар заминаи мухталифе ба њамкорї ва кўмаки давлатњои тозаистиќлол пардохт ва дар
Ќазоќистон, Туркманистон ва Озарбойљон сармоягузорињои ќобили таваљљўњ намуд. Аммо бояд гуфт, ки
минтаќаи Осиё Миёна пеш аз 11-уми сентябр ба далели фосилаи дури љуѓрофї, нобасомонии иљтимої,
заминањои даргири ќавмї ва мазњабии печида ва имконоти заифи њамлу наќл, чунон ањамияте ки имрўз
дорад, бархурдор набуд, ва дар равобити хориљии Амрико наќши њаёти надошт. Њамлањои террористї ба
манофеи Амрико ва амалиёти низомии он дар Афѓонистон ањамият ва наќши ин минтаќаро дар фаъолиятњо
ва барномањои давлати Буш ба шиддат афзоиш дод. Воќеаи 11-уми сентябри 2001 дар Амрико муљиби
тарроњии дубораи муњити амнияти байналмилалї ва таѓйироти густарда дар низоми сиёсати амниятї ва
хориљи ин кишвар шуд. Дар њаќиќат, дараљаи аввали сиёсати хориљии ин кишвар зери шиори талош барои
ташкил ва рањбари эътилофи байналмилалї бар зидди терроризм ќарор гирифт. Ин таѓйирот љињати
паёмадњои муњим бар равобити Амрико бо Руссия ва ба таври куллїи бо кишварњои Осиёи Миёна бар љой
гузошт.
Фурўпошии њукумати Шўравии собиќ ва аќибнишинии Шўравї аз Осиёи Миёна, фазои љуѓрофии ин
минтаќаро дучори беќудратї намуд. Ин кор заминасози кушодани фазои њавзањои нуфузќудратњои минтаќа
ва фароминтаќа гардид. Ин раќобат, ки ба «бозии бузурги нав» шўњрат ёфт, дар воќеъ ёдовари раќобати
таърихи Русия ва Англия дар ќарни 19-ум аст. Бо ин вуљуд бозии бузурги љадид бар хилофи бози
геополитикии ќарни 19-ум, ки танњо ду раќиби асосї дошт, акнун бозингарони мухталифе њамчун
кишварњо, созмонњои байналмилалї, бозингарони ѓайридавлатї њамчун шабакањои террористї ва
љунбишњои тундравро дар бар мегирад. Ин масъала сохтори мухталифро љињати њамкорї нишон
намедињад, балки имкони љанг ва даргирї бар сарзамин, манобеъ ва масирњои транзит ва хатти ќубури
энергиро ташдид мекунад. Наздики бозингарони раќибї дар бозии бузурги чадид метавонанд сабаб ба
тезондани љанг шавад. Бинобар ин, пас аз фурўпошии Шўравї вазъияти геополиткии минтаќа ба маротиб
печидатар аз гузашта шуда ва хатарот ва тањдидоти дарунї афзоиш ёфтааст.(1)
Амрико бозингари аслии фароминтаќавї аст, ки дар љустуљўи ањдофи иќтисодї ва геостратегї,
натиљањои минтаќавиро бо иљрои стратегї зери назорат мегирад.
Стратегияи мазкур ба таври зайл аст:
- љилавгирї аз пайвандњои старетигии Њинд ва Русия
Пайвандњои Њинду Рус ба замони Шўравии собиќ бармегардад, то љое ки ин равобит бар иртиботи
њампаймонони Амрико монанди Покистон ва њатто Туркия низ соя афканда буд. Пас аз дањаи 1990 низ
равобити Њинду Рус њамвора идома дошта ва муносиботи ду кишвар дар сатњњои гуногун рушд ёфтааст.
Аммо акнун дар шароити љадиди Афѓонистон, идомаи њамкории Њинду Рус бо сиёсати Амрико дар
Афѓонистон ва Осиёи Миёна фарќ дорад. Бинобар ин, њузури Амрико дар Ќазоќистон ва Афѓонистон
метавонад дар људоии байни Русия ва Њинд муассир бошад.(2);
- муќобила бо тарњњои минтаќаи Чин
Чин яке аз раќибони ќудратманди Амрико дар ин минтаќа мебошад. Ќирѓизистон њамсояи Чин аст ва
Амрико бо таваљљўњ ба мавќеияти љуѓрофияи ин кишвар аз он барои зери назар доштани фаъолиятњои
низомї ва сиёсии Чин дар ин минтаќа аз љањон истифода мекунад. Зимни ин ки дар њавзаи интиќоли энергї аз
дарёи Мозандарон низ бо ин кишвари бузург ва пурљамъият метавонад раќобат намояд;
- љилавгирї аз ќудратёбии Русия ба унвони раќиб
Људо кардани Русия аз љумњурињои Шўравї, костан аз таъсири Маскав бар њавзаи нуфузи суннати
худ ва ба њошия рондани ин кишвар дар муодилоти минтаќа аз ањдофи дигари Амрико дар Осиёи Миёна аст.
Ин сиёсат аз тариќ афзоиши кўмакњо ва эътибороти молии Амрико ба ин кишварњо пайгирї мешавад. Бо
вуљуд ин бояд гуфт, ки сиёсати Иёлоти Муттањида дар мавриди Русия аз мушаххасањои даврони љанги сард
пайравї намекунад. Сиёсати Амрико дар баробари Русия ба мењвари дўсти старатегї устувор аст. Ба иборати
107
дигар, Иёлоти Муттањида ба манзури тавсиаи њавзаи нуфузи сиёсї, бањрабардории иќтисодї аз манобеи
нефту газ, идомаи иќтидори низоми љањонї бар асоси назми Амрикої ва густариши арзишњои Амрикої,
њузур дар минтаќаи дарёи Хазарро њамгом бо сиёсати худ дар хусуси демократикунони Русия ва ќавом
додан ба дусти стратегї бо Маскав дар айни раќобат барои касби мавќеият мусоидтаре дар минтаќа медонад;
- муњосираи Ирон
Илова бар ин, тарњи таќсими дарёи Мозандарон байни кишварњои њошияи он дар љињати љилавгирї
аз иртиботи старетегии Русия бо Ирон, манъ сохтани имкони дастёбии Русия ба љануб ва комил кардани
муњосираи Ирон аз самти шимол мебошад;
- назорати манобеи табии минтаќа
Амрико назорати масири захирањои нефту гази дарёи Мозандарон ва љилавгирї аз шаклгирии њар
гуна ќудрати раќиб дар баробари њокимияти он бар манобеи стратегї
- бањрабардорї аз имконоти васеи иќтисодї
Амрико мехоњад бањрабардорї аз имконоти васеи иќтисодї ва сармоягузорї дар технологияи ин
манотиќи стратегї сањмдор бошад, хусусан, дар соњаи энергетикаи он;
- мудохила дар сиёсатњои дохилї
Амрико мехоњад дар сиёсатњои бўњронї ин минтаќа њамчун миёнаравї ва нозир дар Уйѓуристон,
Арманистон ва Ќарабоѓ наќш дошта бошад;
- мубориза бо терроризм
Амрико мехоњад бањрабардорї аз мубориза бо терроризм пас 11-уми сентябри 2001 ва додани
мавзеъњои якхела байни кишварњои минтаќа ва њошияи минтаќа ва собити њузури низомї дар Осиёи
Миёнаро дошта бошад;
- истифода аз нињодњои иќтисодї ва фарњангї
Амрико тасмим дорад бо шаклдињї дар нињодњои иќтисодї, фарњангї њузурашро дар ин манотиќ
таќвият бахшад;
- густариши иќтисодї
Бо ин раванд Амрико равнаќ ва густариши амалиёти иќтисодї, сиёсї њампайвандонашро монанди
Исроил, Туркия дар муќобили Ирон, Чин ва Русия тавсиа мебахшад;
- љойгузини роњбарони Осиёи Миёна
Амрико хоњиш дорад то роњбарони минтаќаи Осиёи Миёна ба шакли зоњиран демократї, вале дар
асл намояндаи худ дар ин манотиќ љойгузин намояд.
Аксар роњбарони Осиёи Миёна аз кормандони собиќ Шўравї буда, эътимоди комили Амрикоро ба
худ љалб накардаанд. Аз ин рў, Амрико њамеша дар љустуљўи роњњои муносиби зоњиран демократї ва
ѓарбписандида барои роњбарони ин манотиќ аст. Инќилобњои рангини Гурљистон ва Ќирѓизистон аз ин
нишондодњо шањодат медињад.
Фурсатњои минтаќаи Осиёи Миёна барои Амрико
Фурсатњои геополотикї:
1 дастрасии мустаќим ба сарзамин ва фазои љуѓрофиёи раќибон ва мухолифон ва фишор бар онњо ва
шаклдињї ба фазои тањдид ва тарс барои Ирон, Афѓонистон, Русия, Чин ва Ироќ;
2 назорат дар манобеъ ва захирањои энергетикии дарёи Хазар ва Халиљи Форс
Фурсатњои геостратегї:
1. корбурди фазои минтаќа дар наќшањои низомї;
2. шаклдињї ба фарзияњои макон ва самти тањдиди нав барои раќибони ќудратманди низоме
монанди Русия, Чин ва Ирон аз тариќи ин манотиќ.
Њамин тавр, фаъолиятњои Амрико дар мењвари Ќафќоз минтаќаи Осиёи Миёнаро маљмўае аз
иќдомоти иќтисодї, технологї, сиёсї ва дипломотї, фарњангї ва низомї ташкил медињад, ки дар ду давра замони
пеш аз 11-уми сентябр ва баъд аз он ба шакли зайл буд:
Пеш аз 11-уми сентябр
Икдомоти Амрико баъди фурўпошии Шўравї ду самти ва пеш аз 11-уми сентябр умдатан бо њадафи
нуфуз дар минтаќа ва дар љабњањои сиёсї ва иќтисодї анљом пазируфт ва ба шакли зайл сурат мегирифт:
1 пешгирї аз њузури ќудратњо перомуни Осиёи Миёна, Ќафќоз, Ирон, Чин, Русия аз тариќи:
 равнаќ ва густариши иќтисодї дар ин манотиќ (4)
 њимоят аз давлатњои минтаќа ва ташвиќи онњо ба тавсиаи демократї, иќтисод ва бозори озод, риояти
њуќуќи башар ва ѓайра
2 тавсиа ва тасбити њузур ва наќшофарини Амрико дар минтаќа аз тариќи:
 мудохила дар корбурди нафту гази дарёи Хазар бо технология ва сармоягузории (иќтисодї);
 мудохила дар бўњрони минтаќа ба њайси миёнарав ва ба даст овардани ањдофи худ;
 тавсиаи њамкорињои амниятї ва сиёсї дар минтаќа
108
Баъд аз воќеаи 11-уми сентябр
Рўйдоди воќеаи сентябр ва осебпазирї аз дарун сабаб ба тањаввули мафоњими амниятї шуд.
Дидгоњњои суннатї нисбат ба манбаъ, макон ва љињоти тањдид таѓйир кард ва навъе тањдидро фаро гирифт
ва барномарезии дифоиро мушкилтар ва таљњизоти замонавиро мавриди шакку шубња ќарор дод.(5) Ин
њамла Амрикоро водор ба тафаккури стратегии нав маљбур сохт ва тањољуми ифротгарони Иёолоти
Муттањидаро зери хатар андохт.
Бинобар ин, аз он љо, ки Афѓонистон њомї ва паноњгоњи гурўњи террористї, ба вижа Бин Лодан, ки
њамлаи 11-уми сентябрро роњбарї карда буд, Осиёи Маркази ањамияти вижае барои Амрико дар чанг бо
терроризм пайдо кард. Дар ин росто, аксар давлатњои минтаќа барои маъмуриятњои ба истилоњ
башардўстона ва бархе низ тањти њар шароите њарими њавоии худро дар ихтиёри Амрико гузоштанд.
Агарчи Амрико даъво мекунад, ки дунболи њузури низоми доимї нест ва њељ навъе тазмини амнияти ба ин
давлатњо надодааст. Вале бо имзои мувофиќатномае ба Ўзбакистон ваъда дода, то њар навъ тањдиди хориљї
барои ин кишварро мавриди таваљљўњи љиддї ќарор дињад. Ва дар айни њол, ваъдаи кўмакњои молї ба
ин кишварро дода аст.
Дар амалиёти низом аз 11-уми сентябр дар Афѓонистон, њар се давлати Ќафќоз ба Амрико пешнињоди
њамкорї доданд. Интиќоли тамоми њавопаймоњои Амрико ва муттањидонаш аз Иёолоти Муттањида ва
Урупои ѓарбї аз фазои њавои ин чумњурї сурат гирифт ва бад-ин гуна њамкорї онњо наќши асосї дар љанг бар
зидди терроризм доштааст. Амрико дар ин талоши худ њамкории бесобиќаеро аз Русия дарёфт доштааст.
Иќдомоти аввалияи ин кишвар дар робита бо кишварњои Осиёи Марказї низ бо њамкории наздик ба Русия ба
њолати тавозун даромадааст. Ин ду кишвар дар њимоят аз љанг бар зидди терроризм ба мубодилаи иттилоот
пардохта ва ќавл додаанд, ки њамкорињои бештаре дошта бошанд. Агарчи бисёре дар Русия нигарони
мудохилаи Амрико дар «њаёти хилвати» Русия мебошанд, ба њар њол мизони пойдории ин њамкорињо ва
амалкарди он ба унвони асоси њамкорињои бештар миёни ин ду кишвар ба мизони дарки онњо аз манофеи
муштарак бастагї дорад. Дар робита бо ањамияти ин масоил, барои давлатњои Осиёи Миёна ињтимолоте
вуљуд дорад. Наќши фаъоли Амрико дар Осиёи Миёна њифзи њамкорї бо Русияро мушкил хоњад сохт. Ба
њар, њол авлавият болотар дар равобити Иёолоти Муттањида ва Русия ниёзманди он аст, то Амрико дар
талошњои худ барои пешрафти ањдофи муштарак дар минтаќа бо русњо њамкорї кунанд. Дар њамин њол,
њузури нерўњои Амрико дар ин кишварњо ё дар наздики марзњои онњо бад-ин маъно аст, ки њарчи
њамкории Амрико бо Русия бештар бошад, нуфузи Амрико бар манотиќи Осиёи Миёна низ афзоиш
меёбад.(6)
Маълум аст, ки дар ин рўйдод ду нуќтаро бояд мадди назар гирифт: Аввал, ин ки нуфуз ва њузури
Амрико дар минтаќа баъди 11-уми сентябр дар њавзањои иќтисодї, сиёсї ва амниятї заминасозї ва
фурсатсозии муносибе барои ихтиёргирии мењвари Ќафќоз-Осиёи Миёна љињати бањрабардории
геостратегї фароњам намуд ва ин омил раванди мазкурро тасњил кард. Дуввум, ин ки заруратњои
геостратегии таркиби наќшофарини Амрико дар минтаќаро низ дучори тањаввул намуд ва вазни
фаъолиятњои низомї, амниятї бо давлатњои дохили минтаќа ва канораи он давр зад.
Албатта таваљљўњ ба ин нуќта муњим аст, ки Амрико дар њузури баланддмудат дар Осиёи Миёна бо
душворињо рў ба рў хоњад шуд. Ин мавзўъ дар навъи нигариши мубтанї бар њамкории баландмуддати
кишварњои минтаќа бо Амрико дар мавориди маљбур ба додани имтиёзоте гардида, ки бархе аз ин имтиёзот
метавонад бо тарроњии русњо душворињоро барои њузури Амрико дар Осиёи Миёна фароњам намояд.
Бархе аз ин мушкилот ва душворињо ба таври зайл мебошанд:
- сохторњои боќимондаи иќтисодї ва фарњангии даврони Шўравї;
- њузури низомї ва суннати Русия дар ин манотиќ;
- тафовутњои фарњангии ин манотиќ бо Амрико ва Ѓарб.
Нигаронињои Чин ва Русия ва њамкории ин ду кишвар дар ќолаби дуљониба ва созмони њамкории
Шанхай боиси тањдид, хатари амниятї тавассути нерўњои хориљї дар ин манотиќ шудааст. Осиёи Марказї
барои Чин њамчун сањнае барои љилавгирї аз густариши нуфузи Амрико ва дар ин љињат аз њамроњї ва
иштироки назар бо Русия низ бархўрдор аст, ки натиљаи он дар иљлосњои созмони њамкории Шанхай
намоён аст. Дар ин љињат њамчунин метавон ба баёнияи иљлоси Шанхай тањти унвони «Дастурамали
байналмилалии ќарни 20-ум ва 21-ум» ишора кард, ки дар воќеъ метавон онро чолиши умда барои Амрико аз
назари њамоњангии Русия ва Чин дар баробари Осиёи Миёна ќаламдод кард. Ба назар чунин мерасад, ки
Маскав ва Пекин ба сурати љиддї ба дунболи эљоди фишори њарчи бештар барои коњиши нуфузи Амрико
дар ин манотиќ њастанд.
Хуруљи Амрико аз пойгоњи Хонободи Ўзбекистон, аввалин кишваре, ки тасњилоти низомиро барои
Амрико ќарор дода, боис шуд, то Иёолоти Муттањида талоши наве барои њифзи мавќеи худ дар ин манотиќ
оѓоз кунад.(7) Ба њар њол, тамриноти низомии муштараки Русия ва Чин, ки њамчунон идома дорад, баёнгари
мањдудиятњои ќудрати љањонии якљонибаи Амрико аст. Ин тамринот њамчунин паёме барои њамсоягони
109
ин ду кишвар дар шимоли шарќи Осиё аст. Ба навиштаи рўзномаи «Интернашнал херолд трибун» њузури
низомии Амрико дар Осиёи Миёна натиљаи њамалоти 11-уми сентябр буд ва Чин ва Русия низ барои
муддате ин њузурро тањаммул кардаанд. Зеро ин ду кишвар хоњони сарнагунии толибон ва таваќќуфи
фаолиятњои гурўњои ифротї буданд. Аммо њатто, агар Амрико нерўњои худро аз Осиёи Миёна хориљ
кунад, чашмандози њузури доимии Амрико дар Афѓонистон, мушкилсозї ба назар мерасад. Зеро Русия
њамвора таваљљўњи худро ба марзњои љануби худ маътуф карда ва Чин њам муддатњост нигарон
тасаллут бар сарзаминњои ѓарби худ аст. Дар њамин њол, саволе, ки бояд барои Амрико матрањ бошад, ин
аст, ки оё ин кишвар манофеи дарозмуддат дар минтаќа дорад, ки битавонад њузури худро дар он љо тављењ
кунад, ё не. Мутмаинан Амрико манофеи дар заминањаи нафт ва дигар манобеи љумњурињои Осиёи Миёна
дорад. Њамчунин њузури заминї ва дарёии наздик ба Ирон низ таъминкунандаи манофеи Кохи Сафед аст.
Аммо акнун бо таваљљўњ ба кам будани будља нуктаи мазкур то њадде мањдуд шудааст. Табиист, ки Русия
дар њамаи љумњурињои Осиёи Миёна ва Чин дар кишварњои Осиё Миёнаи њамсоя бо ин кишвар манофеи
доимї доранд. Чин дар талош буда, бо кишварњои Ўзбекистон ва Ќирѓизистон равобити дўстонае барќарор
намояд ва њатто розї њаст, агар битавонад аз нафту гази Ќазоќистон њам бањра бибарад. Аммо дар ин арса
кашмакашињо бар сари об, энержї ва масоили ќавмї вуљуд дорад, ки ќобили фаромушї нест. Дар воќеъ,
Амрико љињати тањаќќуќи ањдофи њаёти худ ниёзи мубраме ба њамкорињои Русия, ки раќиби
ќудратманди дохили мантиќааст, дорад.
Аз тарафи дигар, љалби таваљљўњи Русия аз ќудратнамої ба Шарќ, ваќте ки таѓийр ёбад ва дар
сохторњои ѓарбї мутамаркиз шавад, барои Амрико судманд аст, зеро зимни љилавгирї аз иттињоди Русия бо
Чин ва Њинд ва њатто Ирон, амнияти хатти интиќоли энержї аз ин манотиќ ба љањони хориљро тазмин
менамояд. Албатта, Амрикои имрўза бо эљоди сипари дифои мушакї вокунишњо ва тањаррукоти мутаќобили
Русияро сабаб шуда, вале мо њамчунон ба ин аќидаем, ки ќудратњои минтаќавї (дохилї-хориљї) кафили
амнияти Осиёи Миёнаро ба њамроњ намеоваранд. Бинобар ин, сулњ, оромиш, иттињод ва амнияти пойдори
огоњонаи кишварњои Осиёи Миёна бењтарин рўйкарди сиёсї- иљтимої пешорўйи он абарќудратњо
мебошад.
Њамин тавр, сиёсати хориљии дарозмуддати Амрико дар манотиќи Осиёи Миёна ва Ќафќоз њамон
сиёсате таъсири комил, баст ва густариши ќаламрави ќудрати худ, муќобила бо њар гуна тањдид ва нуќтаи
хатарофарин, њифзи вазъи мављуд ва дар нињоят њузур ва нуфузи сиёсї-иќтисодї ва амнияти тўлонї аст, ки
Амрико барои дастёбї ба ин манофеъ аз њамаи тавон ва имконоти худ истифода мекунад. Њарчанд худи
кишварњои Осиёи Миёна чандон тамоюле ба њузури Амрико надоранд. Амрико бо њамкории Туркия ва
њатто Гурљистон ќудратњое монанди Русияи демократї, Чини бузург ва Ирон бо макрњои сиёсї, ба тањдид
ва инзиво мекашонад, то њузури пурранги худро бар ин манотиќ тавсиа бахшад. Њарчанд давлатмардон дар
њукуматњои манотиќи Ќафќоз ва Осиёи Миёна, намояндаи афкори умуми мардуми ин манотиќ нестанд ва ба
њамин далел аз иттињод ва тавоноии хубе барои мубориза бо фишорњо ва тањдидоти ќудратњои хориљї
бархўрдор нестанд, валекин боз њам дар чунин фазое ду нукта хело ќобили таваљљўњ ва муњим ба назар
мерасад:
1 вуљуди дарки муштараки кишварњои Осиёи Миёна аз тањдидот ва хатароти кудратњои хориљї;
2 ќабули ин нукта, ки «амнияти минтаќа» бењтарин њолат аст барои идомаи њаёти сиёсии ин минтиќа.
Умед аст, ки мо шоњиди амнияти пойдор ва иттињоди комили кишварњои Осиёи Миёна ва Ќафќоз
гардида, наќши онњоро дар рушду инкишофи љомеа боз равшану ќавитар дарёбем.
КАЛИДВОЖАЊО: муносибатњои геополитикии Амрико, амнияти пойдор, иттињоди комил, ањдофи иќтисодї ва геостратегї.
АДАБИЁТ
1
2
3
4
5
6
7
Феррари, Ирон, 2003, с.10.
Шерозї ва Маљидї соли 1383, Ирон , с. 297.
Вањиди 1381, кўтоњшуда.
Мишкинии Насрї, 1379, Ирон, с. 91.
Њофиз Ниё, Ирон, 1383, с. 380.
Олекро Сайно,1383, с. 315.
Шуљої, Рўзномаи Њамшањрї, 14, 1384, Ирон..
ГЕОПОЛИТИЧЕСКИЕ ПОДХОДЫ США В ЦЕНТРОАЗИАТСКОМ РЕГИОНЕ
В данной статье автор рассматривает специфические особенности национальных интересов нескольких государств в
Центроазиатском регионе. Особенно геополитические отношения крупных держав и стратегии развития их взаимоотношений.
GEOPOLITICAL RELATIONS OF USA IN CENTRAL ASIAN REGION
110
In this article author reviewed the specific characteristic of national interests of some states in Central Asian region. Especially geopolitical
relations of super powers and strategy of development of their relationships
КОНВЕНСИЯИ МАНЪИ МИНАЊОИ ЗИДДИ ПИЁДАГАРД ВА ЉАРАЁНИ
ТАТБИЌИ ОН ДАР ТОЉИКИСТОН
Љ. Раљабов
Донишгоњи давлатии омўзгории Тољикистон ба номи Садриддин Айнї
Бояд ќайд намуд, ки љавоби кишварњои олам ба бўњрони башарї, ки дар натиљаи васеъ пањн шудани
мина ва дигар муњимоти натаркида ба амал омада буд, ба ќабул намудани Конвенсияи манъи истифода,
захирасозї, истењсол ва тањвили минањои зидди пиёдагард ва нобудсозии онњо ва ё Конвенсияи Оттава
(Шартномаи Оттава) аз 18 сентябри соли 1997 оварда расонид. Ин Конвенсия аз таърихи 1 марти соли 1999 ба
њукми ќонун даромад ва соли љорї 10 сол мешавад, ки ин санади муњими байналмилалї дар амал аст.
Љумњурии Тољикистон аз 1 апрели соли 2000 иштирокчии Конвенсияи зикргардида мебошад.
Хурсандиовар аст, ки њоло 156 кишвар (80 фоизи тамоми кишварњои олам) аъзои ин шартнома мебошанд.
Ин Конвенсия ба меъёрњои муќаррарии њуќуќи башардўстонаи байналмилалї асос ёфтааст, ки дар
муносибати њамаи кишварњо истифода бурда мешавад. Ин муќаррарот истифодаи чунин намудњои
аслињаро манъ менамояд, ки табиати онњо фарќияти байни шањрвандон ва љанговаронро њис намекунанд ва
ё азияти зиёду зиёни фавќулода меоваранд. Минањои заминї байни аскар ва шањрванди осоишта фарќият
намегузорад. Асосан, ќурбоншудагон ё њалок мегарданд, ё љароњати вазнин мегиранд. Ин намуди аслиња, ки
нисбатан арзон, аз љињати њаљм хурд ва аз љињати истифодабарї осон мебошад, дар рўи сайёра ба миќдори
миллионњо дона пањн гардидааст ва ба инсонњо азияти фавќулода оварда, сохторњои иљтимої ва иќтисодии
дањњо кишварњоро хароб намудааст. Бинобар он, ки гузоштани минањо назар ба безарарсозии онњо хеле
осон аст, дар чорчўбаи бисёр низоъњо истифодабарии ин силоњ тибќи меъёрњои њуќуќи байналмилалии
башардўстона мушкил ва ё ѓайриимкон аст.
Конвенсия аз 22 модда иборат аст, ки дар онњо ўњдадорињои умумї (моддаи 1), мафњуми минаи
зидди пиёдагард ва дигар мафњумњо (моддаи 2), истисноњо (моддаи 3), шарт ва мўњлати нобудсозии
захирањои минањои зидди пиёдагард (моддаи 4), шарт ва мўњлати нобудсозии минањои зидди пиёдагард дар
минтаќањои минагузошташуда (моддаи 5), њамкорї ва мусоидати байналмилалї (моддаи 6), тадбирњои ошкор
будан (моддаи 7), мусоидат ба риоя намудан ва шарњу эзоњ дар мавриди риоя намудан (моддаи 8), тадбирњои
миллї оид ба татбиќ (моддаи 9), танзими бањсњо (моддаи 10), тартиби гузаронидани љаласањои давлатњои
аъзо (моддаи 11) ва конференсияњо оид ба баррасии амал (моддаи 12) ва дигар муќаррароти хотимавї
(моддањои 13-22).
Тибќи моддаи 1 кишварњои аъзои ин шартнома њељ ваќт ва дар њељ сурат набояд минањои зидди
пиёдагардро истифода баранд, захирасозї ва истењсол кунанд, тањвил намоянд ва ё ба дигарон дар истењсоли
онњо кўмак намоянд.[1] Кишварњо инчунин ўњдадор мешаванд, ки дар мўњлати муќарраршуда тамоми
минањои зидди пиёдагардро, ки дар амборњо ва ё дар ќаламрави кишварњояшон мављуданд, нобуд созанд.
Минањои зидди пиёдагарди дар амборњо мављуд буда бояд дар тўли чор соли баъди њамроњшавии кишвар
ба Конвенсияи Оттава нобуд карда шаванд.[2] Минањои дар замин гузошташуда бошад, новобаста аз он, ки
онњо дар майдонњои мина гузошта шудаанд ва ё дар дигар манотиќ, онњо бояд дар давоми 10 соли баъди
њамроњшавии кишвар ба Конвенсия нобуд карда шаванд. Дар чорчўбаи чорабинињо оид ба нобудсозии
минањои зидди пиёдагард зарур аст, ки тамоми чорањо андешида шаванд, то ки мавзеъњои минтаќањои
хатарнок муайян карда шаванд, онњо нишонгузорї гарданд, тавора гирифта шаванд, то ки ањолии мањаллї ба
он љойњо дастрасї надошта бошанд.[3]
Аз давраи њамроњшавї ба Конвенсияи Оттава (1 марти соли 1999), љомеаи љањонї дар самти
татбиќсозии ин шартномаи байналмилалї њиссаи бузург гузоштааст. Њоло аниќ шуда истодааст, ки
Конвенсияи Оттава ва њаракати манъи ин намуди аслиња дар самти нобудсозии минањои заминї, њифзи
њаёт ва пешгирии љароњати инсонњо дар дилхоњ кишвари дунё ба дастовардњои калон ноил шуда истода
аст. Дар тўли мўњлати зикргардида зиёда аз 68 миллион минањои заминї, ки дар амборњо нигоњ дошта
мешуданд, нобуд карда шуданд, аз љумла, зиёда аз 42 миллион дона мина аз љониби кишварњои аъзои
111
Конвенсияи Оттава нобуд гардонида шуданд. Зиёда аз 1000 км мураббаъ минтаќањои хатарнок аз мина
безарар гардонида шуда аст; аз љумла зиёда аз 5 миллион минањои зидди пиёдагард, ќариб миллион минањои
зиддитанкї ва миллионњо адад муњимоти тарканда безарар гардонида шудаанд. Аз соли 1992 инљониб
сарпарастон ба фаъолиятњои амалиёти зидди минањо зиёда аз 3,75 миллиард доллари амрикої маблаѓ људо
намудаанд.[4]
Ба ин муваффаќиятњои азим дар самти њали проблемаи глобалии минањои заминї нигоњ накарда,
минањои зидди пиёдагард ва муњимоти натаркида њоло њам ба њаёти ањолии осоишта хатар тањдид намуда
истодааст ва сабаби муддати дароз баъди низоъ маљрўњ шудан ва ё њалок гардидани онњо мегарданд. Илова
бар ин, онњо ба барќарорсозии кишвар баъди низоъ ва ба љараёни рушди иќтисодї монеа мегарданд. Дар
бисёр мавридњо минањо ва муњимоти натаркида сабаби љароњатњое мегарданд, ки ба буридани ќисматњои
бадан меоваранд ва дар натиља ин ба маъюбии якумра ва зарурати расонидани кўмаки дарозмуддат оварда
мерасонад. Аз њама зиёд ањолии осоишта ќурбонии чунин аслиња мегарданд. Иттилооти мављуда чунин
аст, ки аз соли 1975 инљониб, дар дунё зиёда аз як миллион нафар љабрдидагони мина ба рўйхат гирифта
шудааст, ки 80 % -и онњоро шањрвандони мулкї ташкил медињанд. Ва бояд ќайд кард, ки шумораи зиёди
њодисањои таркиши минањои дар дењоти дурдаст рўйдода ба ќайд гирифта нашудаанд. Тибќи иттилооти
тахминї шумораи маљрўњони мина дар олам зиёда аз 300 њазор буда, онњо маъюбони гурўњњои гуногун
гардидаанд.[5]
Њар сол аз њодисањои таркиши минањо тахминан 15 – 20 њазор нафар одамон маљрўњ ва ё њалок
мегарданд, тахминан дар њар як 30 даќиќа аз таркиши мина ягон шахс њалок ё маљрўњ мегардад.[6]
Њамчунин далелњо гувоњї медињанд, ки теъдоди зиёди одамон аз монеањо ва таъсири минањои заминї
барои рушди устувор бинобар сабабњои зерин азоб мекашанд ва ё њалок мегарданд:
 бинобар сабаби таъсири минањои заминї ба заминњои киштбоби кишоварзї норасогии маводи
хўрока ба миён меояд;
 минањои заминие, ки ба сарчашмањои оби нўшокї монеа мегарданд, сабаби касалињои дарунравї яке аз сабабњои асосии марг дар дунё, мегарданд;
 минањои заминие, ки ба сохтмони макотиб ва ба мактаб рафтани хонандагону муаллимон монеа
мешаванд ва дар натиља ба гирифтани маълумот мањдудият пеш меоваранд;
 минањои заминие, ки ба сохтмон ва тармими роњњо ва дигар самтњои инфрасохтор монеа
мешаванд, метавонанд оќибатњои мудњиши иќтисодї -иљтимої ба бор оваранд;
 сулњу суботи дар кишварњои суст тараќќикарда имкон дорад, ки бинобар сабаби минањои заминї аз
даст равад.
Њоло проблемаи мина ва муњимоти натаркида дар зиёда аз 80 кишвар ва манотиќи дунё мављуд
мебошад. То њол миллионњо минањо дар амборњои кишварњои аъзои Конвенсияи Оттава набуда, нигоњ
дошта мешаванд. Кишварњои аъзои Конвенсия набуда, дорои миќдори аз њама зиёди минањо, зиёда аз 160
миллион дона (Хитой – 110 млн., Россия – 24,5 млн., ШМА – 10,4 млн., Покистон – ќариб 6 млн., Њиндустон –
4-5 млн.) мебошанд.[7]
Бадбахтии марбут ба минањо ба кишвари Тољикистон низ дахл дорад. Дар натиљаи њодисањои
маълум (низои мусаллањонаи дохилї) бисёр ќитъањои замин дар кишвар минагузорї гардидаанд ва онњо ба
њаёт, саломатии одамон ва иќтисодиёти кишвар таъсири љиддї расониданд. Тибќи иттилооти нопурра, аз соли
1992 то инљониб ќариб 800 нафар одамон дар Тољикистон аз мина ва муњимоти натаркида зарар диданд.
Ќисме аз онњо њалок шуданд ва боќимонда љароњатњои гуногун гирифтанд. Бисёр заминњои киштбоб аз
кор баромаданд ва ањолї аз даромади соф бенасиб гардиданд. Танњо дар давоми соли 2008 њамагї 13 нафар аз
таркиши минањо зарар диданд: 4 нафар њалок ва 9 нафар маљрўњ гардиданд.[8]
Минањо ва муњимоти натаркида асосан дар минтаќаи марказї, байни сарњади Ўзбекистону
Тољикистон ва байни сарњади Тољикистону Афѓонистон гузошта шудаанд. Дар минтаќањои марказии
Тољикистон минањо ва муњимоти нотаркида (МН) асосан дар давраи низои дохилии мусаллањона пайдо
шудаанд. Њарду љонибњои мухолиф минањои зидди пиёдагардро истифода бурданд, ки дар ќатори
муњимоти љангии нотаркида дар минтаќањои задухўрдњои собиќ, ки асосан дар ќисми марказии
Тољикистон–водии Рашту ноњияи Тавилдара ва ќисмати ѓарбї-шимолии Вилояти Мухтори Кўњистони
Бадахшон воќеанд, боиси хатар мебошанд. Харитањои минтаќањои минадор хеле кам мављуд њастанд.
Минањои зидди пиёдагарде, ки ќад-ќади сарњади Ўзбекистону Тољикистон мављуданд, аз љониби
њарбиёни Ўзбекистон гузошта шудаанд. Аввалин њодисањои њалок ва маљрўњшавї дар ин минтаќањо, аз
моњи августи соли 1999 ба ќайд гирифта шуданд. Аз он замон инљониб, дар ин минтаќа 71 њодисаи њалокат,
87 њодисањои маљрўњшавї рўй дод ва зиёда аз 2000 чорвои калон талаф ёфт. Харитањои минтаќањои
минадор ба љониби Тољикистон маълум нест.[9]
Дар баъзе минтаќањои наздисарњадии Тољикистону Афѓонистон минањо аз љониби ќўшунњои
сарњадии собиќ Шўравї ва баъдан Россия барои пешгирии вайронкунии сарњад ва худмуњофизат гузошта
шуда буданд. Соли 2005 њифзи тамоми ќитъањои сарњадї аз назорати сарњадчиёни Россия ба зери назорати
112
сарњадчиёни Тољикистон гузашт. Харитањои минтаќањои минадор низ асосан интиќол дода шуданд.
Тавассути имкониятњои њамкории байналмилалї дар чорчўбаи Конвенсияи Оттава, бо дастгирии
љомеаи љањонї, аз љумла, Барномаи Рушди СММ, Созмони Амнияту Њамкорї дар Европа (САЊЕ),
Кумитаи Байналмилалии Салиби Сурх (КБСС), Хазинаи Кўдакони СММ ва кишварњои донор барномаи
тољикистонии амалиёти зидди минањо таъсис гардид, ки њоло бо муваффаќият амалї шуда истодааст. Дар
чорчўбаи ин њамкорї сохтори давлатї – Маркази Тољикистон оид ба Масъалањои Минањо таъсис гардид, ки
вазифааш амалї намудани њамоњангсозии тамоми фаъолиятњои сохторњо оид ба татбиќ намудани
барномаи зикргардида мебошад.
Бевосита ба безарарсозї, гурўњњои тадќиќотї ва безарарсозии дастии минањо машѓуланд, ки
њайаташон аз њисоби хизматчиёни њарбии Вазорати мудофиа, Кумитаи њолатњои фавќулода ва мудофиаи
гражданї, Гвардияи Миллї ва њамчунин аз њисоби ѓайринизомиён, ки хизматчиёни собиќи вазорату
идорањои зикргардида буданд ва хоњиши давом додани фаъолияташонро дар ин гурўњњо ба сифати
минаљўён баъди анљомдињии хизмати њатмии дусола намудаанд, иборат мебошад. Гурўњњои тадќиќотї ва
безарарсозии дастии минањо тањти назорати бевоситаи Фонди Швейтсария оид ба безараргардонии минањо
(ФШБМ) тибќи шартномаи дахлдор фаъолият менамоянд. Аз соли 2009 бевосита ба амалиётњои
безарарсозии башардўстонаи минањо Дастаи миллии безарарсозии минањо, ки дар доираи сиёсати
милликунонии барнома дар назди Вазорати мудофиа таъсис ёфтааст, љалб карда мешавад.
Дар тўли фаъолияти барнома (аз соли 2004 инљониб), зиёда аз 900 нуќтањои ањолинишин мавриди
тадќиќоти умумї ќарор гирифтанд, ки дар натиља ќариб 215 минтаќаи аз мина хатарнок ошкор карда шуд.
Масоњати замини баробар ба зиёда аз 2 млн. 800 њазор метри мураббаъ аз минањо тафтиш ва тоза карда
шуданд, зиёда аз 4000 дона нишонњо оид ба хатари минањо сохта дар минтаќањои аз мина хатарнок гузошта
шуданд, зиёда аз 13 њазор дона минањо ва муњимоти натаркида (бомбаю снарядњо ва дигар намуд
моддањои тарканда) ошкор ва нобуд карда шуданд.[10]
Тибќи моддаи 4 Конвенсияи Оттава Љумњурии Тољикистон дар санаи 31 марти соли 2004 ўхдадории
худро оид ба нобудсозии захирањои минањои зидди пиёдагард (3029 дона) иљро намуд.[11]
Дар љараёни амалисозии барномаи огоњонии ањолї аз хатари минањо ва кўмак ба љабрдидагони мина,
њамкории судманд байни Вазорати маориф, Вазорати мењнат ва њифзи иљтимоии ањолї, Вазорати
тандурустї, Љамъияти Њилоли Ањмари Тољикистон (ЉЊАТ), Барномаи Рушди СММ, Хазинаи Кўдакони
СММ, Кумитаи Байналмилалии Салиби Сурх (КБСС), Ассосиатсияи маъюбони Тољикистон ва ТЃД-и
мањаллї «Њамоњангии љањон» сурат мегирад.
Дар татбиќи барномаи миллии амалиёти зидди минањо сањми вазоратњои мудофиа, амният, адлия,
корњои дохилї, корњои хориљї, маориф, Кумитаи њолатњои фавќулода ва мудофиаи гражданї, ќўшунњои
сарњадї, Гвардияи Миллї ва маќомоти њокимияти мањаллии иљроия низ бузург мебошад.
Бо маќсади таблиѓоти Конвенсияи Оттава, дар доираи барномаи тољикистонии амалиёти зидди
минањо чорабинињои гуногун (конференсияњо, семинарњо, мизи мудавварњо, омўзишњо, њамоишњо ва
дигар намуд љамъомадњо) гузаронида мешаванд. Дар доираи њамкории байналмилалї, аз љумла,
чорабинињои байналмилалї ва минтаќавї гузаронида мешаванд. Масалан, дар таърихи 15-16 апрели соли 2004
дар шањри Душанбе, тањти васояти Њукумати Љумњурии Тољикистон, бо дастгирии Барномаи Рушди
СММ ва Маркази байналмиллалии Женева оид ба безараргардонии башардўстонаи минањо Конференсияи
минтаќавї тањти унвони «Дастовардњо оид ба татбиќи маќсадњои Конвенсияи Оттава дар кишварњои Осиёи
Марказї», гузаронида шуд. Дар Конференсия намояндагони расмии давлатњои Осиёи Марказї, аз љумла
Афѓонистон, Хитой, СММ, САЊА, НАТО, КБСС, Созмони байналмилалї оид ба манъи минањои заминї,
намояндагони дипломатї ва созмонњои байналмилалии дар Тољикистон ба ќайд гирифташуда, маќомоти
давлатї ва ташкилотњои мањаллии ѓайридавлатї иштирок намуданд. 7 - 8 июли соли љорї њамин гуна
конференсияи минтаќавї аз нав дар шањри Душанбе гузаронида шуд, ки ин як бори дигар инъикоси
ќадрдонии Тоќикистонро барои кўшишњои пайвасти он дар татбиќи Конвенсияи Оттава нишон дод.
Намояндагони Њукумати Љумњурии Тољикистон дар љаласањои байналмилалї ва минтаќавї оид ба
амалиёти зидди минањо фаъолона ширкат меварзанд.
Тибќи моддаи 7 Конвенсияи Оттава Љумњурии Тољикистон њар сол ва дар ваќташ оид ба њолати
хатарнокии мина дар кишвар ба СММ маълумотнома пешкаш менамояд
Ба назар чунин менамояд, ки дар кишвар чорабинињои зиёд сурат гирифтаанд, вале њамаи ин њоло
кифоя нест. Мутобиќи моддаи 5 Конвенсияи Оттава, Љумњурии Тољикистон бояд то 1 апрели соли 2010 тоза
намудани тамоми минтаќањои аз хатари минањоро дар ќаламраваш анљом дињад (яъне баъд аз дањ соли узви
конвенсия шуданаш). Вале, мутаасифона, аллакай њозир маълум аст, ки мо дар ин муддати боќимонда
ўњдадориии худро дар мўњлати муќарраршуда бо сабабњои гуногун (дер оѓоз намудани безарарсозии
башардўстона, норасоии маблаѓ, нокифоягии гурўњњои безарарсозї, набудани мошинњои механикии
безарарсозї) иљро карда наметавонем. Тибќи тадќиќоти умумї зиёда аз 60 млн.метри мураббаъ замини
Тољикистонро хатари минањо тањдид мекунад ва дар айни њол, бо назардошти натиљаи безарарсозии дастии
113
пурра ва тавассути сагњои махсуси минаљўй (2,8 млн.) ва ихтисоркунии минтаќањои аз хатари минањо
шубњанок (тавассути тадќиќоти такрорї - 42,5 млн.) ќариб 15 млн.метри мураббаъ замини аз минањо хатарнок
то њол боќї мондааст.[12]
Лекин, моддаи 5 Конвенсияи Оттава ба давлат - узв имконият медињад, ки дар њамин њолатњо, бо
асоснок намудани сабабњои таъхири иљрои ўњдадорї, мўњлати безарарсозиро то 10 соли дигар дароз намояд
ва оид ба ин масъала дархост пешнињод намояд. Бо истифодаи ин имконият, Маркази Тољикистон оид ба
Масъалањои Минањо дар њамкорї бо вазорату идорањои дахлдор дархостро оид ба ин масъала тањия намуд
ва 4 марти соли љорї Комиссияи назди Њукумати Љумњурии Тољикистон оид ба татбиќи њуќуќи
байналмилалии башардўстона онро маъќул дониста, барои пешнињод кардан ба баррасии машварати
давлатњо-аъзои Конвенсияи Оттава тавсия намуд. Тибќи дархости зикршуда барои пурра анљом додани
безарарсозии минањо дар Тољикистон ќариб 10 соли дигар зарур аст. Охири моњи марти соли 2009, тибќи
тартиби муќарраршуда, дархост ба номи раиси машварати нўњуми давлатњо-аъзои Конвенсияи Оттава
фиристонида шуд. Умедвор шудан мумкин аст, ки дархости пешнињодшуда дастгирї мешавад ва Љумњурии
Тољикистон имкон пайдо мекунад дар доираи њамкории байналмилалї поксозии заминњои аз хатари минањо
тањдидкунандаро дар мўњлати нави дархостшаванда анљом дињад. Бояд ќайд кард, ки соли гузашта (2008)
машварати нўњуми давлатњо-аъзои Конвенсияи Оттава дархостњои 15 аввалин давлатњои аъзоро (Босния ва
Герсеговина, Британияи Кабир, Венесуэла, Дания, Зимбабве, Урдун, Йемен, Мозамбик, Никарагуа, Перу,
Сенегал, Таиланд, Хорватия, Чад, Эквадор) оид ба тамдиди мўњлати поксозии минањо дастгирї намуд.
Албатта, дар ин 10 соли гузашта, Конвенсияи Оттава дар њаёти одамон ва ањолие, ки дар минтаќањои
зери хатари минањо ќарордошта зиндагї мекунанд, таѓйиротњои назаррас ворид намуд. Бо маќсади муайян
намудани муваффаќиятњое, ки то айни замон ба даст оварда шудааст, арзёбии вазифањои оянда, давом
додани кўшиши муштарак дар самти ноилгардї ба љањони аз минањо озод, давлатњо-аъзои Конвенсия ва
баъзе давлатњое, ки аъзои Конвенсия намебошанд, муассисањои СММ, инчунин гурўњи љомеаи шањрвандї,
аз љумла љабрдидагони минањо ва ташкилотњои дар амалиётњои зидди минањо фаъолиятбаранда, аз 30
ноябр то 4 декабри соли 2009 дар Картахена (Колумбия) дар Конференсияи Дуюми Шарњии (Љамъбастии)
Конвенсияи Оттава љамъ мешаванд. Њангоми ин вохўрии муњим, љомеае, ки дар амалиёти зидди минањо
љалб аст, аз он љумла давлатњо, барои ноил гардидан ба маќсади дар пешгуфтори Конвенсия инъикосёфта
«ба азобу бадбахтињое, ки таркиши минањои зидди пиёдагард меоранд, хотима бахшида шавад» бояд
кўшишњои худро зиёд намоянд.
Конференсияи Дуюми Шарњии (Љамъбастии) Конвенсияи Оттава бояд тасдиќ намояд, ки «љањони аз
минањо озод» њадафи нињої мебошад ва маъниаш дар он мебошад, ки Конвенсияи Оттава бояд дастгирї ва
риояи њамаљониба ёбад, тамоми захирањои минањо нобуд сохта ва поксозии њама майдонњои мина анљом
дода шаванд, барќарорсозии љисмонї ва иљтимої-иќтисодии љабрдидагони мина таъмин карда шавад. Роњ
мумкин аст, ки тўлонї бошад, вале бо дарназардошти сабаќњои дањсолаи гузашта, ноил гардидан ба њадафи
нињої боварибахш аст.
Ташвиши љиддии худро оид ба проблемањои башардўстона ва рушд, ки дар натиљаи мављудияти
минањо ва муњимоти таркандаи аз љанг боќимонда ба амал омаданд ва ба ањолї таъсири љиддї ва
дарозмуддати иљтимої-иќтисодї доранд, ба назар гирифта, Ассамблеяи Генералии СММ аз таърихи 8
декабри соли 2005 тањти № 60/97 ќатънома ќабул намуд, ки тибќи он 4 апрел расман Рўзи Байналмилалии
Мусоидат ба Амалиёти Зидди Минањо эълон гардид ва њар сол бояд љашн гирифта шавад.
Ин ќатънома кишварњо ва созмонњои дахлдорро даъват менамояд, ки љидду љањдашонро дар самти
таъсис ва рушд додани иќтидори миллї, ки фаъолиятњои амалиёти зидди минањоро дар кишварњое, ки мина
ва муњимоти таркандаи аз љанг боќимонда ба бехатарї, саломатї ва њаёти ањолии мањалї тањдид менамоянд
ва ё дар татбиќи лоињањои рушди иљтимої-иќтисодии кишвар дар сатњи мањал ва ё умумидавлатї монеа
мешаванд, идома дињанд.
Дар таљлили Рўзи Байналмилалии Мусоидат ба Амалиёти Зидди Минањо (3 апрели соли 2009,
шањри Душанбе), муовини Раиси Комиссияи назди Њукумати Љумњурии Тољикистон оид ба татбиќи
њуќуќи байналмилалии башардўстона, Вазири адлияи Љумњурии Тољикистон Худоёров Б.Т. чунин изњорот
намуд: «Диди назари Тољикистон чунин аст, ки Осиёи Марказї аз минањо бояд озод бошад. Бинобар ин сабаб,
мо тамоми кишварњоеро, ки дар минтаќа то њол ба Конвенсияи Оттава њамроњ нашудаанд, даъват
менамоем, ки ба Конвенсияи Оттава аъзо шаванд ва дар њамкорї дар самти безарарсозии минтаќа аз минањо
ва дар њали дигар мушкилињо марбут ба оќибатњои минагузорї чорањои амалї андешида шаванд.
Чи тавре ки дар боло зикр гардид, Њукумати Љумњурии Тољикистон, тарафдори манъи њамаљонибаи
минањои зидди пиёдагард дар тамоми олам буда, тамоми кишварњоро даъват менамояд, ки зидди ин аслињаи
марговар кўшишњои иловагї харљ намоянд. Ба љонибдорї аз ўњдадорињои байналмилалии худ ва бо
дарназардошти принсипњои асосии башардўстона, Њукумати мо тайёр аст бо тамоми кишварњо ва
созмонњои байналмилалї дар самти манъи минањои зидди пиёдагард њамкорї намояд». [13]
114
КАЛИДВОЖАЊО: минањои зидди пиёдагард,Конвенсияи манъи минањои зидди пиёдагард ва љараёнитатбиќи он.
1.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
8.
9.
10.
11.
12.
13.
14.
15.
16.
17.
18.
19.
20.
АДАБИЁТ
Нитше Ф. Инак инсон. с. 140.
Фридрих Нитше чунин гуфт: Зардушт тарљумаи Дориюши Омурї. Чопи 10-ум Тењрон. Нашри Огањ. 1374.с. 21-22.
Истарн. Љ.П. Нича. Тарљумаи Изати Фуродванд. Чопи 14-ум. Тењрон нашри тарњи нав.1380 с.22.
Мартен Хайтгар. Маљмуаи маќолоти Зардўшт Нича кист? тарљумаи Муњаммад Саидит Њнниш Кошонї. Чопи аввал Тењрон.
Нашри Њирмон 1378. с. 2.
Нитше Фридрих. Фаросўи неку бад. Тарчумаи Дариюши ошури.чопи сеюм. Тењрон нашри Хоразми.1375. с. 85.
Вамбери А. История Бухары или Трансоксании с древнейших времен до настоящего. -Спб., 1873.-с.239.
Хондамир. Хабиб-ус-сияр. - Т. III. с.554.
Моддаи 1 Конвенсияи манъи истифода, захирасозї, истењсол ва тањвили минањои зидди пиёдагард ва нобудсозии онњо.
Моддаи 4 Конвенсияи манъи истифода, захирасозї, истењсол ва тањвили минањои зидди пиёдагард ва нобудсозии онњо.
Моддаи 5 Конвенсияи манъи истифода, захирасозї, истењсол ва тањвили минањои зидди пиёдагард ва нобудсозии онњо.
ДокладLandmine Monitor 2008. К безминному миру – www. icbl.org/lm.
ДокладLandmine Monitor 2007. К безминному миру – www. icbl.org/lm.
http://www.un.org/russian/news/fullstorynews.asp?NewsID=7339
ДокладLandmine Monitor 2008. К безминному миру – www. icbl.org/lm.
Њисобот доир ба љараёни татбиќи барномаи тољикистонї оид ба масъалањои минањо дар соли 2008 – www.mineaction.tj
Барномаи амалиёти зидди минањо. Тољикистон. 2003 – 2008 – www.mineaction.tj
Барномаи амалиёти зидди минањо. Тољикистон. 2003 – 2008 – www.mineaction.tj
Барномаи амалиёти зидди минањо. Тољикистон. 2003 – 2008 – www.mineaction.tj
Дархости Тољикистон оид ба тамдиди мўњлати безарарсозии минањо –www.apminebanconvention.org
Таљлили Рўзи байналмилалии мусоидат ба амалиёти зидди минањо дар Тољикистон (3 апрели соли 2009) – www.mineaction.tj
КОНВЕНЦИЯ О ЗАПРЕЩЕНИИ ПРОТИВОПЕХОТНЫХ МИН И ХОД ЕЕ РЕАЛИЗАЦИИ В
ТАДЖИКИСТАНЕ
В статье рассматриваются предпосылки принятия Конвенции о запрещении противопехотных мин, дается короткая
характеристика ее основных положений, отражены последствия применения противопехотных мин в мире и Таджикистане, успехи
международного сообщества и Республики Таджикистан в борьбе против этого чудовищного оружия, ход реализации Конвенции в
Таджикистане и проблемы, имеющиеся в этом направлении, вопросы международного сотрудничества в целях реализации Конвенции и
необходимости распространения Конвенции в странах Центральной Азии.
CONVENTION ON PROHIBITION OF ANTIPERSONNEL MINES AND ITS IMPLEMENTATION
PROGRESS IN TAJIKISTAN
The article examines the background for adoption the Convention on prohibition of antipersonnel mines, describes briefly its basic principles,
consequences of application antipersonnel mines throughout the world and in Tajikistan, progress of International community and the Republic of
Tajikistan in the effort to combat against such a monstrous weapon, Convention implementation progress in Tajikistan and related problems, the issues of
International collaboration to implement the Convention and the need to extend the Convention to the Central Asia counties.
НОВЕЙШИЕ ВЫЗОВЫ И УГРОЗЫ ГЛОБАЛИЗАЦИОННЫХ ПРОЦЕССОВ
ПОСТСОВРЕМЕННОСТИ: «ГЛОКАЛЬНЫЙ» ЭТНОПОЛИТИЧЕСКИЙ
КОНФЛИКТ
М.К. Мухаммеджанова
Невинномыский государственный гуманитарно-технический институт РФ
Представляется, что продуктивность восприятия любой научной работы, лежащей в области социогуманитарного знания, сегодня во многом напрямую зависит от своевременного артикулирования автором
своего понимания основных дефиниций, как выносимых в тему, так и используемых собственно в тексте
исследования. Ввиду отсутствия в современной научной традиции какой-либо общепринятой универсальной
парадигмы, приложимой к анализу межэтнических конфликтов (что дает основание некоторым
представителям академических кругов даже говорить о «методологическом кризисе»), представляется
уместным в начале данной работы, что называется, «определиться в терминах». В частности, обозначить
позицию автора по ряду вопросов теоретико-методологического комплекса этноконфликтологии.
Одной из наиболее сложных, и отчасти одной из наиболее значительных проблем современной
этноконфликтологической теории, представляется вопрос, связанный непосредственно с самим феноменом
115
этничности. Казалось бы, исследовательский потенциал понятия этничности или этнической идентичности,
был если и не полностью, то по большей части исчерпан в 70 – 90гг.XX в., когда в научных работах по данной
проблематике были предложены десятки идей и концепций. Однако, учитывая, что понятие «этничности»
является базовым, основополагающим для построения модели этнического конфликта, для анализа причин
его возникновения и проектирования способов его предупреждения и разрешения, становится понятной
тенденция к постоянному уточнению понятия «этничности» в современных работах ученых –
этноконфликтологов. Более того, в некоторых работах можно встретить объединение концепций этничности и
этнического конфликта, абсолютизированное соединительным союзом: «Существуют три общих подхода к
изучению этничности и этнических конфликтов»-отмечают Д. Лейк и Д. Ротшильд, имея ввиду
примордиализм, инструментализм и конструктивизм. [1, с.22]. Полагая общим (и потому необязательным)
местом научных публикаций по данной проблематике описательный обзор этих трех подходов, уже
вошедших в отечественные вузовские учебники, скажем только, что, во–первых, рациональный подход к
разрешению этнического конфликта совершенно не исключает, на наш взгляд, признания частично –
внерациональной природы этничности. А во – вторых, сам по себе ни один из этих трех основных подходов не
является, как нам кажется, универсальным и абсолютно достаточным в качественном измерении основанием
для создания общей теории межэтнических конфликтов. Это в равной мере относится как к идеям
«традиционных» направлений ( не всегда справедливо объединяемых под общим ярлыком с пометкой
«примордиализм»), так и к постмодернизму, в качестве наиболее распространенной сегодня методологии
объяснения этнических проблем, включающему в себя конструктивистские и инструменталистские
концепции. В современной мировой этноконфликтологии назрела очевидная необходимость в отказе от
одноуровневого подхода к пониманию этнического конфликта, какая бы именно концепция ни лежала в его
основании, с тем, чтобы рассматривать его как явление многомерное и многофакторное. Прекрасным
примером такого многоуровневого анализа этнических конфликтов представляется концепция профессора
Института анализа и решения конфликтов при Университете им. Дж. Мейсона (Виржиния, США) Д.
Сэндоула, в которой предлагается изучать конфликты, причины и условия их возникновения на четырех
основных уровнях, каждый из которых подразделяется еще на несколько подуровней, что позволяет создать
сложную и объемную картину этнического конфликта. Например, индивидуальный уровень анализа имеет
биологический, психологический, познавательный подуровни и подуровень диссонанса. [1с.34] Именно такой
подход, основанный на разностороннем использовании всего богатого научного арсенала и научного
инструментария конфликтологической теории, в независимости от степени их новизны, представляется
сегодня наиболее удачным и перспективным. Способность подняться над «постмодернистским конвейером»,
обнаружить эвристический потенциал и в некоторых уже «сданных в архив» традиционных концепциях,
кажется нам насущно необходимой современному ученому, занимающемуся построением модели анализа
этнополитического конфликта,- вопроса, имеющего сравнительно не долгую, но весьма многотрудную
историю зарождения в границах общей теории конфликтов.
Выделение этнического конфликта в самостоятельный предмет для изучения из пространного
теоретико-методологического поля конфликтологического знания происходило в 1960-1970-е годы. Этот
период применительно к этноконфликтологии можно охарактеризовать как этап накопления обширного
эмпирического материала, поскольку основной объём публикуемых в то время работ составляли описания
наряду с первичным, весьма обобщённым анализом конкретных этнических конфликтов, происходивших в
мире.
Становление теоретической этноконфликтологии относится в основном к 1980-м годам, когда на
теоретико-методологическом уровне анализа проблемы были сформированы некоторые основополагающие
направления и школы науки.
Заметный перелом в научной парадигме этноконфликтологии произошёл в 90-е годы ХХ века.
Концептуальным изменением в подходе к анализу этнических конфликтов в этот период можно считать отказ
от сложившейся практики их понимания как «коммунальных», находящихся исключительно в сфере
внутренней политики государств, вне контекста международных отношений и международной политики.
Только с конца 90-х годов прошлого столетия анализ этнических конфликтов в их международном измерении
становится одним из приоритетных направлений этноконфликтологии, в котором со временем складываются
несколько основных подходов к проблеме, таких как:
- взаимное воздействие внутригосударственных этнических конфликтов и международных
отношений;
- взаимосвязь геополитической трансформации мира с межэтническими отношениями в различных
странах;
- влияние глобализации на динамику межэтнических процессов в мире.
Такой многофакторный анализ этнополитических конфликтов с учётом их международного,
геополитического и глобального измерений, очевидно обозначил необходимость изменения теоретико116
методологического статуса данного типа конфликтов, что в свою очередь потребовало введения в научный
оборот нового понятия, оптимальным образом отражающего феномен единства глобальных и локальных
факторов в детерминации этноконфликтных процессов постсовременности. Этим понятием выступает
«глокальный конфликт» как производная термина «глокальность», вошедшего в научный лексикон еще в
1990-е годы.
Для эффективного раскрытия сущности «глокального» этнополитического конфликта
представляется необходимым обратиться к тезису, утверждающему глобализацию в качестве некоего
универсального макроконтекста всех происходящих в мире процессов, в том числе, и не в последнюю
очередь, политических. И хотя сам тезис давно уже не носит сколько-нибудь дискуссионного характера,
оспариванию, а точнее, непрерывному научному переосмыслению, по-прежнему подвергается все, так или
иначе связанное с самим феноменом глобализации, интерпретацией ее природы, причин и способов
протекания. Широкий спектр оценок и подходов к пониманию проблемы с каждым днем продолжает
пополняться как новыми, авторскими концепциями, так и уточнениями прежних, и содержит порой
диаметрально противоположные выводы.
Насколько объективный, неизбежно присущий развитию человеческой цивилизации характер
носит возникновение глобализационных процессов? Каковы их возможные угрозы и вызовы человечеству в
целом и конкретной личности в частности?
Предметом полемики мирового научного сообщества выступают как эти, так и некоторые другие,
не менее острые вопросы, позволяющие нам, оставив их за рамками данного исследования, еще раз
констатировать тот простой факт, что такая спорная во всех отношениях глобализация – несомненная
данность нашей эпохи, инвариант ХХI века. И как показывает даже беглый, первичный обзор работ по данной
проблематике, единственным столь же бесспорным аспектом глобализации является ее информационное
измерение.
Действительно, возможно ли отрицать информационную революцию, совершающуюся под
знаменем глобализации?
Базирующаяся на соединении компьютера с телекоммуникационными сетями, сегодня
информационная революция глубинным образом трансформирует самые устои человеческого бытия.
Повсеместно процессы информатизации общества существенно видоизменяют пространственно-временные
способы организации социальных связей и отношений. Изменяется привычная система координат –
пространство социальной жизни приобретает третье измерение, совершая переход из плоскости в
стереометрию, что позволяет по-новому, легче и существенно быстрее устанавливать коммуникационные
связи между различными точками земного шара. Подобный геометрический образ глобализации эффектно
фиксируют такие определения как «скручивание», «свёртывание на себя», предложенные в работах П.Т. де
Шардена.
Новое социальное пространство обретает очертания еще недавно столь утопического мира без
границ, в котором время и расстояние во многом утрачивают свое былое значение естественных
ограничителей жизнедеятельности человека. Это в немалой степени способствует интенсификации всех
процессов социального взаимодействия, стремительному возрастанию скорости их протекания, в результате
чего пространство общественного бытия становится все более гомогенным, уплотняясь и перемешиваясь.
Сжимая время и пространство, информационная революция превращает индивидов в граждан мира, а
местные, локального масштаба происшествия – в общемировые события, если и не уничтожая границы, то
делая их взаимопроницаемыми «мембранами» с вполне управляемыми токами обменов.
Таким образом, со всей определённостью можно утверждать, что сегодня, когда глобализация
выступает неким всеобъемлющим контекстом жизнедеятельности человечества, любое межэтническое
столкновение в региональном масштабе объективно приобретает статус «глокального» этнополитического
конфликта в силу ряда различных факторов, среди которых – высокая степень информатизации современного
общества.
Однако, в то время, как научное сообщество в академической тиши кабинетов продолжает
теоретизировать на тему объективных и закономерных свойств и качеств глобализационных процессов,
буквально за окнами этих кабинетов стремительно разворачивается весьма специфический этап современной
глобализации, целью которого является не просто установление Нового Мирового Порядка, но установление
Мирового Господства в нем. Никоим образом не отрицая объективного характера возникновения
глобализационных процессов, как естественно присущих развитию человеческой цивилизации, полагаем
очевидным субъективный характер их последующего развертывания. По сути, глобализация давно уже
является беспрецедентным по масштабу и многомерности Проектом – и в этом свете вся современная
международная политика представляется постоянной борьбой различных международных акторов за «пульт
управления» этим проектом; то есть за любую возможность в течении как можно более длительного времени
направлять его реализацию согласно своей программе и в своих целях. Совершенно очевидно, что на
117
сегодняшний день эту борьбу убедительно выигрывают США и их союзники, являясь по сути единоличными
координаторами современного этапа осуществления глобализационного проекта. Программу же,
заложенную в его основании, мы предлагаем понимать как некую общезападную (в культурологическом
смысле) геополитическую доктрину, берущую свои истоки еще в теориях Хартленда-Римленда,
сформулированных в известных работах теоретика англо-американской геополитики и геостратегии Х.
Маккиндера.
Понимаемая таким образом суть и сущность глобализации выступает, на наш взгляд, не просто
наиболее точным, но по сути единственно правомерным и достоверным контекстом для разработки
этноконфликтологической проблематики, поскольку позволяет с необыкновенной убедительностью
обнаружить взаимосвязь между этническими конфликтами, происходящими в различных регионах планеты,
и геополитическими аппетитами тех или иных держав в отношении этих регионов. Хотелось бы отметить, что
в этом смысле современная конфликтологическая теория довольно заметно отстает от политической
практики: прочно застолбив за собой такие, бесспорно значимые, участки работ как «разрешение»,
«урегулирование» и «минимизация последствий» этнического конфликта, она вдохновенно трудится, словно
бы не замечая признаков жизни за их пределами: реально сложившейся уже практики провоцирования
конфликтов, их сознательного конструирования в заданном режиме и активного использования в качестве
инструмента утверждения частно – политических интересов. «За разговорами о демократии, мире, согласии,
толерантности как – то остаются в тени, на втором плане процессы, которые в реальной политической
практике определяют собой архитектонику нового миропорядка…»[3,с.16] Являясь в некотором роде
«секретом Полишинеля» мировой этноконфликтологии, геополитическое измерение этнического конфликта
в большинстве современных научных публикаций, особенно в англо – американской литературе, если вообще
разрабатывается, то сводится в конечном итоге к своей экономической составляющей – что представляется
нам не столько упрощенным по форме, сколько неверным по сути: «…экономическая эффективность в
современную эпоху не является приоритетом в международных отношениях и всегда может быть принесена в
жертву геополитическим интересам». [2, с.46] Между тем, в абсолютном большинстве этнических,
этнополитических конфликтов постсовременности нарастание их температуры очевидно обнаруживает свою
прямую зависимость от их попадания в орбиту геополитических интересов ведущих «проектировщиков»
новой глобальной архитектуры мира. С учетом же «присущего глобализации феномена минимизации роли
института национального государства в его внутренней политике». [4, с.53], этнические конфликты становятся
не просто предлогом для стороннего вмешательства. Они превращаются по сути в предел мечтаний всякого
охотника за чужим добром - универсальную отмычку, подходящую ко всем замкам. Думается, что теперь
никакое суверенное государство больше не может быть уверенным в безопасности и сохранности своего
права на монопольное управление своими же внутренними конфликтами. Такая «инструментализация»
этнополитического конфликта, как весьма циничная тактика осуществления геополитической доктрины,
вносит соответствующие коррективы в том числе и в качественную оценку международного посредничества,
довольно часто определяемого сегодня как «международное пособничество». В этой связи показательна
позиция американских конфликтологов Т.Гурра и Б. Харфа, предлагающих на современном этапе
проектирования нового миропорядка оптимальным считать такой исход конфликта, который в первую
очередь удовлетворит интересы «большинства международных акторов», и только во вторую, (и, видимо,
вовсе не обязательную) очередь – интересы собственно конфликтующих сторон. Это вряд ли требует каких –
либо комментариев; скажем только, что организация посредничества и переговоров по урегулированию
этнополитических конфликтов сегодня вполне может рассматриваться как один из самых действенных
способов его интернационализации.
Наиболее убедительной иллюстрацией вышесказанному выступает по обыкновению повседневная
практика политической жизни. Хроника пятидневной Грузино-Югоосетинской войны, с цинично
обряженными в саван международного права геостратегическими мотивами третьих сторон, фактически не
оставляет места для дальнейших дискуссий по вопросам актуальности разработки геополитического аспекта
этнополитических конфликтов. Представляется очевидным, что анализ геополитического и
информационного измерений этнического конфликта, и в частности, изучение уже существующих в реальной
политической практике способов его «разлокализации», должны не просто существенно расширить
исследовательскую базу теоретической этноконфликтологии. В контексте современных глобализационных
процессов, характеризующихся возникновением все новых вызовов как человечеству в целом, так и
отдельным государствам в частности, глокальный этнополитический конфликт выступает также в качестве
актуального предмета практической деятельности как региональных, так и федеральных властных структур,
призванных регулировать этнополитические процессы.
Как один из значительных эпифеноменов глобализации и ее новейший вызов, глокальный
этнополитический конфликт предъявляет также и новые требования к разработке адекватной системы
управления и предотвращения данного типа конфликтов. Безусловно, важнейшим таким требованием к
118
служащим органов государственной власти и управления, занимающихся этнополитическими процессами
выступает необходимость осознать, что фактически любое межэтническое столкновение в регионе
неизбежно приобретает статус глокального, и только на основании своевременного признания этого простого
факта и возможна выработка эффективных мер предупреждающего и регулирующего характера.
Представляется возможным сформулировать следующие предложения практической
направленности, призванные повысить эффективность работы специалистов в сфере межэтнических
отношений применительно к глокальному этнополитическому конфликту:
- необходимо смещение акцентов, сложившихся в практике административной деятельности, с
управления произошедшими столкновениями на их заблаговременное предотвращение;
- организация качественного, масштабного мониторинга динамики межэтнических процессов в
регионе с привлечением узкопрофильных специалистов – журналистов, политологов, культурологов,
психологов;
- реальная координация усилий различных государственных структур, таких, как Министерство
Образования, краевые правоохранительные органы, департаменты администраций Края и Республик, с
возможным созданием временных, а в ближайшей перспективе и постоянно действующих экспертных
советов, аналитических центров на объединённой базе этих ведомств;
- работа с общественными организациями, формально не являющимися национальными, но таковыми
по сути;
- широкомасштабная просветительская деятельность, направленная на формирование толерантности в
ситуациях межэтнического общения, с этой целью - организация не разовых, а программно внедряемых в
практику повседневной жизни мероприятий с использованием специального инструментария
этнопсихологии, в частности «культурных ассимиляторов» и т.д.
КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: глобализационные процессы , этнические конфликты, глокальный конфликт, вызовы и угрозы.
1.
2.
3.
4.
Л ИТЕР АТ УРА
Авксентьев В.А. Этническая конфликтология: концепции и тенденции развития // Социальные конфликты: экспертиза,
прогнозирование, технологии разрешения. М. – Ставрополь, 2002.
Авксентьев В.А. Глобальность и локальность в этнической конфликтологии // Россия в условиях глобализации: философские,
социо – культурные и политические проблемы: Сборник статей и тезисов Межрегиональной научно- практической конференции
НГГТИ, Невинномысск, 2004.
Запрудский Ю.Г. Мировая политика в пространстве конфликтной модернизации // Конфликтология – теория и практика, СПб,
2004, №3.
Чагилов В.Р. Политические детерминанты этнорегиональого конфликта: теоретико – методологические аспекты // Региональные
конфликты в контексте глобализации и становления культуры мира, М. – Ставрополь, 2006.
ДАЪВАТ ВА ТАЊДИДЊОИ НАВИНИ РАВАНДЊОИ ГЛОБАЛИЗАТСИОНИИ ЗАМОНИ МУОСИР
Тањлили низоъњои этникї дар ченаки байналхалќии онњо яке аз самтњои афзалиятноки этноконфликтология танњо аз
охири солњои 90-уми садсолаи гузашта мегардад. Маќола ба омўзиши масоили зерин бахшида шудааст.
THE NEW CHALLEGES AND THREAT’S GLOBALIZATIONAL PROCCESSES OF MODERN POST: «GLOCALITY» AN
ETHNOPOLITICAL CONFLICT
The analysis of ethnic conflicts in their international measurement becomes one of priority directions of ethnoconflictology only from the end of
90th years of last century. For effective disclosing of essence «glocality» an ethnopolitical conflict it is obviously necessary to address to the thesis
confirming globalisation as a certain universal macrocontext of all processes occurring in the world, including political.
ЗАРДУШТИ НИТШЕ
Муњаммад Њусайн Мардони Навкандї
Донишгоњи давлатии омўзгории Тољикистон ба номи Садриддин Айнї
119
Зардўшт паёмбари Эронї–Ориёї ва бунёдгузори дини Эрони бостон буд. Омўзиши ин дин дар кулли
љањон набарди бардавоми байни ду неру Ањурамаздо (нек) ва Ањриман (бад)-ро дар љараён медонад. Ин
мафњуми дугонаву мутазод дар оянда мавриди истифодаи бисёре аз файласуфон ќарор гирифт ва мафњуми
диалектика аз он гирифта шудааст.
Аммо посухи Нитше ба ин савол чист?
Нитше ба гурўње аз файласуфон тааллуќ дорад, ки эронимењваранд.
Њанрї Корбен (1903-1938) фалсафаро ба ду гурўњ таќсимбандї мекунад:
1 тарафдорони маърифати истидлолї;
2 тарафдорони маърифати шуњудї.
Дастаи аввалро кўшистњо меноманд. Кўш номи ќадимаи Њабаша аст.
Кўшистњо бо Арасту оѓоз мешаванд ва дар давраи љадид ба Декарт, Кант ва Гегел идома меёбанд,
аммо дастаи дуюмро муридони «Эронмењварї» ё эронизм медонанд, ки густураи он аз лињози љуѓрофиёї
бисёртар аз сарзамини Эрон аст ва то Урупои марказї кашида мешавад. Пифагор ва аксари файласуфони пеш
аз Суќрот эронимашраб њастанд. Ин хатсайр бо Акњорт, Жокуб Бум, Фихте ва Нитше, Спиноза ва Гёте ба
давраи љадид расид. Ин гурўњ ањли кашфу шуњуд њастанд ва мўътакиданд хирад дар розкушої рози њастии
нотавон аст. Ин матлаб дар навиштањои Нича машњуд аст. Ва барои намунаи назария-«бозгашти љовидон»
Нича худ чунин мегўяд: «Он баркамол эронї аст, ки чархи мављуд дар тарзи кор њама чизро дар мубориза
байни хайру шар дид. Ў ростгўтар аз њар андешаманди дигаре аст. Таълимоти ростгўиро ба масобаи фазилат
бар ин дар назар дорад, ќутби мухолиф буздилї аст, ки бо дидани воќеият по ба фирор мегузорад.
Зардўшт аз маљмўи андешамандон далертар буд. Гуфтани њаќиќату пуртоби худ тирукамон! Ин аст
фазилати порсї»[1]
Нитше ин калимаро барои бузургтарин асари худ интихоб мекунад. «Чунин гуфт Зардушт» Китобе
барои њама кас ва њељ кас.
Мафоњими асосии фалсафаи ў дар ин китоб ва аз забони Зардўшт баён мешавад. Мафоњуме чун
абаринсон, хости ќудрат, бозгашти љовидон мавзўи асосии ин китоб аст. Кўшишњои ў барои пайрезии
бунёди арзишњои нав пас аз вайронии арзишњои кўњна аст.
Зардўшт паёмбари ормонњои фикрї ва рафтори хосе аст, ки Нитше маљмўи онњоро «абармард»
меномад. Ў пас аз 10 сол аз хилватгоњи худ дар кўњистон ба поин меояд ва дар аввалин дидори худ бо
пирамарде ќадис бармехўрад. Аз ў мепурсад, ки дар љангал чї мекунад? Ў мегўяд, ки Худои худро ниёиш
мекунад; Зардўшт пас аз људої аз ў мегўяд. «Ин ќадиси пир њанўз нашунидааст, ки Худо мурдааст».[2]
Дар воќеъ бо марги Худо пояи арзишњои куњан фурў рехта ва башарият дар љустуљўи дастёбї ва
бунёди метавфизикии навине барои ахлоќ аст, ки ба бўњрони марљаият ва машруъияти арзишњо меанљомад
ва аз нишонањои зуњур њељ ангоре аст. Роњи њалли бурунрафт аз он бозандешї дар арзишњо, аз љумла,
њаќиќат, ахлоќ, адолату ќонун аст. Танњо чењраи шарифе, ки метовонад омўзгори инсон дар ин роњ бошад.
Зардўшт аст; то ба инсонњо роњи чирагї бархештанро нишон дињад ва аз инсонњо пуле бисозад барои
зуњури абармард.
Дар воќеъ омўзаи абаринсон баёнгари дилмашѓули Нитше барои парвариши инсон пас аз бўњрони
машруъият ва беарзиш шудани арзишњои ахлоќї буд, бўњроне, ки инсонро ба коми нестї фурў мебурд.
Зардушт ба таъбири дигар худ Нитше аст, ки бо норизоияти шадид аз башари имрўзи бо абаринсон
дар садади дастёбии бо чизе волотару шарифтар аст. То њурмати њаётро пос дорад. Зардўшти Нитше њамчун
бинандае, хонандае ва офарандае аст, ки њам ба оянда назар дорад ва њамчун дармондае ба рўи пул, пуле, ки
инсонро ба сўи оянда мекашонад.
Мартин Њайдегер 1889-1976 дар посухи ин, ки Зардўшт Нитше кист? мегўяд: [3] «Зардўшт гўяндааст
аз чї гунае? Зардўшт гўяндаи фарохонанда аст. Ў ба чї чиз фаро мехонад ? Ба зиндагї, ба ранљ, ба дур. Аммо ў
чаро моро ба ин чизњо фаро мехонад? Чун шифо ёфтааст. Аз чї чиз? Аз бузургманишии инсон безор аст.
Зардушт ду омўзиш дорад: абаринсон ва бозгашти љовидон. Бо ин ду омўза Зардушт мехоњад, ки бар
бе маъноии зиндагии башар пас аз бе арзиш шудани арзишњо чирашуда ва тасаллои хотири касоне бошад, ки
иштиёќу майл ба зиндагї онњоро зинда нигоњ доштааст. Зардушт гусасти комили Нитше аз модернизм
мебошад.
Мунаќидони дигаре низ дар ќарни 19 бар зидди модернизм пайдо шуданд, вале њељ кадом тавони
гузар аз модернизмро надоштанд ва нитше касе буд, ки ин корро кард. «Нитше нахустин касе буд, ки
модернизмро ба маротиби густурдатар, мухарабтар ва решаитар аз наќди Маркис ва Фридрих Энгельс
медонист ва ба њамин иллат њам Нитше гирењ ва нуќтаи атфи фалсафаи модерн ва файласуфи мавриди
алоќаи постмодернистњост».
Бо таваљљўњ ба ин, ки арзишњои Масењиву аќлонї муваљиди рў ба рў ба нигилизм аст, Зардушт
саъй дорад роњиберун рафти аз ин бўњронро нишон дињад ва ў ба инсонњое меандешад, ки тавоноии рўёрў
бо њељангариро доранд. Инсоне, ки ба зиндагии оре гуфта ва ба љойгоњи олитаре аз доної расида ва аз
уќдањои њаќири инсонњои кунуни дар гузашта аст.
120
Инсонњои ин гуна медонанд, ки ин њаёту зиндагї аст, ки метавонад онњоро ба волої бирасонад, на
арзишњои беарзиш шуда, масењї ва аќлонї.
Ба назари Нитше бо марги Худо тамоми ахлоќиёи мубтани бар хайру шар суратњои мухталифи
ормонхоњї хотима меёбад ва Зардушт мунодии ахлоќ њосил аз офарандагии башар дар љањони бе худо
мебошад. Дар асре, ки инсон мехоњад њамоне бишавад, ки њаст. Аммо чаро ин вазифа бар гардани Зардушт
нињода шудааст. Зеро, Зардушт бунёдгузори ќадимтарин дини санавї аст, ки мунодии ахлоќ мубитани бар
пайкор миёни хайру шарр буд, пас ў низ бояд поёни ахлоќи мубтанї бар хайру шарро эълон кунад ва моро ба
фаросўи хайру шар даъват кунад. Ба назари Нитше ахлоќи мубтанї бар хайру шар њосили нигоње бардавори
ў ба зиндагї аст ва то ваќте ин нигоњ вуљуд дорад, ки бекоркунандаи њаёт аст. Зуњури абаринсон мумкин
нест. Пас бояд паёмбаре зуњур кунад, ки бо убури инсон аз инсонияти пешин ва кўмаки ў барои «чирагї бар
хештан» ва рањои аз «кинахоњие», ки реша аз њаќир донистани њастї аст, ўро омодаи пазириши сурати
волотаре аз њастие, ки њамоно абаринсон аст, кунад.
Абаринсон омўзаи Зардўшт аст пас аз воќеаи «Марги худо», ки ба маънои замин њамроњ аст. Нитше
дар чунин гуфти Зардўшт дар ин бора мегўяд: «Абаринсон маънои замин хоњад буд. Ба Шумо илтимос
мекунам, бародарон ба Замин вафодор бимонед ва гуфтаи ононро, ки бо Шумо аз умедњои фарозаминї сухан
мегўянд. бовар накунед»
Аз ин банд метавон ингуна таъбир кард, ки абаринсонро набояд дар байни афсонањо ва маорифи
метафизикї ва идеалистї љустуљў кард. Инсонњо метавонанд ин олитарин мартабаи њастиро дарк кунанд ба
шарте, ки шароити онро фароњам кунанд.
Инсонњо бояд аз мартабаи феълї даргузаранд ва ин мумкин нест, магар он, ки аз хештан убур кунанд
ва аз кинахоњї озод шаванд. Рустани инсон аз рўњияи кинахоњї нуќтаи афтодани андешањои Нитше аст ва аз
забони Зардушт мешунавем.
«Рустани инсон аз ин кина пуле аст ба бартарин умедњои ман ва рангин камоне аз паси тўфонњои
дароз».
Абаринсон номе аст барои зоти инсон, ки ба њаёт њамнаво мешавад пас барои он ки ба инсони оянда
бирасем ибтидо бояд аз инсонияти муосир гузар кунем фаро рафтан аз инсони феълї дар партави омўзаи
«бозгашти љовидон» муњаќќаќ мегардад.
Дар воќеъ бозгашти љовидон ба рањоии инсон аз рўњи кинахоњї кўмак карда ва инсонро аз иродаи
бемор рањо месозад. Иродае, ки њамвора ба нафї рў мекунад, аммо инсон барои убур аз марњила «нагуфтан»
ба марњилаи «оре гуфтан» бояд бо замон њамроњ шавад, зеро Нитше кинахоњиро душмане бо љараёни
шудану мондан дар будан мебинад.
Абаринсон касе аст, ки дар баробари замон муќовимат намекунад. Ў медонад он чї шуда ва ба вуќўъ
пайвасташуда ва наметавон замонеро ба аќиб баргардонад ва дар баробари он чи дар њоли шудан аст низ
наметавон истодагї кард, пас мепазирад, ки гузари ў фанои ќонуни њама чиз аст ва абадияти мутасаввур,
табиат, омадану рафтан аст. Ў ба њамаи инњо оре мегўяд. Ў касе нест, ки дар оянда биёяд, балки инсоне аст, ки
аз кинатузињо рањо шуда ва ба мадади таълими «бозгашти љовидон» бар бемаъноии зиндагї чира шуда ва аз
кина рањо мешавад. Бар асоси мафњуми «кинахоњї» ва «чирагї» бар худ метавон дар осори Нитше ба
инсоншиносии љадиде расид, ки дар китоби Нитше ва Њайдегер ва гузар ба посмодернизм асари Брус Смит
ба зебої шарњ дода шудааст.
1. Инсони вопасин:
Инсони вопасин, инсоне аст, хости сиёнати нафсро муќобили чирагї бар нафс ќарор дода ва бовар бар
ин ки некбахтиро кашф карда аз њифзи худ розї аст ва дигар ба хатар кардан бовар надорад, ў дар воќеъ ба
њељ чиз бовар надорад, дар ў аз шўру њаяљон хабаре нест ва бархўрди ин навъ инсон нисбию тињї аст ва дар
он њељ тамоизе вуљуд надорад. Ў хортарин инсон аст ва њама чизро кучак мешуморад. Вопасин инсон дар
назди Нитше њамон инсони пасотаърихии Гегел аст. Инсони бетабаќа, ки дар љомеаи тўдаии пасотаърихї сар
мекунанд ва дар орзуи чизе нест љуз нигањдошти нафс, ба осудатарин шевањои мумкин.
Вопасин инсон хостгоњи нестї аст, Нитше ин вопасин инсонро бо лаќабњои дигаре низ мехонад:
душох, дарозгўш шахси огањ аз табиати рўњ, љодугар, охирин Поп, зиштарин инсон, гадои худхоста, сояву
пешгў, ки њар як намояндагони мактабе њастанд. Мактабњои фалсафї, илмї, диние, ки дар хидмати
ормонњои нестангорї њастанд, зеро саршор аз кина мебошанд. Дар се дигардисии Нитше ин вопасин инсон
њамон љони шутр аст, ки њомили тамоми арзишњои куњан аст.
2. Инсон дар њоли гузор:
Зардушт намоди инсонї вомонда ва дар њоли гузар аст. Ў моро фаро мехонад ба зиндагї, Зардушт
фарохонандае ба иродаи маътуф ба ќудрат аст. Зардушт барои фарорафтан ба сўи абаринсон ду марњиларо
тай мекунад. Яке фурў шудан ва дигаре фаро шудан. Дар фурў шудан ў таљрибањое чун некбахтї, аќл, рањму
адолат ва фазилати кунуние, ки то кунун пос медоштем барояш нафратангез мешуд ва дар фаро шудан бо
омўзаи «боз гашти љовидон» орзуи таљрибаи абаринсонро дар одамиён медамад.
121
Ў мекўшад то «чирагї бар худ»-ро ба унвони ќонуни зиндагї омўзиш дињад ва ба башарият нишон
дињад, ки чї гуна метавон ба фаросўи рўйдоди марги худо ва њокимияти нестї рафт.
Зардушти Нитше омўзгоре аст, ки саъї дар рањоии инсон аз тафаккури кина ва њидоят ба сўи
абаринсонро дорад.
Ў тасаллои хотири касоне аст, ки иштиёќи бузург ба зиндагї ва бузургтарин умедаш (абаринсон) онњо
зинда нигоњ дошта шудааст.
Зардушт салоњи аслии Нитше дар њастаи тафаккуроти ўст ва таамуле аст бар лузуми гузор аз
«вопасин инсон» ба «абаринсон».
Дар воќеъ Зартушт њамон «љони шер аст», ки арзишњои дурўѓину куњанро дарњам мешиканад ва ба
онњо «на» мегўяд.
3. Абаринсон:
Нитше мехоњад бо мафњуми абаринсон нуќтаи муќобили инсони вопасин»-ро муаррифї кунад.
Инсоне, ки бо чирагї бар нафс ва рўњ кинахоњи ва бовар ба шудан ба офариниш даст мезанад. Ў зиндагии
худро барои корњои бузург фидо мекунад ва бузург буданро истодан дар фаросўи неку бад медонад. Ў дар
фаросўи ахлоќ аст ва њинљорњои навинеро ба вуљуд меоварад. Абаринсон пас аз марги худо бо маънои
замин меояд ва ў тањњуде ба замин ва ба бадани хеш ва авлавияте ба соњати сайрурат ќоил аст ва куллияти
инсониро дар чархаи бозгашти љовидон мебинад. Ин савумин марњилаи дигар гуние аст, ки «љони кўдак»
ном мегирад. Ў ба офариниши арзишњои љадиде даст мезанад. Ў чун кўдаке аст, ки меофаринад ва месозад
ва вайрон мекунад ва боз офариниши навро оѓоз мекунад. Ў ахлоќи Навине месозад ва бо истифода аз хости
ќудрат ва омўзаи бозгашти љовидон ва ба офариниши фарњангу арзишњои нав даст мезанад.
Пас абаринсон инсоне аст бо ахлоќ ва фарњанги нав, ў фаришта нест, аммо њайвон њам нест. Ў
олитарин дараљаи парвариш ва якпорчагии ќудрати аќлї, нерумандї, шахсияту ирода, истиќлол, шур завќ
аст.[9]
Ў њељ чизро нораво намедонад ба љуз нотавониро, ки дар зери маски, дин, аќл, фазилат ва разилат
пинњон аст. Инсони яксара озоду мустаќил аст,ки ба зиндагиву љањон «оре» мегўяд.
Чакида:
«Чунин гуфт Зардушт» Инљул Нитше аст. Шояд ў худро масењи дигаре медид дар асри дигар. асре,ки
ниёзманди башорате аз навъи дигар аст. Башорати зиндагонии саршору ќудратманд. Нитше ба дунболи
пайрезии бунёди арзишњои нав пас аз вайронии арзишњои кўњна аст. Инсонњо бояд аз мартабаи феълї
даргузаранд ва ин мумкин нест, магар он ки аз хештан убур кунанд ва аз кинахоњї озод шаванд. Зардушт
Нитше омўзгоре аст, ки саъй дар рањоии инсон аз тафаккури кина ва њидояти ў ба сўи абаринсонро дорад.
Нитше мўътаќид аст, ки арзишњои Масењї ва аќлонї мављуди нињилизм аст ва ў талош дорад, ки бо
Зардушти роњи берун рафте аз ин бўњронњоро нишон дињад ва ў ба инсонњое меандешад, ки тавоноии
рўёрўй бо њељангориро доранд.
КАЛИДВОЖАЊО: Зардушт паёмбари ормонњои фикрї, Зардушти Нитше, эронимењвар, абаринсон, забони Зардушт.
1.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
8.
АДАБИЁТ
Нитше Ф. Инак инсон. с.140.
Фридрих Нитше чунин гуфт: Зардушт тарљумаи Дориюши Омурї. Чопи 10-ум Тењрон. Нашри Огањ. 1374.с. 21-22.
Истарн. Љ.П. Нича.Тарљумаи Изати Фуродванд.Чопи14-ум.Тењрон нашри тарњи нав.1380 с.22.
Мартен Хайтгар. Маљмуаи маќолоти Зардўшт Нича кист? тарљумаи Муњаммад Саидит Њнниш Кошонї. Чопи аввал Тењрон.
Нашри Њирмон 1378. с. 2.
Нитше Фридрих.Фаросўи неку бад.Тарљумаи Дариюши ошури.чопи сеюм.Тењрон нашри Хоразми.1375. с. 85.
История Узбекской ССР в 4-х томах.-Т.1.-Ташкент,1967.-с.461;Якубовский А.Ю. Черты общественной и ультурной жизни
эпохи Алишера Навои//Алишер Навои.-М.,1946.-с.б.
Ахмедов Б.А. Улугбек и политическая жизнь Маверауннахра первой половины XVв.-Ташкент, 1965.с.30.
Чехович О.Р. Из источников по истории СамаркандаXVв.//Из истории эпохи Улугбека.-Ташкент, 1965.с.306.
КОНЦЕПЦИИ ФРИДРИХА НИТШЕ О ЗОРОАСТРЕ И ЕГО УЧЕНИЕ О ЧЕЛОВЕКЕ
В статье автор вкратце исследует и описывает учение немецкого философа Ф. Нитше по проблемам сущности человека , о
суперчеловеке, о смерти бога и вечном возврате человека к жизни В ней Зороастру характеризуется как создатель новой религии
«Зороастризма» и его учение о нормах и правилах нравственности в книге « Так говорил Зороастру» имеет большое философское
значение.
CONCEPTS FRIDRIH NITSHE ABOUT ZOROASTRE AND HIS (ITS) TEACHING ABOUT PERSON
122
In the article author in brief researches and describes the teaching of the german philosopher F. Nitshe on problem of essence of the person ,
about super humen, about deaths of the god and eternal return the person to lifes In her Zoroastru characterizes as creator to new religion "Zoroastrizm" and
his(its) teaching about rate and rule to moralities in book " So spoke Zoroastra" that had and has big philosophical importance.
РОЛЬ ПРОСВЕТИТЕЛЕЙ В ПОЛИТИЧЕСКОЙ РЕФОРМЕ ИРАНА В ЭПОХУ
КАДЖАРОВ
Паём Конун
Университет Паёми Нур (Иран)
В конце девятнадцатого и в начале двадцатого столетий Иран с политической, экономической,
социальной и даже военной точки зрений находился в состоянии хаоса и беспорядков. Эти беспорядки и хаос
были обусловлены отсталостью и слаборазвитостью общества, а также были связаны с многочисленными
факторами среди которых можно указать деспотизм и эгоизм правителей эпохи Каджаров, традиционное
строение общества, религиозную отсталость и недостаточность информированности общества.
В течение двух столетий, т.е. в первых декадах девятнадцатого столетия в Иране происходили два
важных по значимости события: с одной стороны городское население приобрело тенденцию увеличения и
естественно, увеличилось желание иранского народа к городской жизни, с другой стороны, народ Ирана
впервые и в самой серьезной форме получил возможность ознакомиться с первыми элементами западной
культуры. Знакомство иранцев с типографическим делом, журналистикой, печатным делом, системой новых
школ, железной дорогой и коммуникациями, новой системой управления, новыми философскими мыслями,
демократическими понятиями и машрутият стали исходной точкой фундаментальных и коренных изменений
в Иране. Это знакомство иранцев осуществлялось благодаря поездкам и миграции торговцев,
государственных и правительственных представителей, учебы студентов для получения новых знаний в
Европейских странах. Эта категория людей проявляла большое усердие для того, чтобы передать свои
полученные знания в Европейских странах некоторой части иранского общества, которое было в состоянии
получить эту новую информацию.
Такие просветители как, Абдуллатиф Мосави Шоштари, Мирза Абулхасан Ширази, известный под
именем Илчи, Ага Ахмад Бахбахани, известный под именем Кирманшахи, Султан ал-Ваизин, Зейнулабиддин
Ширвани, Мирза Салех Ширази были самыми передовыми мыслителями эпохи Каджаров, которые в разных
степенях передавали иранскому обществу своей эпохи новые знания полученные в Западной Европе её о
прогрессе и новаторстве.[1]
Абдуллатиф Мосави в «Тохфату-л-алам» («Подарок миру»), Мирза Абулхасан Ширази в
«Изумленности послов», Ага Ахмад Бахбахани в «Событиях в зеркале мира», Солтан ал-Ваизин, Ризакули
Мирза и Салех Ширази в своих путевых заметках знакомили иранское общество с достижениями западной
культурой.
Основным занятием писателей этого периода является то, что все они в совокупности и в отдельности
занимались абсолютным восхвалением западной цивилизации и старанием перенести её в Иран.
Однако в последующих десятилетиях вследствие приобретения опыта и углубления в суть вопроса мы
встречаем со стороны иранских просветителей критику по отношению к западной цивилизации. Дело в том,
что иранские просветители были убеждены в том, что для стабильного развития Ирана буквальное
заимствование западной цивилизации не является разумным и не приносит желаемых результатов. Такие
просветители как Мирза Абдурахим Толибов, Мирза Мелкумхан, Фатхали Ахундзаде, государственный
советник Мирза Юсуфхан критически относились к западной цивилизации.
Просветителей просветительства раннего периода в Иране, т.е. до конституционного периода
(машрутият) в действительности можно считать авангардом и защитником просветительства и их следует
разделить на две группы: 1) просветители, которые находились внутри правительства и 2) просветители,
которые действовали вне правительства. Абсолютное большинство указанных просветителей были членами
правительства; в числе просветителей, находящихся вне правительства можно упомянуть имена Сайид
Джамалиддина Асадабади и шейха Хади Наджмабади.
Сайид Джамалиддина Асадабади является крупнейшим просветителем, который первым вобрал в себя
религиозное просветительство и стал в дальнейшем одним из известных религиозных просветителей. В силу
того, что в иранском обществе придают огромное значение религии, то иногда среди образованных слоев
общества мы встречаем людей, считающих Сайид Джамалиддина Асадабади основоположником
просветительского движения в Иране.
Важность деятельности Сайид Джамалиддин Асадабади объясняется тем, что в период когда
просветительское движение не носило религиозного характера, он выступил первым в качестве религиозного
123
просветителя. Обе группы просветителей: просветители, входящие в члены правительства и те, которые были
вне рамок правительства «самым серьезным и изощренным образом ввели в новый период истории иранского
общества такие понятия как: эмпиризм, стремление к разуму, философия, природа, религиозные реформы,
нация, национализм, закон, свобода, равенство, демократия, секуляризм, конституционное парламентское
правительство, гражданское общество, гражданское право, разговоры о новшествах и т.д.».[2]
Одной из характерных черт этого периода являлся политический и религиозный деспотизм и
отсталость вмешивающегося духовенства в деятельность двухстандартного правительства Каджаров. Эти
вмешательства также создавали противоречия между духовенством и придворными чиновниками.
Видный религиозный деятель Мухаммад Хусейн Наини – известный религиозный деятель,
поддерживающий конституционный строй – в действительности оставил после себя конструктивную теорию
по способам государственного правления и относительно данного вопроса пишет: «Сущность изменения
деспотического и тиранического способа правления это приобретение свободы от пленения и рабства, всех
разногласий и противоречий происходящих между любой нацией и своим правительством по
вышеуказанным вопросам, а не для того, чтобы отказаться от религиозных положений и установки
религиозного течения».[3]
Самый известный религиозный деятель, который в это время встал против свободы и особенно
свободы мысли был шейх Фазлулла Нури и ему удалось создать множество трудностей, препон и неудач в
этом вопросе для просветителей. Его высказывания и то, что он написал по этому вопросу свидетельствуют о
том, что он полностью отвергал всякие попытки поставить под вопрос религию Ислама. Он был также
убежден в том, что многие высказывания и убеждения просветителей являются унижением для Ислама и эти
положения будут осуществлены в рамках конституционного парламентского строя. Кроме того, одним из
основных элементов его разногласий с машрутият (конституционный строй) «разжигателями неверия» также
был данный вопрос. Однако существовали другие факторы, которые вмешивались в данный вопрос.
Он в одном разговоре с видными представителями духовенства приверженцами конституционного
строя Сайид Абдалла Бахбахани и Сайид Махмуд Табатабаи говорил: «Вы два уважаемых человека разве не
знаете, что свобода в Исламе является безбожием, особенно та свобода, которую представляют эти люди…
Однако в свободе слова здесь есть одна вещь, т.е. только и только то, что касается блага людей о котором если
он вспомнит пусть и говорит, но и не больше, но это высказывание не должно быть таким, чтобы оно было бы
направлено на унижение людей».[4]
Шейх Фазлулла Нури был убежден в том что то, что изложенные мысли в рамках свободы являются
оскорблением других, создают революции и смятение в стране, сделает услугу иностранцам и осквернит
чистых имамов. Он также был убежден в том, что некоторые эти высказывания и заявления содержат в себе
неверие и безбожество. Однако у просветителей и духовенства другое мнение, а именно у Шейха Фазлуллаха
Нури неправильное понимание свободы и поэтому он не смог понять основную цель просветителей
относительно свободы. В то время как свобода слова и мысли не является унижением и оскорблением мысли
других людей и не подразумевает под собой еретические мысли и никоим образом не было и не будет
оскорблением исламских понятий. Если эти притязания просветителей и духовенства, поддерживающие
конституционный строй кажутся нам правильными, однако в действительности Фатхали Ахундзаде иногда
высказывал мнения, в которых наличествует отрицание понятий религии Ислама.
«Освобождение от гнета деспотизма и пустых убеждений не может осуществиться без помощи знания,
знание не может быть достигнуто без бюрократии, (паруќара) бюрократия не может существовать без
либерализма, либерализм не может существовать без освобождения от оков (влияния) ложных убеждений.
Какая польза, когда твоя религия и твои убеждения воспрепятствуют либерализму».[5]
Кроме того, он (Фатхали Ахундзаде) вообще не считает возможным развитие и прогресс «кроме как
после уничтожения основы религиозной догматики, которая стала занавесом осведомленности людей».[6]
Другим важным вопросом по отношению к которому проявляли просветители Ирана огромный
интерес, это развитие и прогресс в Иране. Отсталость и хаос, которые переживал Иран в те времена сильно
обеспокоили просветителей и по этой причине они каждый в отдельности искали различные пути развития
Ирана.
Мусташаруддавла основной путь развития Ирана видел в создании школ нового типа и уделении
внимания новым отраслям знаний и науки.
Мирза Абдуррахим Талибов при ознакомлении ложных высказываний и сообщений и небылиц,
исходящих от мулл (религиозных деятелей) считал их основным фактором отсталости Ирана и
распространение знаний и искусства видел наиболее важным фактором развития страны.
Талибов указывая на слабость Ирана, убеждал о необходимости создания новых технологий, как
телефон, телеграф, коммуникаций и железных дорог. Он предлагал и настаивал на использовании достижений
западных технологий в пределах необходимости, а не в зависимости от этих технологий Запада.
124
Эти просветители, а также Мирза Мелкумхан основной путь развития Ирана, видели в создании
законов и их осуществлении, поэтому он прилагал максимум усилий для создания Верховного Совета для
создания законов и их претворения в жизнь.
Здесь необходимо остановиться на вопросе на котором упорно настаивал Машшааллах Аджудани, а
именно о том, что просветители этого периода понятия и термины «нация», «национальный» использовали не
в том смысле который понимают в словаре современного персидского языка, а совершенно в другом смысле.
Согласно мнения Машшааллах Аджудани в письменной и устной речи обе группы, как просветители, так и
духовенство термин «нация» применяли не по отношению совокупности населения одной стороны, а в
смысле приверженцев одной религии и самой религии – особенно религии Ислама – и понятие
«национальный» также применялось в смысле «религиозный» и «исламский». Отсюда целью от
Национального Верховного Совета также является Исламский Верховный Совет, при этом Аджудани
воздерживается от указания философского значения этого термина и следовательно его не упоминает.
Писатели и деятели просветительства, религиозные деятели термин «нация» (миллат) использовали
опираясь на знание этого термина в религиозных текстах, особенно, в Коране. Слово «миллат» («нация») в
Коране неоднократно употребляется в смысле приверженцев религии или самой религии. «Кто отвратится от
толка Ибрахима, кроме того, кто оглупил свою душу? Мы избрали его уже в ближнем мире, а в будущем, он,
конечно среди праведников».[7] Они говорят: «Будьте иудеями или христианами – найдете прямой путь».
Скажи: «Нет, - общиной Ибрахима, ханифа, ведь он не был из многобожников»,[8]
Мирза Юсуфхан сын Мирза Казима Тебризи, известный как Мусташару-д-давла (государственный
советник) является одним из просветителей этого периода. Он был в дружеских отношениях с Ахундзаде и в
«Письма Камалуддавла» при помощи самого писателя переводил с турецкого на персидский язык
произведения Ахундзаде. Мирза Юсуфхан под влиянием этого произведения Ахундзаде написал свое
известное произведение «Одно слово» и был одним из первых кто писал театральные сценарии. После
возвращения из Европы по приглашению министра реформиста своего времени Мушируддавла занимал пост
одного из советников Министерства юстиции. Мусташаруддавла является одним из немногих просветителей,
который мог занимать пост в правительстве и оставил после себя хорошую репутацию. Но его деятельность в
правительстве была прекращена из-за интриг некоторых руководителей правительства Каджаров в результате
которых и он был посажен в тюрьму.
«Мусташаруддавла» был человеком свободолюбивым, уважающим законы, сторонником обновления
и развития Ирана, в своих писательских делах то, что он писал и публиковал не имело другой цели, кроме как
возвысить и возвеличить Иран. Он был первым, кто в период насирийского деспотизма, рискуя своей
жизнью, опубликовал свое произведение «Одно слово» в Иране. Это произведение было самым
оригинальным трудом декларации прав человека, которая зафиксирована во введении основного закона
(конституции) Франции. Он перевел эту декларацию на персидский язык и осуществил её комментарии,
исходя из положений Корана и хадисов с тем, чтобы не говорили, что эта декларация противоречит основным
положениям шариата Ислама. Согласно выражению Адамията Мусташаруддавла является первым
человеком в Иране, который считал, что слово является источником мощи воли нации. Он в этом же
произведении высказал свои убеждения, относительно свободы слова, пера, собраний, отмены пыток и самое
главное высказался относительно разделения законодательной и исполнительной властей новыми методами
их управления, равенство всех людей, начиная с царя и нищего, мусульманина и немусульманина перед
законом».[9]
Что касается Мелкумхана, то он был загадочным и сложным просветителем, который по
происхождению был христианином, принявшим Ислам вслед за своим отцом. Его обращение к Исламу
является из числа тех спорных вопросов, о которых историки эпохи конституционного строя (машрутият)
имеют отличающиеся друг от друга мнения.
В то же время он вместе с Талибовым были просветителями, которые стали свидетелями достижений
конституционного строя (машрутият) в Иране. Мелкумхан является тем просветителем и даже историком,
который по разному характеризуется под двумя углами и точкой зрения.
Английский исследователь Хамид Алгор считает его двуличником, человеком, обладающим двойным
стандартом и корыстолюбием.
Современный иранский критик Фаридун Адамият деятельность Мелкумхана рассматривает
совершенно под другим углом зрения и считает, что он был сторонником развития Ирана и был человеком
мудрым и дальновидным. Говоря о деятельности Мелкумхана - просветителя Лутфулла Аджидани также
придерживается мнения о том, что он был человеком мудрым и дальновидным.
Пишущий эти коро